I

– Ну, а теперь, Элспет, вам совершенно ясно, что мне от вас хотелось?

– Пожалуй, ясно, – ответила миссис МакГилликадди, – но я должна вам сказать, Джейн, что все это кажется мне весьма необычным и странным.

– Ну, нет. В этом нет ничего странного, – возразила мисс Марпл.

– Все же я так думаю. Приехать в чужой дом и тут же спросить, нельзя ли мне... э... пройти наверх.

– На улице очень холодно, – подсказала мисс Марпл, – и потом вы могли съесть что-нибудь такое, не подходящее и... э... отчего вам нужно сразу попросить разрешения пройти наверх. Я просто хочу заметить, что такие вещи случаются. Я вот помню, как однажды меня пришла навестить бедняжка Луиза Фелби. Так ей за какие-нибудь полчаса понадобилось пять раз подняться наверх. И все это произошло, – добавила мисс Марпл мимоходом, – из-за несвежего паштета.

– Вот если бы вы рассказали мне, Джейн, что вы затеяли, – сказала миссис МакГилликадди.

– Именно этого я и не хочу делать, – ответила мисс Марпл.

– Какой же вы ужасный человек, Джейн. Сначала заставляете меня вернуться в Лондон раньше времени, теперь вот...

– Прошу прощения, – возразила мисс Марпл, – но я не могла поступить иначе. Дело в том, что в любой момент может произойти еще одно убийство. О, я знаю, что все начеку, и полиция приняла надлежащие меры предосторожности. Но ведь убийце всегда может представиться случай обойти полицию. Поэтому, Элспет, вашим долгом было приехать сюда. Ведь, в конце-то концов, нас так воспитали, чтобы мы всегда выполняли свой долг, правда?

– Конечно, правда, – ответила миссис МакГилликадди. – Помните, в дни нашей молодости не было и речи о безответственности.

– Ну, тогда все в порядке, – облегченно вздохнула мисс Марпл. – А вот и такси подъехало, – добавила она, услышав, как около дома негромко загудела машина.

Миссис МакГилликадди надела свое пальто из крапчатой шерстяной ткани, а мисс Марпл закуталась в бесчисленное множество платков и шарфов. Затем две старые дамы сели в такси, и оно помчало их по направлению к Рутерфорд-холлу.

II

– Кто бы это мог быть? – спросила Эмма, выглянув в окно, когда услышала, как перед домом остановилась машина. – О! Кажется, старая тетушка Люси.

– Скажи ей, что меня нет дома.

– Ты предлагаешь, чтобы я сообщила ей это сама или попросила Люси?

– Об этом я не подумал, – сознался Седрик. – Я, очевидно, вспомнил о тех днях, когда у нас имелись дворецкий и лакей, если действительно такие дни когда-нибудь были. Мне кажется, я помню того лакея, который служил у нас перед войной. У него были еще какие-то амурные дела со служанкой, работавшей на кухне, и из-за этого поднялся жуткий содом. Уж не та ли это старая карга, что приходит сюда убираться?

Но в этот момент дверь открылась, и вошла миссис Харт. Сегодня как раз был день, когда ей следовало чистить медные дверные ручки. Следом за ней вошла мисс Марпл, очень возбужденная, закутанная во множество платков и шарфов, за ее спиной виднелась еще какая-то высокая пожилая дама.

– Я, право же, надеюсь, – сказала мисс Марпл, беря Эмму за руку, – что мы не помешали вам. Дело в том, что послезавтра я уезжаю домой, и никак не могла позволить себе уехать, не попрощавшись с вами. И еще я хотела снова поблагодарить вас за ваше доброе отношение к Люси. О, я совсем забыла. Разрешите мне представить вам мою подругу миссис МакГилликадди, она живет вместе со мной.

– Здравствуйте, – произнесла несколько чопорно миссис МакГилликадди, глядя на Эмму очень внимательно. Затем она перевела взгляд на Седрика, нехотя поднявшегося с кресла.

В этот момент в комнату вошла Люси.

– Тетушка Джейн, а я и не думала...

– Я должна была заехать и попрощаться с мисс Крекенторп, – сказала мисс Марпл, – она была очень и очень добра к тебе, Люси.

– Это Люси была добра ко всем нам, – улыбнулась Эмма.

– Да, конечно, – сказал Седрик. – Мы навалили на нее работы, как на раба с галер. Она ухаживала за больными, бегала вверх-вниз по лестницам, готовила различные деликатесы выздоравливающим...

Мисс Марпл перебила его:

– Я очень расстроилась, когда услышала о вашей болезни. Надеюсь, что теперь вы совсем поправились, мисс Крекенторп?

– О, да. Теперь мы опять все здоровы, – ответила Эмма.

– Люси говорила мне, что вы все серьезно переболели. Грибы так опасны! Могу себе представить!

– Причина заболевания до сих пор осталась загадочной, – сказала Эмма.

– А вы не верите этому? – спросил Седрик. – Бьюсь об заклад, что и до вас дошли всевозможные слухи, мисс... э...

– Марпл, – подсказала ему мисс Марпл.

– Да, так вот, я могу побиться об заклад, что вы слышали, о чем болтают вокруг. Ни больше, ни меньше, как мышьяк. Это для того, чтобы произвести сенсацию среди соседей.

– Седрик, – вмешалась Эмма, – мне бы не хотелось, чтобы ты так говорил. Ты же знаешь, что инспектор Крэддок...

– Ха-ха, – засмеялся Седрик, – все давно все знают. И даже вы кое-что слышали, мадам, правда?

Он обернулся к миссис МакГилликадди.

– Я вот лично, – сказала миссис МакГилликадди, – только что вернулась из-за границы. Позавчера.

– А, ну тогда вы еще не успели разобраться в скандале, который здесь произошел, – съязвил Седрик. – Мышьяк в подливке, вот что случилось. Тетушка Люси знает об этом все, могу поклясться.

– Я только слышала кое-что, – сказала мисс Марпл. – Об этом просто кто-то намекал. Но, конечно, я не хотела никоим образом ставить вас в неудобное положение, мисс Крекенторп.

– Не обращайте внимания на моего брата, – смутилась Эмма, – просто он любит шутить.

Говоря это, она нежно ему улыбнулась.

Дверь отворилась, и в комнату ворвался старый мистер Крекенторп, гневно стуча своей палкой.

– Где чай? – закричал он. – Почему еще ничего не готово? Эй! Девушка! – обратился он к Люси. – Почему вы не принесли мне чай?

– Сейчас несу. Я только что собиралась накрывать на стол.

Люси вышла. Мистера Крекенторпа представили мисс Марпл и миссис МакГилликадди.

– Люблю, когда еду подают вовремя, – сказал мистер Крекенторп. – Пунктуальность и экономия – вот мои принципы.

– Это весьма необходимо, я уверена, – сказала мисс Марпл, – особенно сейчас, когда растут налоги и цены.

Мистер Крекенторп взорвался.

– Налоги! Не говорите мне об этих грабителях. Несчастный нищий, вот кто я такой. И становится все хуже и хуже.

В комнате снова появилась Люси с чайными чашками на подносе. Следом за ней вошел Брайан Истли, неся поднос с сэндвичами, хлебом, маслом и пирогом.

– Что такое? – удивился мистер Крекенторп. – Глазированный пирог? У нас сегодня прием? Мне что-то никто об этом не говорил.

На лице Эммы вновь отразилось смущение.

– К чаю придет доктор Кемпер, у него сегодня день рождения и...

– День рождения? – заворчал снова старик. – Дни рождения справляют только детям. Я вот никогда не отмечаю свои дни рождения и не хочу, чтобы их праздновали другие.

– Это, конечно, большая экономия, – сказан Седрик. – Ты экономишь деньги на покупку свечей к своему пирогу.

– Это все, что ты смог мне сказать, мальчик? – спросил мистер Крекенторп.

Мисс Марпл обменивалась рукопожатием с Брайаном Истли.

– Я уже о вас слышала, – сказала она, – от Люси. О, господи, как же вы мне напоминаете одного человека, с которым я была знакома в Сент-Мэри-Мид. Знаете, это такая деревушка, где я прожила много лет. Ронни Веллс был сыном нашего адвоката. Получил в наследство от отца контору, но никак не мог приспособиться к делу. Бросил контору, уехал в Восточную Африку. Хотел разбогатеть на эксплуатации грузовых пароходов на тамошних озерах. Виктория Ньянза, или, может быть, Альберт Ньянза, так называлось озеро, что-то не помню. Во всяком случае, прискорбно, но и там у него ничего не вышло. Он потерял весь свой капитал и разорился. Ужасно неприятно! Вы с ним случайно не родственники? Вы очень похожи.

– Нет, – сказал Брайан, – у меня нет родственников по фамилии Веллс.

– Он был знаком с одной очаровательной девушкой, – продолжала мисс Марпл. – Она все пыталась образумить его, но он даже и слушать ее не хотел. Конечно, он был неправ. У женщин много здравого смысла, знаете, особенно, когда речь идет о деньгах. Конечно, я не имею в виду вопросы высоких финансовых сфер. Эти вопросы ни одна женщина даже и не пытается постигнуть, так говорил мой дорогой отец. Но обычные житейские дела, фунты, шиллинги, пенсы – это совсем другое дело. А какой чудесный вид открывается у вас из этого окна! – добавила она, проходя через всю комнату и выглядывая в окно.

Эмма подошла к ней.

– Какой огромный парк! И как живописно выглядят коровы на фоне вон тех деревьев. Никто даже и во сне представить себе не сможет, что все это находится в центре города.

– Мне кажется, что мы живем здесь, как какие-то доисторические ископаемые – сказала Эмма. – А если открыть окна, можно услышать вдалеке шум городского уличного движения.

– О, конечно, – сказала мисс Марпл. – Шум есть везде. Даже в Сент-Мэри-Мид. Теперь мы совсем близко находимся от аэродрома. И знаете, трасса, по которой пролетают реактивные самолеты, проходит как раз над нами. Ужасно страшно. На днях лопнули два стекла в моей оранжерее. Непонятно отчего.

– Вообще-то, все очень просто, – сказал Брайан, приближаясь к ним с дружелюбной улыбкой. – Понимаете, все происходит таким образом...

Мисс Марпл уронила свою сумочку. Брайан наклонился ее поднять. Улучив удобный момент, миссис МакГилликадди подошла к Эмме и что-то прошептала ей на ухо. Лицо ее выражало страдание. Страдание это было неподдельным, потому что миссис МакГилликадди очень не нравилась та роль, которую ей сейчас приходилось играть.

– Извините, но не могла бы я на минутку пройти наверх?

– Конечно, – ответила Эмма.

– Я провожу вас, – предложила Люси.

Люси и миссис МакГилликадди одновременно вышли из комнаты.

– Сегодня очень холодно, трудно вести машину, – сказала мисс Марпл с отсутствующим взглядом, как бы объясняя что-то.

– Так вот, о звуковом барьере, – продолжал Брайан. – Видите ли, все это происходит... О, привет! А вот и Кемпер.

Доктор приехал на своей машине. Он вошел в комнату, потирая руки. Видно, он очень замерз.

– Пойдет снег, – сказал Кемпер, – вот увидите, я-то уж знаю. Здравствуйте, Эмма, как вы себя чувствуете? О, господи, что это все означает?

– Мы приготовили пирог в честь дня вашего рождения, – потупилась Эмма. – А вы-то хоть помните о нем? Вы мне как-то сказали, что ваш день рождения именно сегодня.

– Для меня это так неожиданно. – Кемпер казался обрадованным. – Понимаете, прошло уже много лет... да, должно быть, лет шестнадцать... с тех пор, как кто-нибудь вспоминал о моем дне рождения.

Он, казалось, был тронут настолько, что даже смутился.

– Вы знакомы с мисс Марпл? – Эмма представила его.

– О да, – заявила мисс Марпл. – Я встречала доктора Кемпера здесь и раньше. Не так давно он приезжал осмотреть меня, когда я схватила опасную простуду. И был очень добр.

– Я надеюсь, что теперь вы снова себя хорошо чувствуете? – спросил доктор.

Мисс Марпл заверила его, что теперь она себя чувствует отлично.

– Вы что-то в последнее время не приходите ко мне, Кемпер, – проскрипел раздраженно мистер Крекенторп. – Я могу умереть от такого внимания, какое вы мне оказываете!

– Не думаю, что это случится, – сказал доктор Кемпер.

– Я тоже, – отрезал мистер Крекенторп. – Ну, идемте, давайте выпьем чаю. Чего же мы ждем?

– О, пожалуйста, – сказала мисс Марпл, – не ждите мою приятельницу. Она будет очень расстроена, если задержит вас всех.

Все уселись за стол и приступили к чаю. Мисс Марпл сначала согласилась съесть хлеб с маслом, а потом принялась за сэндвич.

– А с чем они...? – она колебалась.

– С рыбой, – ответил Брайан. – Я сам помогал делать эти сэндвичи.

Старый мистер Крекенторп зло расхохотался.

– Отравленный рыбный паштет. Вот из чего сделаны эти сэндвичи. Ешьте их на свой собственный страх и риск.

– Пожалуйста, отец, не надо.

– Теперь нужно быть очень осторожным, когда ешь что-нибудь в нашем доме, – продолжал мистер Крекенторп, обращаясь к мисс Марпл. – Двух моих сыновей отравили, как мух. Чья это работа, вот что я хотел бы знать.

– Не сдавайтесь, – сказал Седрик, снова передавая тарелку с сэндвичами мисс Марпл. – Немного мышьяку, говорят, улучшает цвет лица. Так что ешьте, у вас цвет лица не очень-то яркий.

– Ты сам съешь хоть один, мой мальчик, – сказал мистер Крекенторп.

– Хочешь, чтобы я был официальным дегустатором? – спросил Седрик. – Ну что же, идет!

Он взял сэндвич и целиком положил его себе в рот. Мисс Марпл тихо, чисто по-женски засмеялась и тоже взяла один сэндвич. Откусив кусочек, она сказала:

– Я думаю, все вы очень смелые люди, раз так шутите. Да, я думаю, что вы очень и очень смелые. Я сама просто обожаю храбрость.

И вдруг она поперхнулась и начала кашлять.

– Кость от рыбы, – кашляя, проговорила она, – застряла в горле.

Кемпер быстро поднялся из-за стола, подошел к ней, отвел к окну и попросил ее открыть рот. Он вытащил из кармана какой-то футляр и стал выбирать один из пинцетов, лежавших в нем. Быстро, с профессиональной ловкостью, он стал осматривать горло старой дамы. В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла миссис МакГилликадди в сопровождении Люси. Как только взгляд миссис МакГилликадди остановился на сцене, происходившей у окна, она вдруг неожиданно для самой себя громко вскрикнула. Мисс Марпл отпрянула назад, а доктор, продолжая держать за горло, наклонил ее голову.

– Так ведь это же он! – закричала миссис МакГилликадди. – Тот самый человек, который в поезде...

С необыкновенной для нее живостью мисс Марпл выскользнула из рук доктора и подошла к своей приятельнице.

– Я так и думала, что вы узнаете его, Элспет! – сказала она. – Нет, не говорите больше ничего.

И она с торжествующим видом обернулась к доктору Кемперу.

– Вы ведь не знали, не правда ли, доктор, что когда душили ту женщину в поезде, это видели. Моя подруга, миссис МакГилликадди, видела вас. Видела своими собственными глазами. Она ехала в другом поезде, который шел параллельно с вашим.

– Что за глупые шутки? – доктор Кемпер шагнул к миссис МакГилликадди, но мисс Марпл проворно встала между ним и миссис МакГилликадди.

– Да, – сказала мисс Марпл. – Она видела вас и сейчас узнала. В чем она может поклясться перед судом. Такое случается не часто, насколько я могу себе представить, чтобы кто-то своими глазами видел, как совершается преступление. Конечно, обычно бывают случайные свидетели. Но сейчас это действительный свидетель преступления, который все видел своими глазами.

– Ах, ты старая карга, – заорал доктор Кемпер.

Он бросился на мисс Марпл, но теперь уже Седрик схватил его за плечо.

– Так значит, вы тот самый убивающий всех дьявол? – спросил Седрик, поворачивая его лицом к себе. – Я вас никогда не любил и всегда считал негодяем, но видит бог, я никогда и не подозревал...

Брайан Истли быстро подоспел Седрику на помощь. Из боковой двери в комнату уже входили инспектор Крэддок и инспектор Бейкон.

– Доктор Кемпер, – сказал Бейкон, – я должен предупредить вас, что в случае...

– Катитесь вы ко всем чертям с вашими предупреждениями, – заорал доктор Кемпер. – Неужели вы думаете, что кто-нибудь поверит сказкам двух сумасшедших старух? Кто-нибудь хоть слышал обо всем этом вздоре с поездом?

– Элспет МакГилликадди, – сказала мисс Марпл, – заявила об этом убийстве в полицию сразу же, то есть 20 декабря, и дала описание мужчины, которого видела своими глазами.

Доктор Кемпер вдруг резко выпрямил плечи.

– Но, может быть, вы объясните, зачем мне нужно было убивать совершенно незнакомую женщину?

– Нет, эта женщина не была для вас незнакомой, – возразил инспектор Крэддок. – Она была вашей женой.