На тактическом экране погасли несколько точек и символов, сигнализируя, что связь с оборудованием потеряна: очередную ракету подбили почти рядом с крепостью, защищавшей гиперточку, огненная волна уничтожила с десяток модулей внешней обороны. Осколки разлетелись в разные стороны, часть решила попробовать на прочность корабельную броню станции. Внутренние перегородки третьего поста управления огнём загудели, как гигантский барабан, по которому какой-то сумасшедший великан ударил палицей. Йоханн невольно втянул голову в плечи. На время боя, естественно, атмосфера заполнялась азотом и инертными газами, операторы находились в скафандрах: любые звуки шли исключительно через микрофоны, посторонние шумы отфильтровывались. И всё равно вибрации непонятным образом как-то проникали под шлем, ощущение было таким, будто ты сидишь в пустой бочке, и от удара звенит в голове и закладывает уши.
На пульт управления огнём сведения инженерных служб, естественно, не выводились, но за две недели Йоханн уже научился по вибрациям определять, в какой сектор крепости пришлось попадание. Сейчас выходило, что осколки угодили в соседний сектор, но по касательной, срикошетили и канули в черноту пространства. Предыдущее попадание тоже пришлось вскользь. Не пробив слоёной брони, осколки кинетического снаряда натворили не так много бед — распотрошили несколько антенн и датчиков да ненадолго заклинили крышку одной стартовой шахты.
Ракета оказалась последней, по крепости прозвучал сигнал отбоя боевой тревоги. И это на самом деле было странно. Йоханн ещё раз прикинул схему атаки, и выходило, что сегодня айвы вообще просто решили потрепать людям нервы, даже не пытаясь нанести реальный ущерб. Не считать же за таковой царапины на броне и полсотни недорогих модулей внешней обороны? Если прикинуть стоимость потраченных на это ракет, айвы сегодня просто мусорили деньгами. А уж если вспомнить, что творилось первые дни… Захваченную крепость объединили с трофейными кораблями, придали ей отряд крейсеров и эсминцев. Вместе с минными полями она заняла позицию со стороны Алой ступицы и в направлении крепостей и флота айвов, которые люди в своё время обошли стороной. Гравитационная яма ближайшей планеты закрывала большую часть дорог из гиперточки. Резко ускоряться возле планеты — легко попасть в гравитационное завихрение, где компенсаторы не справятся с перегрузками, лететь медленно — превратиться в мишень. Доступные для маневрирования направления перекрыли минами: тоже выбор небольшой, или неторопливо ползти через поле, расстреливая мины под сосредоточенным огнём флота, или прорываться на полной скорости, рискуя перегрузить щиты. А там, где оставался свободный гравитационный коридор, и где заодно по техническим и астрономическим причинам нельзя было вывесить устойчивое минное поле, словно тромб в артерии, зависли крепость и прикрытие.
Чужие с ходу попытались прорвать оборону Термы. За два дня крепость получила уйму попаданий. Стреляли и обычными термоядерными боеприпасами, которые пытались сорвать защитные поля, огненной волной лизали броню и сжигали внешнее оборудование. И ракетами нового класса, кинетическими, бросавшими на малоподвижную цель множество разогнанных до сверхвысоких скоростей осколков. А работы по переделке крепости ещё не закончились… Нужно было дорабатывать электронику, установить оборудование с захваченных кораблей. Часть старых ракетных установок демонтировали, чтобы заменить их на свои — снятое оборудование пойдёт на запчасти, необходимые для работы. В итоге орудий и пусковых, предусмотренных новым проектом, успели установить не более половины. Командующий базой без конца ругался, дескать, человек на трёх сваях крепок — «авось, небось, да как-нибудь»!
Гарнизон шёл в первый бой с мыслью, что для крепости он станет последним, и лишь бы выиграть время, пока флот готовит следующий рубеж обороны. Ракеты наводили наполовину вручную и по старинке, как во времена прошлого императора, но снаряды всё равно попадали в цель… отбились. Противник нахватался попаданий, залпы айвов по большей части увязли в противоракетном щите внешних автономных модулей обороны. На внешнем поясе обороны вообще кипело самое жаркое сражение, беспилотные дроны с обеих сторон уничтожали друг друга сотнями и тысячами. Попытки протралить минные банки успеха тоже не имели: люди методично перемалывали в порошок эсминцы, пытавшиеся уничтожать мины, и тут же пополняли ослабевшие места минного поля новыми зарядами. Следующую атаку врага встретили уже во всеоружии. А дальше напор айвов начал спадать. И вот сегодняшний бой вышел совсем жиденький.
Совещание штаба флота император пропустил. Официально — поскольку полностью доверяет адмиралу Серве как главнокомандующему, и не считает нужным вмешиваться в его работу. На деле не хотелось терять времени, ибо потом всё равно придётся устраивать отдельный брифинг с участием главнокомандующего флотом и начальника разведки уже с учётом информации, полученной от эскадры Вербены. И вот этого второго совещания Ленард ждал с куда большим нетерпением.
Итоговую сводку император прочитал заранее, так что адмирал Серве сразу же начал с выводов и прогнозов.
— По итогам сегодняшнего боя можно с уверенностью предполагать, что в течение нескольких ближайших дней начнётся вторжение основных сил противника со стороны пространства айвов.
— Печально, я ждал, но надеялся, что они не успеют. На каком основании такая уверенность?
Адмирал высветил на экране звёздную карту, и попутно с объяснениями начал чертить поверх стилом.
— С самого начала меня насторожила откровенная слабость наступающей группировки. Айвы не могут не понимать, что, даже уничтожив крепость, наличными силами они не смогут удержать точку перехода, а уж тем более отбить Терму обратно. Вчера вернулись высланные генералом Серебряковым разведчики. Углубляться в пространство айвов мы не рискнули. — Император кивнул: возможная информация не стоила риска раскрыть главный сегодняшний козырь, что люди научились свободно пользоваться временными точками прыжка. — Но обследовали несколько вот этих систем, — на карте появились пометки, в том числе красным кружком были обозначены базы, которую люди обошли. — Командование противника вычистило мобильные части непосредственно с направления Алой ступицы, но не решилось полностью оголять границу. Особенно с учётом ожидаемого наступления шархов. И они попались на обман с Хараном, высланный туда корпус вернуться не успевает. Сражения последних дней были разведкой боем и прикрытием разведоперации. Генерал?
Генерал Волант кивнул и продолжил:
— Первые несколько атак в составе флота обязательно присутствовали корабли дистанционной разведки. Кроме того, айвы впервые применили разведывательно-диверсионные одиночные шлюпы нового типа. Они прошли через минное поле, не активировав заряды. Даже плотное наблюдение современным оборудованием не позволило полностью устранить эту угрозу. Часть мы запеленговали и сожгли, но я и генерал Серебряков оба пришли к выводу, что на каждый прорвавшийся шлюп был как минимум ещё один, который прошёл, но мы их не обнаружили. Вдобавок за столь короткий период мы хоть и разгромили агентуру противника, всех агентов на планете выловить не могли. Они тоже послужат для айвов источником информации. Подтверждением этого считаю то, что после перерыва корабли дистанционной разведки снова появились — они в состоянии поймать отчёты агентуры. А три дня назад снова исчезли.
— Ваши выводы, адмирал?
— Я предполагаю, что айвы снова хотят повторить сценарий, аналогичный Раулетте. Уступят вольфарам, возможно, на какое-то время сдадут Харан шархам — лишь бы раздавить нас, — маркер пометил несколько систем и трасс в пространстве Федерации айвов. — Самое логичное в этом случае для айвов снять внутренний флот метрополии, возможно, ослабить вот эти направления и ударить по Терме. Если им, как они надеются, удастся разгромить нас достаточно быстро, они смогут перебросить все подвижные соединения флота с нашей границы уже против вольфаров и попробовать остановить их наступление. Оставшись в одиночестве, особо рьяно шархи стараться не станут.
— Итак, время играет за нас, и противник это отлично понимает, — Ленард размышлял вслух.
— Ваше Величество, прошу задействовать вариант «Призрак-два», — попросил адмирал.
Император задумывался, просчитывая риски. Сейчас в основном флоте о присутствии эскадры с Вербены знали только эсперы и трое сидевших сейчас в кабинете. Адмирал просил разрешения частично допустить к информации группу старших офицеров. Без подробностей, дескать, в системе есть ещё одна никем не учтённая эскадра как резерв. Это повышало риск утечки информации, но тогда уже в бою офицеры будут не слепо исполнять приказы адмирала, а работать с пониманием того или иного тактического манёвра — почему, например, фланг остаётся вроде бы неприкрытом.
— Генерал Волант? Как считаете вы?
— И я, и мой коллега генерал Серебряков поддерживаем.
— Хорошо. Даю одобрение. И сразу разрешаю задействовать «Призрак-один» и «Шторм», если, на ваш взгляд, возникнет срочная необходимость, — Леонард вздохнул. — Боюсь, если необходимость всё-таки появится, времени на консультации у нас не будет.
Как и у всех звёзд подобного класса при наличии в системе планеты-газового гиганта вторая из точек гиперпрыжка обязательно располагалась недалеко от неё. Для Термы это были ворота, которые вели в глубину Федерации айвов. Рядом с точкой выхода в обычное пространство находилась особая зона относительно стабильной гравитации. Мощности корабельных двигателей на минимальном режиме хватало, чтобы оставаться на месте. При этом расположить рядом с воротами и на всех ближних маршрутах минное поле или засаду уже не получалось. Даже на относительно стабильном участке необходимо всё время корректировать своё местоположение — с работающим двигателем и слепой заметит мину или корабль. Поэтому если хочешь атаковать Терму, то спокойно выводи сколь угодно мощную группировку, накапливай силы и начинай. Вот только обратной стороной было то, что наступать в сторону внутренних планет айвам придётся практически в лоб и всего по нескольким доступным коридорам. Там, где нет крупных метеоритов — их легко заминировать, или завихрения гравитации не грозят во время маневрирования перегрузить компенсаторы и оставить вместо экипажа кровавую кашу на палубах. Если же непосредственно из стабильной зоны уходить в свободный космос, наплевав на завихрения гравитационной воронки планеты-гиганта — это ползти с черепашьей скоростью под мощным обстрелом. Люди получат возможность ускорять ракеты в гравитационном поле гиганта без применения двигателей, и отражать атаку высокоскоростных ракет, сохраняющих на последнем участке почти стопроцентный резерв маневрирования — потерять не меньше четверти флота ещё до первого столкновения.
Первыми, начиная разведку боем, со стороны обоих флотов атаковали лёгкие крейсера. Замысел айвов был понятен: вывести группу лёгких высокоскоростных кораблей, которые станут глазами и системами наведения собственного флота, когда тот пойдёт на прорыв. Линкоров такие суда могут не опасаться, бронированные упичканные орудиями туши их просто не догонят, да и двигатели и пилоты у айвов нечета людям. Адмирал Серве бросил навстречу свою эскадру крейсеров из самых быстрых кораблей, которые у него были.
Колонна айвов шла ближе к планете, люди выбрали курс со стороны свободного космоса, причём люди охватывали противника и планету-гигант, удерживая их в центре широкой циркуляции. Залпом с обеих сторон ударили ракетные батареи, но для слабых ракет крейсеров гравитационное поле планеты представляло серьёзную помеху, двигатели быстро выгорали, и ракеты не могли серьёзно маневрировать. Обе эскадры пошли на сближение, стремясь атаковать энергетическим оружием. Дистанция быстро уменьшалась, лазерные и плазменные пушки били всё чаще. Компьютерная сеть флота не успевала обсчитать целостную картину боя и выслать рекомендации, канониры вынужденно наводили орудия каждый самостоятельно — ориентируясь на локальные вычислители да своё чутьё.
На корпусе ближнего крейсера айвов мелькнул огненный высверк и тут же утонул в облаке осколков и газов, вырывавшихся через пробоину. Попадание. За ним пинок получил второй корабль, третий. Ответные выстрелы большинства кораблей золотоволосых промазали. Противник будто не заметил полученных повреждений, а буквально пёр вперёд, наперерез людям, стараясь ещё сильнее сократить дистанцию… Может, айвы, и стреляли неважно — экипажи, скорее всего, спешно доукомплектовали гражданскими специалистами — зато в искусстве кораблевождения они были мастера. Повторить успех первого залпа людям не удалось, перестроившись и лихо маневрируя, айвы стремились на дистанцию кинжального огня. Туда, где важны число и мощь пушек, а не опыт канониров. Один из крейсеров людей резко переложил рули в сторону и добавил скорости, за ним ещё несколько судов повторили манёвр, уходя под углом. Айвы теперь оказались под обстрелом с двух сторон. Это принесло успех, головной корабль наступающей колонны мгновенно подбили. Капитан айвов мгновенно дал форсаж двигателям и бросил свой небоеспособный крейсер на таран ближайшего врага. Оба корабля пропали в короткой яркой вспышке.
Последние ракетные залпы легли «в молоко», дальше авангард айвов смял голову колонны людей, бой превратился в «собачью свалку». Два строя смешались на предельно малых дистанциях, хаотично маневрируя, стараясь всадить огонь своих пушек в чужой борт и не подставить свой. Орудия били прямой наводкой в беспорядочное скопление судов, поди, разбери, кто и по какой цели стреляет! Наводчики не могли подправлять прицелы — от постоянных лучевых выстрелов и ядерных взрывов вокруг сцепившихся в смертельной схватке бронированных коробок стоял гул помех на всех мыслимых и немыслимых частотах. Повреждённые корабли с обеих сторон не отступали, а яростно шли на таран, чтобы хоть как-то помочь своим товарищам.
Ненадолго показалось, что более искусно маневрировавшие айвы наконец-то получили преимущество. Последовала команда не успевшему до конца втянуться в бой арьергарду людей: «Выйти из строя и атаковать ракетами!» На малых дистанциях и когда ракеты летели со стороны, но наводились с кораблей-участников «свалки», эффективность зенитного огня айвов резко упала. Выделить же заранее резерв на схожий манёвр айвы не сообразили. Они начали нести большие потери, командир принял решение отступить.
Первая стычка закончилась, но чего стоил людям и кораблям этот короткий яростный бой… обратно вернулось меньше половины крейсеров. Броня испещрена отметинами от попаданий, в отсеках стонут раненые, палубы текут газами из наспех заделанных пробоин. Но это всё неважно. Айвы понесли не меньше потерь. И главное — не сумели разведать гравитационные трассы, разбросанные вокруг планеты минные поля и расположение основного флота людей. Не сумели вывести на оперативный простор свободного космоса группу лёгких высокоскоростных кораблей, которые должны были стать глазами и ушами флота, когда тот пойдёт на прорыв. Так что люди всё равно одержали победу.
Сигналом, что противник начал генеральное наступление, стало сообщение от одной из пассивных разведывательных платформ. Её бортовой компьютер подал сообщение, что запеленговал не поддающийся опознанию объект и присвоил ему статус «аномального электромагнитного явления». Импульсы активных радаров достигли авангарда вражеского флота за несколько секунд, и ещё почти столько же времени потребовалось на возвращение сигнала. За это время корабли айвов одолели нужное число километров и приблизились на дистанцию ракетного огня. Сразу вслед за радарным излучением к людям полетела смертоносная волна ракет — и почти сразу же ответный шквал ринулся в обратном направлении. Защитный залп несколько проредил атакующий рой, но большая часть выпущенных линкорами ракет уцелела, их более мощные двигатели позволяли лучше маневрировать в гравитационной яме газового гиганта. Ядерные боеголовки взорвались, накачивая энергией лазеры или выпуская огненную волну, смертоносные лучи и осколки материи вспороли пространство, кромсая защитные поля и корпуса кораблей. Генеральное сражение началось.
Ленард, читая на дисплее всё возрастающий список судов противника, раз за разом кусал губу. Федерация, похоже, пошла ва-банк, собрав все какие можно резервы, используя старые корабли и спешно довооружённые гражданские суда. Вряд ли они имели достаточный резерв кадровых военных, даже если призвали всех резервистов преклонного возраста. Наверняка пришлось заполнять экипажи из торгового флота и внутрисистемными пилотами и инженерами. Как когда-то люди в сражении с Келмаром, айвы понимали слабость подготовки своего персонала, вот и пытались навязать сражение на условиях, где проявятся именно их сильные стороны. Если не хватает опытных комендоров, можно поставить на одних из лучших в галактике пилотов. Надо лишь вырваться из притяжения гигантской планеты.
Лазерные и плазмопушки айвов вели сплошной огонь, беспощадно насилуя реакторы… впрочем, если они проиграют, износ и расход топлива уже не будут иметь значения. Правда, при таком рассеянном способе стрельбы, ещё можно пробить защитное поле, но почти невозможно проломить основную броню. По броне никто и не стрелял, целью стали датчики, антенны, ракетные люки и внешние модули. Пусть, когда эскадры сойдутся на дистанциях кинжального огня, айвы получат преимущество. Вдобавок айвы начали активный сброс автономных дронов — эти не только стреляли из пушек, но и разбрасывали во все стороны ракеты. К людям устремился чудовищный рой смертоносных снарядов. Каждый дрон по отдельности произвёл слишком слабый залп, зато выпущенных объектов было великое множество. Обстрел по людям шёл со столь близкого расстояния, со столь многих точек и по стольким векторам, что противоракетная оборона начала захлёбываться. Тактические компьютеры делали всё возможное, однако для того, чтобы схематизировать хаотичную атаку, зафиксировав параметры всех поражающих единиц и рассчитать множество векторов перехвата, не хватило бы никаких мощностей.
Адмирал Серве, разгадав вражеский сценарий, не дал втянуть себя в беспорядочный бой на дистанции кинжального огня. Флот получил приказал отходить. Второй раунд остался за айвами. Потеряв большую часть дронов, айвы всё-таки вырвались из гравитационной ловушки гиперворот, пусть и в сторону внешнего космоса — люди отходили вглубь системы. К тому же какое-то время роботы будут блокировать зону вокруг планеты-гиганта. Люди просто не смогут выделить достаточно сильную эскадру подавления роботов, ослабляя тем самым основной флот — и если у айвов ещё остались подкрепления, они смогут беспрепятственно их перебрасывать. Слабым утешением служило лишь то, что пусть многочисленные, повреждения у людей были лёгкими и полностью поддавались скорому ремонту. Особенно когда под боком населённая планета, готовая обеспечить необходимыми ресурсами. У айвов все повреждённые или потерявшие ход вымпелы пришлось бросать, чтобы не помешали основной эскадре уходить в отрыв.
— Что скажете, адмирал, пока нам дали немного роздыху?
Война стирает социальные границы, поэтому император обедал в общей столовой комсостава и за одним столом с командующим эскадрой. О секретных вещах никто говорить не собирался, но общее представление простыми словами Ленард рассчитывал получить.
— Айвы не могут не понимать, что для линейного сражения только формально по тоннажу мы примерно равны. Наши экипажи имеют существенно больший боевой опыт и слётанность, корабли новее, за нашей спиной ресурсы Терции. Самое логичное для них — навязать нам ракетную дуэль. Манёвренный бой и ракетные атаки с разных направлений — ударил и ушёл. Их пилотская школы выше нашей. Вдобавок мы жёстко привязаны к охраняемым секторам, мы понесём потери, а когда ослабнем, тогда они и ударят.
— Почему бы и нет?
— На первом этапе — скорее всего «да». Отсюда и прорыв именно во внешний космос, тем самым айвы перехватывают инициативу. Однако на нашей стороне фактор времени. Нам достаточно не уничтожить их флот, а задержать, так что сценарий затяжных «салочек» и обмена ударами нас тоже устраивает. Поэтому они начнут, вероятно, с ракетного обстрела и манёвров, а когда мы «поверим» и рассредоточимся для отражения ракетной атаки — навяжут линейное сражение всеми силами… И обязательно какой-то сюрприз.
Ответные соображения император высказать не успел, проревел сигнал тревоги. Чертыхнувшись по поводу так и не съеденного обеда, Ленард вслед за адмиралом поспешил в командный центр.
Два флота на относительно невысокой скорости начали сближение и, когда расстояние между ними сократилось достаточно, почти одновременно произвели пуск. Два ракетных вала понеслись один навстречу другому, и оба адмирала развернули свои боевые построения так, чтобы корабли оказались минимально уязвимы. Некоторое время на мониторах тактических компьютеров были видны лишь заполнившие пространство светящиеся точки, на мостике флагмана повисла напряжённая тишина. Айвы не только запустили ракеты с кораблей, но каким-то образом задействовали одноразовые внешние ракетные подвески, отчего первый залп вышел вдвое сильнее ожидаемого. Секунды, пока ракеты достигли цели, Ленарду показались бесконечными. Затем экраны испещрили вспышки взрывов: атакующие ракеты перехватывались и уничтожались противоракетами, а прорвавшиеся ближе поражались лазерными батареями и плазмопушками.
Противоракетная оборона защитников Термы оказалась надёжней, чем рассчитывали атакующие, системы радиоэлектронного противодействия были эффективны. Сказалась современная начинка кораблей, в том числе и по технологиям Вербены — айвы же свой флот собирали по тылам и складам. Почти половину ракет перехватили противоракеты людей, а треть уничтожили на подлёте лазеры. Большая часть оставшихся снарядов поразили фантомы, отвлеклись на ложные цели и оказались сбиты с курса помехами.
Снова эскадры сблизились на дистанцию энергетического оружия, но тут адмирал Серве не дал противнику опять войти в клинч, а упорно держал расстояние. И сразу же сказался боевой опыт экипажей людей, стала заметна огромная разница в подготовке комендоров на артиллерийских постах. Айвы пытались вести сосредоточенный огонь, последовательно выбивая вымпелы противника, но эффект сосредоточения артиллерийской стрельбы сразу же получился отрицательный. Выстрелы разных кораблей путались друг с другом, каждый корабль и каждое орудие стреляли сами по себе, ни один корабль не мог отличить своих выстрелов от чужих и не имел возможности корректировать свою стрельбу. У людей эскадра была разбита на кластеры с непересекающимися секторами обстрела, пристрелку и наведение вёл один корабль в кластере. И только после того, как он давал дистанцию и вектор остальным, следовал ряд залпов. Получалось хоть и медленнее, зато намного больший процент попаданий.
Залпы своих орудий и удары неприятельских выстрелов заставляли корабли вибрировать, потрясая от носа до кормовых реакторов. Попадания в очередную жертву походили на сплошной огненный дождь. На бортах расцветали огромные огневые вспышки, броня разлеталась на тысячи мелких осколков, сочившиеся сквозь пробоины газы напоминали клубы дыма. Пусть айвы были готовы храбро сражаться до последнего, слишком мало у них было опытных и обстрелянных матросов и офицеров. Ещё вчера гражданские экипажи и офицеры-тыловики, никогда не участвовавшие в бою, под столь яростным огнём всё чащи совершали ошибки, кто-то впадал в панику. То один корабль, то другой нарушал строй или с запозданием выполнял манёвр.
— Контакт! Множественные объекты по курсу три-семь-девять на ноль-два-пять, дистанция восемьсот тридцать гигаметров от точки ноль!
Ленард видел, как пальцы лейтенанта из секции наблюдения забегали по консоли, перепрограммируя радар на определение параметров источников эмиссии.
— Противник! Они разворачиваются для удара по планете!
В голосе лейтенанта звенели изумление и ярость. Айвы, за много лет отлично изучив характеристики здешней звёздной системы, смогли отлично рассчитать появление пиратской точки перехода. Как и в Алой ступице, опять поставили на неё, вот только в этот раз не для того, чтобы зажать флот людей в клещи. Сейчас защитникам придётся выходить из боя, подставляясь под удар… Умений почти безнаказанно бить по отступающему противнику даже вчерашним гражданским хватит с лихвой. Или остаётся смириться, что ценой разгрома вражеского флота станет полное уничтожение беззащитной планеты на глазах у экипажей. И помимо чудовищного политического провала, гибель Термы сделает удержание системы бесполезным.
Адмирал Серве ввёл код «Шторм» и позволил себе улыбнуться. На тактических мониторах неожиданно высветилась яркая точка. Потом вспыхнула вторая, за ней третья… Как могли новые корабли появиться непонятно откуда, если никакого прыжка из гипера не было, а все свои давно сосчитаны? Радары наконец-то передали характеристики неизвестных кораблей. Исторические хроники смотрели все. Наплевав на уставы, люди на мостике флагмана повскакивали со своих мест с одними и теми же словами:
— Терранская федерация!
Пользуясь преимуществом в скорости над только-только совершившими переход айвами, эскадра Вербены ринулась в атаку. Разделяющее её и противника расстояние по меркам космического боя было невелико, а лучевое оружие действовало со скоростью света. Айвы обнаружили неприятеля лишь в последнее мгновение, и когда вражеский командир ещё открыла рот, чтобы выкрикнуть приказ об изменении курса, смертоносные лучи уже отправились в путь. А в тот момент, когда приказ был отдан, они уже настигли цель.
Крейсера и линкоры содрогнулись при попадании мощных импульсов. Смертоносные лучи сносили вооружение и вспарывали обшивку корпусов. Аварийные сирены заходились в пронзительном вое, и одна за другой умолкали, когда в разгерметизированные отсеки врывался вакуум. Аккумуляторные ячейки взрывались как фейерверки, сверхпроводниковые накопители в замкнутом корабельном пространстве превращались в шаровые молнии. Где-то аварийная автоматика успевала вовремя отключить реакторы, другим повезло меньше, такие корабли со всеми находившимися на них матросами и офицерами превратились в слепящие плазменные шары. Следом добрались снаряды плазмопушек, калеча и убивая тех, кто уцелел после лазерного залпа. Отстреливались спасательные модули, экипажи прорывались сквозь заклиненные люки в разгерметизированные отсеки, чтобы вызволить попавших в западню раненых и успеть покинуть обречённый корабль.
Затем добрались ракеты. Одна из лазерных боеголовок прямым попаданием поразила флагманский мостик, смерть унесла командующего айвов мгновенно. Связь между кораблями нарушилась, эскадра потеряла управляемость и прекратила существование как организованная боевая единица. Кто-то ещё попытался сражаться, но корабли эпохи Терранской федерации имели более мощную защиту, намного лучше маневрировали и несли совершенную систему постановки помех и противоракет. Щиты отразили энергетический удар с пренебрежительной лёгкостью, а зенитные расчёты сумели, несмотря на близкое расстояние, перехватить все те немногие ракеты, которые айвам удалось запустить. Затем эскадра Вербены нанесла повторный удар. Ответных выстрелов не последовало. Немногие ещё уцелевшие корабли получили такие повреждения, что уже не могли считаться боевыми единицами, от остальных остались лишь обломки да подающие сигналы бедствия спасательные модули.
Согласно приказу адмирала Серве, эскадра Вербены тут же взяла новый курс в сторону планеты-гиганта и гиперворот. Подавить дроны, взять под контроль точку перехода… Адмирал айвов просчитал дальнейшие варианты быстрее людей. То ли его подкосило, как легко и без потерь была уничтожена вторая группировка элитных кораблей гвардии метрополии, то ли он не видел смысла бессмысленно губить подчинённых. Потеряв контроль над воротами, айвы даже не смогут отступить. Корабли Вербены намного быстрее и манёвреннее, так что уже они смогут безнаказанно обстреливать айвов издалека, пока те попробуют отступить и перегруппироваться. На пультах адмирала Серве и императора загорелся сигнал входящего вызова: вражеский командующий предлагал обсудить условия капитуляции.