Каждый день ездят новобранцы, и каждый день с Чёртом тревога: не хочет никому подчиняться конь да и только. Хитрит так, что сразу и не догадаешься, в чём хитрость. Даёт седло нацепить, подпруги затянуть — новобранец рад. Выйдут в поле, только солдат ногу в стремя — и вместе с седлом летит под брюхо к Чёрту, а Чёрт ударит его ногами — и бежать в сторону.

В чём дело? Оказывается, как седло накинут на него, — он возьмёт и надует живот как шар, подпруги затянут по животу, а потом он живот втянет обратно — седло и висит, как на палке.

Был среди новобранцев один жокейский ученик, Кормяк. Был он упрям сам, как лошадь, и крепок.

Сел он на Чёрта, проехал круг-два — ничего. Шатал, шатал его Чёрт — видит, парень держится. Тогда он рванулся вперёд, укусил соседа выше хвоста, тот жеребец следующего, другой — ещё дальше, вмиг все жеребцы друг друга перекусали, бьют ногами, кричат. Поднялся такой шум, что вахмистр завопил тоже:

— Что за ярмарка! Держите дистанцию на две лошади, черти серые!

А Чёрт закусил мундштук и понёс Кормяка.

Таскал-таскал его Чёрт, потом повернул и прямо через канаву на дорогу. А дорога была обсажена низкими деревьями. Испугался Кормяк, что ему голову оторвут деревья, наклонился набок, — этим боком и ударил его о дерево Чёрт. Упал Кормяк в канаву, а коня и след простыл.

Прибежал Чёрт в мыле, злой, страшный — прямо к конюшне. Двери у конюшни распахнуты, но поперёк входа лежала жердь металлическая. Он согнулся в три погибели и проскочил в конюшню, сломал седло начисто о жердь, так что передняя лука к задней пригнулась. Прямо забежал к себе в станок — и отдыхать. Стоит и отдувается.

С этого дня его стали бояться все новобранцы. Пришёл в конюшню вахмистр, посмотрел на него и сказал:

— Арестант ты, арестант! Дайте его старым драгунам, пусть обломают…