Попробуйте, уважаемый читатель, представить себе деревянную "коробочку" длиной в шесть метров, а в ширину и высоту по три метра. По существу это целая комната — 18 квадратных метров. Коробочка-комната, о которой зашла речь, не пуста: большая половина её от пола до потолка набита книгами. И не какими-нибудь, а исключительно русскими, теми, что написаны литераторами-эмигрантами и изданы в Америке. Сколько их тут? Да немало, тысяч десять, а то и больше. В тот момент, когда я пишу эти строки, та "коробочка" плывёт в трюме океанского корабля из Нью-Йорка в Санкт-Петербург. Там её перегрузят на железнодорожную платформу и доставят в Москву. "Коробочка" — подарок российских эмигрантов своим землякам.
Идея этого несколько необычного подарка созревала одновременно в Москве и Париже, на Западном и Восточном побережье США. Как известно, в последние годы на Руси расплодилось немало всякого рода общественных и политических организаций. Далеко не все они, на мой взгляд, достойны внимания и уважения, но возникший года три назад Библиотека-Фонд "Русское зарубежье" мне, как литератору-эмигранту, очень даже по душе. Цель этой общественной организации, насколько я понимаю, состоит в том, чтобы разъяснить сегодняшнему российскому обществу, как и почему миллионы русскоязычных оказались за рубежом, какие политические идеи эмигранты исповедуют, какую они создали литературу, философию, общественную жизнь. Разъяснить всё это не совсем просто. Эмигрантских волн за восемь десятков лет после событий 1917 года сменилось несколько. И каждая — на свой образец. С другой стороны, жителю сегодняшней России, очевидно, всё ещё нелегко изжить в себе остатки советской пропаганды, которая изображала каждого покинувшего страну, как врага и предателя.
"Русское зарубежье” ставит своей задачей преодолеть советскую легенду, и делает она это весьма активно. Создано издательство, которое перепечатывает книги писателей-эмигрантов, открыта библиотека эмигрантской литературы, начат сбор эмигрантских архивов, всякого рода документов, свидетельствующих о реальной, а не легендарной жизни уроженцев России, при разных обстоятельствах оказавшихся на Западе. Идею эту поддержал А. Солженицын. Попытки сблизить российское общество с эмиграцией горячо одобрил и мэр Москвы. Он уже выделил в столице для библиотеки эмигрантских книг два здания, а в ближайшее время обещает передать "Русскому зарубежью" ещё один дом. По всей видимости, инициатива Библиотеки-фонда "Русское зарубежье" встречает положительную оценку и среди окружения Бориса Ельцина. Передо мной письмо Д. Шевченко, консультанта администрации Президента РФ, помеченное 25 августа 1997 года. Среди прочего, он считает возникновение библиотеки, состоящей из присланных из-за границы книг, "верным политическим шагом, способствующим процессу примирения и согласия внутри российского общества…”.
Призыв москвичей побудил откликнуться и эмигрантов Америки. В Вашингтоне родилась организация "Книги для России", та самая, что собрала и заполнила вышеупомянутый контейнер. Кстати сказать, в Москву пошли далеко не все книги, пожертвованные нашими эмигрантами. В ближайшее время предстоит отправить на родину ещё столько же.
Основателем и первым Президентом общества "Книги для России" стала Людмила Сергеевна Оболенская-Флам. Её интерес к российско-зарубежным отношениям не случаен. Семья её бежала от большевиков во время Второй мировой войны и большую часть своей эмигрантской жизни — 40 лет почти — Людмила Сергеевна проработала в "Голосе Америки". Радиожурналистка Флам показала себя также талантливым писателем-документалистом. В Москве вышла её книга "Вики". Пользуясь большим количеством собранных документов и личных свидетельств, автор восстановила трагическую судьбу молодой русской женщины-эмигрантки, принявшей активное участие во французском антифашистском Сопротивлении. Гитлеровцы не просто приговорили мужественную Вики к смерти, но казнили её так, как это делалось в XVIII столетии — обезглавили с помощью гильотины. По словам литературного критика, опубликовавшего свою статью в "Новом журнале", приведённые Оболенской-Флам факты и документы вызывают у читателей настоящее потрясение. Готов подтвердить: книга потрясающая.
Наша беседа в Вашингтоне, где живёт г-жа Флам, приоткрыла мне ещё одну сторону её личности: Людмила Сергеевна — страстный книголюб. Ценность книг, особенно тех, что вышли из-под пера русскоязычных литераторов-эмигрантов, видится ей прежде всего, как источник мало кому ведомой истории эмигрантской духовной жизни. Она и сама собиратель такой литературы и почтительно говорит о соотечественниках, накапливающих в своих американских домах и квартирах русскую литературу. В то же время она с грустью отмечает, что дети в семьях "первой" и "второй" волн к таким домашним библиотекам относятся чаще всего безо всякого интереса. Отцы и матери уходят в мир иной, а их родившимся за океаном детям и внукам весь этот "иноязычный мусор" ни к чему. Русские книги в лучшем случае сваливают на чердаки и в подвалы, а то и просто выбрасывают на помойку. Людмила Сергеевна переживает гибель таких собраний чрезвычайно остро. Она и сама пережила тяжёлый стресс, когда несколько лет назад пожар уничтожил её многие годы любовно собираемую библиотеку.
Как же начинал свою деятельность Комитет "Книги для России"? Как восприняли соотечественники саму идею "книжного подарка"?
"Я разослала сто писем своим знакомым и знакомым своих знакомых. В основном, это были люди "первой" и "второй" волн эмиграции, — рассказывает Людмила Сергеевна. Шестьдесят из них (что немало) предложили книги из своих библиотек. Для меня это был настоящий праздник: какую книгу из присланных ни возьму в руки, все в той или иной степени знакомы. Или я её читала, или автора знаю. Книжный поток воскресил в памяти наше нелёгкое прошлое, когда русские люди в Европе метались между "красными" и "коричневыми". Не менее драматичный характер носят воспоминания перебежчиков, книги-дневники, книги-письма.”
— Всё ли удовлетворило вас в откликах соотечественников?
— К сожалению, не всё. Я просила не только присылать книги, но и поддержать деятельность нашего Комитета материально. Ведь расходы на отправку контейнера вроде того, что отплыл недавно в Россию, достигают пяти-семи тысяч долларов. Но, увы, к просьбе о пожертвованиях россияне отнеслись довольно прохладно. А без денежной помощи наше начатое столь успешно дело может попросту захлебнуться. Мы ведь организация благотворительная….
Людмила Сергеевна скромно умолчала о том, что из-за недостатка средств на погрузку и перевозку книг даже внутри одного города она и её муж вынуждены были, как говорится, на своём горбу перетаскивать довольно тяжёлые коробки с книгами. Об этом мне рассказали другие члены Комитета. Она же зато с явным удовлетворением отметила дружественный жест посла Российской Федерации в Вашингтоне Ю. М. Воронцова, который предоставил их организации бесплатное помещение для хранения уже собранных и ожидающих отправки изданий. Если бы не эта помощь, то на оплату помещения потребовалась бы куча денег.
На призыв отправлять русские книги откликнулись прежде всего друзья и вдовы умерших литераторов. Они лучше других предвидели печальный конец оставленных без призора личных библиотек. Так, среди полученных посылок оказалось более ста книг талантливого писателя и поэта Иоана Шаховского, известного также, как архиепископ Иоанн Сан Францисский. Я многие годы переписывался с этим выдающимся коллегой. Горжусь, что в своё время получил от него в подарок несколько его автобиографических произведений, труды философские и среди них поистине классический труд "К истории российской интеллигенции". Особый интерес представляли сборники стихов Шаховского, которые он подписывал псевдонимом "Странник". Уверен, что произведения этого блестящего писателя и поэта найдут в современной России немало благодарных читателей.
В том же контейнере, что отплыл из Нью-Йорка в Санкт-Петербург, оказалось и несколько сот томов произведений покойного писателя "первой” волны Василия Семеновича Яновского. Не скрою: я завидую тем нашим землякам, кто получит возможность прочитать замечательное повествование Яновского о жизни русской эмиграции в Париже двадцатых-тридцатых годов ("Поля Елисейские") и его остросюжетные повести и романы вроде "Челюсть эмигранта".
Среди дарованных книг немало библиографических редкостей. Например, комплект выходившего в шестидесятые годы в Нью-Йорке альманаха "Воздушные пути", опубликованная небольшим тиражом в сороковых годах книга "Встреча с Россией", где среди прочего воспроизведены письма, найденные на телах красноармейцев, убитых во время войны СССР с Финляндией. Большой интерес представляют собой воспоминания князя Г.Трубецкого, а также мемуары последнего Председателя дореволюционной Государственной Думы М.Родзянко.
Большинство жертвователей, как я уже отмечал, наследники прошлых поколений, но откликнулся на призыв Людмилы Сергеевны и кое-кто из литераторов, осевших в Америке в сравнительно недавние годы. Из города Дэвис (Калифорния) прислал экземпляры своих романов, повестей и публицистику писатель Юрий Дружников. Из штата Айова поступили произведения известного литературоведа и поэта Вадима Крейда. Он же, будучи главным редактором выходящего в Нью-Йорке "Нового Журнала”, распорядился отправить на родину сотни номеров этого весьма содержательного издания. Благодаря активности г-жи Флам и её коллег российская публика сможет теперь познакомиться также с поэтическим альманахом "Встречи", который уже много лет издаёт в Филадельфии поэтесса Валентина Синкевич, с прозой Владимира Матлина и (извините за нескромность) с книгой Марка Поповского "Жизнь и житие Войно-Ясенецкого, архиепископа и хирурга", только что вышедшей в Америке вторым изданием.
Не могу не упомянуть о ещё одной части "книжного подарка”. Друзья недавно скончавшегося талантливого историка и архивиста Александра Серебренникова выполнили его последнюю волю: богатая библиотека и архив покойного отплыли в Россию на том же корабле. Не стану никому навязывать свою точку зрения, но думаю, что многим моим коллегам-эмигрантам следовало бы присоединиться к тем, чьи имена перечислены выше. По некоторым подсчётам между Иерусалимом и Лос-Анджелесом живёт и творит не менее четырёх сотен людей, считающих литературный труд делом своей жизни. Найти зарубежного читателя, как известно, нашему брату нелегко. Тем, кто желает найти читателей на родине, следует вступить в контакт с президентом Комитета "Книги для России". Адрес Людмилы Сергеевны Оболенской-Флам:
BFR P.O. Box 354 / Port Tobacco, MD 20677 / Tel.: (301)934-1412
He забывайте только, коллеги, о пожертвованиях. Без материальной поддержки с нашей стороны добрая эта идея попросту рухнет.
Я не имею возможности перечислить всех наших литераторов, чьи произведения уже находятся на пути к российскому читателю. Важнее, как мне кажется, та удивительная закономерность, которая открылась мне при знакомстве с документами и перепиской Комитета "Книги для России". Впервые, может быть, за многие десятилетия люди из России и эмигранты разных волн нашли общий язык. Директор "Русского зарубежья" (Москва), объясняя назначенье своей организации, пользуется сугубо политической формулой. По его мнению массовой переброской эмигрантских книг, документов, архивов "можно поддержать слабую ещё российскую демократию и уменьшить шансы на установление в России нового "красного" или "коричневого" режима". Аргументация Людмилы Флам, готовой тратить своё время и силы на собирание и отгрузку русских книг из Америки в Россию, базируется на логике человека доброго и неравнодушного к своей родине. "Библиотеки тамошние обнищали, а библиотеки школьные, библиотеки домов престарелых и вовсе в ужасном состоянии. Мы должны им помочь", — говорит она. Людмилу Сергеевну особенно вдохновляет то обстоятельство, что дубликаты присланных книг будут рассылаться по библиотекам пятидесяти городов страны.
Мне понятна и симпатична точка зрения и директора "Русского зарубежья" В. А. Москвина и Людмилы Флам. И тем не менее я отправляю и собираюсь впредь отправлять свои произведения с помощью "Книги для России" по другой причине. Думаю, что профессиональные литераторы, оказавшиеся как и я в эмиграции, позицию мою поймут. За сорок с лишним лет, прошедших со времени выхода моей первой документальной книги ("Когда врач мечтает", 1957 г.), я никогда не мог рассказать читателю всю правду о судьбе своих героев. Цензоры и редакторы терзали авторский текст, как только хотели. Три последние книги в 1977 году были выброшены по команде КГБ уже после завершения типографского набора. Иными словами, как и у всякого порядочного литератора, у меня не было прямого пути к моему читателю. Казалось бы, эмиграция должна была разрешить эту проблему. Да, на Западе вышло полдюжины книг без цензурных помарок, Но и живя в Америке, прорваться к массовому российскому читателю не удавалось. Лишь после наступления "горбачевской весны" мы обрели возможность послать несколько экземпляров своим друзьям. Комитет "Книги для России" со своими контейнерами разрушает наконец этот последний барьер и соединяет нас с нашим читателем. За что поклон ему до земли.
Конечно, нелёгкие проблемы эмигрантского "самиздата" никто, кроме нас самих, разрешить не может. Приветствуя открытие в Москве первой эмигрантской библиотеки, это точно отметила Наталья Солженицына: "Книги, изданные в эмиграции, коммерческими никак не назовешь. Их было очень трудно издавать. Причина — бедность, нищета эмиграции. За каждой вышедшей книжкой стоит какая-то суровая необходимость и мощный духовный посыл. Поэтому этот книжный ручеёк, как родник: он чище, быстрее, сильнее реки, в которую впадает". ("Известия", 24 октября 1997 г.).
Итак, все три подхода к "книжному подарку" — политический, гуманитарный и творческий — объединились. Не станем льстить себе: далеко не всё из того, что уже уплыло из нью-йоркского порта в Россию, окажется гениальным и даже просто талантливым. Но, может быть, авторов наших утешат слова английского философа Френсиса Бэкона (1561–1626): "Пусть люди критикуют и порицают вашу книгу, лишь бы они имели возможность внимательно и вдумчиво прочитать то, что в ней говорится".
Пост Скриптум. На наш вопрос о том, что изменилось в жизни организации "Книги для России" за последние месяцы, Людмила Флам сообщила следующее. "Год назад мы отправили 400 ящиков книг и уже заготовлено примерно столько же для отправки этой осенью (1999 г.). Так что более тысячи ящиков и в каждом ящике в среднем 35 книг! Материально мы продолжаем работать за счёт бесплатного труда и благодаря небольшим пожертвованиям добрых людей. Нам очень помогло посольство США в Москве, покрывшее расходы по прошлогоднему (1998 г.) транспорту, благодаря чему у нас есть средства на отправку книг в дальнейшем”.