Ангел Рамиил знал, что большую часть своей сознательной жизни Тайлер Магоуэн прожил, твердо веря в три вещи.

Что бог любит его.

Что ангелы следят за ним.

Что в один прекрасный день «Питтсбургские пираты» перестанут сливать одну игру за другой.

Как обычно бывает с делами веры, Тайлер и не мечтал, что когда-нибудь получит материальное подтверждение всему этому. Тем не менее он поставил в очередном сезоне на победу «Пиратов», хотя такого на его памяти еще ни разу не случалось.

Поэтому, когда к Тайлеру явился Рамиил и попросил молодого человека стать его, ангела, земным вместилищем, он, мягко говоря, сильно удивился. Но все же не так сильно, как этого можно было ожидать. В отличие от большинства смертных, живущих в блаженном и сознательном невежестве, Тайлер видел знаки приближающегося Апокалипсиса. Он замечал их уже не один год и верил, что это истинные предзнаменования, но всякий раз все заканчивалось каким-нибудь мелким происшествием.

Однако в последние шесть месяцев знаки начали складываться в стройную систему.

Рамиил явился к Тайлеру во сне и сказал:

– Господь Бог хочет, чтобы ты посвятил себя борьбе за правое дело.

Естественно, Тайлер отнесся к этому заявлению скептически. Но Рамиил был настойчив.

– Таково пожелание Господа, – увещевал он молодого человека. – Битва скоро начнется, архангел Рафаил уже встал на нашу сторону. Скоро к нам присоединится и архангел Михаил, его меч вот-вот будет найден.

Но пока ангелы должны были защищаться от демонов. И это требовало жертв.

Тайлер был безупречен – молод, полон веры, одинок. К тому же он был безработным – еще одно свидетельство неуклонного соскальзывания Земли в забвение, предсказанного в Откровениях. Предоставь такому возможность участвовать в предстоящем сражении, и он ринется вперед со всей страстью и убежденностью в правоте дела.

Рамиилу сообщили, что демоны собираются на шабаш в Сан-Франциско, и в это же время в крупнейшем выставочном центре города и всего штата состоится конференция представителей различных конфессий. Совпадение было слишком соблазнительно, чтобы не воспользоваться им, – демоны собирались захватить как можно больше участников конференции и уничтожить их.

Вера благочестивых – одно из главных орудий ангелов, и деморализующие последствия их атаки скажутся на самых разных уровнях. Рамиилу было приказано влиться в отряд ангелов во главе с Узиилом и остановить демонов.

По иронии судьбы еще до того, как Рамиил явился ему во сне, Тайлер вместе другими прихожанами собирался посетить эту конференцию. Так что в конце концов он принял предложение ангела.

Гигантский выставочный центр «Москон» занимал целый квартал, от которого улицы разбегались во все стороны. Впервые появившись там, Тайлер (он же Рамиил) вместе с десятью спутниками и Узиилом не ощутил присутствия демонов, что их, конечно, разочаровало, но было вполне ожидаемо. Демоны всегда умели прятаться. Но не всегда им это удавалось на сто процентов.

Прикидываясь обыкновенными посетителями, ангелы легко смешались с посетителями конференции. Называлась она «межконфессиональной», но Рамиил быстро обнаружил, что на самом деле это встреча иудеев и христиан. Но даже две религии – при всех характерных для нынешних времен разногласиях – старались сохранить некую общность, позволяющую оказывать воздействие на паству. Они стремились поднять это воздействие до уровня своих предтеч.

Рамиил полагал, что это пустая трата времени. Да, в средневековой Европе все верили в Бога и присягали Церкви, но только потому, что других вариантов не было. Это была вера по привычке. А в условиях современной, так называемой западной цивилизации верующими себя считает куда меньшее количество людей.

Однако в современной Америке уж если человек верит, то верит по-настоящему – не по обязанности, а в силу внутренней потребности. Это и есть истинная вера, полагал Рамиил. Тайлер Магоуэн считал себя христианином не ради верности семейной традиции и не из страха подвергнуться осуждению соседей. Он просто ощущал себя христианином и действовал соответственно.

Лучше иметь одного действительно верного последователя, чем сотню послушных роботов, решил Рамиил.

Правда, с этим были согласны не все. Он неосторожно поделился своими соображениями с Уриэлем, и тот разразился пространной речью о человеческой неблагодарности. Уриэль сравнил современный недостаток веры с «поведением диких обезьян, использующих свободу выбора во зло».

Рамиил предпочел не ввязываться в полемику. Он всегда считал, что быть ангелом – значит видеть лучшее в людях и мире. И когда выяснилось, что Уриэль – изменник, это только укрепило его в собственной правоте.

Лишь с одним Рамиил не мог примириться – со смертью. Слишком многих своих братьев и сестер он не мог досчитаться – все они умерли либо на службе Богу, либо став жертвами предательства Уриэля и его союзников, либо пав от рук демонов.

Он надеялся, что сегодняшний день не умножит ряды павших.

Вместе с Узиилом, Иофиилом и Садафиилом Рамиил направился на заседание одной из секций, проходившее в комнате 105 – одном из помещений Центра, расположенном напротив выставочного зала на первом этаже. Сейчас зал пустовал. В отличие от организаторов других мероприятий, проходящих в Центре, религиозные деятели не приглашали зазывал, рекламирующих те или другие товары или виды деятельности. Единственной целью конференции было предоставить верующим возможность поговорить друг с другом.

В комнате 105 собралось человек десять или двенадцать. Они сидели, образуя круг. Большинство из них были хорошо одеты. Один был любавичским ребе в черно-белом одеянии, с пышной бородой и гривой курчавых волос, выбивающихся из-под шляпы. Другой – католическим священником в черной рясе. Остальные были в обычных костюмах.

Точно так же, как в других помещениях Центра, куда заглядывали ангелы, никаких признаков присутствия демонов здесь не обнаружилось.

Напротив двери сидела женщина в брючном костюме лимонного цвета. К лацкану была прикреплена брошь, показавшаяся Рамиилу смутно знакомой.

– Добрый день, – сказала она, – хотите принять участие в нашем разговоре?

Узиил улыбнулся. Своей телесной оболочкой он избрал педиатра по фамилии Пирс – высокорослого, плотно сложенного афроамериканца, использовавшего свой звучный глубокий голос, чтобы убедить пациентов, что боль сейчас пройдет.

– Нет, спасибо, – сказал он. – Мы просто послушаем, если не возражаете.

– Милости просим, – кивнула женщина.

И тут Рамиил узнал брошь, вернее, вделанный в нее камень.

Таких камней существовало только четыре, и три из них были надежно спрятаны в одной из церквей Кордовы. Рамиил сам их туда поместил в четвертом веке, и если бы созданная им система защиты была за последующие тысячу семьсот лет взломана, ему бы тут же стало об этом известно.

Камни были огранены по заказу епископа Кордовы Гигина в 381 году, когда по его навету был казнен монах-отшельник Присциллиан. Присциллиану стало известно, что Гигин водит знакомство с демонами, и тогда епископ, с помощью темных сил, убедил папу Дамаса I предать Присциллиана анафеме.

Камни понадобились Гигину для того, чтобы даже от ангелов скрыть его заключенную в телесную оболочку демоническую сущность. Рамиилу поручили завладеть камнями. Ему удалось отыскать три и изгнать демона, отвратившего Гигина от Бога. По злой иронии судьбы Гигина запомнили как набожного христианина, избавившего церковь от ереси, а Присциллиана – как одного из первых еретиков.

Четвертый камень Рамиил так и не нашел.

И вот сейчас, оказавшись в комнате номер 105 выставочного центра «Москон», Рамиил не испытывал никаких сомнений. Он не даст демонам ни шанса на победу. И в то же время не позволит понять, что их разоблачили.

Не говоря ни слова, он нанес удар.

Женщина в брючном костюме рухнула на пол.

Ангелы дружно повернулись к нему – что это с ним, с ума, что ли, сошел? И только тут Рамиил заговорил.

– На ней недостающий камень Гигина!

Священник вскочил на ноги.

– Эй, что вы тут делаете?

Стоявший рядом с ним мужчина в черном костюме и бордовом шелковом галстуке ударил священника тыльной стороной руки:

– Замолчи! – прорычал он.

В воздух полетели стулья. Рамиил уклонился от того, который летел ему в голову, и стул, ударившись о стену, упал на пол.

– Центр, – заговорил демон с брошью, вставая на ноги. Вернее, с пола поднималась его телесная оболочка. – Нам тут попался один святоша, он знает про старинный камень.

Рамиил бросился на дьяволицу, схватил ее, швырнул через всю комнату и, сам пролетев по инерции несколько шагов, склонился над ней, качая головой.

– Старинный? Только демон может считать какие-то тысячу семьсот лет древностью. – В его взгляде читалось презрение. – Все вы – жалкие ничтожества.

– Бла-бла-бла. – Дьяволица медленно поднялась на ноги, и глаза ее стали угольно-черными. – Засунь камешек себе под крыло да протри как следует, святоша.

Внезапно она нанесла Рамиилу сокрушительный удар, ангел отлетел в сторону и ударился о стол. Он быстро огляделся. Узиил сжимал руками голову одного из демонов. Изо рта, глаз, носа, ушей его телесной оболочки валил, исчезая без следа, черный дым, он извивался и кричал от боли.

Демон с брошью вновь бросился на Рамиила. Рамиил использовал инерцию броска, что позволило пробить тонкую перегородку, отделяющую комнату 105 от выставочного зала. Ударившись о голый бетон, Рамиил перевернулся, вскочил на ноги и оказался лицом к лицу с демоном.

– И это все, на что ты способна? – Его голос эхом разнесся по пустому, как пещера, залу.

Усмехаясь, дьяволица тоже поднялась на ноги.

– Не волнуйся, это только разминка.

Она сунула руку в карман брюк и вытащила нож. Точно такой, как у Кастиила, подумал Рамиил, но позволить демону пустить его в ход он не собирался. Рамиил перехватил нож, не встретив при этом, как ни странно, почти никакого сопротивления.

И тут он обнаружил, что не может поднять руки. И удержаться на ногах. Колени подгибались, кости, казалось, рассыпались в прах.

В глазах помутилось, но все же, прищурившись, он увидел, как лицо принявшей человеческий облик дьяволицы расплывается в злобной усмешке.

– Ну как, святоша, не слишком жарко? Видишь ли, я увлеклась коллекционированием. Побрякушка Гигина – это так, мелочь, у меня и моих друзей…

Закончить фразу ей не удалось, на голову ей легла тяжелая ладонь.

– Нет! Нет! О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о…

Изо рта у нее повалил дым, и мгновение спустя дьяволица замертво упала на бетонный пол, хотя эхо ее стонов еще звучало в пустом зале.

Рамиил увидел, что его спас Узиил. Его нетрудно было узнать по внушительному росту того, в чье тело он вселился. Но жизнь все равно медленно вытекала из Рамиила. Нож выпал из его рук.

– Избавься от него, сделай с ним что-нибудь, Узиил, скорее, иначе…

Узиил нахмурился, глядя, как ангел карающий забирает Рамиила. На его глазах умирал Тайлер Магоуэн, и вместе с ним вселившийся в него ангел.

Рамиил всегда нравился Узиилу. У него было доброе сердце, даже по высоким ангельским стандартам, и он был хорошим воином небесного воинства.

Хотя сам Вседержитель в последнее время редко давал о себе знать…

Как и большинство высокопоставленных ангелов, Узиил устал от своей работы. Устал наставлять человечество, которое не желало и не ценило помощь ангелов. После долгих столетий войн, чумы, тирании, греха Апокалипсис представлялся им чем-то вроде избавления.

Раньше ему казалось, что двадцатый век с его ужасными войнами, с геноцидом в разных точках земного шара – наихудшее из всех времен. Но потом наступил двадцать первый век. Безумцы убивали друг друга тысячами, и тоже повсюду, и Узиил понял, что лучше уже не будет. Так что, когда Захария предложил ему план, как положить конец жизни на Земле (чем быстрее, тем лучше), Узиил был готов и сразу согласился.

Единственное, что ему не нравилось в этом плане, – то, что придется обманывать собратьев-ангелов. Особенно когда понадобилось извлечь из небытия Дорагона Кокоро. Ангелы были уверены, что это будет просто освобождение пленного духа, после чего он превратится в мощное оружие в руках люциферова воинства.

Но лишь немногие понимали, насколько силен будет проклятый самурай, оказавшись не в тех руках. При столь хрупком равновесии сил его роль может стать решающей. Захария это знал и убедил Узиила заключить с ним союз.

Когда прозвучал сигнал к наступлению, никто из ангелов не посмел ослушаться. Да и с какой стати? У их лидера была твердо выстроенная система подчинения, и возражения тут не одобрялись. Все знали, что любое сомнение будет считаться изменой. И в памяти всех был жив пример Кастиила.

И Уриила.

И Люцифера.

Ангелы играли с огнем. Участие Рамиила оказалось величайшей удачей, потому что Узиил никогда бы не узнал Камень Гигина. Увы, сам Рамиил заплатил за это огромную цену, но, благодаря Узиилу, Иофиилу и Садафиилу, погибли и шестеро из семи демонов. Ускользнуть удалось только одному.

А еще жертва, принесенная Рамиилом, подтвердила очень важную истину – то, о чем Узиил догадывался уже давно.

Отец бросил их. Они остались одни.

Он махнул рукой, и нож исчез. Отныне у него уже никогда не появится двойника.

Затем Узиил забрал брошь. Он доставит ее в Кордову, где хранятся остальные три камня. Рамиил наверняка одобрил бы это решение.

Оставив трупы на попечение живых людей – теперь это их дело, не ангельское, – Узиил вернулся в комнату 105, где его ожидали уцелевшие ангелы.

И война продолжилась.