В час, как нежными ты меня руками

Обнимаешь и жмешь и, приближаясь

Шеей, грудью и личиком лукавым,

У меня на плечах висишь, Неера,

И с губами свои сливая губки.

И кусаешь, и стонешь от укусов,

И язык так и так колеблешь зыбкий,

И язык так и так сосешь молящий,

Выдыхаешь души дыханье нежной,

Сладкозвучное, влажное, в котором

Пища горькой моей, Неера, жизни,

Пьешь мою поникающую душу,

Слишком сильно сожженную пыланьем,

Жаром груди сожженную бессильной,

И смеешься над пылом тем, Неера,

И дышу я огнем испитой груди, —

О отрада и радость всех пыланий! —

Говорю я тогда: Амор — бог богов.

Нет на свете богов Амора больше, —

Если ж кто-нибудь есть Амора больше,

Только ты лишь одна, Неера, больше!