Рандеву отряда злоумышленников было назначено в миле от деревни Ставерли – где дорога туда ответвляется от шоссе на Эндовер.

Все трое благополучно прибыли на место, хотя управляемый Фрэнки «Стандард» на каждой горке демонстрировал несомненные симптомы старческой немощи.

Причем прибыли в назначенное время – в час дня.

– Во время реализации нашей схемы мне не нужны никакие помехи, – заранее объявила Фрэнки. – Уверяю вас, по этой дороге вообще мало кто ездит, но во время ланча нам точно никто не помешает.

Свернув на боковую дорогу, они проехали около полумили, после чего Фрэнки указала на место, выбранное ей для аварии.

– С моей точки зрения, лучшего места не найти, – сказала она. – Дорога спускается по склону холма, а потом резко поворачивает, объезжая выступающую стену, которая, кстати, принадлежит к Мерроуэй-Корт. Если мы пустим машину вниз с холма, она прямиком врежется в стену, и тогда должно кое-что произойти.

– Действительно, – согласился Бобби. – Однако кто-то должен находиться на углу, чтобы не пропустить машину, выехавшую с той стороны.

– Правильно, – сказала Фрэнки. – Нельзя вовлекать чужих людей в нашу задумку, тем более что они могут пострадать и сделаться калеками. Джордж может съездить на своей машине вниз, развернуться и выехать из-за стены, как будто приехал с противоположного направления. Затем он помашет платком, чтобы показать, что все в порядке.

– Ты очень побледнела, Фрэнки, – встревожился Бобби. – Уверена, что с тобой все в порядке?

– Я загримировалась под бледность, – пояснила Фрэнки. – Приготовилась к сотрясению мозга. Ты же не хочешь, чтобы меня внесли в дом пышущей здоровьем.

– Что за удивительные создания эти женщины, – с уважением произнес Бобби. – Но я бы сказал, что ты похожа на больную мартышку.

– А я бы сказала, что ты очень груб, – сказала Фрэнки. – Итак, я, значит, отъезжаю и смотрю на ворота Мерроуэй-Корт. Они как раз с этой стороны выступа. К счастью, сторожки здесь нет. Когда Джордж взмахнет платком, и я тоже, ты пускаешь машину вниз по склону.

– Хорошо, – сказал Бобби. – Я остаюсь на подножке и рулю, пока авто не наберет достаточную скорость, а потом спрыгиваю.

– Не разбейся только, – предостерегла его Фрэнки.

– Я сделаю все возможное, чтобы этого не случилось, подлинное происшествие на месте поддельного только усложнит дело.

– Что ж, Джордж, отъезжай, – распорядилась Фрэнки.

Кивнув, Джордж перебрался во вторую машину и медленно поехал вниз. Бобби и Фрэнки провожали его взглядами.

– Что ж, ты там побереги себя, Фрэнки, ладно? – произнес внезапно помрачневший Бобби. – Смотри, не наделай каких-нибудь глупостей.

– Все будет хорошо. Я все продумала. Кстати, думаю, не стоит писать прямо тебе. Я буду писать Джорджу или своей служанке, а может, кому-нибудь еще, чтобы тебе передали.

– Интересно, ждет ли Джорджа профессиональный успех.

– Почему, собственно, нет?

– Непохоже, чтобы он сумел уже выработать принятый у врачей непринужденный стиль беседы с больным.

– Надеюсь, он овладеет им, – заявила Фрэнки. – Вероятно, мне пора. Я дам тебе знать, когда тебе можно будет привезти «Бентли».

– А я займусь усами. Пока, Фрэнки.

Они быстро взглянули друг на друга, потом Фрэнки кивнула и направилась вниз с холма.

Джордж заехал за угол, развернул машину и направил ее в обратную сторону.

Фрэнки на мгновение исчезла с дороги, потом появилась снова и взмахнула платком; внизу, у поворота, мелькнул другой платок.

Бобби поставил машину на третью передачу, а потом, стоя на подножке, отпустил тормоз. Автомобиль неохотно двинулся вперед, с трудом перенося такую скорость. Склон тем не менее оказался достаточно крутым. Двигатель завелся. Пройденное автомобилем расстояние росло.

Бобби придерживал рулевое колесо. И в последний момент соскочил с подножки. Машина съехала вниз и на большой скорости ударила в стену. Все складывалось удачно – авария произошла.

Бобби проследил за тем, как Фрэнки торопливо подбежала к месту преступления и плюхнулась посреди обломков. Джордж в своей машине выехал из-за угла и остановился возле разбитой машины.

Бобби со вздохом уселся в седло мотоцикла и отъехал в сторону Лондона.

Тем временем на месте происшествия бурлила активность.

– Может, мне стоит немного поваляться в пыли, – спросила Фрэнки, – чтобы испачкаться?

– Можно, – согласился Джордж. – Вот что, дай мне свою шляпку.

Приняв ее, он кулаком устроил на нежном предмете ужасную вмятину. Фрэнки невольно болезненно охнула.

– Сотрясение мозга же, – пояснил Джордж. – А теперь ложись как бездыханная на том месте, где находишься. Велосипедный звонок, кажется…

И, конечно же, в этот самый момент из-за угла выехал, насвистывая, парнишка лет семнадцати. Он немедленно затормозил, восхищенный увлекательным зрелищем, развернувшимся прямо перед его глазами.

– Опа! – воскликнул он. – Неужели авария?

– Нет, – саркастически заметил Джордж. – Молодая леди решила вдруг въехать в стену по собственному желанию.

Восприняв эту реплику как иронию, что от него и ожидалось, а не как чистую истину, каковой она была, парень со смаком произнес:

– Плохо ей, а? Или умерла?

– Пока нет, – сказал Джордж. – Ее нужно куда-то забрать отсюда. Я – врач. Что это за дом?

– Мерроуэй-Корт. Принадлежит мистеру Бассингтон-Ффренчу. Он у нас мировой судья, вот кто.

– Ее следует немедленно унести с места аварии, – авторитетным тоном проговорил Джордж. – Оставь-ка свой велосипед и помоги мне.

Парень с готовностью и охотой приставил велосипед к стене и взялся помогать. Усадив расслабленную Фрэнки на скрещенные руки, они отнесли девушку по подъездной дороге к приятному и старомодному особняку.

За приближением их следили, ибо навстречу им вышел пожилой дворецкий.

– Около дома случилась авария, – отрывисто заявил Джордж. – Найдется ли здесь комната, в которую я могу отнести эту леди? Ее необходимо немедленно осмотреть.

Взволнованный дворецкий направился в холл. Джордж и мальчик следовали за ним с обмякшей Фрэнки. Дворецкий завернул в комнату слева, и оттуда показалась женщина, высокая, рыжеволосая, примерно лет тридцати от роду. В глазах ее светилась чистая синева.

Она мгновенно разрешила ситуацию.

– Свободная спальня находится на первом этаже. Отнесете ее туда? Нужно позвонить доктору?

– Я и есть доктор, – объяснил Джордж. – Я проезжал мимо и видел, как все произошло.

– O! Очень удачно. Пройдите сюда, хорошо? – Она провела их по коридору в приятную спальню, окна которой выходили в сад.

– Травмы тяжелые? – осведомилась она.

– Пока не могу вам сказать.

Миссис Бассингтон-Ффренч намек поняла и ретировалась.

Мальчишка последовал за ней и приступил к описанию всех подробностей аварии так, словно действительно был ее свидетелем.

– Вот прямо въехала в стену. Машина вдребезги. А она лежит на земле, и в шляпке вот такая вмятина. Этот джентльмен, он ехал мимо в своей машине… – Парень продолжал свое повествование в том же духе, пока от него не удалось избавиться с помощью полукроны[15].

Тем временем Фрэнки и Джордж переговаривались осторожным шепотком.

– Джордж, дорогой мой, а я не погублю твою карьеру? Тебя не вычеркнут из реестра или куда вас там вписывают?

– Вполне возможно, – мрачным голосом пробормотал Джордж. – То есть если эта история станет известна.

– Не станет, – сказала Фрэнки, – не волнуйся, Джордж. Я тебя не подведу.

И, поразмыслив, добавила:

– Ты сделал все самым превосходным образом. Я еще никогда не слышала, чтобы ты говорил так много.

Вздохнув, Джордж посмотрел на часы:

– Возьмем на обследование еще три минуты.

– А что будет с машиной?

– Я договорюсь с гаражом, чтобы ее убрали.

– Хорошо.

Джордж продолжал изучать часы и наконец с облегчением вздохнул:

– Пора.

– Джордж, – сказала Фрэнки, – ты вел себя как ангел. Даже не представляю, почему ты сделал все это.

– И я тоже, – поведал Джордж. – Глупость какая-то невозможная.

Он кивнул:

– Ну, пока. Радуйся жизни.

– Хотелось бы, – ответила Фрэнки, думая о холодном безличном голосе с легким американским акцентом.

Джордж отправился искать владелицу дома, которую обнаружил ожидавшей его в гостиной.

– Итак, – коротко произнес он. – Рад сказать, что состояние пострадавшей не настолько плохо, как мне представлялось. Сотрясение невелико и уже проходит. Было бы хорошо, если бы она в полном покое полежала здесь день-другой. – Он недолго помолчал. – Оказывается, это леди Фрэнсис Дервент.

– Ох, вот это да! – воскликнула миссис Бассингтон-Ффренч. – А я достаточно хорошо знаю кое-кого из ее кузенов – Дрейкоттов, к примеру.

– Не представляю, удобно ли вам ее пребывание в вашем доме, – продолжил Джордж. – Но если она сможет провести в нем пару дней… – Тут Джордж сделал паузу.

– Ну конечно. Все будет в порядке, доктор…

– Арбетнот. Кстати, я заеду к автомеханикам. Буду проезжать мимо гаража.

– Большое спасибо, доктор Арбетнот. Как удачно получилось, что вы оказались рядом. Наверное, завтра с утра надо будет вызвать врача, чтобы он посмотрел, все ли в порядке.

– Едва ли это необходимо, – убеждал Джордж. – Все, что ей нужно, – полный покой.

– Но мне будет спокойнее. И ее родственников надо известить.

– Я сделаю это, – гнул свою линию Джордж. – Что касается врачей… что ж, похоже, она исповедует Христианскую науку[16] и нас не может терпеть. Никакого удовольствия от моего присутствия она не обнаруживала.

– Боже! – воскликнула миссис Бассингтон-Ффренч.

– Но с ней все будет в порядке, – заверил ее Джордж. – Поверьте мне на слово.

– Ну, раз вы так считаете, доктор Арбетнот, – произнесла миссис Бассингтон-Ффренч с легким сомнением.

– Считаю, – заключил Джордж. – До свидания. Боже мой! Я оставил в спальне один из моих инструментов.

Он торопливо вошел в комнату и подошел к постели «больной».

– Фрэнки, – прошептал он торопливо. Ты принадлежишь к Христианской науке. Имей в виду.

– Но почему?

– Мне пришлось так сказать. Другого выхода не было.

– Хорошо, – сказала Фрэнки. – Буду иметь в виду.