Был один из самых тяжёлых моментов Московской битвы.

Разъезд Дубосеково. Поле. Холмы. Перелески. Чуть поодаль петляет Лама…

Здесь на холме, на открытом поле, герои из дивизии генерала Панфилова преградили фашистам путь.

Их было 28. Возглавлял бойцов политрук Клочков. Врылись солдаты в землю. Прильнули к краям окопов.

Рванулись в атаку фашистские танки, гудят моторами…

Сосчитал солдат:

— Батюшки, двадцать штук!

Усмехнулся Клочков:

— Двадцать танков. Так это, выходит, меньше, чем по одному на человека.

Улыбнулись солдаты: «Орёл политрук!»

— Меньше, — сказал рядовой Емцов.

— Конечно, меньше, — сказал Петренко.

Вступили герои в бой. Поле. Холмы. Перелески. Чуть поодаль петляет Лама.

— Ура! — разнеслось над окопами. Это солдаты подбили первый танк.

Снова гремит «ура!» Это второй — споткнулся, фыркнул мотором, лязгнул бронёй и замер. И снова «ура!». И снова.

Четырнадцать танков из двадцати подбили герои. Отошли, отползли уцелевшие шесть.

Рассмеялся сержант Петренко:

— Поперхнулся, видать, фашист.

— Эка же, хвост поджал.

Передохнули солдаты.

Видят, снова идёт лавина. Сосчитали — тридцать.

Посмотрел на солдат политрук Клочков. Замерли все. Притихли. Лишь слышен железа лязг…

Ближе всё танки, ближе.

— Друзья, — произнёс Клочков. — Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва.

— Понятно, товарищ политрук, — ответили солдаты. — Москва!

Вступили солдаты в битву.

Всё меньше и меньше в живых героев. Пали Емцов и Петренко.

Погиб Бондаренко. Погиб Трофимов.

Нарсутбай Есебулатов убит. Шопоков…

Всё меньше и меньше солдат и гранат.

Вот ранен и сам Клочков. Снова поднялся навстречу танку. Бросил гранату. Взорван фашистский танк. Обрадовался Клочков. И в ту же секунду сразила героя пуля. Пал политрук Клочков.

Стойко сражались герои-панфиловцы. Доказали, что мужеству нет предела. Не пропустили они фашистов. Поклонилась им в пояс за это Россия.

Разъезд Дубосеково. Поле. Холмы. Перелески. Где-то рядом петляет Лама…

Разъезд Дубосеково — для каждого русского сердца дорогое, святое место.