«Нечем мне, молодцу, хвастати.

Мне похвастать, не похвастать золотой казной —

Золота казна моя не держится;

Мне похвастать, не похвастать черным чеботом —

Черны чеботы мои не топчутся,

Мастеров возьму, чеботы сошью и новы ношу,

К вам же, купцам, свезу на рынок и повы́продам{552},

И возьму я с вас цену полную;

И еще мне похвастать, не похвастать добры́м конем —

Добры кони мои не ездятся,

Возьму я с-под матки жеребеночком,

Возьму поставлю на овес да на́ воду

И повыкормлю,

В чистом полюшке повыезжу

И вам, купцам, боярам, повыпродам,

Возьму я с вас цену полную;

Мне похвастать, не похвастать молодой женой,

Молодой женой Василисой Микуличной:

У меня молодая жена Василиса Микулична

Вас, купцов и бояр, продаст и выкупит,

А тебя, князя Владимира, с ума сведет».

«Берите-ка его за белы́ руки́,

Ведите во погреба глубокие,

Как тут садите за замки и за крепкие,

Завалите дубьями, колодьями,

Как пусть сидит-то там да похвастает

Молодой женой Василистой ведь» ‹...›

А посекала ли волосушки по-мужскому,

А одевала ёна платьица мужские.

‹.............›

Выводила ли коня, да ко́ня доброго,

‹.............›

Ай она брала ли палицу во рученьки —

А была палица ли ту да во девяносто пуд,

А бросила ёна палицу под облако,

А ымала она палицу единой рукой.

‹.............›

А садилась на коня ёна быстрешеньку,

А тут видели молодца сядучись,

А не видели удалого поедучись, —

А будто молния в чистом поле смелькается,

А будто вихорь ли по чисту полю завивается.

Подъезжал ён ко славному ко городу ко Киеву,

А ён крыкнул голосом богатырскиим:

«Уж ты солнышко князь стольнё-киевской!

А ты давай-ка мне да поединщика,

А если нет у тебя мне-ка поединщика,

То давай-ка ты мне да во замужество

А ты мне свою любимую племянницу».

И называлась грозным послом,

Грозным послом Васильем Ивановичем.

И поехала с великою свитою

Ко городу Киеву.

Половину дороженьки проехали,

И встречу ей из Киева грозен посол.

Тут они съехались, послы, поздоровались,

Как послы послуются,

Они ручку об ручку целуются.

Стал-де из Киева спрашивает посол:

«А и гой вы еси, удалы добры молодцы!

Куда вы едете и куда бог несет?»

И взговорят ему, послу, таковые слова:

«А и едем мы из дальней орды, Золотой земли,

От грозна короля Етмануила Етмануиловича

Ко городу ко Киеву,

Ко великому князю Владимиру

Брать с него дани-невыплаты

Не много, не мало — за двенадцать лет,

За всякой год по три тысячи».

Выводил тут Владимир стольной киевской

Двенадцать сильных могучих богатырей,

Стали они стрелять по сыру дубу

За целу версту —

Попадают они по сыру дубу.

От тех стрелочек каленых

И от той стрельбы богатырския

Только сырой дуб шатается,

Будто от погоды сильныя.

Говорил посол Василий Иванович:

«Гой еси, Владимир-князь!

Не надо мне эти луки богатырские,

Есть у меня лучонко волокитной,

С которым я езжу по чисту полю».

Втапоры кинулися ее удалы добры молодцы,

Под первой рог несут пять человек,

Под другой несут столько же,

Колчан тащат каленых стрел тридцать человек.

И говорит князю таково слово:

«Что потешить-де тебя, князя Владимира».

Берет она во ту рученьку левую

И берет стрелу каленую —

Та была стрелка булатная.

Вытягала лук за ухо,

Хлестнет по сыру дубу —

Изломал его в черенья ножевые.

Спела тетивка у туга лука —

И Владимир-князь окарачь наползался,

И все тут могучие богатыри

Встают как угорелые.

Взвыла да пошла калена стрела,

Угодила в сыр кряковистой дуб,

Изломала в черенья ножевые.

И говорил посол таково слово:

«Не жаль мне сыра дуба кряковистого,

Только жаль мне своей калены стрелы,

Никому не найти во чистом поле».

А Владимир-князь стал проведовати:

«Только посол буде женщина,

Не станет он во Киеве боротися

Со моими могучими богатырями».

Таковы люди были в Киеве —

Нарочны борцы, удалы молодцы,

Притченки да Хапилонки.

Выводил тут князь семь борцов,

И того ли посол Василий не пятится,

Вышел он на двор боротися,

Середи двора княженецкого.

Сошлися борцы с послом боротися:

Первому борцу из плеча руку выдернет,

А другому борцу ногу выломит,

Она третьего хватила поперек хребта,

Ушибла его середи двора.

А плюнул князь да и прочь пошел:

«Глупая княгиня, неразумная!

У те волосы долги, ум короток —

Называешь ты богатыря женщиною.

Такова посла у нас еще было и не видано».

Говорил себе таково слово:

«Разве сам Василья-посла проведаю»

Стал с ним в шахматы играть

Золотыми тавлеями.{556}

Первую заступь{557} заступовали —

И ту посол поиграл;

Другую заступь заступовали —

И другую заступь посол же поиграл;

Третью заступь заступовали —

Шах да и мат, да и под доску{558}.

«Не отдай-ка ты девчину да за женщину

Не наделай-ка смеху́ по всёй Руси».

«Не отдай-ка племянницы за женщину, —

Не бога́тырь есть тут, а есть женщина:

Как по улочкам идет, будто уточка плывет,

По ступенечкам ступает потихонечку.

А ведь голос у нее как будто с про́двизгом,

С поволокою глаза поваживает,

А на тех на рученьках на белыих

Даже дужки от колечичек не вышли вон»