Время, проведенное с Рафом, воодушевляло Антониетту.

Ночь была не такой длинной и темной, как прежде, и следующим утром Антониетта проснулась в восхитительном предвкушении.

Она решила прогуляться в деревню за покупками до начала своей смены.

По сути, она радовалась своему возвращению. Она оставила Силибри в год лесных пожаров, когда горы и деревья были обугленными и черными.

На самом деле деревня медленно умирала еще до рождения Антониетты: магазины и кафе закрывались, а молодежь уезжала в города. Но теперь, когда древний монастырь отремонтировали, повсюду появлялись новые постройки. Деревья были пышными, а вдоль дорог распустились зимние полевые цветы. Деревня процветала: ее продукты и товары теперь пользовались спросом, а в кафе было много посетителей.

Антониетта уже сделала несколько рождественских покупок. Помимо подарков родителям и брату, она купила губную помаду для Авроры, что делала ежегодно. Хотя ее подруга теперь богата и может накупить себе кучу яркой косметики, некоторые традиции не изменились. Антониетта купила шоколад ручной работы для Нико в одном из киосков на деревенской площади.

Как ни странно, она подумала о Рафе.

Хотя она думала о нем время от времени со вчерашнего дня. Вернее, он всплывал в ее мыслях с того дня, как они познакомились.

- Шоколад с ароматом кофе, - порывисто сказала Антониетта хозяину киоска и подпрыгнула на месте, услышав свое имя.

- Антониетта? - Это был Пино. - Ты покупаешь мне подарок? - поддразнил он, увидев ее покрасневшие щеки.

- Нет. - Антониетта улыбнулась в ответ и взглянула на его пустую тележку для покупок. Она знала, что Пино просто убивает время. - У тебя выходной?

- Да. А я думал, ты работаешь.

- Моя смена начнется в полдень. Но Франческа хочет, чтобы я пришла пораньше из-за нашего уважаемого постояльца. - Она сильнее покраснела.

- Ну да. - Пино закатил глаза. - Я слышал, он просил, чтобы Кики больше не обслуживала его номер.

Антониетта округлила глаза:

- Почему?

- Я думал, ты не любишь сплетничать, - поддразнил Пино.

Антониетта поспешно сменила тему:

- Мне надо выбрать два подарка Гейбу. На следующей неделе его первый день рождения, а потом и Рождество.

Пино с радостью помог ей, и вскоре она купила маленький деревянный поезд и милый костюмчик. Пино предложил ей выпить с ним кофе.

- Я тороплюсь, - солгала Антониетта.

Сладкий, пряный аромат бучеллато - итальянского рождественского пирога - доносился из кафе, и, хотя он был соблазнительным, Антониетта слишком боялась встретиться со своей семьей. Поэтому она попрощалась с Пино и решила сама испечь пирог. В деревенском магазине она купила инжир и миндаль для пирога, еще несколько продуктов и встала в очередь на кассу.

Владелец магазина не смотрел ей в глаза, и Антониетта поняла почему.

- Тварь!

Антониетте не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что оскорбление предназначается ей. Во время предыдущих походов по магазинам ее называли хуже. Она не обернулась и не ушла.

- Шлюха!

Все в деревне считали, что она сбежала от Сильвестра с другим мужчиной.

«Пусть думают, что хотят», - подумала Антониетта, расплачиваясь за покупки. Взяв сумку, она увидела, что ее оскорбляет тетка Сильвестра.

Антониетта ничего не сказала. Она очень старалась уйти из магазина с высоко поднятой головой.

Дальше было еще хуже.

Ей навстречу попались родители.

- Мама! - воскликнула Антониетта.

Родители отвернулись от нее и перешли на другую сторону улицы. То, что они перешли дорогу, чтобы избежать встречи с дочерью, было не только болезненно и унизительно, но и рассердило Антониетту.

- Я пыталась обо всем тебе сказать, мама!

Она и правда пыталась раскрыть матери свои опасения по поводу Сильвестра накануне свадьбы. Антониетта наблюдала, как плечи Тулии Риччи напряглись. Она остановилась и медленно повернулась.

- Ты знаешь, что я пыталась обо всем тебе сказать.

- Антониетта, - произнес ее отец, - зачем ты вернулась?

Увидев холодное выражение его лица, она задала себе точно такой же вопрос.

Антониетта ушла, запрещая себе плакать.

Даже в отеле она не избавилась от растущего гнева, который не испытывала раньше.

Скоро начнется ее смена. Антониетта решила, что не может думать о семейных проблемах и работать, поэтому постаралась успокоиться. Сегодня вечером она подумает и решит, оставаться ли ей в деревне, завершить обучение и дать родителям шанс на примирение.

Она быстро переоделась в униформу и с дрожащим сердцем отправилась в отель. Обычно Антониетта приходила на работу на пятнадцать минут раньше, но сегодня ее так потрясли утренние события, что она добралась до работы как раз вовремя.

- Вот ты где! - сказала Франческа вместо приветствия. - Синьор Дюпон потребовал, чтобы его номер убрали в полдень, в его отсутствие.

Антониетта кивнула и пошла в номер. Постучав в дверь и не получив ответа, облегченно вздохнула, поняв, что осталась в номере одна, и ей не придется вести светскую беседу.

Войдя, она принялась за работу, пытаясь избавиться от грустных мыслей.

Но, разглаживая простыни на кровати, видела перед собой образ родителей, которые переходили улицу, чтобы избежать встречи с ней. Она взбила подушку, а потом обнаружила, что сжимает ее в руках и плачет.

Антониетта злилась.

Она приехала в Силибри, чтобы загладить вину. Чтобы извиниться перед своими родителями за то, что не вышла замуж за человека, который был с ней груб.

Она слишком долго сдерживала гнев, и теперь у нее сдали нервы. Она уткнулась лицом в подушку и разрыдалась.

В таком состоянии и застал ее Раф.

Он все-таки отправился на пробежку, отчасти чтобы не встречаться с Антониеттой, которой слишком заинтересовался.

После несчастного случая он ослабел, поэтому бегал недолго. Он поднялся по каменной лестнице на балкон и увидел, что Антониетта плачет в подушку.

Прежде Рафа не интересовали драмы в жизни горничных.

И хотя чужие слезы обычно его не трогали, при виде Антониетты у него сжалось сердце.

Увидев Рафа, Антониетта испугалась и опустила подушку.

Он тяжело дышал после бега и выглядел недовольным.

- Прошу прощения, - сразу же сказала Антониетта, потому что уважаемому постояльцу не следовало докучать. Она вытерла щеки руками и начала снимать наволочку. - Я думала, вас нет в номере.

- Никаких проблем. - Раф пожал плечами.

- Я встретилась со своими родителями. Они перешли на другую сторону улицы, чтобы не встречаться со мной.

- Понимаю. - Раф старался быть равнодушным.

- Я могу прислать другую горничную. - Антониетта икнула, отчаянно стараясь успокоиться. Но слезы все равно катились по ее щекам.

- Не надо, - сказал Раф. - Продолжайте.

- Но я не могу перестать плакать…

- Работайте! - отрезал он.

Антониетта продолжала плакать и работать.

Раф игнорировал ее.

Ну, он старался это сделать. В какой-то момент, когда его гнев уступил место печали, он слегка закатил глаза и протянул плачущей горничной носовой платок.

Она была так благодарна ему за молчание. Ей никогда не помириться со своей семьей, в этом она уверена. И прямо сейчас, в «Августе», она оплакивает своих родителей.

Раф не вмешивался.

Ему хотелось принять душ после пробежки, но он не желал идти в ванную на глазах плачущей горничной.

Конечно, он мог ее прогнать.

И все же он этого не сделал.

Вместо этого Раф стоял на балконе и смотрел на храмовые руины, размышляя о расстроенной Антониетте.

Он вспомнил, как ликовал, когда девушка улыбнулась, и понял, что хочет, чтобы она улыбнулась снова.

В свою очередь Антониетта довольствовалась его молчанием. У нее не было ощущения, что она плачет одна, как бывало много раз. И при этом она была избавлена от навязчивых вопросов.

Он просто разрешил ей плакать и работать.

Когда все было сделано, Антониетта почувствовала себя на удивление спокойной. Собрав свои вещи, она наконец обратилась к Рафу:

- Я закончила.

- Не хотите умыться холодной водой?

Она сделала, как он ей сказал, потрясенная своими опухшими глазами и красным носом.

- Если вам что-то понадобится, позовите меня.

- Не позову, - сказал Раф, а потом подумал, что Антониетта отвлекла его от мрачных мыслей. - Вы работаете завтра?

- Только полдня, - ответила Антониетта. - Потом у меня выходной.

- Значит, я увижу вас завтра? - Он на это надеялся.

И она тоже.

- Спасибо, - сказала она, повернувшись, чтобы уйти.

- Антониетта? - Раф окликнул ее по имени, когда она пошла к двери. Его призыв показался ей прикосновением руки к ее плечу. Задрожав, она встала, боясь обернуться.

Наконец Антониетта медленно повернулась к нему лицом и поняла, что борется не со страхом, а с желанием.

За спиной Рафа была широкая кровать, и Антониетте захотелось лечь на нее с ним и познать блаженство от близости.

- Слушаю вас, - тихо и с придыханием произнесла она.

Раф очень редко терялся в догадках, что ему делать дальше. Он не только не утешал расстроенных горничных, но и не спал с ними.

К тому же Антониетта очень расстроена, и он ни за что не воспользуется ее положением.

Воздух потрескивал от напряжения. Она выглядела так, будто он только что поцеловал ее и прижал к стене.

- Можно ли одному из моих охранников поговорить с вами?

- Зачем ему говорить со мной? - Она нахмурилась, пытаясь отвлечься от его слов и напомнить себе, что она на работе. - В номере проблемы с безопасностью? - Она очень старалась поддерживать нормальный разговор, пока ее тело жаждало прикосновений Рафа. - Я могу сообщить Франческе…

Раф понял, что она ничего не знает о том, кто он.

- Все в порядке, - сказал Раф. - Это была ошибка.

- Ошибка? - взволнованно переспросила Антониетта.

На этот раз он действительно поверил: она понятия не имеет, что перед ней наследный принц Рафаэль Тулано.