– Ваше величество, то, что произошло, просто возмутительно!

– Совершенно с вами согласен!

– Это недопустимо!

– Полностью разделяю вашу точку зрения!

– В конце концов, это переходит все границы!

– И здесь не могу с вами не согласиться!

– Вы что, издеваетесь, что ли?!

– Ни в коей мере, многоуважаемый Гоша! Я сам в недоумении и полной растерянности. Я просто не понимаю, как такое могло произойти в моем городе…

Вообще-то, когда спорят особы королевского рода, то лучше держаться от этого спора подальше. Так сказать, на всякий случай. Например, хотя бы ради собственной безопасности и сохранения своих голов на плечах. Но Ниптолеум Первый, по прихоти своего коварного соперника застрявший в его сне, и Гоша, законный наследник престола, так увлеклись своим спором, что не замечали ничего вокруг. В том числе и, собственно, предмет своего спора: чудом спасшихся из чуть было не поглотивших и не погубивших их кошмарных снов. Тим и Катя, Кузьмич с Котом и степенно витавшая над ними бабушка Агафья с удивлением узнали, что, оказывается, они попали в коварно расставленную кем-то ловушку кошмарных снов. Которые должны были обязательно погубить их, если бы не спасительный звонок Катиного телефона. И даже Ниптолеум Первый, силой своей магии создавший этот город, не мог объяснить, как это могло произойти и кто мог это сделать.

– Поймите, Гоша, в этот город не может проникнуть никто! – горячо объяснял Ниптолеум Первый. – И то, что случилось, это результат очень сильной магии, против которой я и все мои чары просто бессильны.

– Но как это может быть? – удивился Гоша.

– Не понимаю, – развел руками Ниптолеум. – В нашем королевстве не может быть такого сверхсильного чародея. Ведь я все эти столетия внимательно следил за тем, что в нем происходит. Этого просто не может быть. И это счастье, что вашим друзьям удалось выйти живыми и невредимыми из этих сильнейших злых чар.

– Ну, насчет «невредимыми» я бы, пожалуй, поспорил, – проворчал изрядно помятый и потрепанный многочисленными детскими ласками Кот.

– Кииисааа… – с отвращением повторил он и даже вздрогнул от этого кошмарного воспоминания.

– А вот, кстати, и они! – радостно воскликнул Гоша, отвлекшись от спора с Ниптолеумом Первым и заметив наконец своих друзей. – Как я рад вас видеть!

– А уж мы-то как рады… – недовольно проворчал Кот.

– А где Бартоломео и Мартын? – спросил Гоша.

Все огляделись вокруг и только сейчас заметили, что ни Бартоломео, ни Мартына среди них не было…

– А где это мы? – спросил Бартоломео, поднимаясь.

Правда, на этот вопрос ответить было довольно затруднительно, так как их окружала полная темнота. Кстати, вы заметили, что когда герои попадают в трудное положение, то почему-то, как правило, их сначала окружает полная темнота. Такое впечатление, что все опасности очень любят появляться не сразу, а преподносить героям всевозможные сюрпризы. А делать это лучше всего, конечно же, в темноте. Только представьте себе, что вас окружает полная темнота. И вдруг загорается свет, а вокруг всевозможно-всяческие опасности скалят огромные острые зубы в хищной улыбке и дружно ревут во весь голос:

– Сюрприиииз!!!

Милая картина, не правда ли? Но кажется, мы несколько отвлеклись…

– Вообще-то, мог бы хоть спасибо сказать, – мрачно заметил Мартын.

– За что? – удивился Бартоломео.

– А кто, интересно, тебе мягкую посадку обеспечил? – кряхтя, сказал Мартын. – А ты хоть и молодой, но тяжелый.

– И жесткий, – добавил он, потирая поясницу.

– Это, наверное, кости, – смущенно покраснел Бартоломео. – Мне мой учитель Фаргус так и говорил, что у меня от всей фигуры только «кожа да кости».

– А что я могу поделать? – обиженно добавил он. – Сколько ни съем, все равно как будто ничего и не ел. Учитель Фаргус сказал, что это у меня обмен веществ такой. Правда, я так и не понял, кто что и на что менял. Но я точно знаю, что ничего не менял.

– Кстати, поесть – это было бы хорошо, – мечтательно вздохнул Мартын, поглаживая живот. – А то я с самого Ада ничего не ел. Да и там, честно говоря, тоже.

– Мысль интересная. Поесть, действительно, было бы неплохо, – неожиданно откуда сверху прозвучал гулкий низкий голос.

Он эхом прошелся по всему, похоже, огромному помещению и вернулся каким-то не слишком приятным «хо-хо-хо». Бартоломео и Мартын испуганно прижались друг к другу.

– Эй, есть здесь кто? – неуверенно спросил Бартоломео.

– Разумеется, есть, – хохотнул голос. – А если нет, то с кем же вы тогда разговариваете?

– А действительно, с кем мы разговариваем? – смело выступил вперед Мартын.

– О-о-о… Демон тридцать третьего разряда! Да еще разжалованный в бесы… – удивленно протянул голос. – Что, в нашем королевстве уже открылся филиал преисподней? Видимо, я что-то пропустил.

– Нет. Просто я это… того… – замялся Мартын.

– Знаю, знаю, – успокоил его голос. – Кстати, шутка была весьма и весьма неплоха. Хоть этот ваш начальник и слегка не доварился. Но все равно одобряю и мысленно аплодирую. Смешно получилось.

– Правда? – оживился Мартын, но тут же подозрительно спросил: – А откуда вы все это знаете?

– Вы, уважаемый, слишком громко думаете, – словно поморщившись, объяснил голос. – Между прочим, можно было бы думать и потише. Мы здесь не в лесу все-таки.

– А где? Где мы? – нетерпеливо прервал этот неспешный диалог Бартоломео.

– А вы разве не знаете? – удивился голос и, спохватившись, добавил: – А ну да, конечно. Откуда вам знать? Покорнейше прошу прощения. Сейчас включу освещение.

После этих слов яркая струя пламени прорезала темноту, и запылали десятки факелов, прикрепленных к стенам действительно огромной пещеры. Но не это привлекло внимание Бартоломео и Мартына. Совсем не это. Правда, слово «привлекло» было здесь вряд ли уместно. Скорее наоборот. И очень даже наоборот. Потому что обладателем голоса являлся огромный, под стать размерам пещеры, дракон. Тот самый, которого по словам Кузьмича должны были изничтожить вместе с другими драконами лет этак пятьсот тому назад. Его огромные глаза немигающе уставились на Бартоломео и Мартына.

– Э-э… Вы Дракон?.. – судорожно сглотнув, еле смог выдавить из себя Бартоломео.

– К вашим услугам, – улыбнулся Дракон.

Правда, улыбкой это можно было назвать с очень и очень большой натяжкой. Если оскаленную пасть, усеянную острейшими зубами вообще можно назвать улыбкой. К тому же струйки дыма, сочившиеся из пасти, доброжелательности этой «улыбке» совсем не добавляли.

– Нет уж, нет уж, – затараторил Мартын. – Спасибо, конечно, за столь великодушное предложение, но мы уж лучше как-нибудь сами. Так сказать, своими силами.

– Как скажете, – улыбнулся Дракон еще шире.

От этой его «улыбки» кровь стыла в жилах, и очень хотелось быть от нее где-нибудь подальше. Что тут же и попытался озвучить Бартоломео.

– Может, мы пойдем, а? – дрожащим голосом поинтересовался он. – А то у нас еще дела всякие.

– Да, точно! – отчаянно закивал Мартын, подтверждая его слова. – Куча дел. Много-много дел. Просто море дел.

– Ну, если «море», тогда конечно, – понимающе кивнул своей безобразной шипастой головой Дракон. – Выход там. Милости прошу. Счастливого пути!

И указал своей когтистой лапой в ту сторону пещеры, где еле-еле пробивался свет, похожий на дневной. Казалось бы, путь был свободен. Но тут сомнения закрались в душу Бартоломео. Причем далеко не смутные.

– А чего это вы вдруг «милости просите»? – подозрительно спросил он. – Да еще «счастливого пути» желаете?

– А как же иначе, уважаемый? – удивился Дракон. – Это, так сказать, долг вежливости. Как гостеприимный хозяин я должен, просто обязан отдать его своим гостям.

– Я все понял! – неожиданно воскликнул Бартоломео. – Вы хотите нас съесть! Сами же сказали, что поесть – это мысль интересная. Но просто так нас есть – это вам неинтересно. Вам надо, чтобы еда перед трапезой сначала побегала от вас. Аппетит вам нагуляла. Так вот – фигушки вам! Никуда мы не побежим. Ешьте нас так! Стоя!

И, закончив этот свой монолог, Бартоломео встал в героическую позу, гордо скрестив руки на груди. Мартын с удивлением посмотрел на него, немного подумал, пожал плечами и принял такую же позу. Правда, получилась она у него гораздо менее героическая, чем у Бартоломео. Наверное, из-за нервно подрагивающего хвоста.

– Чего?! – даже разинул пасть от удивления Дракон. – Съесть?!

– Ну! – кивнул головой Бартоломео.

– Вас?! – уточнил Дракон.

– А кого же еще? – словно упиваясь своей храбростью, ответил Бартоломео. – Именно нас!

– Еще чего! – фыркнул Дракон. – Не буду!

И клубы дыма заполнили пещеру.

– Это почему?! – кашляя и чихая, возмутился Бартоломео.

– Не хочу, – помотал головой Дракон.

– А почему не хотите?! Подробнее! – потребовал Бартоломео.

Мартын озадаченно посмотрел на него и пихнул локтем в бок. Но похоже, Бартоломео, что называется, окончательно «переклинило», и его «понесло».

– Это потому что я такой худой и невкусный, да?! «Кожа да кости»?! А вот и неправда! Я, между прочим, очень даже вкусный! – возмутился он. – К тому же Мартын у нас вон какой упитанный!

Тут Мартын не выдержал.

– Да не слушайте вы его! – обратился он к Дракону. – Он от страха уже совсем не соображает, что говорит! Не ешьте нас, пожалуйста, я вас очень прошу. Особенно меня. Я, хоть и упитанный, но весь насквозь серой пропах. А это, поверьте мне, ну очень невкусно!

– Да никто вас есть не собирался и не собирается, – успокоил его Дракон. – Я, между прочим, вообще вегетарианец. И бегающая еда, как предположил ваш друг, например, та же капуста или морковь, меня совсем не привлекают. Отнюдь. Скорее всего, это будут какие-то сумасшедшие капуста и морковь. А я еще в своем уме, чтобы есть сумасшедшую еду.

– И это верно и очень правильно! – горячо поддержал его Мартын, украдкой вытирая пот со лба. – Здоровая и не бегающая вегетарианская еда – это залог этого… как его… здоровья, вот! А мясо, особенно бегающее, оно наоборот, очень даже вредно для этого самого здоровья!

Дракон с улыбкой наблюдал за Мартыном, пытающимся «разрулить» то, что тут только что со страху «накосячил» Бартоломео. Который, похоже, потихоньку начал приходить в себя и, хлопая глазами, с удивлением слушал разглагольствования Мартына.

– А что, собственно, случилось? – с удивлением спросил он.

– Ты случился! – возмущенно повернулся к нему Мартын. – Требовал, чтобы нас съели!

– Кто?! Я?! – чуть не поперхнулся Бартоломео.

– А то кто?! Я, что ли?! – продолжал бушевать Мартын. – Съешьте, говоришь, меня, пожалуйста! Я очень вкусный! И меня еще предлагал съесть вместе с собой! Как очень упитанного!

– Это ерунда какая-то. Не может такого быть, – упавшим голосом сказал Бартоломео.

Хотя по его глазам было видно, что что-то подобное он начинает припоминать.

– Успокойтесь, юноша. Не волнуйтесь, – попытался успокоить его Дракон. – Со всяким может случиться. Я сам в юности, когда увидел первого в своей жизни рыцаря, знаете, как его испугался?

– Как? – робко посмотрел на него Бартоломео.

– Сильно. Очень сильно. Гораздо сильнее, чем вы меня, – усмехнулся Дракон.

– Правда? – приободрился Бартоломео.

– Истинная! Честное драконье! – кивнул Дракон. – Но вообще-то, я вызвал вас сюда не для рассуждений о еде, а по делу.

– Что?! Вызвали?! Вы?! Нас?! Как?! – вскинулся Мартын.

– Ну, да, да. Вызвал. Примерно так же, как Бартоломео вызвал вас из Ада, – поморщился Дракон. – И не думайте вы так громко. А то у меня от ваших мыслей уже все уши заложило.

– А зачем вы нас вызвали? – заинтересовался Бартоломео.

– Видите ли, я очень долго спал, – смущенно проговорил Дракон. – Поэтому не очень знаю, точнее, совсем не знаю и даже не представляю, что сейчас происходит в королевстве. Но чувствую, что происходит что-то очень важное. И хотелось бы узнать, что именно.

– И сколько же вы спали? Уж не со времен ли убийства законного короля? – пристально посмотрел на него Бартоломео.

– В общем, да. А откуда вы это знаете? Этого никто знать не может! И не должен! – заволновался Дракон.

– Я и не знал. Просто догадался, – успокоил его Бартоломео. – Мой учитель, чародей Фаргус, рассказывал, что именно тогда пропал последний дракон, который был в королевстве. Все думали, что он умер. Но мой учитель не верил в это. Он говорил мне, что дракон просто заснул. И ждет своего часа, чтобы помочь законному наследнику престола, когда тот вернется в свое королевство.

– А твой учитель был очень умным человеком. И очень проницательным, – задумчиво проговорил Дракон.

– Так это были вы?! – воскликнул Бартоломео.

– Да, – кивнул Дракон. – И когда я проснулся, то понял, что, похоже, наконец-то появился человек, который может положить конец всему тому злу, которое установилось здесь после убийства законного короля.

– Ну, не совсем человек, – робко кашлянул Мартын.

– Что ты этим хочешь сказать? – удивленно посмотрел на него Дракон.

– Ну, это довольно трудно объяснить. В общем, сами увидите, – туманно ответил Мартын.

Но посмотрев на нахмурившегося Дракона, поспешно добавил:

– Но он наследник этого королевского престола. Точно. Зуб даю!

И тихонько добавил про себя, исподтишка указывая на Бартоломео:

– Его зуб. Будет знать, как меня упитанным обзывать и драконам скармливать.

Дракон усмехнулся. Кроме того, что он мог слышать отголоски мыслей, он еще обладал и очень острым слухом.

– Что ж, пожалуй, ты прав. Надо повидать этого наследника и вместе с ним решить, что делать дальше, – кивнул Дракон.

– Но он и все наши друзья в Потерянном Городе, проникнуть в который невозможно, – возразил Бартоломео.

– Вы правы, юноша, – согласился с ним Дракон. – Проникнуть в него абсолютно невозможно. За одним маленьким исключением: мне – можно.

– Ну, я бы не сказал, что исключение такое уж маленькое, – скептически оглядел громадного Дракона Мартын и улыбнулся.

– И будешь абсолютно прав, – улыбнулся ему в ответ Дракон. – Залезайте.

– Куда? – в недоумении осмотрелся Мартын.

– Куда, куда? Ко мне на спину, конечно, – сказал Дракон, осторожно кладя перед ними свое крыло на пол пещеры.

Словно по неровному и волнистому склону Бартоломео и Мартын вскарабкались по крылу на спину Дракона.

– Ну, а теперь держитесь крепче! – обернулся к ним Дракон. – Потому что мы сейчас полетим!

После короткого разбега по узкому проходу Дракон вырвался из пещеры, с шумом расправил крылья и поднялся в воздух, сопровождаемый восторженными криками Бартоломео и Мартына:

– Летим! Летим!

Некоторое время Дракон еще виднелся в воздухе, стремительно удаляясь. Но вскоре он превратился в маленькую точку, которая медленно растаяла в высокой синеве неба.

– Что ж, весьма занятная картинка, – криво усмехнулся Люциус, незаметно подкравшийся к Зеркалу и Телефону, увлеченно наблюдавшими за развивавшимися в пещере событиями.

Зеркало виновато мигнуло, и картинка в нем погасла, оставив лишь отражение разгневанного Люциуса. Причем отражение довольно-таки кривое и нелицеприятное.

– Вот, значит, как? – злобно прошипел Люциус. – Государственная измена?! За моей спиной проворачиваешь свои грязные делишки?! С иноземным лазутчиком и шпионом! С этим… как его… гадским гаджетом, вот!

И он указал на виновато замигавший экраном с прогнозом погоды Телефон. Прогноз почему-то показывал «ясно» и «без осадков». Хотя над Телефоном явно собиралась нешуточная гроза, если не буря, в виде занесенного над ним сапога Люциуса.

– Что ж, сейчас ты испытаешь на мне всю силу моего королевского гнева! – напыщенно начал Люциус. – Ибо…

Тут стоит заметить, что в этом обычно заключается беда всех отрицательных героев. Они очень любят поговорить. Вместо того чтобы просто сделать свое гнусное и черное дело, они обязательно должны сказать перед этим долгую и прочувственную речь. О том, какие они замечательно плохие и как они низко пали в своих черных делах. И, конечно же, не забудут при этом красочно и во всех деталях описать мучения, которые предстоит испытать положительному герою, над которым они сейчас будут долго издеваться и измываться. И, как правило, они так увлекаются своими пламенными речами, что это дает время положительному герою придумать, как ему избежать описываемых будущих его мучений, и просто элементарно успеть сбежать.

Именно так случилось и на этот раз. Пока Люциус увлеченно описывал, что именно он сейчас сделает с этим гадким «Гадским гаджетом», Зеркало прошептало Телефону:

– Отползай! Отползай!

Повторять ему не пришлось, и Телефон, тихонько жужжа, пополз на виброзвонке. Подальше от нависшего над ним королевского сапога. Увидев портьеру, низко свисавшую с потолка, он заполз за нее и облегченно вздохнул. Но похоже, радоваться было рано. Потому что за портьерой уже кто-то был…