Из ближайшего телефона Мейсон позвонил Полу Дрейку.

– Слушай, Пол. Срочно отправь кого-нибудь в аэропорт. Пусть ищут Роберта Селкирка, семилетнего мальчика, аристократического вида. Его сопровождает женщина по имени Грейс Халлум – голубоглазая блондинка, двадцать семь лет, прекрасная фигура. Работала манекенщицей, вышла замуж, развелась, живет частично на алименты, частично на деньги, что зарабатывает в агентстве, предоставляющем нянь. Они опережают тебя на несколько часов. Скорее всего, улетели на самолете за пределы юрисдикции нашего штата. Первым делом ищи их в Мехико, потом везде, где только возможно. Просмотри все списки пассажиров, интересуйся женщиной с семилетним мальчиком.

– Таких окажутся сотни, – заметил Дрейк.

– Но не среди улетевших в течение последних двух часов. Думаю, что билеты были заказаны по телефону, затем Бартон Дженнингс отправился на квартиру Грейс Халлум, прихватив наличные деньги и чемодан с вещами. Все это он выложил у нее и вышел с пустым чемоданом.

И еще. К доходному дому «Кретоник» вызывали такси. Возможно, тебе удастся разыскать шофера. Возможно, он слышал, на каком рейсе они улетели. Действуй, Пол!

– Хорошо. Ты едешь в контору?

– Прямо сейчас, – ответил адвокат.

Мейсон повесил трубку и, вернувшись в машину, повел ее к стоянке перед зданием, в котором располагалось «Детективное агентство Дрейка» и работал сам Мейсон.

– Когда он вышел из дома, я сразу понял, что что-то изменилось, – признался оперативник Дрейка. – Теперь все стало ясным – он нес пустой чемодан.

Мейсон кивнул. Они сели в лифт.

– Только что пришла ваша секретарша, – сообщил Мейсону лифтер.

– Она заходила к Полу Дрейку? – поинтересовался адвокат.

– Не думаю. Кажется, она прямиком пошла к вашему кабинету.

– Спасибо, – поблагодарил адвокат.

У дверей агентства Мейсон сказал Смиту:

– Расскажи Полу обо всем, что случилось. Я пока выясню, что на уме у Деллы, а потом подойду к вам.

Мейсон прошел по коридору и открыл своим ключом дверь кабинета, выходящую в общий коридор. Делла Стрит стояла перед зеркалом.

– Привет, – поздоровалась она. – Я только что приехала.

– С чего это ты решила выйти на работу в воскресенье?

– Позвонила тебе домой – там никто не отвечает. Тогда я связалась с Полом, и он сказал, что ты расследуешь какой-то важный момент в деле. Я решила, что тебе потребуется моя помощь.

– Молодчина! – похвалил Мейсон. – У нас появилась важная зацепка.

– Какая?

– Роберт Селкирк. Сейчас уже можно сделать вывод, что мать и отчим оставили его одного, когда поехали в аэропорт встречать Норду Эллисон. Роберт спал в палатке во внутреннем дворике. Вероятно, мальчик испугался, прокрался в дом, достал из ящика комода «кольт вудсман» двадцать второго калибра, затем вернулся обратно в палатку. Ночью он проснулся еще раз. Его разбудил кто-то, тайно пробравшийся на территорию. Скорей всего, это был Мервин Селкирк, пытавшийся подбросить печатный станок в кладовку Дженнингсов. Во всяком случае, это должен был быть кто-то, кого знает собака Роберта. Датский дог прекрасно знал Мервина Селкирка и позволил ему беспрепятственно войти.

Проснувшись, Роберт испугался и выстрелил, вероятно, никуда особо не целясь, а просто в темноту. Но попал он в своего отца. Мервин Селкирк, оставляя кровавый след, добрался до автомобиля, поехал в загородный клуб и умер, не успев выйти из машины.

Предполагалось, что с утра Бартон Дженнингс отвезет Роберта туда, где собирались мальчики с собаками, которые уходили в поход. Вместо этого Дженнингс отвез собаку куда-то в другое место, например, в гостиницу для животных, а ребенка отправил к няне, которую мальчик хорошо знал. Все это Дженнингс успел провернуть до пяти часов утра.

– Ну и дела! – воскликнула Делла Стрит. – Значит, Роберт убил своего отца?!

– Случайно. Бартон Дженнингс старался прочистить мальчику мозги, убеждая, что ему приснился кошмарный сон. Мол, ему просто привиделось, что он нажимает на курок. Чтобы мальчик не мог дать никаких показаний, они отвезли его куда-то за границу. К тому времени, когда до него хоть кто-нибудь доберется, мальчик будет с полной уверенностью утверждать, что ему приснился страшный сон и никаких курков он не нажимал.

Делла Стрит внимательно посмотрела на адвоката и поинтересовалась:

– И что ты намерен делать?

– Я этого не допущу. Найду ребенка, пока его полностью не запутали и…

Мейсон внезапно замолчал.

– То-то и оно, – сказала Делла Стрит. – Ты подумал, что станет с ребенком, когда он узнает, что убил собственного отца?

Мейсон принялся ходить из угла в угол.

– Но, черт побери, Делла, моя первейшая обязанность – защитить свою клиентку. Я не могу отойти в сторону и позволить присяжным вынести ей смертный приговор только для того, чтобы не травмировать семилетнего ребенка… И в то же время я не могу позволить нашим полицейским его допрашивать.

– А как ты вообще планируешь доказывать свою точку зрения после того, как его найдешь? – спросила Делла Стрит.

Мейсон продолжал молча ходить из угла в угол.

– Неужели нельзя, используя найденную информацию, сорвать планы окружного прокурора и добиться оправдания Норды Эллисон, не впутывая в это дело ребенка?

– Разрази меня гром, но я не представляю, как можно сделать такое, – признался Мейсон. – Ты, конечно, смотришь на все с женской точки зрения и пытаешься выгородить мальчика, несмотря ни на что.

– Это единственно правильная точка зрения, – заметила Делла Стрит.

– Ладно, пошли к Полу Дрейку. Выясним, что у него новенького, – переменил тему Мейсон.

Их шаги гулко отдавались в коридоре пустого здания. Мейсон распахнул дверь «Детективного агентства Дрейка», пропустил Деллу Стрит вперед, помахал рукой телефонистке, сидящей на коммутаторе, и отправился вслед за Деллой в кабинет сыщика.

Когда Мейсон и Делла Стрит появились в кабинете, Дрейк как раз заканчивал телефонный разговор. Смит тихо сидел в углу, царапая что-то в блокноте.

– Мы нашли нужное тебе такси, Перри. Все получилось на редкость удачно. Просмотрели данные, хранящиеся у диспетчеров, один из моих парней поговорил с водителем. Мальчик произвел на него большое впечатление. У него самого сын такого же возраста.

Пока они ехали в аэропорт, женщина рассказывала мальчику о Мехико и об истории Мексики. О том, что он сможет посмотреть в музеях, ну и так далее. Женщина говорила не умолкая, а мальчик, кажется, и не слушал ее. Он думал о чем-то своем, и эти мысли не давали ему покоя.

Они планировали лететь самолетом компании «Американ Эйрлайнз» до Далласа, а там пересесть на другой самолет – до Мехико. Шофер высадил их у аэропорта.

Но вот тут появляется одна странность: на борт самолета они не поднялись.

– Которого самолета?

– Того, на который у них были забронированы места. Билеты заказывались на миссис Халлум с сыном. Бронь подтверждена до самого Мехико. Их предупреждали, что билеты следует выкупить за полчаса до вылета, и они обещали это сделать. Но в кассе так и не появились.

В авиакомпании решили, что у пассажиров произошла непредвиденная задержка по пути в аэропорт, и продали билеты только в самую последнюю минуту: на лист ожидания были поставлены два человека, и они находились рядом с регистрационной стойкой чуть не до самого вылета. Потом представитель авиакомпании связался с Далласом и попросил снять бронь на Мехико.

– Куда в таком случае делись женщина и ребенок? – недоуменно спросил Мейсон. – Или это такой изощренный способ сбить нас со следа?

– Не исключено, – ответил Дрейк. – Но я сомневаюсь, что это было именно так.

– Странно, что женщина, сидя в такси, так нарочито говорила о Мехико, – заметила Делла Стрит. – Отчасти это подтверждает догадку шефа.

– Опять же, не исключено, – Дрейк пожал плечами, – но таксист был уверен, что они на самом деле собирались в Мексику. Таксисты постоянно работают с людьми и прекрасно разбираются в человеческой натуре.

Мейсон не возражал.

– Ну и что теперь делать? – поинтересовался Дрейк.

– Проверь остальные авиакомпании на тот случай, если они в последний момент решили лететь другим маршрутом и…

– Этим мы уже занимаемся, но такая проверка потребует много времени, поэтому я решил сразу же сообщить тебе про таксиста, – отчитался Дрейк.

– Спасибо, Пол.

Внезапно один из четырех телефонов на столе Дрейка зазвонил. Сыщик поднял трубку.

– Пол Дрейк слушает, – сказал он.

В трубке раздались какие-то звуки. Сидящие в комнате не могли разобрать ни слова, но детектив нахмурился.

– Ладно, это уже что-то, – произнес он через некоторое время. – Оставайся на задании. Ты получил описание того человека? – Дрейк выслушал ответ и приказал: – Постарайся что-нибудь придумать.

Сыщик повесил трубку и повернулся к Мейсону и Делле Стрит:

– Клубок потихоньку распутывается. Один из моих оперативников, рыскающих по аэропорту, нашел носильщика, который вспомнил женщину с мальчиком. Он относил их багаж на весы у стойки «Американ Эйрлайнз». Женщина с мальчиком уже приготовили билеты, когда подошли двое мужчин и обратились к женщине. Вернее, говорил только один из них. Мужчина представительного вида, сразу было видно, что он привык к власти. Они говорили недолго, потом мужчины сняли багаж с весов и вместе с мальчиком и женщиной покинули аэропорт. Носильщик не знает, что произошло потом. Он оставался неподалеку, потому что ждал, что ему дадут на чай те, кому он поднес багаж, но так и не дождался. Понятно, что он не забыл этот случай, потому что не получил обычных чаевых.

– Что за невезение! – воскликнул Мейсон.

– Вы думаете, они из полиции? – поинтересовался Смит.

– Может быть, – Дрейк неопределенно качнул головой. – Во всяком случае, это кто-то, обладающий властью. Однако носильщик считает, что они не из полиции.

– Теперь полицейские и на полицейских-то не похожи, – заметил Мейсон. – Детективы нынче выглядят как банкиры или представители торговых компаний.

– Кстати, Перри, до меня дозвонился агент, гонявшийся за группой, с которой планировал идти в поход Роберт.

– И мальчика там не оказалось?

– Нет. Роберт не прибыл к назначенному времени. Агенту пришлось здорово попотеть, прежде чем он нашел их. Сначала он ездил на джипе, потом пересел на лошадь, проскакал пять миль по горным дорогам. Наконец, его укусила собака, а обратно тоже пришлось ехать на лошади. У него не болят только затылок и ступни. Однако он отыскал дикое сборище детей и собак – дворняжек и породистых псов всех расцветок и размеров. Сначала псов держали на поводках, потом отпустили на волю. Руководитель этого зверинца сказал, что после двух или трех собачьих потасовок все вроде бы успокоилось. И дети, и животные прониклись духом путешествия. Этот же руководитель сообщил, что, хотя Роберт с Ровером записывались в поход, они к ним не присоединились. Всего там семь мальчиков с собаками.

Некоторое время Мейсон обдумывал слова детектива, потом дал свои указания:

– Продолжай следить за Дженнингсами, Пол. Попытайся разузнать все, что только возможно.

– А что именно? – уточнил Дрейк.

– Если няня с мальчиком действительно отправились в Мехико, то, несомненно, Дженнингс придумал какой-то условный сигнал – телефонный звонок или телеграмму, чтобы он мог знать, что они покинули страну и находятся вне юрисдикции наших судов. Если он не получит никаких известий, то начнет беспокоиться.

А пока, если это дело рук полиции, они сейчас пытаются выяснить, что именно совершил Роберт Селкирк и что ему вообще известно. Завтра утром я подготовлю «хабеас корпус» для Норды Эллисон.

Если Роберт находится в полиции, нет смысла что-либо предпринимать в отношении его, однако нужно выяснить, точно ли он у них и что он им рассказал. Ты в состоянии это сделать, Пол?

Дрейк покачал головой:

– Нет, Перри, если они сами не захотят открыть имеющуюся у них информацию, то ее не раздобыть. Спрячут где-нибудь Роберта с няней – и все. В крайнем случае сообщат Бартону Дженнингсу, что ребенок находится у них и волноваться не нужно.

– Предположим, они сообщат, что тогда? – спросил Мейсон.

– В таком случае Роберту будет разрешено поддерживать связь с матерью и отчимом.

– А если нет?

– Это значит, что Роберт рассказал полиции что-то такое, что очень ей не понравилось. Но в таком случае у них пропадает уверенность в виновности Норды Эллисон.

– Продолжайте следить за Бартоном Дженнингсом, – велел Мейсон. – Если он начнет беспокоиться и нервничать, мы тут же предпримем меры, чтобы начать предварительное слушание по делу против моей клиентки.

Снова зазвонил телефон. Дрейк взял трубку:

– Алло!

Какое-то время сыщик, задумчиво хмурясь, слушал отчет, задал несколько вопросов и повернулся к Перри Мейсону.

– Абсурд какой-то! – сказал он.

– Ты о чем? – не понял Мейсон.

– Нашелся станок, на котором печатались конверты, адресованные Норде Эллисон. Его обнаружили в кустах на территории загородного клуба «Святой Себастьян». Здание клуба расположено на холме. Пресс был спрятан у подножия, в двадцати ярдах от дороги, проходящей позади здания. Это в двухстах ярдах от того места, где умер Мервин Селкирк.

Прежде чем Мейсон успел открыть рот для вопроса, Дрейк закончил рассказ еще одной фразой:

– А на стальном диске, смазанном чернилами, остался прекрасный отпечаток правого среднего пальца Норды Эллисон.

– М-да, это открывает массу новых возможностей, – только и мог сказать Мейсон.

– И что ты думаешь по этому поводу, Перри?

Мейсон на минуту задумался, потом принялся рассуждать:

– Если Норда Эллисон все рассказала честно, то она оставила отпечаток пальца на прессе сегодня рано утром.

– И, кстати, Мервина Селкирка убили приблизительно в два или три часа ночи. Полиция пока не в состоянии точнее определить время смерти, – добавил Дрейк.

– Значит, печатный станок отвезли в загородный клуб уже после смерти Селкирка, – заключил Мейсон. – Таким образом, нам удастся втянуть в это дело Бартона Дженнингса.

– Ты упустил один момент, Перри, – сухо заметил Дрейк.

– Какой?

– Ты принимаешь за аксиому, что твоя клиентка сказала правду о том, когда она оставила отпечаток на станке.

– Я всегда исхожу из того, что клиент не врет.

– Знаю, – ответил Дрейк. – Но подумай хорошенько, Перри. Предположим, она нашла печатный станок у него в машине, вынула его, проехала по той дороге, что проходит за зданием клуба, и выбросила станок в кусты.

Мейсон обдумал сказанное детективом.

– Вполне очевидно, что кто-то пытается подставить Норду Эллисон, – сделал вывод адвокат.

– Кстати, – не унимался Дрейк, – Мервин Селкирк уже несколько лет состоит в членах клуба «Святой Себастьян». Две недели назад он бронировал номер. Они сдают две дюжины комнат, в основном на выходные, но Мервин Селкирк сообщил, что ему требуется номер на месяц.

Мейсон еще на некоторое время задумался, затем резко повернулся к Делле Стрит:

– Собирайся, Делла. Нанесем визит Хорасу Ливермору Селкирку и предложим ему подать заявление на «хабеас корпус», требуя у властей освободить его внука Роберта Селкирка.

– Ты намерен открыть ему то, что сумел разузнать? – удивилась Делла Стрит.

– А также еще и то, что я подозреваю, – с улыбкой ответил Мейсон.