Дорогая Олечка, последнее время я был в очень тревожном состоянии; думаю, это объясняется твоею болезнью, о которой впрочем не сообщалось мне вами. Вот видишь, дорогая, предупреждал я тебя против ночных сидений, а эта болезнь, несомненно, последствие их. Смотри же, береги себя впредь и не переутомляйся, а главное, непременно бывай на воздухе. Ты спрашиваешь о «Разговорах Гете с Эккерманом»1. Конечно, я знаю эту книгу и не только читал ее, но и изучал в свое время, впрочем давно, кажется в 1900-м или в 1901 году, когда тебя не было на свете. Она очень содержательна и важна еще потому, что просмотрена самим Гете2. О Гете есть еще интересная книга — Метнера3, а также Лихтенбергера4. У Лихтенбергера дан перевод естественнонаучных и натурфилософских сочинений Гете, и в этом отношении она интересна, т. к. других переводов пока не выходило (если только не вышла книга о цвете, давно обещанная одним из издательств). — Меня давно интересуют вопросы генеалогические, и в частности о родственных связях писателей, как наглядном доказательстве наследственности и подбора. Я собирал материалы в этом направлении. А сейчас в «Правде» от 5 апр. 1935 г. № 94 (6340), стр.4, попались данные о родстве Пушкиных с Гоголями и о связи их с Быковыми. Думаю, тебе интересно будет посмотреть на сделанную на основании этой заметки генеалогическую схему<…>.
По поводу этой схемы мне вспоминается: когда Васюшка был совсем маленький, он приходил смотреть, как я чертил подобные же, смотрит, смотрит, а потом заявит: «Ты, папа, неправильно пишешь». — Почему? — «Потому что изображаешь девочек квадратиками, а мальчиков кружочками, а надо наоборот, потому что девочки нежные, и их надо изображать кружочками». — Советую тебе собирать генеалогические сведения; когда прочтешь где-нибудь или услышишь, то записывай отрывочные сведения. Лучше всего записывать на лоскутках, но чернилом, а не карандашом, и складывать их сперва по алфавиту. А более связные сведения следует сразу же переводить в схемы и потом постепенно достраивать эти схемы и дополнять подробностями. Это очень обогащает понимание жизни, а кроме того постепенно накопляется материал весьма ценный, который всегда пригодится. На всякий случай сообщаю тебе, т. к. не уверен в сохранении моих записей, что моего отца звали Александр Иванович, деда — Иван Андреевич, прадеда — Андрей Матвеевич, прапрадеда — Матвей Иванович5. Жену деда, мою бабушку, звали Анфиса Уаровна Соловьева, а вторую жену его — Елизавета Владимировна Ушакова, у нее была сестра Александра Владимировна, замужем за Готлибом Федоровичем Пекоком6. Александра Владимировна хорошо относилась к моему отцу и его сестрам — Екатерине и Юлии. Дочь Александры Владимировны — Александра Готлибовна Пекок была известная певица, выступавшая в Милане под театральным псевдонимом Алина Марини7. У моего отца был сводный брат Владимир Иванович и сестры Зинаида, Варвара, Людмила и сейчас не могу вспомнить имени четвертой (у меня очень ослабла память) 8.Деда со стороны матери звали Павел Герасимович, а бабушку — София и опять сейчас не могу вспомнить далее9. Все они умерли до моего рождения, и ни бабушек, ни дедушек я в жизни никогда не видел, только мечтал о них в детстве. Суррогатом бабушки была для нас Александра Владимировна, но и ее я увидел, лишь поступив в Университет; но она вскоре же умерла, к моему огорчению. Зато были у меня тетки, Юлия — со стороны отца, которая меня воспитывала10, и мамины сестры — Елизавета, Варвара, Репсимия и София; из них осталась в живых только последняя. Был еще дядя — Аршак11, но в отличие от теток, которых я очень любил, всех, а особенно тетю Юлю, как я называл ее, он был для меня совсем чужим человеком и я видел его очень немного. Дети тети Лизы умерли, они были близки мне, особенно Маргарита12, хотя и гораздо старше меня. Дети тети Вари куда-то исчезли. У Ремсо тети детей не было. Детей тети Сони ты знаешь13. Тетя Юля не была замужем. Детей дяди Аршака я знал в детстве. Но потом они все исчезли из моего поля зрения, осталась одна Тамара14, дочь «Аршак-дяди». Ее сестра Нина обладала замечательным голосом, но умерла вскоре после окончания консерватории (или филармонии скорее). У нее был красивый серебристый тембр, очень редкий15. Дочери Сони тети умерли. Умерли и мои сестры Валя (Оля)16 и Гося (Раиса). Наши фамилии в XVIII в. писались Флоринские и только в XIX в., неправильно, стали писаться Флоренские, а еще раньше ее писали Флиоринские, так что некоторые ветви стали писаться Флёринские. Крепко целую тебя, дорогая Оля, поправляйся скорее, слушайся советов. Кланяйся своим товарищам. Еще раз целую тебя.
Сестры П. А. Флоренского: Юлия, Елизавета, Раиса, Ольга.
1. «Разговоры Гете с Эккерманом» — мемуары Иоганна Петера Эккермана (1792–1854), личного секретаря ИВ. Гете.
2. Гете Иоганн Вольфганг (1749–1832) — великий немецкий поэт, писатель, мыслитель и естествоиспытатель. Его мироощущение с детства было близко о. Павлу Флоренскому, это любимый писатель и мыслитель его отца: «…с детства, с тех пор почти, как научился я читать, у меня был в руках „Гете и Гете без конца“ — т. е., конечно, не брошюра Дюбуа Реймона, а самый Гете. Он был моей умственной пищей. Рассудочно я мало его понимал, но определенно чувтвовал — это и есть то самое, что сродно мне» («Детям моим», с. 158).
3. Речь идет о книге: Метнер Э. К. Размышления о Гете. М., 1914.
4. Правильно — Лихтенштадт: Лихтенштадт Владимир Осипович (1882–1919) — народоволец, переводчик ИВ. Гете. В 1920 году вышел составленый им сборник трудов Гете по естествознанию, в его переводе — Гете И. В. Борьба за реалистическое мировоззрение: искания и достижения в области изучения природы и теории познания. Пг.,1920. Перевод был сделан во время заключения в Шлиссельбургской крепости.
5. Флоренский Иван Андреевич (1815–1866) — дед о. Павла Флоренского по отцовской линии, врач, главный лекарь лазарета в Грозном во время Кавказской войны, погиб от холеры, похоронен в Моздоке.
Прадед Андрей Матвеевич Флоренский — о нем о. Павел пишет: «Прадед мой Андрей Матвеевич Флоренский состоял при Христорождественской церкви села Борисоглебского Костромской губернии Макарьевского уезда, недалеко от Юрьевца, в 10-ти верстах, дьячком, в 20-х гг. прошлого, XIX столетия» («Детям моим», с. 286). Предположительные годы его жизни — 1790–1829. Прапрадед Матвей Афанасьевич (Иванович — описка о. Павла) — также служил дьяконом в церкви Рождества Богородицы в Костромской губернии. Сведения об этой «костромской ветви» своей семьи о. Павел нашел в клировой ведомости 1795 г. «Родословие священно-церковнослужителей церкви в честь Рождества Богородицы с. Пречистенского погоста Костромской епархии».
6. Соловьева Анфиса Уаровна (18?—1850) — первая жена ИА. Флоренского, бабушка ПА. Флоренского. О ней о. Павел пишет: «…в отцовском роде музыкальная наследственность, несомненно, тянулась от матери отца, Анфисы Уаровны Соловьевой, которая была хорошей музыкантшей. И с отцовской, и с материнской стороны она должна была быть музыкальной и вращалась в музыкальных кругах; между прочим, к дому ее родителей были очень близки оба Гурилева, и отец, и сын» («Детям моим», с.81., см. примеч.3 к следующему письму). Флоренский также пишет, что роды сына Александра — его отца — «стоили ей жизни».
Флоренская (урожд. Ушакова) Елизавета Владимировна (1830–1911) — вторая жена ИА. Флоренского. С семьей Пекоков Павел Флоренский постоянно общался в Москве, в бытность свою студентом Университета.
7. Александра Готлибовна Пекок — оперная певица, выступавшая под псевдонимом Алина Марини. О ней Флоренский пишет: «тетя Алина, как мы ее называли, была для нас полумифическим существом, известным нам по рассказам тети Юли. Имя этой тети протягивало от нас нити в Москву, в Милан, и вообще в Италию, и даже на оперную сцену. К тому же личность тети Алины была повита загадочностью, о ней таинственно не могли ничего толком узнать, и чувствовалось — это неспроста» («Детям моим», с.79).
8. Четвертая сводная сестра А. И. Флоренского — Лидия Ивановна. Одной из сестер — Людмиле Ивановне, в замужестве Струковской, Флоренский посвящает несколько страниц в своих заметках по истории семьи, она была фельдшером, общественной деятельницей, служила в переселенческой организации («Детям моим», с.349–354).
9. Сапаров Павел Герасимович (1820–1878) — дед о. Павла Флоренского по материнской линии. О древнем армянском роде Сапаровых Флоренский собрал обширный материал. Он отмечает «чувство превосходства, свойственное роду», его богатство, высокую культуру. О самом Павле Герасимовиче пишет: «Один из первых богачей на Кавказе, щеголь и законодатель мод, любитель красивых вещей, дед мой Павел Герасимович Сапаров вовсе не был противник иных культур, чем патриархальная армянская.
Павел Герасимович Сапаров.
Портрет работы мастера из рода патриарших иконописцев. Холст, масло. 1870-е гг.
В его доме восточные обычаи сочетались с симпатиями к русской государственности и европейской роскоши» («Детям моим» с. 25–26), — по делам он постоянно бывал во Франции (откуда вместе с лионским шелком привез в дом туберкулез, который стал бичом рода Сапаровых — многие члены семьи скончались от этой болезни). Тем не менее именно то, что его дочь — мать Флоренского — собиралась выйти замуж за русского, стало причиной семейного конфликта, отец так и не дал благословения на этот брак. В езультате этого конфликта мать не любила рассказывать о своей семье, это было запретной темой. «Мать сознавала себя оторвавшейся от своего рода…» — пишет в своих воспоминаниях Флоренский. Из деликатности, чтобы не задеть чувства жены, отец Флоренского тоже мало говорил о своей семье. Поэтому семья жила в отрыве от корней — даже ближайших предков: «И в пространстве и во времени были мы „новым родом“, новым поколением — сами по себе. Мы, дети, почти не знали прошлого своей семьи, не говоря уже о нашем роде. Я рос без прошлого». Флоренский очень сокрушался по этому поводу и всю сознательную жизнь заполнял этот разрыв поколений, собирая все до мельчайших подробностей о своем роде. Сапарова (Паатова) София Григорьевна (? —1866) — бабушка о. Павла Флоренского по материнской линии, жена ПГ. Сапарова. В «родословных росписях» семьи есть сведения и о более дальних предках Флоренского по этой линии — Герасиме Сапарове, Григории Паатове и его жене Калинке и др. («Детям моим», с. 471, раздел «Родословные росписи»).
10. Юлия Ивановна Флоренская (1848–1894) — младшая сестра АИ. Флоренского, любимая тетушка Павла Флоренского, о ней он пишет в воспоминаниях: «Она была мне и другом, и товарищем, и учителем; с ней я делился своими горестями и радостями, от нее получал выговоры и наказания (хотя таковых бывало очень мало), вообще все человеческое было у нее. Она не подавляла меня своей отрешенностью от мелочей жизни; с нею можно было поболтать о нарядных платьях, кружевах, бантиках и шляпах, до чего я был большой охотник; с нею можно было собирать цветы и делать букеты; вообще с нею можно было жить» («Детям моим», с. 38).
11. Тетки Павла Флоренского со стороны матери: Елизавета Павловна Мелик-Беглярова (1854–1919), Варвара Павловна Чрелаева (1861–1891), Репсимия Павловна Коновалова (1865–1930 (?)), София Павловна Карамян (1866–1939). Дядя — Аркадий Павлович (1859—до 1921).
12. Дети тети Лизы — Мелик-Бегляров Давид Сергеевич (1875–1913) и Оганесян (Мелик-Беглярова) Маргарита Сергеевна (1872–1920 (?)). Рядом с местом рождения о. Павла — Евлахом, находилось имение Мелик-Бегляровых «Карачинар», одним из хозяев которого был Сергей Теймуразович Мелик-Бегляров — муж Елизаветы Павловны, Флоренские часто бывали в этом имении.
13. Дети тети Вари — София Степановна Чрелаева, Александр Степанович Чрелаев, Василий Шиоевич. Дети тети Сони: Карамян Хамаяк Николаевич (1891–1939) — репрессирован, погиб в лагере. Дочери — Грета Николаевна Карамян (1896–1916) и Элъза Николаевна Карамян (1894–1920) — умерли от туберкулеза.
14. Арманд Тамара Аркадъевна (1880–1960) — двоюродная сестра Павла Флоренского, была замужем за Львом Армандом, братом мужа Инессы Арманд. Другие дети — Елена, Нина, Павел, Екатерина и Мария.
15. Алиханова (Сапарова) Нина Аркадъевна — Флоренский упоминает «…двоюродную сестру Нину Сапарову, учившуюся в Москве, которая поражала всех совершенно исключительной, какой-то неземной хрустальностью своего голоса и умерла после первого или второго выступления» («Детям моим», с.81). Умерла она от семейной болезни Сапаровых — туберкулеза.
16. Олъга Александровна (Флоренская) Троицкая (1892–1914) — третья сестра Флоренского, художник-миниатюрист, поэтесса. В 1909 г. вступила в брак с С. С. Троицким, другом Флоренского, была близка кругу Д. С. Мережковского и З. Н. Гиппиус, состояла в переписке с ними. Отошла от них под влиянием Павла Флоренского.