I

Тотчас же все разом заговорили, заспорили. Но в главном согласились – ехать надо немедленно, и лучше не на автомобиле, а первым же утренним поездом.

– Ну, наконец, – с облегчением вздохнул сэр Чарльз, – может, хоть что-то прояснится.

– Что, как вы думаете? – спросила Эгг.

– Не представляю. Но, вероятно, какой-то свет прольется на дело Баббингтона. Ведь Толли наверняка собрал у себя всех, кто так или иначе мог иметь отношение к этому делу – я в этом убежден, – а сюрприз, который он собирался им преподнести, вероятно, был как-то связан с миссис де Рашбриджер. По-моему, логичное предположение. Вы согласны, мосье Пуаро?

Однако Пуаро покачал головой, и вид у него при этом был довольно растерянный.

– Эта телеграмма все усложняет, – прошептал он. – Надо торопиться, очень торопиться.

Мистер Саттертвейт не видел необходимости в особой спешке, но тем не менее с готовностью согласился:

– Конечно, мы отправимся первым же поездом. Но вот надо ли ехать нам всем вместе?

– Мы с сэром Чарльзом уже условились ехать в Джиллинг, – сказала Эгг.

– Эту поездку можно и отложить, – заметил сэр Чарльз.

– А я считаю, что ничего не надо откладывать, – возразила Эгг. – Совсем не обязательно всем четверым ехать в Йоркшир. Это просто глупо. Зачем столько народу? Мосье Пуаро и мистер Саттертвейт поедут в Йоркшир, а мы с сэром Чарльзом в Джиллинг.

– Мне бы самому хотелось узнать, что там у этой миссис де Рашбриджер, – неуверенно начал сэр Чарльз. – Мне... я... э-э... ведь уже разговаривал со старшей сестрой... то есть как-то ввязался в это дело...

– Именно поэтому лучше вам держаться подальше, – сказала Эгг. – Вы там наплели с три короба, а теперь эта самая де Рашбриджер пришла в себя и выведет вас на чистую воду. Гораздо важнее сейчас ехать в Джиллинг. Матушка мисс Милрей доверится вам скорее, чем кому-либо. Ведь ее дочь служит у вас.

Эгг говорила с такой горячностью, так убежденно.

Сэр Чарльз взглянул ей в лицо.

– Еду в Джиллинг, – сказал он. – Пожалуй, вы правы.

– Конечно, права, – обрадовалась она.

– На мой взгляд, это превосходное решение, – живо отозвался Пуаро. – Как совершенно справедливо заметила мадемуазель, лучше сэра Чарльза никто не сможет поговорить с миссис Милрей. Как знать, а вдруг она сообщит вам даже более важные сведения, чем те, что мы надеемся получить в Йоркшире.

На том и порешили, и утром следующего дня, без четверти десять, сэр Чарльз заехал за Эгг на своем автомобиле. Пуаро и мистер Саттертвейт уже отбыли из Лондона поездом.

Утро стояло прекрасное, в прозрачном воздухе чувствовалась бодрящая прохлада. Сэр Чарльз, миновав Темзу, уверенно вел автомобиль на юг кратчайшим путем, выбирая какие-то только ему ведомые улицы и переулки, то и дело петляя и поворачивая, и Эгг чувствовала, как радость наполняет ее.

Вот они уже на бешеной скорости мчатся по Фолкстонскому шоссе. Проехав Мейдстон, сэр Чарльз сверился с картой, и, немного поплутав по проселочным дорогам, они оказались у цели. Часы показывали без четверти двенадцать.

Джиллинг, маленький, богом забытый городишко, весь утопал в зелени. Здесь была старинная церковь, домик викария, две-три лавки, ряд коттеджей и несколько муниципальных домов.

Миссис Милрей жила в крошечном коттедже неподалеку от церкви, окруженной цветущей лужайкой.

– Миссис Милрей знает о нашей поездке? – спросила Эгг, когда они подъезжали к дому.

– О да. Она написала матери, чтобы ее подготовить.

– Не знаю, право, удобно ли это?

– Что вас смущает, дитя мое?

– Сама не знаю. Может быть, стоило взять с собой мисс Милрей.

– Честно говоря, я боялся, что при ней я не смогу быть самим собой. Она такая самоуверенная. Начнет сразу мной руководить.

Эгг улыбнулась.

Миссис Милрей до смешного не походила на дочь. Мисс Милрей была угловатая, а миссис Милрей – кругленькая и полная, как пышка; мисс Милрей отличалась железным характером, а миссис Милрей – кротостью. Прикованная к креслу тяжелой болезнью, она все дни проводила у окна, глядя на улицу.

Гостям миссис Милрей обрадовалась.

– Как мило, что вы меня навестили, сэр Чарльз. Я так много о вас слышала от Виолеты.

Виолета! До чего же это имя не шло к мисс Милрей.

– Вы даже не представляете, – продолжала миссис Милрей, – как она восхищается вами. Ей так интересно работать у вас. Отчего вы не садитесь, мисс Литтон Гор? Надеюсь, вы извините меня. Ноги отказали мне уже много лет назад. На то воля Божья, я и не ропщу, ко всему можно привыкнуть, всегда говорю я. Может быть, хотите подкрепиться с дороги?

И хотя ни сэр Чарльз, ни Эгг не выразили желания подкрепиться, миссис Милрей это не остановило. Она на восточный манер хлопнула в ладоши, и тотчас был подан чай и печенье. Прихлебывая чай и откусывая печенье, сэр Чарльз завел разговор о том, ради чего они приехали.

– Думаю, вы слышали, миссис Милрей, о трагической смерти мистера Баббингтона, который раньше служил тут викарием?

Пышка энергично закивала головой в знак согласия.

– Да, конечно. Я читала в газетах об эксгумации. Неужели кто-то мог его отравить? Просто не могу себе этого представить. Такой чудесный человек, его здесь все любили... и ее тоже, и их мальчиков.

– Действительно, загадочная история, – сказал сэр Чарльз. – Мы все просто в отчаянии. Вот и подумали, что, возможно, вы хоть что-то проясните в этом таинственном деле.

– Я? Но ведь я не видела Баббингтонов уже... позвольте... уже, должно быть, больше пятнадцати лет.

– Знаю, но, может быть, именно в далеком прошлом и произошло нечто такое, за что он поплатился жизнью?

– Нет, убеждена, ничего такого не было. Они жили тихо и мирно... очень небогато, ведь у них было трое детей.

Миссис Милрей охотно предалась воспоминаниям, но – увы! – в них не оказалось ничего, что способно было бы хоть чуть-чуть приподнять завесу тайны.

Сэр Чарльз показал ей увеличенные фотографические снимки Дейкерсов, фотографию с давнишнего портрета Анджелы Сатклифф и вырезку из газеты с довольно нечетким изображением мисс Уиллс. Миссис Милрей с большим интересом их рассмотрела, но никого не узнала.

– Нет, никого из них не помню. Конечно, ведь прошло столько времени. У нас тут местечко небольшое. Приезжих мало. Да и уезжают немногие. Вот, правда, девочки Агню, дочери старого доктора, замуж повыходили и уехали отсюда, а теперешний доктор – он холост – взял себе молоденькую помощницу. Еще старые мисс Кейли – они в церкви сидели на почетном месте – так вот они все поумирали... давно уже, много лет назад. Были Ричардсоны – он умер, а она уехала в Уэльс. Ну и, конечно, разная мелкая сошка... Но вообще здесь мало что меняется. Думаю, Виолета могла бы вам рассказать больше, чем я. Она совсем еще юной девушкой часто бывала в доме у викария.

Сэр Чарльз попытался представить себе мисс Милрей «совсем еще юной девушкой» – ничего не вышло.

Фамилия де Рашбриджер, о которой сэр Чарльз спросил старую леди, не пробудила в ее памяти никаких воспоминаний.

На том они и простились с миссис Милрей.

Затем наскоро перекусили в лавке у булочника. Сэр Чарльз не прочь был бы направиться в какое-нибудь более «приличное» место, но Эгг заявила, что лучше остаться здесь и постараться разузнать, какие слухи ходят среди местных жителей.

– Ничего, на этот раз сойдут и вареные яйца с ячменными лепешками, – сурово сказала она. – И вообще, стоит ли так беспокоиться о еде.

– Вареные яйца всегда нагоняли на меня тоску, – кротко возразил сэр Чарльз.

Женщина, которая им подавала, оказалась весьма словоохотливой. Она тоже прочла в газетах об эксгумации, и ее потрясло, что речь шла об их «старом викарии».

– Я тогда была совсем девчонкой, но хорошо его помню, – вздохнула она.

Однако больше ничего добавить не могла.

После ланча они пошли в церковь и просмотрели книгу регистрации рождений, браков и смертей. Но и тут не оказалось ничего, что могло бы обнадежить или хотя бы навести на размышления.

Выйдя из церкви на кладбище, они помедлили. Эгг принялась читать имена на надгробиях.

– Ну и забавные фамилии встречаются, – сказала она. – Смотрите, вот тут целое семейство Шиллингов, а вот Мэри Энн Бонжур.

– И впрямь смешные! Но и моя не лучше, – вздохнул сэр Чарльз.

– Картрайт? Не вижу ничего смешного.

– Да нет. Картрайт – моя сценическая фамилия, потом я ее узаконил.

– А какая настоящая?

– Не скажу. Это страшная тайна.

– Неужели так ужасно?

– Не ужасно, а смешно.

– О! Скажите!

– Нет! – отрезал сэр Чарльз.

– Ну, пожалуйста!

– Нет!

– Ну почему?

– Вы будете смеяться.

– Не буду.

– Будете – удержаться невозможно.

– Ну, пожалуйста, скажите. Пожалуйста! Ну, пожалуйста, пожалуйста.

– Вы несносно упрямы, Эгг. Зачем вам?

– А почему вы не говорите?

– Вы как дитя, Эгг. Прелестное дитя, – растроганно сказал сэр Чарльз.

– Нет, я не дитя.

– Разве?

– Ну скажите, – нежно прошептала Эгг.

Сэр Чарльз грустно улыбнулся.

– Ладно, так и быть. Моя фамилия Бидон.

– Нет, правда?

– Клянусь!

– Хм! В самом деле ужасно. Всю жизнь называться Бидоном!

– Да, в театре с таким именем карьеры не сделаешь. Помню, в молодости я носился с мыслью назваться Людовиком Кастильони. Но в конце концов остановился на английском имени – Чарльз Картрайт.

– Но Чарльз ваше настоящее имя?

– Да, уж хоть об этом-то мои крестные родители позаботились. – И, немного поколебавшись, добавил: – Эгг, а если я попрошу вас забыть об этом «сэр»? Называйте меня просто Чарльз.

– Пожалуй.

– Ведь вчера вы же назвали меня Чарльз. Когда... когда... думали, что я умер.

– А-а, тогда... – сказала Эгг, стараясь придать своему голосу беззаботность.

Сэр Чарльз помолчал, потом вдруг решительно заговорил:

– Послушайте, Эгг, так или иначе, а дело, которым мы занимаемся, утратило свое первоначальное содержание, во всяком случае, для меня. Сегодня я особенно это чувствую. Мне кажется, в моей судьбе оно обрело какой-то новый мистический смысл. Надо его распутать, прежде... прежде чем я примусь за другое. Я даже стал суеверным. Если нам здесь повезет, стало быть, мне и... в другом повезет. О, господи! Зачем ходить вокруг да около? Я так часто играл любовь на сцене... а в жизни, оказывается, совсем ничего не умею... Эгг, скажите прямо: я или Мендерс? Мне надо знать. Вчера мне показалось, что я.

– Вы не ошиблись.

– Эгг! Мой ангел!

– Чарльз! Чарльз! Нельзя же целоваться на кладбище!

– Можно!

II

– Так ничего и не узнали, – сокрушенно вздыхала Эгг позже, когда они мчались назад, в Лондон.

– Вздор, мы узнали нечто гораздо более важное. Почему я должен думать о каких-то пасторах, о каких-то докторах? Вы, и только вы, занимаете все мои мысли. Моя дорогая, известно ли вам, что я на тридцать лет старше вас? Это не помешает? Вы уверены?

Эгг нежно сжала его руку.

– Не говорите чепухи. Интересно, а они что-нибудь разузнали?

– Может быть, и разузнали. Ну и пусть... – Сэр Чарльз стал вдруг необыкновенно великодушен.

– Чарльз, но вы же привыкли во всем быть первым.

Но сэр Чарльз уже расстался с ролью великого сыщика.

– Да, то было прежде. А теперь пусть Усатый играет первую скрипку. Это его хлеб.

– Он и вправду знает, кто убийца? Как вы думаете? Он ведь сам сказал, что знает.

– Скорее всего и понятия не имеет. Просто не хотел ударить в грязь лицом.

Эгг молчала. Сэр Чарльз спросил:

– О чем вы думаете, дорогая?

– О мисс Милрей. Она была такая странная в тот вечер. Помните, я вам рассказывала. Она тоже купила газету, где сообщалось об эксгумации, и почему-то все время твердила, что не знает, как поступить.

– Вздор, – весело сказал сэр Чарльз. – Эта женщина всегда знает, как поступить.

– Чарльз, я серьезно! Говорю вам, она была не на шутку встревожена.

– Эгг, моя дорогая, ну какое мне дело до мисс Милрей с ее тревогами. Мне ни до кого нет дела, кроме нас с вами.

– И до трамваев тоже? Не хочу стать вдовой, я еще и женой стать не успела!

Они вернулись домой к сэру Чарльзу как раз к чаю. Навстречу вышла мисс Милрей.

– Вам телеграмма, сэр Чарльз.

– Благодарю, мисс Милрей. – Он открыто, по-мальчишески, улыбнулся. – Послушайте, я должен сообщить вам новость. Мы с мисс Литтон Гор решили пожениться.

Наступило минутное молчание.

– О! Уверена... уверена, вы будете очень счастливы! – проговорила мисс Милрей.

В ее голосе прозвучала какая-то странная нотка. Эгг это заметила, но даже не успела осознать свои впечатления. Сэр Чарльз резко к ней повернулся.

– Господи! Эгг, посмотрите. Это от Саттертвейта, – вскричал он, подавая ей телеграмму.

Эгг прочла, и глаза у нее округлились.