Для понимания сути эксплуатации надо всего лишь понять несколько крайне простых вещей: откуда берется прибавочный продукт, как он отнимается и на что он расходуется.

Если племя победителей обложило регулярной данью племя побежденных – это эксплуатация? Видимо, да. Часть труда племя-данник отдает победителю: шкуры, зерно, оружие. А их еще добыть и произвести надо. Коллективная эксплуатация. Но. Они добровольно согласились? Нет: под угрозой смерти или продажи в рабство. А эксплуататоры им предоставили выбор? А вот и весь выбор. Не было у племени выбора. А эксплуататоры им предоставили охотничьи угодья, поля, орудия труда и охоты? Ничего не предоставили! И что? А то, что такую форму эксплуатации экономика не рассматривает. Принуждение носит формы не экономические, а силовые.

А рэкет? Братки взяли под себя уличные ларьки. Не будешь платить – изобьют, ларек сожгут. Вроде и эксплуатация – а вроде и чистый бандитизм.

То есть. Когда чистая сила является средством отъема прибавочного продукта – это не экономика. Это разбой. Так полагает наука.

(Погодите. Любое государство будет отбирать часть прибавочного продукта у работяг. Это называется: платить налоги. За неуплату – закон наказывает. А это: полиция, суд, штраф или тюрьма. То есть: формы отъема меняются, усложняясь и изощряясь, но сохраняя суть. Под угрозой силы отдашь. Но – мы забежали вперед…)

И однако. Если царек трех деревень, или рыцарь, или бандиты взамен поборов предоставляют ограбляемому трудящемуся защиту от всех других грабителей – это уже предоставление силовых услуг. Товарообмен. Продукт в обмен на безопасность. Отдельно взятый элемент государственного устройства – при отсутствии государства в целом.

Это была преамбула, а теперь перейдем к амбуле: рабовладение – феодализм – капитализм – социализм+коммунизм. Это уже сфера, подотчетная экономической науке.

Что мы имеем на каждой стадии? Во-первых, кто-то уже изобрел и внедрил такие способы хозяйствования, такие орудия труда, которые позволяют создать рабочие места для эксплуатируемых. Вот это принципиально важное – мы выделим, повторим и усвоим:

1. Изобретение орудий труда.

2. Создание эксплуататором рабочих мест для эксплуатируемого.

При этом – рабами становились как правило военнопленные и жители захваченных городов. За побег рабов ловили, клеймили, били, казнили. То есть силой заставляли работать. Но рабочее место и прокорм обеспечивали. Раб получал необходимый инструмент, похлебку, место в хижине.

При феодализме – прямого насилия над эксплуатируемой рабсилой уже не было. Хочешь – работай, ешь, не хочешь – не работай, уйди и сдохни. Но рабочие места – земли, то есть, – изначально захватывались силой. Воинские дружины, рыцари, бароны и так далее. Пришли и завладели. Или скупили, или иным образом взяли землю под себя. И закрепили право на эту собственность законом, а гарантом закона были мечи твоих воинов или палач, исполнявший приговор королевского (герцогского, маркграфского) суда. Но: отдававший часть продукта феодалу, крестьянин получал в пользование землю, с которой кормился и сам. Жилище, орудия труда – могли быть свои, могли арендоваться, варианты существовали разные.

Капиталист построил завод и ввел свободный найм. Заходишь – и получаешь все, нужное для работы. Вышел – живи где хочешь: вот тебе заработок, и заботься о себе полностью сам.

Что мы видим? Что по мере развития цивилизации эксплуататор сбрасывал с себя все заботы о работнике. Получи свои деньги и не морочь мне голову жильем и едой. Но свободнее становился и работник: уйду от тебя к черту куда хочу, много вас кровососов в моем труде нуждается.

Почему стала возможной основа эксплуатации – прибавочный продукт? Потому что кто-то придумал не охотиться на животных, а одомашнивать и пасти. Кто-то придумал не собирать дикие колосья – а высадить зерна и дождаться урожая. А еще раньше кто-то придумал мясо жарить, а зерно размалывать в муку и печь хлеб. Неизвестные гении изобрели соху и плуг, колесо и телегу. Неизвестные гении додумались делать из глины кирпичи и обжигать их, строить стены и рыть каналы для орошения. И только в результате этих гениальных изобретений мог возникнуть и процвести рабовладельческий строй.

А что делали с рабами до рабовладельческого строя? А пленных убивали. И часто ели. (Могли и позднее вырезать город под корень, но это уже было сочетание бойцового зверства с глупой бесхозяйственностью.)

Явствует очевидное: без интеллектуальной, информационной, технологической составляющей – нет прибавочного продукта. Нет эксплуатации. А вместе с ними нет прогресса, гуманизма, и длинный ряд далее.

Крестьянин при феодализме тысячу лет пользовался тем же инвентарем и упряжным скотом. Но он был свободнее раба, производительность его была выше, и он отдавал эксплуататору-феодалу меньшую долю прибавочного продукт. Это плюс. Однако с крахом рабовладельческого строя рухнула и исчезла великая античная культура. Искусства и науки, ремесла и коммунальные сооружения – все исчезло и забылось на тысячу лет. М-да, это минус.

Рабский труд – и великая античная цивилизация: единство и борьба противоположностей (прости, старый учебник). Нет рабов – нет цивилизации: дикость и варварство вернулись!..

Плата за победу и освобождение эксплуатируемых – развал и нищета; это называется «период реформ». Без этого периода вперед не перескочишь, к новому подъему не перейдешь. Светлого феодализма не построишь: работягам посытнее и свободнее, эксплуататоры же сплошь неграмотные головорезы. Но – пропасть между принцами и нищими стала мельче.

Мануфактуры и ремесла, оружейники и механики, торговцы и мореплаватели – прикончат феодализм. Технический прогресс его прикончил, ученые и изобретатели; новые технологии порождали новые возможности. И – «овцы съели людей», а на место окультурившихся за века аристократов пришли торгаши. Рыцарская мораль заменилась торгашеской. Прибыль вместо доблести. Труд вместо битвы. Расчет вместо романтики.

А дальше был капитализм и появление классической экономики.

При этом. Капитализм не мог возникнуть раньше, чем кто-то изобрел горнорудное производство и создал металлургию. Появилась паровая машина и разнообразные станки. И прочее, прочее, прочее.

Без интеллектуальной составляющей прогресс не существует. Без гениев, первооткрывателей и изобретателей, рационализаторов и организаторов – не будет никакого прибавочного продукта и никакой цивилизации.

Технический работник, рядовой исполнитель, раб – легко заменяем любым другим. Интеллектуал, изобретатель и открыватель – уникален, единичен и незаменим. Второй родится – но не скоро, не здесь, и будет так же уникален.

Тысячи и миллионы рядовых работников – дают количественное производство продукта. Гении – дают его качественное изменение: и возможность производить его в небывалых ранее количествах.

Работники есть биотехническая масса цивилизации. На периферии этой массы иногда появляются гении – и тогда рабочая масса изменяет свою конфигурацию и характер своего труда.

Когда-то, в глубине тысячелетий, навсегда неизвестные гении жили обычной жизнью своих племен и народов. Кто научился первым добывать огонь, кто отщепил острую пластину камня, кто изобрел лук, колесо, пращу? Специализации профессий в доисторические времена не было.

А в рабовладельческих цивилизациях уже были инженеры, администраторы, писцы. Крайне ценные специалисты и важные персоны. Без них и рабы были бы не нужны – делать им нечего, занятия им не придумать. Копать, строить, пахать и жать, выламывать камень и делать кирпич – для всего вначале нужна была информация, технологии, организация всего трудового процесса.

К началу! Возвращаемся!

Прибавочный продукт, произведенный рабами – отнимался на роскошь господствующей прослойки. Дворцы с бассейнами, пиры с винами и деликатесами, дорогие ткани и прокорм многочисленных слуг.

Но еще продукт сей злосчастный прибавочный шел на содержание армии и всего чиновного аппарата – а без этого все рухнет. На содержание государства шел продукт!

И еще – на искусства: кормили придворных поэтов и певцов с музыкантами, расписывающих стены художников и проектирующих здания архитекторов. На церковь шел продукт, в смысле на весь аппарат религии с храмами и жрецами – а без устойчивой религии народ смущен, дух его шаток и государство непрочно.

Но главное сейчас для нас: наука содержалась в сытости. Не только астрономы, не говоря о философах. Математики, механики, открыватели законов и создатели правил – судостроения, градостроения, орошения, металлургии.

Тяга к роскоши и траты на нее – это психологический стимул элиты государства: пусть рабов будет много, и они много и продуктивно работают, чтоб нам было шикарно. А развитие наук и ремесел – это объективное стремление цивилизации к накоплению благ, наращиванию производств и продуцированию информации, ко все большему расширению информационного поля.

Раб кормит интеллектуала. Интеллектуал дает рабу возможность выжить, есть-пить. А нередко и кое-где – в свой срок стать свободным, подняться, выбиться в люди.

Прибавочный продукт возникает в две стадии: сначала гений придумал, как получать его с раба, как создать такие возможности. А уже потом раб работает и кормит гения, но вместе с ним – чертову прорву народа.

А можно ли убрать «всех лишних», так сказать? Чтоб раб не кормил паразитов? Владельцев и прочих милитаристов и певцов попсы?

Нельзя. Хоть плачьте, хоть расстреливайте: нельзя! Чтобы появился гений – нужно очень много людей, мал процент сильно умных-то. Дети этого гения вряд ли будут такими же.

И нарисовался у нас антигуманный вывод:

ЭКСПЛУАТАЦИЯ – ОСНОВА РАЗВИТИЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Теперь – детальнее:

Мы называем эксплуатацией только такой отъем прибавочного продукта, когда сей отнятый продукт превращается в роскошь для социальных паразитов. А также обогащает конкретных личностей, создавших такие условия, такие производства, что работяги вынуждены отдавать им часть продукта – таковы условия найма и законы государства.

Ну – а кто платит ученым и учителям, конструкторам и инженерам? Капиталисты? С каких денег? А что у работяг отняли.

А армия, полиция, суды, коммунальные работы? С налогов оплачивается. Государственные расходы. А кто налоги платит? Да в основном те же капиталисты. Деньгами, отнятыми и своих работяг.

Но тогда мы обязаны разделить эксплуатацию на два потока (оборот некорректен, но смысл точен). Одна часть – капиталист отнял и проел, пропил, прогулял, протратил на барахло. Кстати – часть отнятого труда работяг пошла через капиталиста на оплату виноделов, коннозаводчиков, архитекторов особняков и музыкантов – всей той культурной и ремесленной сферы, которая обслуживает капиталиста и паразита. Вот здесь – эксплуатация в чистом виде: пролетарий ничего не потребил за свои отнятые деньги. И здесь же – паразиты: наследники, рантье, акционеры. Ничего не делают, а жрут много.

А вторая отнятая часть труда – идет на армию, администрацию, дорожников и градостроителей, полицию и почту. На существование государства, без которого – не будет порядка и не будет работы, потому что вольные разбойники разграбят всю собственность, и нет уже смысла в заводе и заработке – капиталисты сбежали, работяги обнищали, все одичали.

Третья же часть идет на труд какой-то виртуальный, иллюзорный, пролетариям не понятный и считаемый формой биться баклуш. Все ученые и изобретатели, художники и писатели – кушают крестьянский хлеб, носят пролетарские штаны и целыми днями занимаются фигней. Это – мозг и чувства цивилизации, фермент ее роста. Серой скотинке, как выражались белогвардейцы в советских романах, этого не понять.

Ай-яй-яй! Мы чуть не упустили еще одну часть. Организаторы и руководители производства. Это может быть сам капиталист, а могут быть высокооплачиваемые наемные менеджеры. Плата хорошему топ-менеджеру очень велика. И все это руководство производством – длинно и в рифму – тоже оплачивается прибавочным продуктом, произведенным работягой. Но уж здесь-то – фигу! Это все равно что назвать мозг нахлебником рук и желудка. Нет руководства – нет у вас никакого завода, работы и заработка, ступайте крапиву варить и милостыню просить.

Деление населения на пролетариев и остальных – это деление организма на руки как гегемон и остальные части тела как буржуазию. Мечта создать рукожопый организм, который сам себе голова. (И опыты ставились!) Неспособность видеть объект в неразъемной сложности и противоречии его частей. Грубо говоря – глупость.

Элементарная вещь:

Если завтра исчезнут все крестьяне и городские пролетарии – послезавтра они заменятся людьми других слоев и профессий. Временные накладки и сбои при вхождении в тему, обучение, да, но – все устоит. С передрягами и потерями – но устоит и через поколение восстановится.

Если завтра исчезнут все интеллектуалы, люди науки, искусства, культуры, военные стратеги и менеджеры-организаторы – хана вам всем. Новое средневековье. Читать разучитесь! Все скоро развалится – слишком сложна нынешняя цивилизация.

Так что конечно: крестьянский хлеб и пролетарский инвентарь-одежда есть базовый, фундаментный уровень цивилизации. Но – его производители не есть соль земли, а лишь наименее квалифицированная часть из всех трудящихся, обеспечивающих существование этой цивилизации.

А теперь – к делу: как будем освобождать трудящихся от эксплуатации?

Способ первый: от каждого по способностям – каждому по труду. Поздравляю! Тогда больных, инвалидов и стариков должны содержать исключительно родственники. А изобретатель паровой машины, бульдозера, экскаватора, пулемета и самолета – должны быть мультимиллиардерами. Их вклад вашему не чета: до сих пор бы ходили пешком с лопатой, ею и сражались.

Способ второй: зарплату отрегулировать – всем поровнее. Но тогда вы эксплуатируете гениев! Вы отбираете у них большую часть продукта, произведенного вследствие их великого умственного труда! Ибо труд мерится полезным результатом, а не усталостью толпы землекопов.

Способ третий, испытанный – развитой социализм. Плановая экономика. Тарифная сетка зарплаты. Общенародная собственность на средства производства. И – никакой эксплуатации. Завод, больница, конструкторское бюро – все наше, общее. И труд общий. Средний доцент и средний конструктор получают больше среднего работяги вдвое – мы ценим их ум.

Теоретически и марксистски он должен перерасти в четвертый способ – коммунистический. От каждого по способностям – каждому по потребностям. Этот миазм расслабленного мозга можно было бы вообще не упоминать в силу семантической неадекватности. Бредовости, грубо говоря. Ибо потребность принципиально и всегда опережает наличность, как идеал опережает реальность. Опережение – это имманентное качество потребности. В погоне за удовлетворением потребностей у президента Путина 20 (двадцать) шикарных дворцов-резиденций (на 2020 год от Рождества Христова). Удовлетворения потребностей ради человечество уже 10 000 (десять тысяч) лет все изобретает, производит и потребляет в угрожающе растущих количествах. Уже пять комнат на двоих и машина на каждого – а им все еще чего-то надо, прорвам ненасытным! А если вы воззовете к сознательности и потребности ограничите – так не фиг было о них и разговор заводить. Тема это философская, но, с другой стороны, не сложная. В узком же смысле – насчет потребностей в обществе изобилия – это материал для психологии и социальной психологии, место экономики здесь в третьем ряду у прохода. Невзирая на. Не слушая, то есть, скандирования идиотов.

Да, так что мы дальше делать будем, на светлом пути к отмене эксплуатации и построению социализма? Паразитов ликвидируем как класс. Капиталист, в самом крайнем случае, может трудиться директором своего завода на зарплате.

А все, что работник не тратит на себя – на еду, одежду, отпуск, мелкие свои развлечения, машину (у кого есть) и дачу (шесть соток) – социалистическое государство у него отчуждает. Но! Этот прибавочный продукт идет не эксплуататору на ванну из шампанского! А на санатории и школы, больницы и институты, строительство новых городов и комбинатов, на театры и киностудии. И это все для трудящихся – уже бесплатно.

Что значит – «бесплатно»? Это значит, что за них уже заплатили все трудящиеся сообща; а на что пошли их деньги – их не спрашивали.

И вот здесь получается страшная хрень. Социалистический трудящийся получает в свое пользование меньшую долю своего труда, чем капиталистический. Это как?.. И зарплатой на руки, и вместе с больницами и университетами бесплатными – все равно меньше.

Это как? Родное социалистическое государство отбирает у него больше продукта, чем капиталист?!

Да, больше.

Первая причина: государственное планирование социалистической экономики требует огромного количества чиновников. По закону открытых систем – любая чиновничья структура, как и все системы, стремится к росту. Чиновников разводятся тучи, и все на зарплате. На шее работяги-производителя то есть.

Вторая причина: социалистическое общегосударственное планирование, как любая открытая система с нарушением обратной связи, производит массу ненужного и низкокачественного, и не производит массу нужного. Таким образом, часть труда рабочего, отчуждаемая государством, идет сразу на помойку. Новые штаны, отвисев срок в магазине – во вторсырье, новые книги, отстояв срок в магазине – в макулатуру.

Третья причина: в силу недостатков государственного планирования, ибо все учесть невозможно, часть произведенного продукта погибает без толку. Не хватает складов, не хватает транспорта, не успели переработать слишком большой запас сырья – набрали с избытком, страхуясь от нехватки в будущем. Не вывезли сваленный лес, не успели убрать урожай, посеяли раньше срока в мерзлую грязь, ибо райком партии подгоняет: план по севу давай! – ну и не взойдет ни хрена.

Четвертая причина: дефицит. Качественных и нужных вещей, как хорошие штаны и хорошие книги, не хватает. А деньги с зарплаты на них отложены. Омертвленные деньги – это не деньги, это фантики. Ты их не съешь и не наденешь. Денежные знаки, которые ты не отоварил по причине отсутствия продукта – это фикция, крашеный воздух. Реально за свой труд, выраженный в непотраченных деньгах, ты ничего не получил. Никаких товаров. А произвел-то ты на работе не деньги, а продукт! Значит, еще часть продукта государство у тебя забрало в свою пользу – а тебе взамен ничего.

Суммируем. Верховные чиновники получают много денег, а еще больше бесплатных благ: квартиры элитные, дачи элитные, машины представительского класса, костюмы из дорогой ткани от лучших портных, автомобили представительского класса. А к ним прилагаются прислуга и охрана, весьма многочисленные.

Туда же – огромный аппарат госбезопасности.

Гигантский военно-промышленный комплекс. А танк ты не съешь, в пулеметную ленту не оденешься, в самолете жить не станешь.

Армия и флот. Два единственных друга Советского Союза. И тех вечно лихорадило. Но аппетит имели зверский, прорвы!

Таким образом, производство товаров группы Б, товаров то есть «народного потребления» (не путать с «правительственным потреблением») финансировалось по остаточному принципу. Все, что оставалось от функционеров административно-командной системы, правоохранительных и родственных им органов, гигантского милитаристского монстра, и еще вычесть все потери от бесхозяйственности.

Так могли ли рабочие и крестьяне достойно кормить и одевать эти 240 миллионов исполнителей планов очередного съезда КПСС? Им бы спасибо сказать за заботу! А народ матерился… твари.

(Кратко: по уровню ВВП брежневский СССР находился на 2 месте в мире, уж как там это считали, – но по жизненному уровню – на 26. Согласно официальной статистике. Как же так?.. А вот так.)

Пересчитаем раны и трофеи. В СССР было прекрасное образование, высшее и особенно среднее. Бесплатно. И общаги без проблем. И стипендии, хоть и маленькие, почти всем. И бесплатная медицина. Не фонтан, но всяко лучше для народа, чем ужас РосФедерации-2020. И санатории и дома отдыха, куда всем не попасть, но многие простые работяги, особенно больные и нуждающиеся, ездили туда по многу раз.

Ну, летом и на праздники билетов на поезд и самолет не бывало. В гостиницу попасть было невозможно. В ресторан тоже, толпы перед входом – обычное дело вечером.

Молодой специалист получал 100 рублей, нормальный пенсионер (не колхозник) – 120–132, инженер 160, нормальный работяга 200.

И вот, считая зарплату плюс все бесплатные блага, работник получал меньшую долю произведенного продукта, чем на современном ему Западе. При капитализме. Считая платное образование (не для всех), платную медицину (большинство пользуется страховой медициной), меньший отпуск декретный и ежегодный оплачиваемый. И дорогую аренду жилья. Вот – список всех, пожалуй, расходов при проклятом капитализме. И это бывают неподъемные для некоторых расходы! Но поднимают. И живут.

То есть. Практика, которая критерий истины. Говорит, что. У спрутов и держиморд капитализма – организация труда эффективнее, производительность выше, зарплаты в денежном исчислении выше. Так при этом – еще и коэффициент эксплуатации ниже!

Коэффициент эксплуатации – это какую часть произведенного продукта от тебя отчуждает работодатель. Будь то капиталист или государство. И эта доля к тебе уже не возвращается, на тебя не расходуется, ни через санатории, ни через образование.

Еще раз:

СТЕПЕНЬ ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРУДЯЩЕГОСЯ ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ ВЫШЕ, ЧЕМ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ

При социализме нет миллиардеров и явных паразитов – да, и это хорошо. Но при социализме масса продукта идет на помойку, а также на военные и политические расходы, о которых работяги не просили! А их не спрашивали.

Социалистическое государство – жестокий эксплуататор. А весь нехитрый пропагандистский фокус заключается в том, что отнимая часть денег у всех – часть этой части государство расходует на учащихся и больных, внушая всем, что это «бесплатно» и огромное облегчение. То есть: твоими деньгами распорядились без твоего спроса: вынули из твоего кармана, часть оставили себе, часть пустили на содержание школы, и внушают, что ты должен быть благодарен за «бесплатное». Секрет в том, что большинство людей очень глупы и слова принимают за дела.

Каждый, кто жил в социалистическом государстве, отлично знает, что «народ» не имеет ни малейшего влияния на происходящее в стране. Все решает верхушка, реально осуществляющая диктатуру: верхняя полусотня властителей. Вот и деньги эта власть перераспределяет по своему усмотрению.

А власть – это те, кто распоряжается, кому вручены бразды правления. И они тут же проникаются особенным, властным, мировоззрением и интересом до жизни.

А социализм как агрессивная политическая доктрина хочет все деньги пустить на усиление себя, здесь и везде, во всех смыслах. При социализме всегда надо потерпеть сегодня, чтобы было хорошо завтра: победим врагов, или создадим материально-техническую базу, или воспитаем нового человека, или изживем имеющиеся недостатки.

И не смей спрашивать, почему при капитализме рабочий богаче.