Когда в давно минувшие века

Сплошным клубком лежало мирозданье,

Любовь, не ты ли первой, по преданью,

Взлетела и отторглась от клубка?

Ты принялась, искусна и ловка,

За труд размеренного созиданья,

И всем предметам ясность очертанья

Дала твоя спокойная рука.

Но если правда, что одна лишь ты

Сумела размотать клубок вражды,

И если дружбу ты изобрела,

То где же доброта твоя была,

Когда в моей душе плелся клубок

Друг друга раздирающих тревог?

О, сладкая, манящая картина!

На поле боя сладостных ночей

Моя душа сливается с твоей,

И тело с телом слиты воедино.

Как жизнь сладка и как сладка кончина!

Моей душе неймется поскорей

В тебя вселиться разом, без затей —

То вверх, то вниз несет меня пучина.

О, сила в нас обоих не ослабла!

Я весь в тебе, я взят тобой всецело.

Ты пьешь меня, когда окончен путь,

И возвращаешь мне остаток дряблый.

Но губ твоих и ласки их умелой

Достаточно, чтоб силы мне вернуть.

Плутон, суровый повелитель тех,

Кого уже давно оставил смех,

Впусти Рабле в свой сумрачный Аид:

Насмешник сразу всех развеселит.