Вернулся великан к ужину. Джек наблюдал за ним через замочную скважину и изумлялся, видя, как он орудует вместо вилки волчьей костью и отправляет в свой вместительный рот пол-индюка сразу.

Покончив с ужином, великан велел жене принести ему курочку, что несёт золотые яйца.

– Несётся она ничуть не хуже, чем у того жалкого рыцаря, – сказал он. – По-моему, яйца даже потяжелее стали.

Великанша ушла, а после вернулась с маленькой бурой курицей и поставила её на стол перед мужем.

– А теперь, дорогой, – сказала она, – если я тебе больше не нужна, пойду погуляю.

– Иди, – ответил великан, – а я вскорости спать лягу.

Тут он поднял над столом бурую курочку и приказал ей:

– Несись!

И она мигом снесла золотое яйцо.

– Несись! – повторил великан.

И она снесла другое.

– Несись! – в третий раз велел великан.

И опять на столе появилось золотое яйцо.

Тут уж Джек понял, что это та самая курочка, о которой говорила фея.

Наконец великан опустил курочку на пол, а скоро и заснул, храпя так, что казалось – гром гремит.

Убедившись, что великан крепко спит, Джек приоткрыл дверь платяного шкафа и выбрался из него, очень тихо прокрался по комнате, взял с пола курицу и быстро выбежал в коридор. Дорогу на кухню он знал. Дверь там была оставлена приоткрытой, Джек распахнул её, потом закрыл, запер – и понёсся к бобовым стеблям, по которым спустился так скоро, как только ноги позволили.

Мать, увидев его входящим в дом, заплакала от радости, так как боялась, что его или феи утащили, или великан изловил. Но Джек поставил перед ней бурую курочку и рассказал о том, как побывал в замке великана, и о прочих своих приключениях. Увидев курочку, мать очень обрадовалась, ведь теперь они снова могли разбогатеть.