Фашисты рвутся и рвутся к Москве. Не утихают кругом бои…

Было это к северу от Москвы.

Одна из советских стрелковых рот срочно меняла позиции. Поднялись бойцы на пригорок. Слева низина. В низине покрытая льдом река. Здесь собрались фашисты. Жмутся один к другому. Много их — сотни, а то и тысяча. Готовятся к новой атаке.

Смотрят бойцы на фашистских солдат. Кто-то сказал:

— Э-эх, картечью бы в это месиво.

— Верно — картечью, — подтвердил второй.

— Да, картечью бы в самый раз, — согласился кто-то третий. Размечтались солдаты.

— Эх, пушку бы сюда, — произнёс один.

Второй добавил:

— А к ней — снаряды.

— И смелых ребят к орудию…

Мечтают солдаты. И вдруг. С той, с другой стороны оврага, на такой же высокой, как эта, круче появилась артиллерийская упряжка.

Явилась она, как птица. Словно с неба, словно из снега, словно из дивной сказки.

Протёрли глаза солдаты — считай, мерещится. Нет! Всё настоящее. Лошади. Пушка. Два солдата. Офицер.

Посмотрели артиллеристы в низину. Тоже заметили там фашистов. Остановились.

Смотрят солдаты на пушкарей. Словно с неба, словно из снега, словно из сказки они явились.

Постояли артиллеристы минуту над кручей, на полном карьере слетели вниз. Видят фашисты артиллеристов. Гадают, куда это мчит упряжка? Да и чья, сразу не разобрали. Пока разбирались — упряжка рядом. Развернули солдаты пушку.

— Ну, знай наших! — прокричал офицер. — Огонь!

Чихнула картечью пушка. Выстрел, за ним второй.

— Знай наших! Знай наших! — снова прокричал офицер. — Огонь! Третий выстрел. Четвёртый. Поднял снежные вихри пятый.

— Знай наших!

— Знай наших!

Покрылась телами фашистов низина. Те, кто остался жив, бросились вверх по крутому склону, как раз туда, где стояла стрелковая рота. Встретили их пулемётным огнём солдаты. Довершили лихое дело.

Когда бойцы вновь посмотрели вниз, не было там упряжки. Скрылась она из виду. Как птица, как песня. Как пришла, так и ушла, словно вернулась в сказку.

Долго стояли над кручей солдаты.

Кто же герои? Кто эти дерзкие артиллеристы? Так и не узнали о том солдаты.

«Знай наших!» — вот и всё, что на память об отважных бойцах осталось.