Несмотря на крупные габариты, одержимый демоном Джеймс двигался со скоростью и легкостью человека, который должен был быть вдвое легче. Огромной рукой он схватил Дина за горло и, оторвав от земли, прижал к стене. Дин брыкался, пытаясь найти опору, но от носков его ботинок до пола оставалось несколько сантиметров. Джеймс оценивающе посмотрел на него, будто только что открыл совершенно новый вид насекомых. Дин хватал воздух ртом, а Джеймс поворачивал его голову из стороны в сторону.

– Послушай, приятель… – сумел прохрипеть Дин. – Я знаю, ты вне себя от радости… что удалось найти себе костюм из плоти… хотя я бы на твоем месте выбрал кого-нибудь получше. Как насчет того… чтобы оставить этого олуха в покое?

Джеймс притянул Дина поближе и принялся его обнюхивать.

– Эй, мужик, я таким не интересуюсь, – запротестовал Дин, глядя в его дикие глаза. – Как по мне, так это уже слишком напоминает «В мире животных». Может, отпустишь меня?

Развернувшись, Джеймс вышвырнул Дина из хранилища. Перелетев через шаткий столик, тот ударился головой о бетонную стену и, теряя сознание, сполз на пол. Последнее, что он услышал перед тем, как его поглотил мрак, был яростный, с подвыванием, лай.

* * *

Когда Дин очнулся, над ним маячил тот самый вредный клерк. С трудом повернув голову, Дин увидел, что дверь в хранилище заперта, а Джеймса МакМэннона и след простыл. Он протянул клерку руку:

– Как насчет того, чтобы чуток помочь?

– Ты уволен. Верни форму и выметайся.

Дин с трудом приподнялся на локте:

– Хочешь сказать, мне нельзя оставить себе даже эту миленькую шапочку?

Клерк фыркнул, развернулся и ушел.

Дин ощупал шишку на затылке. «Вот и вся благодарность».

Поднявшись на ноги, он привалился к стене. Его немного шатало: он пробыл без сознания не так долго, чтобы алкоголь успел выветриться. Он вернул рабочий костюм и вывалился из отеля на улицу, на темную мостовую. Солнце уже зашло, но когда? Сколько он пробыл в отключке? После прибытия в прошлое часы остановились, и Дин не смог их завести. Он повертел головой, пытаясь сообразить, в какой стороне их квартира. А потом вдруг услышал быстрые громкие шаги. К нему приближались двое полицейских – плохая новость. Развернувшись, Дин попытался пересечь улицу, но копы тут же подхватили его под руки.

– Перебрал немного, а, приятель?

Дин уставился на них мутноватым взглядом:

– Ничего подобного, офицеры. Я только что проснулся. Провел чудеснейшую ночку с Мэрилин Монро. Она просто огонь.

– Ди Маджо[152] тебя бы за это битой приложил, – проговорил один из полицейских, а второй подозвал тюремный фургон.

Когда машина подъехала, полицейские грубо затолкали Дина внутрь и увезли.

* * *

К тому времени, как Сэм добрался до полицейского участка, Дин уже просидел в камере пару часов. Начальник участка отвел Сэма к камерам в подвале старого здания, где он и обнаружил брата. Тот со всеми удобствами расположился на чистой койке, пил кофе и играл в покер с соседом – парнем в помятом костюме. Парень выглядел так, будто его деловой обед немного вышел из-под контроля. Увидев Сэма, Дин подскочил:

– У тебя есть десять баксов?

– Дин, мои деньги тут бесполезны.

– Вот именно, так что дай мне десятку, – прошептал Дин, указывая на соседа.

Порывшись в карманах, Сэм выудил купюру. Дин схватил ее, швырнул на пол между койками и снова уселся:

– Увижу твою пятерку, поставлю еще.

– Слишком дорого, как по мне, – проговорил сосед.

– Полагаю, ставка тогда моя, – Дин подгреб к себе груду купюр и монет. – Спасибо за игру.

Охранник открыл дверь.

– Спасибо, Джо, работай хорошенько, – Дин улыбнулся Сэму и продемонстрировал выигрыш – доллары, которыми можно было пользоваться в 1950-е годы.

Винчестеры вышли из участка.

– Неплохо у тебя получается не привлекать к себе внимания, Дин.

– У меня не было выбора. Я подобрался так близко к свиткам. И новость дня! Охранник МакПухляш оказался не обычным охранником. Он одержим и пошел вразнос. И от того, что ты потерял кинжал Руби, становится не легче.

Они вышли на улицу.

– Постой, что ты имел в виду, когда сказал «одержим»?

– Ну, знаешь, черные глаза, чудовищная сила и всё в таком духе. Прямо здесь, в 1954 году.

– Что он хотел?

– Сожрать мою печень? Да откуда я знаю!

– Говорил он что-нибудь?

Дин помедлил, пытаясь вспомнить:

– Он не то чтобы говорил, скорее… лаял.

– Что, как собака? – удивился Сэм.

Лицо Дина оставалось каменным, и Сэм понял, что это не шутка.

– Что, серьезно? Как адский сторожевой пес?

– Наполовину собака, наполовину человек? Человекопес. Больше пес, чем человек. Какая разница! Сейчас важнее всего не попадаться ему, пока не достанем свиток. Вернуться в 2010 год живыми будет неплохим бонусом.

Когда Винчестеры добрались до своей маленькой квартирки, было уже почти три часа ночи. Примерно полчаса они сравнивали свои заметки и обсуждали события последних суток. Сэм рассказал Дину всё, что узнал в библиотеке и от Уолтера, скрыв пока информацию о Абаддоне.

Итак, Винчестеры поняли, что у них несколько проблем. Они знали, где состоится аукцион, но понятия не имели, кто покупатель. Они знали, что в аукционе будет участвовать некий банкир, но придется побегать, чтобы выяснить, кто он такой. И даже если удастся его найти, гораздо легче забрать свитки до того, как они будут проданы, чем пытаться похитить их в отеле. Особенно учитывая, что работу Дин потерял. А еще у них не было оружия и они не знали, как связаться с Доном, когда они достанут «Свиток Войны».

Единственная удача пришла, откуда не ждали: соседи за стеной так отчаянно занимались сексом ночь напролет, что даже стена тряслась. На самом пике шума от стены отделилась раскладная кровать, которую Винчестеры раньше не заметили.

– Хорошие новости заключаются в том, – заметил Сэм, – что вор ее тоже не нашел.

Потом он повалился на кровать и тут же уснул.

Дин улегся на потрепанном диванчике. «Такое ощущение, что я несколько лет не спал». Мыслями он вернулся к ногастой брюнетке из холла «Уолдорфа». В 2010 году женщина, путешествующая в одиночестве, не редкость, в 1954 году – совсем другое дело. Дин гадал, что это за женщина и откуда она. Было что-то особенное в том, как она вела себя. Дина привлекла ее уверенная походка и то, как она посмотрела прямо на него, чуть ли не в него. Дин подумал, что после того, как они разберутся с одержимым охранником, стоит, вероятно, сделать пару кругов вокруг отеля – вдруг повезет встретить ее еще раз. Он уснул, пытаясь сочинить фразу для знакомства, которая была бы уместна в 1950-е годы.

Утро Винчестеры встретили, сидя на ступенях Нью-Йоркской публичной библиотеки и попивая кофе. Дин поверить не мог, что кофе стоит пять центов, а целая пицца – семьдесят пять. Он будто в продуктовый рай попал.

Братья обсудили следующий шаг. Решили, что Сэм отправит телеграмму по адресу из «Уолл-стрит джорнэл» и сообщит о том, что хочет купить свитки.

Дин хотел вернуться в отель и найти Джеймса – едва ли демон случайно вертится около места предстоящего аукциона. Перед возвращением в «Уолдорф» он зайдет в магазин поношенной одежды и купит костюм, а потом он планировал чисто выбриться. Если он собирается явиться в отель в качестве постояльца, нужно и выглядеть соответствующе.

* * *

Сэм нашел пункт обслуживания «Вестерн Юнион» и отправил продавцу свитков телеграмму «ЗАИНТЕРЕСОВАН В БИБЛЕЙСКИХ СВИТКАХ УПОМЯНУТЫХ В РЕКЛАМЕ В УСД ТЧК СРЕДСТВА ЕСТЬ ТЧК СЕРЬЕЗНЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ ТЧК ПРОШУ ОТВЕТИТЬ СРОЧНО ТЧК СИНГЕР».

На самом деле не было у них никаких средств, но Сэм решил, что подумает об этом позже. Он склонялся к мысли, что упоминание о Бобби будет вполне уместно. А еще ему всё сильнее хотелось, чтобы Бобби оказался здесь и помог им.

Сэм сообщил клерку, где его можно найти, и сказал, что зайдет через час узнать, есть ли ответ. Потом он отправился в «Гимбелс». Побродив в отделе мужской одежды, Сэм обнаружил шерстяной костюм за двадцать восемь долларов. Деньги у него были (чаевые Дина, а также его выигрыш в покер составили почти сотню долларов), так что Сэм решил, что вполне может позволить себе эту покупку. Он переоделся прямо в магазине, а свою одежду сложил в фирменный пакет. Выйдя из универмага, Сэм завернул в парикмахерскую. Правда, «снимите немного сверху» обернулось десятком сантиметров. Сэм уставился на себя в зеркало: «Совершенно другое дело». Парикмахер напомадил ему волосы, зачесал их назад, и Сэм был готов к выходу.

Когда он вернулся в «Вестерн Юнион», его ждала телеграмма: «СИНГЕР ТЧК РАССМОТРИМ ЩЕДРОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТЧК ВСТРЕЧА в КЛУБЕ «21» В 11 ТЧК СПРОСИТЬ ФЕЛЬДМАНА».

Сэм поднял глаза и на стене ближайшего здания увидел часы: половина одиннадцатого утра. Спросив у прохожего дорогу, он направился на север по Шестой авеню, рассчитывая прибыть на место к указанному времени.

Оказавшись на нужной улице, Сэм полюбовался фигурками жокеев на балконе над входом в клуб. Он никогда не бывал здесь раньше. Винчестеры попадали в Нью-Йорк только по делам, связанным с охотой. Им никогда не удавалось по-настоящему приобщиться к городской культуре.

Сэм вошел в темный ресторан. Вдоль стен находились кабинки, стены которых были обиты красной кожей. Общий зал был увешан самыми разными игрушками[153]. Метрдотель провел Сэма к кабинке, где уже сидел молодой человек лет двадцати пяти в темно-коричневом костюме. Странно, как такой юнец мог иметь отношение к продаже древних библейских текстов…

– Мистер Фельдман? – спросил Сэм.

– Нет, я его поверенный, мистер Бенджамин Шохат, – мужчина поднялся и пожал протянутую руку. – Я представляю мистера Фельдмана. А вы, я полагаю, мистер Сингер? – Акцент у него был мелодичный, похожий на ближневосточный.

– Да. Приятно познакомиться, – ответил Сэм, сел и попросил официанта принести стакан воды. – Я собираюсь принять участие в аукционе. Меня интересуют свитки, но сперва я хочу их увидеть.

Подходя к кабинке, Сэм заметил, что у Шохата с собой ничего нет. Если удастся убедить Шохата отвести его в отель и показать свитки, дело в шляпе.

Мистер Шохат всмотрелся в его лицо:

– Вы ведь работаете на кого-то, верно?

– Пока ничего не могу вам сообщить, – выкрутился Сэм. – Но если бы я говорил от чьего-то имени, этот кто-то был бы очень серьезным покупателем. Этот человек захотел бы, чтобы я сперва осмотрел покупку.

– Это невозможно! – фыркнул мистер Шохат. – Они в хранилище, под надежной охраной.

– В отеле «Уолдорф-Астория», – Сэм с улыбкой выложил карты на стол.

– Откуда вы знаете? – Шохат явно был раздосадован, хоть и пытался это скрыть.

– Я много чего знаю. И хотел бы увидеть свитки.

– Откуда мне знать, что у вас достаточно средств?

Сэм встал:

– Думаю, я уже доказал свои серьезные намерения, мистер Шохат. Попросите мистера Фельдмана связаться со мной, если он захочет заключить сделку.

Шохат с каждой секундой нервничал всё больше. Было видно, что он растерян и боится упустить крупную рыбу.

– Хорошо, подождите, – поспешно проговорил он. – Сядьте, пожалуйста. – Он сделал глоток воды. – У мистера Фельдмана уже есть заинтересованный клиент, и цена первого предложения – сто тысяч американских долларов. Вы предложите больше?

Денег у Сэма вообще не было, поэтому он мог назвать любую цену. Он сел и небрежно проговорил:

– Если свитки подлинные, цена будет удвоена.

Шохат откинулся на спинку кресла. Он был явно впечатлен. Сэм сообразил, что во времена костюмов за двадцать восемь долларов и больших пицц за семьдесят пять центов двести тысяч долларов – огромная сумма. Он подождал, пока Шохат обдумает предложение.

«Мне нужно только приглашение на аукцион. И всё».

Со всем остальным они с Дином как-нибудь разберутся.

– Я свяжусь с вами, – наконец, сказал Шохат и встал. – Я должен обсудить это с мистером Фельдманом. Только после этого я смогу продолжить переговоры.

– Хорошо. – Сэм тоже встал.

Мистер Шохат вежливо приподнял котелок и удалился.

* * *

Дин с удобствами расположился в большом кожаном парикмахерском кресле. Он был впечатлен тем, как чисто его побрили. «И почему мужчины перестали пользоваться опасной бритвой?»

Дин купил поношенный темный костюм, белую рубашку и черный котелок. Собственно, он никогда не увлекался шляпами, но котелок ему понравился. Интересно, можно туда спрятать какое-нибудь оружие?

Выйдя на улицу чисто выбритым и в новом костюме, Дин почувствовал, что значит «абсолютное инкогнито». Теперь можно бродить по отелю незамеченным и получить еще один шанс добраться до свитков.

Несколько минут спустя он вошел в роскошный холл «Уолдорф-Астории». Никто не насторожился. «Похоже, маскировка работает». С помощью ключей, которые он так и не вернул, Дин пробрался к задней лестнице, проскользнул в полуподвал и тут же понял, что план не сработает.

Очевидно, кто-то воспринял его вчерашнее вторжение очень серьезно: теперь перед хранилищем стояли три охранника, все вооруженные. До того, как охрана успела заметить его, Дин юркнул в приоткрытую дверь слева. Он попал в сырую кладовку, посреди которой на металлическом стуле спиной к Дину развалился человек. Дин осторожно приблизился.

«Да это Джеймс, охранник, – узнал он его. – Крепко спит. Стоп. Разве демоны спят?» Дин был безоружным и решил не будить спящую собаку. Потом он заметил в углу мешок из грубой ткани и вспомнил любопытный факт: промозглыми нью-йоркскими зимами дворники использовали соль, чтобы растопить снег на тротуарах около важных зданий, таких, например, как этот отель. Похоже, весь запас соли отеля хранился как раз здесь.

Дин вскрыл мешок и высыпал половину соли. Придется действовать быстро, чтобы план сработал. Он поднял мешок.

– Пресвятая Мария, что ты делаешь? – спросил Джеймс, внезапно проснувшись и утирая слюну с губ.

Дин колебался, по-прежнему удерживая мешок над головой охранника. Потом он быстро принял решение и опустил мешок. Несколько секунд прошло в молчании, затем Дин откашлялся.

– Соль хочу взять, – проговорил он.

Джеймс потер глаза, которые были нормального зеленовато-голубого цвета.

«Никаких признаков одержимости». Тем не менее Дин знал, что демон может по-прежнему находиться в Джеймсе, выжидая удобный момент.

– Помнишь меня? – спросил Дин.

Джеймс наклонился вперед и взъерошил короткие волосы:

– Нет, приятель. А должен?

«Похоже, у него жуткое похмелье». Странное дело, Дин ему даже посочувствовал.

– Да нет. Подумал, вдруг мы в одну церковь ходили.

Джеймс поднял голову. Лицо у него было красное и опухшее.

– Забирай свою соль и оставь меня в покое, – проговорил он без намека на узнавание.

«Он и правда меня не узнает, – подумал Дин. – Может, адский Бобик всё же вылез наружу?»

Дин поднял мешок с солью и направился к двери. Сначала он хотел, проходя мимо, «случайно» уронить мешок Джеймсу на колени, но тут же отказался от этой мысли. За дверью дежурили трое охранников, каждый из которых вполне мог всадить в Дина пулю, сообразив, что он вернулся в отель.

Выйдя обратно на лестницу, Дин сбросил мешок на пол и принялся обдумывать положение. Если Джеймс всё еще одержим, то этот демон – один из самых странных, каких Дин встречал. Обычно одержимый человек помнил о том, что вытворял демон, и наоборот.

«Может, это вообще не демон? Может, это что-то другое? Тогда это объяснило бы лай».

Вернувшись в холл, Дин зашел в бар, заказал коктейль «7&7» и сел в мягкое темно-красное кресло.

– Можно к вам присоединиться?

Дин поднял глаза. Перед ним стояла вчерашняя девушка. Одета она была в приталенный бордовый костюм с юбкой чуть ниже колен. Не дожидаясь ответа, девушка уселась напротив.

– Вчера вы были коридорным, сегодня – посетитель бара. Занятно. – Она окинула Дина таким взглядом, будто очень быстро оценивала каждый предмет его гардероба, а заодно и внешность.

Дин подался вперед:

– Занятно, что вы заметили.

Девушка улыбнулась, но не покраснела:

– Как такое забыть? Не часто мужчина предлагает мне выпить через тридцать секунд после того, как увидел.

– А вы подождите немного. Еще лет десять, и таких девушек, как вы… – Дин осекся: «Зачем портить ей задорные шестидесятые?» – В любом случае, прошу прощения, что был несколько прямолинеен. Я совсем не такой.

– Вы уже мне лжете? Не слишком хороший знак.

– Ладно, я именно такой. – Дин снова откинулся в кресле.

– Всё в порядке, это было забавно. И это значит, что вас не так уж сложно понять.

– Это был комплимент?

Девушка рассмеялась:

– Вроде того.

Дин снова соврал:

– Я не расслышал вчера ваше имя.

– Джулия. Джулия Уайлдер.

Она протянула маленькую, затянутую в перчатку руку, и Дин вежливо пожал ее, усмехаясь при мысли о странной формальности жеста. Сперва он чуть было не назвал свое настоящее имя, но передумал:

– Я Малкольм. Малкольм Янг[154]. Приятно познакомиться.

– Вы не ответили на мой вопрос, Малкольм. Как получилось, что вчера вы были коридорным, а сегодня стали гостем отеля?

– Быстрое продвижение по службе, – небрежно ответил Дин.

Джулия подозвала официанта:

– Шотландский виски, пожалуйста. Один кубик льда.

Дин приподнял бровь. Серьезный напиток для такой маленькой женщины. Джулия наклонилась к Дину, будто прочитав его мысли:

– Мы с отцом ездили по всему миру. Я хорошо разбираюсь в алкоголе. Необычно для женщины, знаю.

Дин улыбнулся:

– На самом деле я хотел сказать, что это производит впечатление.

– Ну что же, Малкольм Янг, расскажите о себе.

– Да тут и рассказывать-то нечего. Я приехал в Нью-Йорк по делам, вместе с братом.

– И чем вы занимаетесь? Ну, кроме переноски багажа?

Дин одернул пиджак:

– Семейный бизнес. Дезинсекция. Я был в костюме коридорного, чтобы исследовать отель, не привлекая внимания постояльцев.

– Хотите сказать, что в «Уолдорф-Астории» клопы?!

– Я этого не говорил. – Дин поднял стакан. – За отсутствие клопов.

Они чокнулись, и Джулия Уайлдер изящно опустошила свой бокал. Потом поднялась и разгладила юбку.

– Приятно было еще раз познакомиться с вами, мистер Янг.

– Уже уходите?

– У меня назначена встреча. Вы задержитесь в городе?

– Дождемся аукциона, потом поедем домой, – сказал Дин.

Он даже почти не соврал.

– Возможно, увидимся. – Она улыбнулась и через холл направилась к гостевым лифтам.

Дин, провожая ее взглядом, вздохнул.

«И почему все классные девчонки живут в прошлом?»