Джейн пыталась успокоить королеву, даже принесла каких-то капель. Но ничто не могло утешить Елизавету. И понятно, почему. Она не рыдала, не металась, не ругалась, а просто сидела в своём кресле и молчала. Она никого не видела, не ела, не спала…

Как беды меняют людей!

В те дни маленькая, капризная, взбалмошная Лиззи стала хозяйкой Вестминстера. И хозяйство у неё было немалое. К ней теперь шли за советом все обитатели аббатства и даже монахи. Ведь епископ Йоркский всё не возвращался, и теперь уже никто не знал, сдержит ли слово Глостер. А может быть, епископа уже нет в живых?

— Надо срочно связаться с Генри, — заявила Лиззи, как только они с Алисой остались одни. — Пускай он соберёт отряд рыцарей и приплывёт сюда из Франции. Тогда все лондонцы придут к нему на помощь, мы выгоним дядю Ричарда и освободим братьев.

— А он богатый? — спросила Алиса.

— Довольно богатый, — неуверенно ответила Лиззи. — Но его замки в Англии, а во Франции у него ничего нет.

— А ты знаешь, что даже небольшой отряд рыцарей надо кормить? — спросила Алиса. — И перевезти их через пролив тоже стоит больших денег. Война — это очень дорогое занятие.

— Но мы не можем ждать! — воскликнула Лиззи. — Мы должны действовать!

— Отличная мысль. Надо посоветоваться с умными людьми.

— Но епископ Йоркский ещё не вернулся, — осторожно сказала Лиззи. — А мама ни с кем говорить не хочет.

Уже стемнело, опять занялся дождь — ох уж и дождливая весна выдалась в 1484 году!

В комнате королевы было совсем темно. Только окна, забранные решётками, как будто слегка светились снаружи.

— Ты не спишь, мама? — спросила Лиззи.

— Нет, — ответила королева, но не сразу, а словно проснулась и некоторое время пыталась собраться с мыслями.

— Это мы с Алисой, — сказала Лиззи.

— Что вы хотели сказать?

— Нельзя так сидеть и ничего не делать, — сказала Лиззи. — А то дядя Ричард решит, что мы безопасные и над нами можно издеваться, как он пожелает.

— Пускай он думает, — ответил из темноты голос королевы, — что мы беззащитные и безвредные. Именно так.

— Ваше величество, — сказала Алиса, хотя ей очень хотелось назвать королеву тётей Лизой, — он не успокоится. Он ещё что-нибудь придумает.

— Интересно, — сказала королева, — очень интересно. И зачем ему что-то придумывать?

Алиса постаралась облечь свои мысли в слова, но боялась, что королева подумает, что Алиса — обыкновенный ребёнок, который лезет к взрослым со своими глупостями.

— Он завладел принцами, но не решается сделать последний шаг. Он боится причинить им зло. Но и выпускать их не хочет.

— Он никогда не выпустит моих сыновей, — печально сказала королева. — Это для него поражение. Ты же понимаешь, почему?

— Я понимаю, — ответила Алиса.

— И я понимаю, — сказала Лиззи. — Он сам хочет стать королём.

— И ему надо придумать, почему Эдуард или Ричард короноваться не смогут, — добавила Алиса.

— Почему же? — спросила королева так, будто сама знала ответ.

— Ну, говори же! — топнула ногой Лиззи.

— Потише, — остановила её Елизавета. — Мы не знаем, где у этих стен уши.

— Он будет искать в них какой-то недостаток! — заявила Алиса. — И вот тогда он станет по-настоящему опасным. И объявит о своей коронации. Он не допустит, чтобы кто-то из твоих братьев стал королём.

— Но они принцы крови! — возмутилась Лиззи. — Мой отец был королём, вот сидит моя мама — кому же наследовать трон, как не Эдуарду или Ричарду?

— Рано или поздно он придумает, — вздохнула королева.

И в тёмной комнате повисла тягучая тишина.

— Мама, — нарушила тишину Лиззи. — Пускай мой Генри соберёт войско и выгонит дядю Ричарда.

Королева тихо рассмеялась:

— А ты уверена, что ему хочется спасать тебя от Ричарда?

— Мама!

— Многие уже отвернулись от нас. Люди склоняются перед силой, даже если она жестокая и несправедливая. Многие помнят, что Ричард и его солдаты могут убить или ограбить любого. Он не знает, что такое стыд.

— Мой Генри Ричмонд не такой! Он говорил, что любит меня! Значит, он меня не предаст.

— Подожди, ещё только вечер, — сказала королева. — Затем будет ночь. И только после неё может наступить утро. А может и не наступить.

— Утро обязательно будет, — сказала Алиса.

— Спасибо, девочка.

— Я думаю, мы должны что-то сделать для наших принцев, — сказала Алиса.

— Что мы можем сделать? — вздохнула королева. — Он нас к ним не пропустит.

— А у вас ещё есть деньги? — спросила Алиса.

— У меня нет денег, я никогда не имела собственной казны, а семейные деньги хранились у моего брата, графа Риверса, которого Ричард убил и, наверное, ограбил весь его замок. Но у меня есть драгоценности — под′Арки короля.

— Неприступных крепостей не бывает, — решительно сказала Алиса. Где-то она эту фразу вычитала. — Главное — отыскать к ним ключ. Мы должны подумать, кого можно подкупить, чтобы он рассказал нам про братьев.

— Правильно! — подхватила Лиззи. — Мы подкупим тюремщиков, а потом я туда проникну и спасу братишек.

— Не надо пустых надежд. Нет ничего горше, чем расставаться с ними, — сказала королева.

— Мальчиков из Тауэра нам не вытащить, — согласилась Алиса.

— Но попробуй узнать… — начала королева, осеклась на полуслове и сказала совсем другим голосом: — Нет, никуда ты не пойдёшь! Даже если ты сирота, Господь Бог следит за тем, чтобы тебя не обижали взрослые люди. Я посылаю тебя, словно ты — взрослый мужчина. Я не жалею тебя, потому что погружена в собственные беды и заботы. Прости меня, Алиса, но я думаю, что сейчас тебе лучше всего вернуться домой и забыть обо мне и моих детях. Ты ведь умная девочка, ты понимаешь, что он не оставит нас в живых.

— Он трус, — сказала Алиса. — Такие жестокие и крикливые люди — всегда трусы. Им приходится вопить погромче, чтобы их боялись.

— Ричарду не нужно громко кричать, — покачала головой королева. — Ему достаточно шевельнуть пальцем, и ты останешься без головы.

— И всё-таки я постараюсь пробраться в Тауэр, — твёрдо сказала Алиса. — Я хочу узнать, как там ваши дети…

— Странно, — задумчиво произнесла королева. — Зачем тебе так рисковать и подвергать себя такой опасности? Ведь ты ничего от этого не получишь.

Не могла же Алиса сказать, что это её школьное задание: узнать судьбу принцев Эдуарда и Ричарда, которые пропали без вести в 1484 году в замке Тауэр посреди Лондона и которых с тех пор, как их отвёз туда Ричард Глостер, никто больше не видел. Столько об этом было написано романов и трагедий, но тайна так и осталась неразгаданной.

И уж конечно, Алиса, отправляясь в XV век, и вообразить не могла, что привяжется к английской королеве и её детям и даже их полюбит.

Королева замолчала, и Алиса поняла, что её что-то смущает. Что ещё случилось? Сколько живёшь, никогда не разберёшься в этих средневековых проблемах!

— Лиззи, позови Джейн, — сказала королева. — А ты, Алиса, принеси свечи и зажги их. И чтобы больше здесь никого не было.

Через десять минут на столе перед Елизаветой стоял шандал с тремя свечами. В комнату вошла Джейн и недоверчиво покосилась на Алису.

— У меня нет секретов от этой девочки, — сказала королева. — Может быть, от неё зависит жизнь моих детей.

— Я тоже верю ей, — сказала Джейн.

И Алисе было приятно это слышать, потому что она чувствовала, что Джейн — верный человек.

— Помоги мне, — попросила фрейлина Лиззи.

Принцесса знала, в чём дело. Она подошла к Джейн сзади и принялась расшнуровывать платье. Платье было стянуто кожаными ремешками, и развязать их было довольно сложно. Королева снова погрузилась в печальные мысли. Пламя свечей колебалось, по стенам и потолку бродили чёрные уродливые тени. Далеко-далеко запела труба, видно, на сторожевой башне возвещали наступление новых суток.

Наконец платье Джейн сзади разошлось, будто жук расправил крылья. Лиззи запустила руку в разрез и с трудом вытащила прикреплённый к поясу платья изнутри длинный кожаный мешочек, похожий на стручок. Не такой уж большой, но, видно, тяжёлый.

Лиззи положила мешочек на стол.

Королева взяла небольшой кинжал и разрезала нитки, которыми был стянут стручок.

И тут Алиса не смогла сдержать возгласа удивления.

Раскрывшийся вдоль стручок, как переспелый горох, был набит драгоценными камнями. Пламя сразу же заиграло на гранях, по комнате забегали лучи и лучики, словно внутри каждого камушка пылал маленький пожар.

Королева внимательно наблюдала за Алисой, будто хотела увидеть на её лице жадность или коварство.

Но, видно, ничего такого не углядела, потому что печально улыбнулась и сказала:

— Если нас оставил Господь и люди, мы можем надеяться только на презренные деньги.

Королева выбрала несколько камней, беззвучно шевеля губами, как будто подсчитывала, сколько стоит каждый из них.

— Вот этот бриллиант, — сказала она, подзывая к себе Алису, — привезён из Индии. Ты слышала о такой дальней земле?

Алиса кивнула, хотя и не была уверена, может ли она соглашаться или Индию ещё не открыли и никому, кроме королей, знать о ней в Лондоне не полагается. Но королева не удивилась познаниям Алисы. Видно, она понимала, что после крестовых походов и завоевания Иерусалима с Востока пришло немало товаров и сказок. Королева сама рассказывала детям сказки царицы Шахерезады.

А Алиса подумала: «Вот бы меня к ним сказочницей! Я бы им и о Курочке Рябе рассказала, и о Синдбаде-мореходе, и даже о Карлсоне, который живёт на крыше!»

Сколько сказок ещё не придумано!

— А это испанский рубин, — сказала королева, тонким пальцем дотронувшись до кровавого сгустка, который пылал так мрачно, словно был не драгоценным камнем, а окном в преисподнюю. — Подарок гранадского халифа моей бабушке. Как-нибудь я расскажу тебе эту историю.

Говоря так, королева переложила горстку камней в свой бисерный кошелёк, а остальные снова сложила в кожаный мешочек. Джейн села его зашивать.

— Завтра утром, — сказала королева, — Джейн продаст менялам два камня. Часть денег Алиса возьмёт с собой в Тауэр.

— Мама, а можно я схожу в город вместе с Джейн? — спросила Лиззи. — Мне так надоело сидеть в аббатстве.

— Ты хочешь оставить меня круглой сиротой? — грустно усмехнулась королева. — Не покидай меня!

— Ой, что ты! Мне и в голову это не могло прийти! — воскликнула Лиззи.

Алиса уже придумала план, как проникнуть в Тауэр. Только она не хотела делиться им с королевой. Нечего вмешивать тётю Лизу. Ей и без того горько. Сейчас мы уйдём к себе, а она будет сидеть в кресле, смотреть на старую луну, порезанную решётками окна, и плакать, потому что ей так страшно!

Кое-что из завтрашней истории Алиса помнила.

К сожалению, она отлично знала о том, что сделает Ричард в ближайшие дни, чтобы захватить трон. Но сказать об этом не могла.

А вот о другом она не помнила и не знала, потому что об этом не знал ни один человек ни в XV, ни в XXI веке. Никто не знал, что случилось с принцами, после того как они попали в Тауэр.

Это и должна была узнать Алиса.

А вот что она сделает, узнав об этом, Алиса сама не подозревала.