Мелинда не удивилась, когда вышла из ванной и обнаружила, что Слэйд ушел. Но ее действительно удивило, что он забрал все свои вещи из ее квартиры. Казалось, Слэйда никогда здесь не было, если не считать стойкого аромата его одеколона. Пикси сидела на подушке у стеклянной двери, но на этот раз Мелинда не обрадовалась, наблюдая за своей таксой.

Мелинде хотелось плакать, но она сдерживалась. Ей предстоят несколько совещаний, и папарацци будут весь день ходить за ней по пятам. Наклонившись вперед, она обхватила голову руками. Ее немного тошнило.

Она сказала себе и Слэйду, что лучше останется одна, чем с мужчиной, который не хочет ее. Конечно, она со всем справится самостоятельно, но кому хочется быть одной? Тошнота прошла, и Мелинда подняла голову. Хватит себя жалеть. Надо одеться и вести себя так, будто она довольна своим выбором.

Ей было тяжело.

После вчерашней ночи она поверила, что Слэйд действительно заботится о ней и никому не позволит ей навредить. Но теперь она знала: он избегает страданий. Он считает, что она уйдет от него, как его прежняя невеста.

– Включи музыку, Дживс! – сказала она своему электронному помощнику.

Заиграла медленная мелодия, под которую они со Слэйдом танцевали на первом свидании. Он отвез ее в Галвестон на ужин на пляже, а затем они танцевали под звездами.

У Мелинды защипало глаза от слез.

– Другая песня, Дживс.

Песня поменялась, и Мелинда встала из‑за туалетного столика и начала подпевать. Вскоре ей расхотелось плакать.

Она провела несколько совещаний на работе и улыбалась всем, кого видела в течение дня. И ей казалось, что она неплохо справлялась, действуя так, будто все нормально. Потом Анжела пригласила ее на ужин в «Летающую тарелку». Мелинда согласилась и поняла, что сегодня ей будет намного труднее обманывать свою сестру. Надев длинное струящееся платье и кардиган, она отправилась на встречу со своей близняшкой.

Анжела ждала ее за столом в дальней части ресторана. Мелинда услышала музыку из бара, проходя мимо столиков, и заметила семью, сидящую справа. У нее в мозгу возник непрошеный образ: она вместе с ребенком, без Слэйда. Да, она будет скучать по Бартелли, но она справится.

Анжела встала, обняла ее и снова села за столик в кабинке.

– Я не знала, что ты будешь пить.

– Сладкий чай, – сказала Мелинда официантке.

Сестры сделали заказ.

Как только они остались одни, Анжела наклонилась вперед:

– Как дела? Ты заставила Слэйда жениться на тебе по‑настоящему?

Мелинда покачала головой:

– У меня все в порядке. Я поставила ему ультиматум. Знаешь, по‑моему, надо разобраться, почему я никому не нужна.

Анжела сжала ее руку:

– Чем тебе помочь?

– Ты уже мне помогла. – Мелинда огляделась. Ей будет трудно до тех пор, пока она не сможет думать о Слэйде без слез. Хорошо, что Анжела пригласила ее на ужин. – Мне надо отвлечься. Я устала притворяться, а с тобой я могу быть собой.

– Хочешь, я надеру ему задницу?

Она улыбнулась сестре:

– Я тебя обожаю.

– Привести к тебе Слэйда Бартелли?

– Нет, но спасибо тебе за поддержку. Я почти уверена, ему самому сейчас несладко.

– Давай поговорим? – предложила Анжела.

Они откинулись на спинки стульев, когда официантка принесла им два французских бутерброда с соусом и горячие бублики. Мелинда отломила кусочек бублика.

– Не сейчас, – сказала она. – Мне надо успокоиться.

– Ладно. Тогда я прошу у тебя помощи, – произнесла Анжела, когда они приступили к ужину.

Оставалось надеяться, что сестра не попросит организовать ей свадьбу с Райдером.

– Что случилось?

– Ты знаешь Виллема Инвуда? Мне так знакомо это имя, что я решила, будто он друг семьи. А может, мы ходили с ним в школу? – спросила Анжела.

Мелинда облегченно вздохнула:

– Имя знакомое. Я поищу информацию в адресной книге.

– Адресная книга?

– Да. Я все оцифровала, но сохранила старые бумажные адресные книги. На одной из них мамины пометки, – сказала Мелинда.

Они продолжали разговаривать, и Мелинда даже немного посмеялась со своей сестрой перед тем, как пойти домой. Но, войдя в спальню и приготовившись ко сну, она поняла, что лгала самой себе. Она скучала по Слэйду и могла только надеяться, что со временем ее боль утихнет.

***

Анжела позвонила Райдеру, чтобы узнать, заедет ли он к ней позже. Он казался таким разочарованным своим расследованием в «Керрин ойл», что она решила не настаивать на своем и повесила трубку. Ей хотелось помочь ему решить эту проблему. И выяснить, где этот Виллем Инвуд.

Встретившись с сестрой, которая убивалась из‑за Слэйда, Анжела поняла, что не хочет, чтобы подобное случилось с ней и Райдером. Но Мелинда сильная, а ее малыш будет самым избалованным ребенком на планете. Прямо сейчас ее сестре надо смириться с одиночеством и решить, как она станет жить с ребенком.

Анжела бросила ключи на стол в холле и налила себе вина, а потом села на диван.

Виллем Инвуд.

Необходимо разыскать этого человека и доказать, что ее отец никак не связан с проблемами Райдера. Жаль, что ее отец и жених постоянно враждуют. Ей будет сложно создать счастливую семью, если они оба станут обвинять друг друга в преступлении.

Кто же этот Виллем Инвуд? Может, Татьяна знает этого человека? Анжела посмотрела на часы: одиннадцатый час вечера. Ее лучшая подруга еще не спит. Они с Татьяной Хавери нечасто встречались в последние недели из‑за плотного рабочего графика. Пора наверстать упущенное.

Она бы пригласила Татьяну сегодня на ужин, но понимала, что может понадобиться сестре.

– Привет, красотка! – сказала Татьяна, когда Анжела позвонила ей по телефону. – Как дела на личном фронте?

– Привет! Хорошо. – Анжела боялась говорить, что все больше и больше теряет контроль над Райдером, пока он улаживает проблемы в бизнесе. Хотя они по‑прежнему верны друг другу, он держит ее на расстоянии вытянутой руки.

– Как вы оба поживаете?

– Райдер работает. Я только что поужинала с Мел, а теперь вернулась домой. – Она добавила нотку счастья в свой голос.

– Как твоя сестра? Она стала часто появляться на страницах светской хроники. Она не любит публичности, – произнесла Татьяна.

– Она справляется, – уклончиво ответила Анжела, зная, что Мелинда не захотела бы, чтобы Татьяна знала о ее отношениях со Слэйдом.

– Я не сомневаюсь. Вы, Перри, крепкие орешки, – сказала Татьяна.

– Я звоню тебе из‑за работы Райдера. – Анжела отпила вина и подогнула под себя ноги.

– Я плохо разбираюсь в нефтеперерабатывающих заводах.

– Я тоже. Дело в том, что у Райдера проблемы с сотрудниками. Он упомянул одного менеджера – Виллема Инвуда. Это имя кажется мне знакомым, но я не понимаю почему. Ты его знаешь?

– Нет. Я его не знаю, – ответила Татьяна. – Как твоя свадьба?

Анжела вздохнула. Вероятно, ей просто показалось, что она слышала об Инвуде. Она хотела быстрее решить проблемы Райдера и доказать, что ее отец не имеет к этому никакого отношения.

– У Райдера куча проблем на работе. Пока мы не обсуждали свадьбу.

– Твой папочка наверняка в восторге, – заметила Татьяна. – Или ему понравился твой жених?

– Нет. Как ты думаешь, мой отец мог подать жалобу на компанию Райдера? Он уверен, что Райдер причастен к его обвинению в финансовых махинациях.

– Я не знаю, что на уме у твоего отца. Но эти двое не ладят. Может, тебе стоит воспользоваться временем и хорошенько обдумать, удастся ли тебе быть счастливой с Райдером? Подумай об этом. Мне не хочется, чтобы ты страдала.

– Ладно, – сказала Анжела и через несколько минут закончила разговор.

Она положила телефон на стол, поставила туда же бокал с вином и подошла к окну. Она любит Райдера и не бросит его. Татьяна права: ее отец и Райдер никогда не поладят, и Анжела устала от попыток их примирить.

Но расставание с Райдером ей не поможет.

Телефон Анжелы завибрировал. Мелинда прислала ей сообщение с благодарностью и забавной гифкой, на которой были две старые девы, сидящие на пляже и рассуждающие о хорошей жизни. Она отправила Мелинде смеющиеся смайлики. Не хотелось бы ей также сидеть на пляже со своей сестрой‑близнецом. Райдер должен быть рядом с ней. Если она найдет этого Виллема Инвуда, то выяснит, знает ли он ее отца. Может быть, ее отец и Райдер наконец поладят, а она насладится счастливой семейной жизнью с любимым мужчиной.

Вот уже два дня Мелинда притворяется оптимисткой и счастливчиком у себя на работе и в социальных сетях. Слэйд ей не звонит, и она не ждет его звонка. Алфи, взглянув на ее безымянный палец без обручального кольца, вопросительно поднял бровь. Мелинда покачала головой в ответ, и он не стал ни о чем ее расспрашивать. Ближе к вечеру второго дня ей позвонил Генри – дворецкий Филомены, и спросил, не удастся ли ей зайти в гости к миссис Конти.

Мелинда хотела отказаться. Она сомневалась в том, что готова разговаривать с бабушкой Слэйда. Но понимала, что просто откладывает неизбежное. Ей надо отдаляться от тех, кто связывает ее со Слэйдом Бартелли. Она уже решила уйти из художественного совета, потому что не хотела снова с ним столкнуться. Она по‑прежнему финансировала искусство и обратилась в Хьюстонский музей изящных искусств, чтобы узнать, есть ли в их совете место для нее.

– Алфи, я скоро уйду. Попроси охранников внизу проследить, чтобы мне никто не встретился, – сказала она.

– Нет проблем, босс. Мы с моим парнем и друзьями устраиваем сегодня вечеринку. Приходите к нам.

– О, Алфи, спасибо за приглашение. Я бы с радостью приехала. Сообщи мне время вечеринки и скажи, что мне привезти с собой. – Она обняла своего ассистента.

Ей надо чаще выбираться из дома в нерабочее время. Вчера вечером она просидела перед телевизором. Она посмотрела «Гордость и предубеждение» и слопала огромный пакет картофельных чипсов. Больше это не должно повториться. В книге о беременности, которую она читала, говорилось, что следует питаться правильно.

Она взяла сумочку, поправила жакет и вышла из офиса. Улыбнувшись Алфи, она подумала, как ей повезло, что ее окружают люди, которые искренне о ней заботятся. В ближайшие месяцы ей понадобятся друзья.

Мелинда ехала к дому Филомены, стараясь не думать о том, когда была там в последний раз. Ее переполняли эмоции. Она волновалась и нервничала, притворяясь невестой Слэйда, а потом обнаружила, что ее нарочно свели с ним. Это должно было насторожить, но она проигнорировала все предупреждения.

Она вздохнула, выходя из машины. Генри открыл дверь и провел ее в гостиную, где ждала Филомена.

– Спасибо, что приехала так быстро, Мелинда. – Филомена встала, обняла Мелинду и снова села в кресло. – Что ты будешь пить?

– Холодную воду, – сказала Мелинда. – Сегодня очень жарко.

– Ты права, – согласилась Филомена и жестом пригласила Мелинду присесть. На столике рядом с пожилой женщиной стоял футляр для колец.

– Думаю, Слэйд сказал вам, что мы больше не помолвлены, – произнесла Мелинда.

– Да, он заявил, что не сумеет стать тем мужчиной, который тебе нужен.

Мелинда вздохнула. У нее немного заболел живот, наверное, от волнения. Внезапно боль усилилась. Она коснулась живота рукой и наклонилась вперед, а потом простонала.

– Что с тобой? Ты побледнела, – забеспокоилась Филомена.

– Живот, – пробормотала Мелинда, прижимая руку к животу и молясь о том, чтобы с ребенком ничего не случилось. Не сдержавшись, она расплакалась.

– Генри, – обратилась Филомена к своему дворецкому, появившемуся в дверях. – Заводи машину. Надо отвезти Мелинду в неотложку. – Она спокойно посмотрела на Мелинду и произнесла: – Все будет хорошо.

– Я надеюсь. Простите, Филомена.

– Милая девочка, ты не первая, кому стало плохо в моем доме. Но ты для меня дороже всех.

– Вы очень добрая. Мы со Слэйдом солгали вам. Мы не хотели вас расстраивать. – Мелинда едва могла говорить, боль была такой острой, что она с трудом переводила дыхание.

Она осознала, что не хочет терять ребенка. Она только начала привыкать к идее материнства.

– Я знаю, это была временная помолвка, – сказала Филомена. – Слэйд отдал мне кольцо. Он говорил, что ты была против помолвки, а он настаивал. И только он виноват в том, что вы расстались.

Нечего удивляться, что Слэйд взял на себя вину. Он всегда пытался защитить ее.

– Это не все. Мы… – Мелинда простонала от боли, встала и оступилась.

Филомена схватила ее за руки, удерживая на месте.

– Генри, нужно немедленно отвезти Мелинду в больницу.

Филомена обо всем позаботилась и оставалась рядом с Мелиндой, пока не пришла медсестра.

Мелинда сообщила медсестре, что беременна и у нее болит живот. Она продолжала плакать и чувствовала себя очень одинокой.

– Позвать вашу бабушку? – спросила медсестра.

– Она мне не бабушка, – сказала Мелинда, сожалея, что Филомена не ее родственница. – Попросите ее связаться с моей сестрой и Слэйдом.

– Хорошо, – ответила медсестра. – Доктор придет через минуту.

Медсестра ушла. Мелинда лежала на больничной койке, смотрела в потолок и молилась за своего ребенка. По ее лицу текли слезы. Она была испуганной и одинокой и очень хотела, чтобы Слэйд был рядом с ней.