Перри Мейсон поймал такси до аэропорта. В стеклянном зале, напоминавшем аквариум, за справочным столом сидела молодая женщина. Через десять минут она связала его с летчиком. Адвокат вытащил из кармана бумажник, вынул новые хрустящие банкноты и протянул их пилоту.

– Вы готовы?

– Мне нужно несколько минут, чтобы разогреть мотор, – ответил летчик. – А так все проверено, горючего достаточно.

– Пошли.

Летчик улыбнулся:

– Но вы мне даже не сказали, куда мы летим.

– Скажу, пока самолет будет разогреваться.

Они пошли по широкой асфальтовой полосе. Вздернутый нос кабины маленького самолета блестел на солнце.

– Вот работа! – восхитился летчик.

Пока механики возились с машиной, Перри Мейсон объяснил:

– Отсюда где-то в полночь отправился почтовый самолет. Мне нужно за ним.

Пилот уставился на него во все глаза:

– Да нам никогда не догнать… Он уже так далеко…

– Мне нужно не догонять, а только лететь за ним следом. Где первая остановка?

– Саммервилль.

– А сколько до него?

– Около часа.

– Это наша первая остановка. Потом полетим дальше.

Пилот открыл дверь небольшой кабинки:

– Забирайтесь и садитесь. Вы раньше летали?

Мейсон кивнул.

– Не бойтесь воздушных ям, – сказал ему пилот, – а то новички всегда волнуются.

Как только Перри Мейсон уселся, летчик обошел самолет, залез сам, закрыл дверцы, и машина заревела.

Через некоторое время Перри Мейсон уже задумчиво разглядывал облачные пейзажи, так же как обычно он задумчиво разглядывал клубы сигаретного дыма.

Летчик изредка косился на поглощенного своими мыслями пассажира, а когда самолет пролетал над Саммервиллем, заметил:

– Под нами Саммервилль.

Перри Мейсон равнодушно оглядел аэропорт и слегка кивнул.

Самолет терял высоту, вот уже колеса, подпрыгивая, покатились по земле, пилот убрал газ. Наконец машина остановилась.

Два человека в комбинезонах шли по твердому бетонному покрытию взлетно-посадочной полосы. Мейсон вышел им навстречу и резко спросил:

– В чье дежурство прибыл почтовый самолет? Это было около часу ночи.

– В мое, – ответил мужчина повыше.

Мейсон подошел к нему и, понизив голос, объяснил:

– Я ищу молодую женщину. Она летела на том самолете. Ей двадцать – двадцать два, очень выразительные глаза, стройная, с хорошей фигурой и…

– Никакой девушки на борту не было, – уверенно произнес служащий, – только двое мужчин.

– Вы можете их описать? – нахмурив брови и пристально глядя на собеседника, спросил Перри Мейсон.

– Один из них такой плотный, с лысиной, думаю, под пятьдесят, вид у него замотанный, взгляд тусклый. Я не особо его запомнил. А вот второй – молодой парень. Был одет в голубой костюм из саржи. У него темные волосы и черные глаза. Он спросил, есть ли до утра другой самолет. Я объяснил, что нет. Он показался мне нерешительным, а потом спросил, как ему добраться до «Ривервью-отеля».

Подумав, Перри Мейсон достал из кармана пятидолларовую бумажку.

– Вы можете достать мне такси?

– Есть одно – вон там, – махнул рукой механик.

– Проверьте самолет. Будьте готовы к полету, – сказал Мейсон летчику.

– В каком направлении? – спросил тот.

– Не знаю. Вот вернусь, и определимся. – Он пошел за механиком к такси. – «Ривервью-отель», – сказал Мейсон шоферу.

В машине он расслабился и казался совершенно безмятежным. Он вовсе не обращал внимания на мелькавшие за окном кварталы. Когда такси остановилось напротив «Ривервью-отеля», адвокат вошел в вестибюль и направился к дежурному администратору.

– Я должен был встретить здесь коллегу по деловой конференции. Он прилетел на самолете около половины второго ночи. У меня плохая память на имена, а я забыл приглашение на конференцию. Вы не могли бы мне помочь?

Клерк посмотрел в журнал.

– Да, в час тридцать мы предоставили комнату некоему мистеру Чарльзу Б. Дункану.

– Какой номер?

– О, – странно улыбаясь, сделал паузу администратор, – свадебный номер люкс 601.

Секунду-другую адвокат спокойно и твердо глядел в глаза администратора.

– Шут бы его взял, – выругался он и направился к лифту.

На шестом этаже он спросил, в какой стороне номер 601, прошел по коридору и, перед тем как постучать, помедлил. Молодая женщина стучала бы кончиками пальцев. Он так и сделал. За дверью послышались быстрые шаги. Щелкнула задвижка, дверь распахнулась, и Перри Мейсон пристально посмотрел в полные страсти глаза доктора Дорэя.

По нервному лицу беглеца прошла настоящая буря эмоций – разочарование, страх, раздражение, гнев…

Перри Мейсон вошел в комнату и захлопнул дверь.

Не отрывая взгляда от Мейсона, Дорэй попятился назад.

– Свадебный номер люкс, а? – фыркнул Перри Мейсон. Доктор Дорэй резко сел на кровать, словно ему отказали ноги. – Ну? – продолжал Перри Мейсон. Ответа не последовало. – Ну, говорите же. – Мейсон был нетерпелив.

– О чем? – еле выдавил из себя доктор Дорэй.

– Я хочу знать все.

Доктор Дорэй судорожно вздохнул:

– Я ничего не знаю.

– Что вы здесь делаете?

– Прячусь. Я подумал, что дела мои не шикарны… Да и вы передали то послание для меня, вот я и прилетел.

– Какое послание?

– Которое передала мне ваша секретарша. Она сказала, что мне нужно скрыться.

– И поэтому, – с насмешкой произнес Мейсон, – вы сели ночью на самолет, прилетели сюда и заняли свадебный номер…

– Да, так, – упрямо подтвердил Дорэй. – Я занял свадебный номер.

– И почему же Маджери Клун не присоединилась к вам?

Доктора Дорэя точно ветром сдуло с кровати.

– Вы не смеете делать намеки! Это оскорбительно для Маджери Клун!.. Она совсем не такая девушка…

– О, пардон! В таком случае вы не собирались жениться и провести медовый месяц здесь.

– Говорю вам, я ничего не знаю о Маджери Клун, – вспыхнул доктор Дорэй. – Я приехал сюда, поскольку дела мои плохи. Она совсем не собиралась ехать со мной.

– Я постучал в дверь, – медленно проговорил Перри Мейсон, – кончиками пальцев, как если бы стучала женщина. Вы кинулись к двери, полный страсти, увидели меня, и у вас было такое выражение, словно вас ударили мокрой тряпкой по лицу.

– Я был шокирован. Я ведь не подозревал, будто кто-то знает, что я здесь.

Перри Мейсон просунул большие пальцы в проймы своего жилета, наклонил голову и зашагал по комнате.

– Говорю же вам, – начал было доктор Дорэй, – вы циничный человек. Вы совсем не так…

– Заткнитесь, – совершенно бесстрастно уронил Перри Мейсон. – Я думаю и не хочу, чтобы мне мешали.

Минуты три он шагал в тишине и вдруг обернулся. Его пальцы все еще были засунуты в проймы жилета, шея согнута, челюсть несколько выдавалась вперед.

– Какой я дурак, что сюда прилетел.

– Да? – испуганно откликнулся доктор Дорэй.

Перри Мейсон кивнул:

– Я думал найти здесь Маджери Клун. Я ведь хотел дать ей возможность расслабиться… Только богу известно, как сие существо будет в этом нуждаться… Почему она не полетела с вами?

– Говорю вам, я ничего о ней не знаю, совсем ничего. Я не видел ее сто лет и не говорил с ней…

Перри Мейсон едва ли не с грустью покачал головой:

– Давайте-ка выясним это. Никто из ее друзей ничего о ней не слышал. Вы заволновались. Брэдбери тоже. Оба любите ее. У Брэдбери есть деньги; он – пожилой человек. Вы – почти такого же возраста, как Маджери. Год-два вы практиковали в качестве дантиста, но вам предстояло еще оплачивать медицинское оборудование, и поэтому скопили совсем немного. Заняли денег, чтобы добраться до города и найти Маджери, а также заодно отдать под суд Пэттона. Вы ехали из Кловердаля на своей машине. Вы связались с Маджери Клун, правда, не знаю как. От нее узнали, где живет Пэттон. Когда вы со мной разговаривали, вы этой информации еще не имели. Но потом добрались до Маджери Клун. У вас не было другого выхода на Пэттона, как только через Маджери. А чтобы нанять детективов, не было средств. У Маджери Клун была назначена встреча с Пэттоном. Вашу машину оштрафовали: она стояла напротив пожарного крана. Выглядит так, будто вы подвезли Маджери Клун на встречу в своем автомобиле. Далее. Пэттона нашли убитым. В качестве оружия использовался нож. Полиция нашла магазинчик, где этот нож купили. Продавец опознал вас по фотографии как одного из тех, кто купил такой нож…

Доктор Дорэй внезапно побледнел.

– Я не собираюсь перед вами отчитываться, – задиристо заявил он.

– Вам и не придется, – спокойно и неторопливо продолжал Мейсон. – Отчитываюсь только я. Я нашел Маджери Клун. Направил ее в отель и просил зарегистрироваться. Она должна была ждать моего звонка и ни в коем случае не выходить из номера. Она, честно говоря, показалась мне такой, которая сдержит свое обещание. Но что-то стряслось, и Маджери обещание не сдержала. Она исчезла. Пустившись по ее следам, я выяснил, что особа, нас с вами интересующая, собиралась сесть в этот ночной самолет. Я вылетел следом и вот нашел вас. О, совершенно естественно, что благодаря вам она нарушила свое обещание. Но какие аргументы вы использовали?

– Да никаких аргументов я не использовал! Говорю вам, я совсем ничего не знаю о Маджери Клун…

– Стало быть, она с вами не собиралась лететь?

– Нет.

– Вы не общались с ней по телефону?

– Нет.

Перри Мейсон одарил Дорэя своим пристальным, жестким взглядом.

– Какой я дурак, – взялся он за голову, – тут роковой красавчик дантист из провинциального городишки, всего-то год-два практики, решил, что как раз ему пристало водить меня за нос по делу об убийстве, хотя такие дела – моя специальность… Да я и думать не думал с вами спорить о том, каким именно образом вы собирались вешать мне лапшу на уши! И вы еще имеете наглость сидеть тут и рисковать безопасностью женщины, которую любите, и пытаетесь лгать мне!

– Говорю же, я не лгу вам! – воскликнул Дорэй, и на лбу и крыльях его носа появилась испарина.

Мейсон тяжело вздохнул:

– У меня создалось впечатление о Маджери Клун как о хорошенькой, милой девочке, против которой подтасовывали карты. Я решил дать ей все козыри, какие мог. Я не сидел в конторе и не ждал, пока полицейские арестуют ее, чтобы потом пойти в суд ее защищать. Я оказывался в тех еще местечках, рисковал своей безопасностью, чтобы ей помочь! Я так все устраивал для нее, чтобы она могла переиграть полицию. Я хотел быть там, где бы мог вовремя подсказать, что ей нужно забыть, а что, наоборот, подчеркнуть… Я хотел подготовить, проинструктировать ее на случай, если полиция схватит… Она была у меня на виду. Вы приехали и сманили ее. Вы хотели, чтобы она приехала сюда, в Саммервилль, на ваш идиотский и жалкий уик-энд!

Доктор Дорэй хотел было подняться с кровати.

Перри Мейсон властным жестом пригвоздил его к месту:

– Сядьте и заткнитесь. Я еще не закончил. Она должна была присоединиться к вам в самолете, улетавшем в полночь. Но она не полетела. Вы можете представить, что это значит? А это значит, что полиция где-то схватила ее и держит, не регистрируя. Возможно, они «похоронили» вашу возлюбленную в каком-нибудь пригороде. То есть для нас ее след потерян до тех пор, пока полицейские не раскрутят допрос с применением пыток, а они там наверняка об этом подумают. Они попытаются использовать все трюки, все хитрости, какие только известны полиции. Когда она там начнет говорить – скажет много и даже то, что вы – здесь, в Саммервилле, зарегистрировались в отеле под именем Чарльза Б. Дункана. А сие означает, что непрошеные гости нагрянут в любой момент… Ну, опровергайте меня!

Доктор Дорэй вынул носовой платок и промокнул пот на лбу.

– О господи! – воскликнул он.

Перри Мейсон промолчал. Дорэй положил локти на колени, кисти рук его свисали меж колен, голова была наклонена, будто он что-то рассматривал на ковре.

– Я могу сказать вам одну вещь, – начал он. – Честное слово, я не звал ее сюда. Это…

– Что? – нетерпеливо спросил Мейсон.

– Это ваша ошибка. Маджери Клун не должна была лететь со мной. Она не знает, где я. Она даже и предположить не может, где меня найти. Я не связывался с ней с тех пор, как уехал из Кловердаля…

– Да-а, – протянул Мейсон, – а вы маленький лгунишка…

В коридоре послышались быстрые шаги, приближающиеся к двери. Доктор Дорэй, замерев, смотрел на Мейсона. Предвосхищая начатое движение доктора, Перри Мейсон рывком распахнул дверь.

На пороге стояла Маджери Клун, широко раскрыв фиалковые изумленные глаза.

– Вы! – уставясь на Мейсона, заслоняющего вход, пролепетала она.

Перри Мейсон кивнул и отошел. Она увидела доктора Дорэя.

– Боб, – воскликнула девушка, – скажи мне, что происходит?..

Доктор Дорэй в четыре шага оказался возле нее и взял ее руки в свои.

Перри Мейсон подошел к окну и, засунув руки в карманы пальто, сумрачно смотрел на улицу.

– Дорогая, почему ты не полетела на самолете? – забормотал Дорэй. – Мы думали, тебя арестовали…

– Что-то случилось с такси, и я опоздала на самолет. А приехала первым же поездом.

Перри Мейсон, все еще стоя к ним спиной и вперясь в окно, сурово проговорил:

– Почему вы не послушались моих указаний, Маджери, и не остались в номере?

– Я не могла.

– Почему?

– Не сумею как следует объяснить…

– Думаю, – он все еще стоял к ним спиной, – вы мне скажете. Это очень важно…

Наступила тишина. Дорэй стал что-то нашептывать ей на ухо.

Перри Мейсон уловил его шелестящий шепот.

– Выйдите, – обратился он к Дорэю. Тот повиновался. Мейсон посмотрел в фиалковые глаза Маджери Клун: – Давайте начистоту, Маджери. Это важно.

Она покачала головой. Мейсон устремил на нее жесткий взгляд.

– Ладно, – сказал он. – Тогда скажу я. Вы позвонили доктору Дорэю. Он позвал вас сюда. Вы собирались здесь либо пожениться, либо скрываться. Что? Не так?

– Нет, – твердо и уверенно сказала она, – это не так, мистер Мейсон. Ни то, ни другое. Это я позвонила доктору Дорэю. Я предложила ему эту поездку… Позвонила Дорэю в отель, его не было. Я оставила для него записку с просьбой позвонить мне. Он выходил из отеля, но вернулся и получил записку. Позвонил мне. Я спросила, не хочет ли он поехать сюда со мной на неделю. Мы собирались снять свадебный номер люкс и неделю побыть друг с другом. Я была в таком состоянии, что впору пойти и сдаться полиции.

– Здесь? – спросил Перри Мейсон.

– Нет, конечно нет. Мы не желали, чтобы хоть кто-нибудь знал, где мы были. Мы хотели потом вернуться туда, в город.

– И оба собирались сдаться полиции?

Она кивнула.

– Это и есть та причина, из-за которой вы нарушили свое обещание и примчались сюда?

Она посмотрела на него открытым, ясным взглядом и просто сказала:

– Да, я хотела провести неделю с Бобом.

Перри Мейсон оглядел ее оценивающим, задумчивым взором.

– Вы – не из тех, что поступают подобным образом. Вы не видели Боба Дорэя месяцы и даже виду не подавали, что желаете провести с ним время, по крайней мере, я так думаю… Вы…

Она подошла к Перри Мейсону, положила ему на плечи руки и белыми дрожащими губами произнесла:

– Пожалуйста, не говорите Бобу! Вы ведь все поймете… Пожалуйста, не надо! Вы догадаетесь, стоит вам только подумать…

Перри Мейсон нахмурился, серые глаза его напоминали стальные сверла.

– Ей-богу, – сказал он. – Похоже, я знаю.

– Пожалуйста, не говорите ему, – умоляла Маджери Клун.

Перри Мейсон отвернулся от нее и подошел к окну. Так он стоял, засунув руки в карманы. Он услышал, как вошедший доктор Дорэй кинулся к Маджери Клун и обнял ее.

– Что такое, любимая? Пожалуйста, скажи мне.

– Прошу тебя, Боб. Ты заставляешь меня плакать. Помни наш уговор. Я обещала дать тебе неделю. И ты не должен задавать мне никаких вопросов. Ты согласился…

Голос Мейсона внезапно вторгся в их разговор. Он напоминал мерный голос диктора радио, когда тот читает сводку новостей.

– Внизу напротив остановилась машина… Крупный мужчина в черной шляпе с широкими полями выходит из нее. Типичный шериф. Выходит другой, в полицейской форме. Похож на главного. Мужчины переговариваются, оглядывают отель…

Из комнаты позади Мейсона точно выкачали воздух. Мейсон в том же тоне продолжал:

– Оглядывают отель. Не думаю, что они случайно здесь оказались. Но то, что их сюда послали и они ищут одного из вас, – очевидно. Возможно, выследили Маджери. Не исключено и другое: они выяснили, что Дорэй улетел на ночном самолете…

Перри Мейсон обернулся к парочке. Доктор Дорэй, весь белый, стоял с высоко поднятой головой. Маджери Клун, не шевелясь и не моргая, неотрывно смотрела на Перри Мейсона.

– Ладно, – тряхнула она головой. – Если придется, мы будем держаться. Вы должны защищать доктора Дорэя так же, как и меня, мистер Мейсон. Понятно?

– Понятно, – отозвался Мейсон. – Я сделаю это по-своему…

– Как? – спросила девушка.

– Вам придется сыграть одну роль, – обратился адвокат к доктору Дорэю. – Я хочу бросить вас на съедение волкам. Вы должны пообещать мне одну вещь. Это будет самое трудное в вашей жизни, но деться некуда.

– А поможет это Маджери? – тихо спросил доктор Дорэй.

– Да. Вы должны мертво, глухо, абсолютно молчать!

– Что еще?

Перри Мейсон как-то мрачно засмеялся:

– Много чего. Перед вами расставят любую ловушку, какие только известны полиции. Вам скажут, что Маджери Клун призналась в убийстве и хочет спасти вас. И заставят поверить в это. Даже могут продемонстрировать вам показания, которые дала и подписала Маджери. Вас издевательски спросят, будете ли вы настоящим мужчиной или спрячетесь за ее юбку и допустите, чтобы преступление, совершенное вами, она взяла на себя. Полицейские могут предпринять что-нибудь и похлестче, дабы заставить вас говорить. Возможно, это будет розыгрыш. А может, и нет. Вы должны обещать мне, что не станете раздумывать, розыгрыш это или нет. Вы должны обещать, что не возьметесь меня расспрашивать о защите Маджери. Что бы вам ни сказали полицейские – молчите. Скажите лишь, что я – ваш адвокат и вам нужно со мной немедля связаться. Вы все это выполните?

– Да.

– Где ваш чемодан? – спросил Мейсон у Маджери Клун.

– Оставила его на станции, я хотела убедиться, здесь ли Боб.

– Хорошая девочка. Пойдемте со мной.

Дорэй обнял ее и поцеловал. Перри Мейсон открыл дверь.

– У вас уже нет на это времени, пошли, Маджери.

Она помедлила, прижимаясь к Дорэю, потом отвернулась и шагнула к адвокату.

– Закройте дверь на замок, Дорэй, – сказал Мейсон. – И не спешите ее открывать.

Он взял Маджери Клун за руку, и они двинулись по коридору. За углом Мейсон постучал в первую попавшуюся дверь. За ней послышался голос и звук шагов.

– Быстро, – прошептал он и затащил Маджери за угол.

Не мешкая постучал в другую дверь. За ней была тишина. Он достал из кармана связку ключей, тут же отобрал один и открыл дверной замок.

– Входите, – пригласил он Маджери Клун.

Едва она вошла, двери лифта распахнулись, и два человека, один из них был в форме, зашагали по направлению к Мейсону. Тот со скучающим лицом вошел в комнату, заслоняя Маджери своими массивными плечами, и не спеша закрыл дверь.

– Маджери, там, в шкафу, должна быть табличка: «Пожалуйста, не беспокойте». Принесите мне ее.

Она без слов все исполнила. Мейсон стоял, прислушиваясь к шагам за дверью. Звук шагов стихал, а потом их и вовсе не стало слышно.

Мейсон повернул ручку, открыл дверь, повесил табличку на дверную ручку и повернул изнутри ключ в замке. Он оглядел комнату.

– Да, номер не занят. Возможно, нас какое-то время не потревожат.

– Что вы собираетесь делать?

– Попытаюсь вытащить вас отсюда и вернуть в город, где вам и следует находиться все на той же исходной позиции. Молчите, ничего не говорите. Сядьте на стул!

Маджери, повинуясь, опустилась на стул. Перри Мейсон прислонился к двери. Прошло несколько минут. В коридоре послышались шаги. Перри Мейсон подвинул к двери стул, поднялся на него и прильнул ухом к щели.

Зазвучали голоса неких людей, задававших вопросы. После каждого вопроса наступала глубокая пауза. Ответов слышно не было. Перри Мейсон с облегчением вздохнул, слез со стула и улыбнулся Маджери Клун.

– Есть шанс, что этот человек будет держаться…

– Конечно, будет, – кивнула девушка.