Был во дни преподобного игумена Никона* брат один по имени Никита. Желая людской славы, задумав великое, но не богоугодное дело, он просил у игумена позволения войти в затвор. Игумен же не разрешал ему, говоря: «О чадо, нет тебе пользы в праздном сидении, потому что ты еще молод; лучше тебе остаться среди братии, и, работая на нее, ты не лишишься вознаграждения от Бога. Ты сам видел, как был прельщен брат наш, святой Исакий Печерник. Разве не великая благодать Божия спасла его, который и ныне творит многие чудеса?!» Никита же говорит: «Никогда не прельщусь я так, как он. И прошу я у Господа Бога, чтобы и мне дал дар чудотворения». Отвечал Никон: «Выше силы прошение; берегись, брат, и не возносись, а то изведаешь ты падение. Повелевает тебе наше смирение служить братии, ради этого ты будешь увенчан за послушание». Но юноша никак не хотел внять словам старца и, что захотел, то и сделал: заложил за собой двери и пребывал в келье, не выходя из нее.

И тут неожиданно Никита был прельщен дьяволом. Во время пения своего //

л. 34 услышал он голос молящегося с ним и почувствовал благоухание несказанное, и умягченный этим, говорил сам себе: «Если это был не ангел, то он не молился бы со мною, и обоняния духа святого не было бы». И стал Никита прилежно молиться, говоря: «Господи, явись мне сам, чтобы я ясно увидел тебя»*. И тогда был голос к нему: «Не явлюсь тебе, ибо еще юн, чтобы не вознесся ты, а то падешь»*. Затворник же сказал со слезами: «Не прельщусь я, ведь получил наставление от игумена своего, и все, что ты велишь, исполню». Бес же, получив власть над юным, ответил: «Невозможно человеку видеть меня во плоти, поэтому посылаю я ангела моего: пусть будет с тобою, а ты исполняй волю его». И тотчас встал тут пред ним бес в образе ангела. И монах, пав, поклонился ему, как ангелу. И бес сказал ему: «Ты больше не молись, а только книги читай, и таким образом ты обретешь способность беседовать с Богом, чтобы давать полезное наставление приходящим к тебе. Я же постоянно буду молить о спасении твоем Творца своего». И прельстился монах, никогда не молился, но прилежно занимался чтением и поучением; видя же беса, непрестанно молящегося о нем, радовался ему, как ангелу, творящему молитву за него. С приходящими же к нему Никита беседовал о пользе души и начал пророчествовать. И пошла о нем слава великая, и все дивились, что сбываются предсказания его.

Посылает однажды Никита к [князю] Изяславу [известие]: «Сегодня был убит Глеб Святославич в Заволочье*, //

л. 34 об. скорее пошли своего сына Святополка на княжеский стол в Новгороде»*. Как он сказал, так и было: через несколько дней пришла весть о смерти Глеба. И с тех пор прослыл затворник пророком, и очень верили в его предсказания князья и бояре.

Бес же, не ведая того, что будет впоследствии, а зная только то, что сам содеял, или то, чему научил злых людей: убить или украсть, — об этом возвещает. Когда приходили к затворнику, чтобы услышать слова утешения, то бес, мнимый ангел, рассказывал ему о случившемся, и о чем Никита пророчествовал, то и сбывалось.

И никто не мог соперничать с ним в знании книг Ветхого завета, так как Никита знал его наизусть: Бытие, Исход, Левит, Числа, Книгу Судей, Книгу Царств и все Пророчества по порядку*, и во всех книгах иудейских хорошо разбирался. Евангелия же и Апостола*, этих святых книг, переданных нам в благодати Господом на наше утверждение и исправление, он никогда не хотел ни видеть, ни слышать, ни читать, ни говорить о них с другим. И поэтому стало ясно всем, что прельщен Никита дьяволом.

И этого не могли стерпеть преподобные те отцы: Никон-игумен, Иван, что после него игуменствовал, Пимен Постник, Исайя, который был епископом в Ростове, Матфей Прозорливец, святой Исакий Печерник, Агапит Целитель, Григорий Чудотворец, Никола, //

л. 35 бывший потом епископом в Тмуторокани, Нестор, написавший Летопись*, Григорий, творец канонов, Феоктист, который был епископом в Чернигове, Онисифор Прозорливец. Все эти богоносцы пришли к прельщенному и, помолившись Богу, отогнали от него беса, и впредь не видел его Никита. И, выведя его из пещеры, они спрашивали затворника о Ветхом завете, чтобы услышать от него что-либо. Но Никита клялся, что никогда не читал книг; тот, кто прежде знал наизусть иудейские книги, ныне в них ни единого слова не понимал, попросту сказать, и азбуки не знал; и те все блаженные отцы едва научили его грамоте.

И с тех пор Никита предался воздержанию, жил в чистоте, смирении и послушании, так что всех превзошел в добродетели; позднее, за многие добрые дела поставили его епископом Новгорода, который много чудес сотворил: помолившись Богу, дождь с неба свел и пожар в городе погасил. И ныне со святыми чтут святого и блаженного Никиту*.