Теперь, когда Фалькони не заслонял ей обзор, Кира увидела, как от проема летит в сторону медузий дрон, а за ним хвостом кометы тянется защитный дым. В ярости Кира послала вдоль пола и потолка веером волокна и обхватила ими дрон, а потом нанесла удар, и дрон жалобно зажужжал: полдюжины шипов проткнули его с двух сторон.

У Киры вырвался дрожащий вдох. Если б не Фалькони, ей бы отстрелили голову.

Воробей ухватила Фалькони со спины, подтянула его к себе. Правая рука капитана превратилась в месиво: словно раздавленный орех – видна сердцевина внутри. Смотреть на рану Кира не могла. И твердо решила: больше она никого не потеряет. Довольно.

Фалькони тяжело дышал, но держался спокойно: импланты блокировали боль. Из разломанных краев экзоскелета сочилась белая пена: она остановила кровотечение и загипсовала руку.

– Дерьмо, – буркнул он.

– Двигаться сможешь? – спросила Кира.

«Иерофант» вновь сотрясся всем корпусом, но Кира пока не стала обращать на это внимания.

Экзоскелет Фалькони задергался: капитан проверял его.

– Левой рукой еще могу пользоваться, но двигатели отключились.

– Ох, черт.

Итого – четверо раненых и один погибший. Кира оглядела своих – Фалькони, Воробья, Итари.

– Идите назад. Скорей! Вы все должны вернуться.

Сквозь забрало она увидела, как Фалькони сжал зубы и покачал головой:

– Раньше ад замерзнет. Мы тебя не бросим.

– Эй! – Кира обхватила его обеими руками, прижалась лбом к шлему. Голубые глаза капитана оказались в нескольких сантиметрах от ее глаз, отделенные лишь изогнутым стеклом из чистейшего сапфира. – У меня есть Кроткий Клинок. А вас попросту перебьют, если останетесь здесь.

Другую причину она не высказала вслух: если ей не надо будет волноваться, как бы не ранить и не убить кого-то из друзей, она позволит Кроткому Клинку разгуляться.

Несколько глубоких вдохов – и Фалькони сдался:

– Ох, черт. Ладно. Воробей, и ты тоже идешь. Мы все.

Воробей покачала головой:

– Я не оставлю Киру…

– Это приказ!

– Чтоб тебя! – Но Воробей послушно направилась в то помещение, откуда они только вышли. За ней Фалькони и Итари.

– Быстрей! – торопила их Кира. – Пошли-пошли-пошли!

Понукаемые Кирой, два человека и медуза отступили к собранному ею куполу. Кире понадобились секунды, чтобы увеличить отверстие и впустить еще и Итари. Воробей тем временем держала под прицелом дверь.

– Будь осторожна, – велел ей Фалькони напоследок.

Кира обняла его – как сумела, мешал экзоскелет.

– Эти шрамы не оставляй на память, договорились? Обещай мне.

– Ты справишься, Кира.

– Конечно, справлюсь.

– Хватит, – перебила Воробей. – Тебе надо идти – сейчас же.

[[Итари: Идеалис…]]

[[Кира: Три палубы вниз и вперед. Я запомнила. Ктейн там. Проследи, чтобы мои коформы остались живы.]]

Краткая пауза, а потом:

[[Итари: Даю слово.]]

Кира запечатала купол. И в тот момент, когда она перестала их видеть, Фалькони по радиосвязи сказал ей последнее напутствие:

– Тебе это по силам. Не забывай, кто ты.