Шанс что-то найти был мизерным, однако нам повезло. На большой поляне в десяти километрах от лагеря Малыш заметил участок характерно примятой травы. Через пятнадцать минут мы обнаружили глиссер, застрявший невысоко над землей в ветвях двух стоящих рядом деревьев. Обтекаемые «торпеды» грузовых бункеров почти отвалились от рамы вместе с сиденьями стрелков. Установленный на капоте суггестор был раздавлен и сброшен на землю. Пулеметная турель тоже сбита, сиденье пулеметчика искорежено и в крови. На деревьях вокруг виднелось множество отметин от попаданий пуль. Мы с Крейгом слезли со скутеров и осмотрели следы на земле.

– На них тоже напали, – сказал Крейг. – Их было шестеро, один тяжело ранен. Отсюда его понесли на носилках.

Полчаса мы шли по следам. Люди Шарпа, прошедшие здесь до нас, периодически останавливались и открывали стрельбу. Повсюду в траве валялись гильзы, в двух местах кусты разметало взрывами гранат.

– У них вместо подвесок были подствольные гранатометы, – сказал я. – Или они вообще не собирались добывать горилл живьем, или… Или слишком понадеялись на свои суггесторы. Однако Шарп предвидел осложнения в работе – иначе они вовсе не стали бы цеплять гранатометы.

– Парни двигались прямиком к лагерю, – сказал Крейг. – Шли, почти бежали, а их гнали.

– Гориллы? Ты нашел следы?

– Нет, надо смотреть вокруг. Но кто еще? Здесь все то же, что и в лагере. Мы сэкономим время, если проверим лес возле лагеря по этому направлению. Найдем следы – значит, эта группа присоединилась к остальным, нет – вернемся сюда.

Искомую цепочку следов мы обнаружили в нужном месте. Не так уж трудно различить отпечатки ботинок с шипами даже на слежавшейся листве.

– Все дошли, я уверен, – сказал Крейг. – И носилки с раненым несли – две пары отпечатков отчетливей других.

– Ну и что все-таки здесь произошло? – требовательно спросила Кэт после того, как мы еще раз осмотрели расстрелянный лагерь. – Есть идеи?

– Кажется, и так ясно, – сказал Крейг, хотя его тон свидетельствовал об обратном. – Все началось у глиссера. Возможно, ребята Стива впервые испытали на гориллах суггестор, и внушение вызвало негативную реакцию. Они добрались до корабля и заперлись вместе с остальными. Гориллы атаковали корабль…

– …а на скорострельные пушки им было плевать, – ввернул я, но Крейг не остановился: его слишком взбудоражило увиденное, и он не особенно думал, что говорил.

– Первое нападение было отбито, – продолжал он. – Однако гориллы пошли в атаку снова…

– …взломали входной люк и взяли корабль приступом, – закончила Кэт. – А потом они забрали своих убитых и раненых и ушли, не забыв перед этим стереть каждую каплю крови с листьев, веток, да и с земли тоже… Поразмысли, что плетешь. Ты видел, сколько следов в джунглях – там, за линией обстрела? Все истоптано как после парада! Ребята Шарпа отстреливались всю дорогу сюда, били прицельно, короткими очередями – видно, боеприпасы берегли. Здесь уже ни черта не берегли. Я счетчики на корабельных пулеметах смотрела – все на нулях! С пушками – то же самое. Вдобавок они палили из винтовок и гранатометов. И что – так ни кого и не зацепили? Надо очень постараться, чтобы впустую израсходовать корабельный боекомплект, стреляя по толпе! И даже миллиону горилл не по силам взломать входной люк. Нет, они его сами взорвали, заложив бомбу в шлюзовую камеру.

– Кэт права, – сказал Малыш.

– Сам знаю, – буркнул Крейг. – Но зачем им взрывать собственный шлюз? Ты еще скажи, что они и «Миротворец» специально разбили.

– Послушайте, – сказал я. – Все указывает на то, что ребята Шарпа стреляли по пустому месту, а не по гориллам или кому другому. Горилл на поляне вообще не было, как и любых других существ, – там повсюду только следы ботинок. Стрельба шла по привидениям. Как внутри имитатора, понимаете? Но только наяву. Это была гипноатака.

– По-твоему, они попали под удар своих же суггесторов? – спросила Кэт.

– Исключено. Во-первых, их суггесторы довольно простые, в наше время любой человек имеет защиту против таких. Во-вторых, все люди Шарпа – бывшие вояки, а значит, во время службы в армии им установили дополнительные экраны, которые не возьмешь практически ничем. Нет, это было постороннее воздействие, причем с весьма и весьма необычными характеристиками, раз от него не спасла защита. Вспомните то утро, когда стоял необычайно густой туман, и сборище горилл возле нашего лагеря. Мы думали, что обезьяны хотят на нас напасть, но, возможно, они готовились к гипноатаке. Что если гориллы, собираясь большими группами, способны внушать людям то, чего нет в действительности? Это все объясняет. Это объяснило бы, почему у всех сторожевых роботов здесь, вокруг лагеря, сохранился полный боезапас. Они-то ничего не видели. Датчики не реагируют на фантомы.

– Но Пит, Стив же не ребенок, – сказал Крейг. – Я еще поверю, что его парни не заметили подвоха у глиссера в лесу. Но здесь, на открытом месте? После первого же хорошего залпа, – после того, как пули прошили нападавших, не причинив им вреда…

– Я говорю не о простых миражах, вроде тех, которыми нас балует в полетах Диана. Я имею в виду полностью реальный для человека мир, подобный тому, что создает имитатор. Шарп и его люди видели, как атакующие умирают на поляне десятками. Они видели, что некие твари готовы проникнуть в шлюзовую камеру, – потому и взорвали там бомбу. Пилот мог видеть, что бой идет уже в рубке корабля, и на миг потерял управление, когда пытался поднять «Миротворец»… Единственное разумное объяснение.

– Хорошо, я согласен с тобой, – сказал Крейг. – Вполне могло быть именно так. И что мы будем делать дальше? Уже вторая половина дня. Предлагаю продолжать поиск до темноты, потом вернуться к «Рейнджеру» и улететь на орбиту. С «Артемиды» дадим знать о случившемся в Службу охраны заповедников. Смотрите, как потемнело небо и какая стоит духота. Будет дождь, настоящий тропический ливень, который смоет все следы. Если мы не обнаружим Шарпа раньше, то после ливня и подавно не найдем.

– Шарп выходил на связь, хотя «Почтовые голуби» суггесторов уже не используешь как передатчики, – задумчиво сказала Кэт. – Где он взял на Тихой рабочий ПГ?

– К юго-западу отсюда есть наземный наблюдательный пункт СОЗ, – сообщил Крейг. – От научников Центра я слышал, что он года три как законсервирован.

– Далеко? – спросил я.

– Не помню. Километров сто – сто двадцать.

– Сто двадцать четыре, – уточнил Суслик.

– Ладно, однако сперва надо точно узнать, куда пошел Шарп. Если в сторону НП – рванем туда на скутерах. Такое сооружение разглядим с воздуха, даже если начнется ливень… Значит так: еще раз ищем следы. Только теперь – следы отхода всей команды.

Мы обнаружили их у технического люка грузового отсека. Люди Шарпа открыли его, попрыгали на землю и углубились в джунгли, следуя походным порядком. Раненых – теперь их стало двое – несли в средине. Отряд продвигался на юго-запад, его никто не преследовал. Поднявшись над лесом и пролетев пять километров, мы опустились вниз и вскоре обнаружили все те же следы, ведущие в том же направлении.

– Повторяем операцию, – сказал я. – Если отряд никуда не свернул – можем лететь к НП.

Пролетев еще пять километров, мы опять снизились, развели машины в стороны и пошли зигзагом у самой земли.

– Не могу поверить, – сказал Малыш. – Неужели гориллы в самом деле живые суггесторы?

– Пока это всего лишь догадка, – ответил я.

– А почему они не пытались проделать подобную шутку с нами?

– Может, пока примеривались. Помнишь, что я говорил о приборах, установленных на «Миротворце»? Там обратная связь и киб-мастер – для анализа поступающей информации о степени оказанного воздействия. Если речь идет о совершенно неизвестных существах, проходит немало времени, пока киб создаст эффективную программу внушения. Может, и гориллы действуют примерно так же – только у них это должно занимать еще больше времени.

– А с киб-мастером «Миротворца» они что сделали?.. Внимание! – перебил Малыш сам себя. – Пит, сюда, мы нашли стоянку.

На небольшой поляне охотники Шарпа устроили привал, и тут на них снова напали. Поле боя выглядело так же, как в лагере, и нападение произошло того же сорта. Никаких следов, кроме их собственных, огонь велся в том направлении, откуда они пришли. Отряд разделился – десять человек побежали дальше на юго-запад, остальные (двое на носилках, четверо, что их несли, и еще двое) отстали, потом двинулись на запад, через два километра свернув к югу. Первая группа почти сразу попыталась повернуть обратно, но преследователи, кем бы они ни были, – фантомами или летающими монстрами, не оставлявшими следов, – отжимали людей в сторону.

– За кем пойдем? – спросил Малыш, когда мы завершили разведку и картина прояснилась.

– За носилками, – сказал я. – Ребята Шарпа своих просто так не бросят. Первая группа теперь станет кружить по лесу, пытаясь соединится со второй… Идти за ними бессмысленно. Или им это удалось, или они двинулись к наблюдательному пункту, надеясь, что и люди с ранеными пойдут туда.

Через четыре километра, на другой поляне мы снова обнаружили следы схватки – на этот раз, безусловно, реальной. На раздвижных носилках лежал труп с перекушенным горлом. Рядом, в разных позах, – еще четыре трупа. Магазины у винтовок почти все оказались пусты, один из покойников сжимал в руке нож. Я узнал его, поскольку лицо не пострадало, чего нельзя было сказать о других частях тела – Георги Мерабишвилли, заместитель Шарпа, его близкий друг. Какое-то время мы стояли молча. Мы уже привыкли к мысли, что в конце концов обнаружим ребят Шарпа и его самого живыми и невредимыми.

– Они находились здесь долго, – нарушил молчание Крейг. – Их убили не всех сразу. Раненый на носилках, и вон тот, с проломленной головой, лежат аккуратно, рядом, им даже руки сложили на груди. Они погибли первыми. Остальные – потом, тела валяются как попало… Их атаковали дважды.

Вокруг были не только следы ботинок, но и отпечатки лап с длинными когтями. Да и раны на теле говорили сами за себя.

– Фантомы не оставляют следов, Пит, – тихо сказал Малыш.

– Как ты тонко подметил… Но они и гориллам не принадлежат. Верно, Крейг?

– Точно. Явно следы хищника. Но я не припомню, у кого на Тихой такие лапы.

– Я тоже. – Кэт пошла в сторону и вдруг остановилась. – А это что еще? Пит, взгляни… Парни использовали что-то из арсенала военных?

В том месте, на которое она указывала, трава была примята и засыпана тонким слоем мельчайшей черной пыли. Я поддел ее носком ботинка – вверх поднялось облачко.

– Так бывает, когда по чему-нибудь живому пальнут из биоаннигилятора. Но тогда и траву сожгло бы, и эти кусты сзади. Нет, тут что-то другое…

На краю поляны нашлось еще одно пыльное пятно. Однако какое отношение имеют пятна к произошедшему, мы не разобрались.

– Трое ушли отсюда, – сказал Малыш. – То есть двое ушли – и несли третьего. Двигаем за ними?

Долго искать нам не пришлось. В полутора километрах, на поляне побольше, мы обнаружили носилки, тело с которых было сброшено и растерзано.

– Господи, это Сюзанна, – узнала Кэт. – Это ее на носилках несли…

У второго мертвеца оказалась откушена голова. Третьего долго трепали и тащили по земле в джунгли – до него шла широкая полоса смятой травы. И повсюду – следы когтистых лап.

– Куда дальше? – спросил Крейг. – Вернемся на след первой группы?

– Лучше сразу искать наблюдательный пункт, – ответил я. – Мы знаем, что Шарп дошел туда с кем-то, – это и была первая группа или ее остатки. Может, кто и потерялся по дороге, но чует мое сердце, живым мы его вряд ли найдем. Похоже, в Восточном массиве началась совсем другая охота.

– Вы заметили, что трупы совсем не разложились? – спросил Малыш.

– Мы не знаем, когда их убили, – сказал Крейг.

– Ну не полчаса же назад! В джунглях разложение начинается уже через пару часов. И если они покинули «Миротворец» в тот день, когда началась буря помех… Они не могли добираться сюда слишком долго.

– Думаешь, это работа Великого Бога Айтумайрана? – спросил я.

– А чья еще?

– Надо проверить комбезы ребят, – сказала Кэт. – Вдруг удастся откачать хоть одного киб-мастера – сразу все и узнали бы. Зря мы не сделали это, когда нашли первых.

– Давайте я слетаю? – предложил Малыш. – Моментом. Пока Крейг зондирует кибов здесь…

– Один не пойдешь, – перебила Кэт. – Я с тобой.

– Попробуйте, – одобрил я. – Но сильно там не задерживайтесь. Узнаем что или нет – все равно летим к НП, пока ситуация еще у нас под контролем.

До места они добрались быстро. Когда Крейг начал проверять последний комбез, в эфире вдруг прозвучал еле слышный, искаженный помехами на большом расстоянии голос Кэт:

– …напрасно. Из… ничего не выйдет. Летим обратно.

Я повернулся к согнувшемуся над мертвым телом Крейгу:

– Бросай, бесполезно.

– Сейчас… Заканчиваю.

На опушке сбоку от меня зашуршали кусты. Краем глаза я засек стремительное движение и резко повернулся. Со стороны леса на ничего не подозревающего Крейга несся огромный огненный зверь, похожий на очень большого волка. Он словно горел изнутри каким-то темным, мрачным пламенем – я никогда не верил в ад, но тут подумал, что адское пламя должно быть именно таким.

– Крейг! – заорал я, пытаясь сорвать с плеча винтовку, не сразу вспомнив, что винтовка осталась в седельном зажиме скутера. – Крейг, сзади! Это рэдвольф!..

Он среагировал моментально: не оборачиваясь и не разгибаясь бросился в сторону, перекатился по земле, вскочил, выхватил пистолет и дважды выстрелил. Однако пули монстра не задержали – он сшиб Крейга и вцепился ему в плечо. Я подхватил с земли винтовку одного из ребят Шарпа и дал длинную очередь. Рэдвольфа сбило с ног, но он не выпустил Крейга, и поднимаясь, продолжал трепать его из стороны в сторону. Крейг сумел выстрелить еще трижды, а я всадил монстру в живот вторую очередь. Рэдвольф утробно взревел, отпустил плечо Крейга, но тут же вцепился ему в левый бок, и теперь его тело загораживало мне цель. Я бросился в сторону, крича в эфир:

– Кэт, Малыш, если вы меня слышите! На поляне не приземляться! Стрелять с воздуха!

– Что там у вас? – услышал я голос Кэт. – Держитесь, мы на подходе!

Оказавшись на нужной позиции, я пальнул рэдвольфу в голову. Но он никак не хотел умирать, только выпустил неподвижное уже тело Крейга и бросился на меня. Очередь из десятка пуль его остановила – он застыл неподвижно, уставившись мне в лицо прищуренными глазами, и начал подбирать под себя задние лапы, готовясь к прыжку. Я тщательно прицелился и выстрелил.

То есть, хотел выстрелить. Винтовка сухо щелкнула. Я тупо взглянул на индикатор сбоку. Кончились патроны.

Но этого не может быть! Стандартный винтовочный магазин вмещает семьдесят патронов, а я истратил не больше сорока.

Да ведь это не моя винтовка. Такая же точно, но не моя. Я взял ее у убитого. Из нее уже стреляли раньше.

– Стреляй, Пит, стреляй! – ворвался в мои уши голос Кэт. Она уже видела поляну с приближающегося скутера.

«Стреляй, Пит, стреляй…» – эхом отдалось у меня в голове. Все было почти как во сне – том самом, который я видел в уютном и безопасном гостиничном номере отеля «Козерог», и еще не раз после. Поляна с трупами на ней, жуткий огненный монстр напротив, а у меня в руках пустая винтовка… Правда, рядом не было изувеченной, умирающей Кэт, но дела это не меняло. Потому что рядом был мой изувеченный и умирающий друг Крейг Риера.

– Стреляй, Пит, стреляй! Убей его бога ради!..

«С-т-р-е-л-я-й, П-и-т, с-т-р-е-л-я-й», – отозвалось в голове эхо. Там, в своем сне, я никогда не успевал выстрелить.

– Стреляй!!!..

Моя правая рука отпустила рукоять винтовки и рванулась к пистолету, а рэдвольф прыгнул. Его вытянутые вперед лапы с выпущенными когтями почти коснулись меня, когда я начал стрелять; мое лицо обдало жарким дыханием из разверстой пасти, уши заложило от оглушительного рева, а первые пять пуль вспороли грудь зверя на участке размером в ладонь. Рэдвольфа отбросило назад, а я продолжал нажимать на спуск так часто, как только мог. Когда в пистолете закончились патроны, я сунул его в кобуру, вынул пустой магазин из винтовки и вогнал в освободившийся приемник свежий из чехла на поясе. Рэдвольф медленно поднялся. Он давным-давно должен был умереть, в него попало не меньше трех десятков пуль из винтовки и двадцать – из пистолета, но он поднялся и приготовился к прыжку. Я вскинул винтовку и выстрелил. Короткой очередью ему разворотило полголовы и развернуло. Он остался стоять боком ко мне, широко расставив лапы.

– Позвоночник, Пит, – раздался сзади слабый голос Крейга. Он приподнялся на локте на том месте, где лежал, и пытался прицелиться из пистолета. – Средний отдел позвоночника…

Я нажал на спуск. Не знаю, где у рэдвольфа проходил позвоночник, но после того, как я выпустил в него с расстояния трех метров более шестидесяти пуль, оставшихся в магазине, все его туловище превратилось в кровавое месиво. Прогалина до самой темно-зеленой стены зарослей была покрыта клоками шкуры и сплошь забрызгана кровью. Я потрясенно смотрел, как то, что осталось от чудовища, все еще скребет лапами по земле и порывается встать. В двух шагах от меня на прогалину свалился скутер, с него спрыгнули Кэт с Малышом и направили винтовки на шевелящуюся, окровавленную, хрипящую груду мяса у моих ног.

– Это еще что за… – начал Малыш и умолк.

Кэт тронула меня за плечо:

– Ты в порядке?

– Да. Посмотрим, что с Крейгом.

Крейг был очень плох, но еще жив. Мы с Кэт опустились возле него на корточки и обработали раны. Малыш остался стоять, внимательно оглядывая окружающие поляну заросли, готовый стрелять во все, что оттуда появится.

– Крейг? – позвала Кэт, когда мы закончили.

– Он потерял сознание, – ответил Кальян. – Я не смогу поддерживать его слишком долго. Ранения серьезные, а системы жизнеобеспечения комбеза частично повреждены.

– Мы сможем довезти его до лагеря? До «Рейнджера», а потом отправить на «Артемиду»?

– Не успеете. К тому же он не сможет сидеть в кресле скутера, даже если его привязать. Полет сам по себе убьет его прежде, чем вы доставите его на «Рейнджер».

– На «Миротворце» есть реаниматоры, – сказал я. – Должны быть. Но неизвестно, рабочие ли. Ведь вся интеллектроника корабля мертва.

– Будем надеяться, что только та, которая была включена в момент атаки, – сказала Кэт. – Реаниматоры ведь никогда не включают, пока они не понадобятся.

– Помоги-ка мне… – Я встал и направился к скутеру. Кэт пошла следом. – Да нет, – остановил я ее. – Принеси носилки. А я подведу машину поближе.

Багажник скутера – не самое подходящее вместилище для транспортировки тяжелораненых, но у нас не было выбора. Мы уложили Крейга на носилки, задвинули их в длинный и узкий, проходящий под обоими сиденьями скутера отсек и примотали ручки шнурами к хвостовому стабилизатору. Тело Крейга не могло соскользнуть, но я все же до предела задрал корму скутера вверх, когда мы летели до «Миротворца».