Один уважаемый ветеран написал, что в Российской Федерации должна быть милитаризованная экономика. Что, дескать, это просто замечательно, ибо при такой модели государство вкладывает огромные средства в высокие технологии и передовые научные исследования.
В теории это так. Однако подвох кроется в деталях. Мобилизационная экономика, друзья, существует в двух вариантах. В самом дурацком — и в самом умном. Угадайте, какой вариант выйдет у нынешней россинской «илитки», возьмись она за такое дело? Ведь стоит напомнить, как она разгромила Академию наук. А экономику превратила в такое сырьевое позорище, где отечественные передовые технологии никому не нужны, где все новинки покупают за рубежом…
Но мобилизационная модель нам нужна позарез. Только она даст возможность на грянуться навзничь в Холодной войне-2 и встретить преисподнюю середины текущего века. Ведь, читатель, нынешняя Вторая Холодная представляет из себя первые сильные порывы грядущего Земшарного урагана…
Представим себе ситуацию: в нынешней РФ введена мобилизационная милитаризованная (военизированная) экономика в том виде, в коем нам ее рисуют некоторые официозные пропагандисты и даже либералы. Итак, налоги повышены до максимума, у предприятий отсасывается в бюджет почти вся прибыль. Расходы на образование, медицину и науку сокращаются, урезаются статьи ассигнований на мирные инвестиционные программы и поддержку гражданской экономики. Зато растут военные заказы, повышенное финансирование достается силовым структурам. Страна денно и нощно производит вооружения. А народ садится буквально на скудные пайки. Он вынужден довольствоваться грошовыми окладами и минимальными расходами буквально на все. Вполне возможно, появится нормирование потребления, всех обрядят в одинаковую униформу. Как китайцев при Мао. Вся жизнь людей подчинена полновластным чиновничеству и аппарату принуждения. И пикнуть нельзя ничего! Пушки вместо масла, и точка! Враг у ворот и все — для фронта!
Что получится в итоге? Катастрофа. Врагу достаточно, не начиная, естественно, никакой реальной войны, продержать в РФ в подобном состоянии несколько лет — и все само развалится.
Почему? Потому, что экономика, конечно, потерпит крушение. Гражданское производство испустит дух, внутренний рынок будет полностью захвачен иностранными производителями. Внутри РФ практически прекратится строительство дорог, едва станет теплиться возведение нужной инфраструктуры. Продолжится вымирание государствообразующего народа — ибо на «активную демографию» средств не останется. Зато распилы и откаты невиданно обогатят администраторов «оборонки». Зато рейдеры из «правоохранителей» отберут у остатков делового мира масштаба не олигархического все, что еще шевелится и дает какой-то доход. Безответственные чиновные морды в рекордные сроки пустят страну под откос чудовищным воровством и столь же безобразным волюнтаризмом.
Страшнее всего окажется психологический надлом. Верхи РФ (посмотрим правде в глаза), призывая всех терпеть и держаться, возглашая «Все для фронта, все — для Победы!», продолжат трескать омаров и запивать их архидорогими винами. Они предадутся излюбленному занятию: предаваться лукулловым пирам роскоши, строить дворцы и яхты, упоенно запускать лапы в казну. При этом разницы между чиновниками-олигархами и генералами-силовиками здесь не станет, грань сотрется. Очень быстро низы просто раскалятся добела от ненависти к верхам, а военно-патриотическая пропаганда превратится в накачку революционной ситуации. Стоит единству «элиты» треснуть — и начнется аналог горбачевской перестройки пополам с «новым мЫшлением».
Нужна ли нам такая «мобилизационная экономика»? Нет, конечно.
Есть совсем другая, умная и успешная модель мобилизации. В ней производство мирной наукоемкой продукции не менее важно, чем выпуск оружия и боевой техники. Образно говоря, в ней на один новый танк выпускается дюжина высокотехнологичных комбайнов с искусственным интеллектом. Или таких же энергонасыщенных тракторов, умеющих «говорить» с навесными орудиями и со спутниками навигации. В такой модели «умной мобилизации» индустрия выпускает не только межконтинентальные торпеды или крылатые ракеты с атомным двигателем, но и свои роботизированные обрабатывающие центры. Здесь делают не только ракеты, но и свою микроэлектронику, интеллектронику мирового уровня. А не закупают импортные станки даже для оборонки и не вышвыривают деньги на футбольно-олимпийские игрища вместо инвестиций в роботику, как в РФ.
В такой модели не меньше производства оружия важно налаживание отличной работы государственного аппарата. Здесь налаживается отличная работа независимых, выборных судов, развивается местное самоуправление и сильные СМИ. Гражданские организации не подавляются, власть с ними работает в связке. Оное сразу же наносит страшные удары по коррупции, самодурству, силовому рейдерству. Происходит постоянное очищение государства от скверны, вверх выдвигаются самые умные, дельные и патриотичные. Исчезают условия для взрыва страны изнутри, от впадения ее в смуту. На это нацелены и специальные органы борьбы с коррупцией — по аналогии с комиссиями при главе государства в Сингапуре и Гонконге.
Так же разумно выстраивается и экономика. Нет никакого нынешнего российского «раздвоения личности», попытки мешать ведение Холодной войны с членством во Всемирной торговой организации и монетаристским маразмом в духе Гайдара-Чубайса. В стране проводится новая высокотехнологичная индустриализация, экономика перестает быть сырьевой и «первопередельной». Умные люди понимают, что, помимо оружия, в Холодной войне крайне важно производить самостоятельно такие простые вещи, как ткани, одежду, обувь, тем самым давая работу гражданам страны, обеспечивая им зажиточность и устраняя почву для недовольства жизнью. И не отдавая свой внутренний рынок на откуп китайцам, туркам, тайцам, европейцам (как это делает нынешняя РФ). Чем больше в стране гражданского производства — тем больше средств достается оборонке, тем легче передовые технологии из нее перетекают в мирные заводы и фабрики. А не остаются невостребованными, как теперь.
В такой здоровой экономике есть прогрессивная шкала обложения личных доходов — но обязательно при сильных налоговых льготах для предприятий. Тем самым богатых принуждают тратить деньги не на крикливую хамскую роскошь, а вкладывать деньги в старые и новые предприятия, давая работу согражданам, объективно повышая реальные зарплаты — и порождая в стране емкий внутренний рынок, крепкий и большой средний класс. И нет здесь такого маразма, как «плоская шкала» НДФЛ, как в нынешней РФ.
По словам главы Совета Торгово-промышленной палаты РФ по инвестициям и кредитно-финансовой политике Владимира Гамзы, сегодня из процесса реального производства в стране выведено средств в реальном пересчете на 120 триллионов рублей. В том числе и в офшоры. Именно это и выступает главной угрозой безопасности страны, намного более реальной, чем мифическая ядерная война с НАТО.
В самом деле, власть призывает возвращать деньги в РФ и вкладывать их дома. Но куда? Все упирается в потоки дешевого импорта. Построишь завод — он разорится. Производить в РФ объективно дороже по издержкам, чем в теплой Азии. Уравнивающих природно-климатические условия ввозных пошлин в РФ нет. Вкладываться в производство продовольствия или сферу услуг? Все упирается в крайне низкие доходы граждан страны. Зато введение разумного и системного протекционизма стремительно изменит положение. Возникнет рентабельность — и деньги потекут в страну. Особенно если вменяемая власть еще и введет в закон о Центральном банке обязанность отвечать не только за уровень инфляции, но и за экономический рост. И тогда мы не поддаемся режиму «аутоиммунной катастрофы» и выигрываем Холодную войну-2 (увы, в Российской Федерации власть поступает в точности наоборот, обрекая нас на истощение и надрыв).
Но в нашем гипотетическом порядке власть принимает АРУК — Акт о равенстве условий конкуренции. Созидая новый мир вместо погибшего СССР, мы честно говорим нашим согражданам: «Братья и сестры! Вы хотите, чтобы у вас были достойные зарплаты и пенсии? Социальные гарантии? Вы хотите, чтобы государство могло достойно финансировать школы, вузы, больницы, науку, культуру?
Тогда вам придется принять наш закон. Все, что ввозится в нашу страну и то, что мы можем делать сами, должно облагаться пошлинами, компенсирующими наши суровые природные условия. Нет, запрета на импорт не будет. Просто он будет дороже на те самые протекционистские меры по уравниванию условий конкуренции. Но зато у вас будет работа, а бюджеты не зазияют дырами.
В противном же случае, открыв рынок настежь, вы будете видеть полные товаров супермаркеты, однако при этом у вас окажутся нищенские заработки. У вас не будет пенсий. Вы не сможете содержать своих детей. У вас будут платные медицина и образование. Выбирайте! Все, независимо от политических окрасов — коммунисты или либералы, националисты или приверженцы глобализма. Жизнь или смерть?»
Поэтому вводится АРУК — конституционный Акт о равенстве условий конкуренции. Практически любое производство в Китае, в странах ЕС или Северной Америки обладает приличным набором субсидий от тамошних государств. В мире уже давно нет «чистого капитализма», в том же машиностроении — оно давно носит субсидированный, полусоциалистический характер даже на частных предприятиях. Аграрий в ЕС обладает внушительными дотациями на каждый гектар своего хозяйства, на каждую голову скота, на каждую яблоню в саду. Точно так же на нашем тракторном заводе в Канаде: государство софинансирует его научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР, R&D), переход на энергосберегающие технологии, повышение квалификации работников. Западные государства и КНР софинансируют участие компаний в международных выставках, платят субсидии производителям агромашин или станков, дотации (до четверти стоимости новой техники!), если у них покупают комбайны или обрабатывающие центры. Поэтому на российский рынок вторгается иностранная продукция, в привлекательной цене которой сидит порой до трети государственных субсидий. Это касается и продовольствия, и техники. Импорт выбивает отечественных производителей с рынка, фактически РФ импортирует к себе безработицу, а экспортирует — рабочие места для китайцев, турок, европейцев и американцев. Если говорить образно, то производители РФ похожи на индейцев, выходящих на бой с конкистадорами. Причем у индейцев — деревянные дубинки и набедренные повязки, а у их конкурентов — стальные латы и клинки, да еще и ружья. Исход борьбы предрешен. Никакого равенства условий конкуренции между нами и иностранцами нет и в помине!
Пока официальные лица РФ не желают этого понимать. Они надменно цедят сквозь зубы: «Работайте лучше, повышайте свою конкурентоспособность, делайте дешевле иностранцев, но такого же качества! Как только Запад снимет с нас санкции, мы прекратим поддержку российского производителя, ибо это — рынок!» При этом государство вводит налог на новое оборудование, держит высокие проценты по кредитам, укрепляет курс рубля, повышает цены на топливо и электричество, раздувает цены на металл, а российские дотации и субсидии — сущие гроши по сравнению с теми же европейскими.
Но как мы можем добиться конкурентоспособности в таком случае? Мы должны ничего не платить работникам? Или собирать наши машины из дерева и картона? Вызывать Гарри Поттера, что взмахом волшебной палочки превратит наши устаревшие станки в роботизированные обрабатывающие центры, сотворит промышленных роботов из воздуха?
Такой маразм продолжается скоро уж третье десятилетие. Пора положить ему конец, иначе просто потеряем страну, как в 1991 году.
Суть нашей инициативы: не опускать «железный занавес» на пути импорта, не создавать тепличных условий для отечественного реального сектора, а УРАВНЯТЬ условия конкуренции.
Суть предлагаемого нами конституционного закона такова: Российская Федерация с помощью общественных объединений промышленников и аграриев бдительно следит за мерами государственной поддержки иностранных производителей. Если там уже есть дотации, субсидии и льготы от государств (или вводятся новые механизмы поддержки), то наша страна отвечает на это такими же мерами. Или же — если на это у бюджета РФ нет средств, если объемы бюджета такого не позволяют — РФ вводит повышенные таможенные пошлины, что уравнивают условия конкуренции. Коль сидит в иностранном тракторе, сыре или помидоре, скажем, 30 % государственных субсидий и льгот — то уплати как минимум такую же ввозную пошлину. Мы внимательно изучаем издержки конкурентов: сколько у них уходит средств на отопление и транспорт? Какая у них оплата труда? И тоже все уравновешиваем.
Хватит мириться с маразмом в управлении экономикой! С сохранением статуса РФ как поставщика сырья, колониального рынка сбыта для сильных соседей и края вечных бедности с безработицей! Это может стоить нам нового развала.
И еще одно немаловажно: те, кто правит РФ, должны научиться искусству умелого сосредоточения ресурсов на действительно важных для борьбы направлениях, не распыляя их и безжалостно сокращая расходы на всякую непроизводительную, лжеимперскую чушь. К сожалению, этому не научились власти брежневского СССР еще в Первую Холодную, а российские повторяют их ошибки. Причем гротескно. Так ведь ни во Второй Холодной не выстоять, ни к Мегакризису середины столетия не подготовиться…
Давайте вспомним: в 1981 году администрация Рейгана принимает стратегию экономического подрыва СССР без риска ядерного взаимоуничтожения. Что для этого делается? Заставить русских нарастить как можно более непроизводительные расходы, лишить нас возможности тратить средства на развитие собственной страны и улучшение жизни граждан Советского Союза. При этом максимально сократив доходы СССР.
Что для этого делается? СССР втягивается одновременно и в дорогую гонку вооружений, и в войну в Афганистане, и в помощь своим союзникам, терпящим экономический крах. Например, тогдашней Польше. Пусть деньги и ресурсы СССР сгорают там, но не вкладываются в собственную страну. Синхронно Америка, работая в паре с Саудовским королевством, обрушивает мировые цены на нефть.
При этом руководство Советского Союза продолжает расплескивать ресурсы. Огромные деньги без всякой пользы сгорают в Олимпиаде 1980 года, хотя, конечно, это — последствия старого, 1976 года, решения. Но Москва решает учинить и дорогой молодежный фестиваль 1985 года, и продолжает массированную помощь ненужным нам режимам в Африке и Азии. Пытаясь при этом вести не очень умную гонку вооружений — по всем направлениям. Забывая об ассиметричных ответах и подчас гонясь за количественным паритетом с более богатым противником. Итог выходит весьма печальным.
Что делает нынешняя РФ? Имея разрушенными или отсутствующими важнейшие отрасли производства, выкидывает на помпезные и бесполезные затеи (Олимпиаду 2014 года, футбольный чемпионат — 2018, саммит АТЭС во Владивостоке, пару универсиад) около 100 миллиардов долларов. Не решив дела в Донбассе, начинает воевать в Сирии, имея невеселую перспективу — потратить почти 200 миллиардов долларов на восстановление ее из руин. В то время как ее собственная экономика — в застое и кризисе, когда вложений жаждет собственная страна. Когда нужно в первую очередь спасать русских от старения и вымирания, начиная грандиозную программу пособий молодым семьям на рождение троих детей, на обеспечение их «заемным» жильем от государства (родил троих — получи жилище в собственность).
Мне запомнилось, как Сталин с началом войны отказался от стройки грандиозного Дворца Советов и металл его каркаса использовал для производства танков. А тот бетон, что предназначался для заоблачной храмины, пошел на возведение заводских корпусов и укреплений. Оно и понятно: главное было добиться Победы, спасти страну от краха, а не строить «имиджевый» Дворец. Я читал о том, как знаменитый Мильх, отвечавший за производство самолетов в Третьем рейхе, ради увеличения их выпуска добился остановки реконструкции Мюнхенского вокзала в 1943 году. Оно и понятно: требовалась мобилизация трудовых резервов, средств и ресурсов на главных в тот момент целях. Все — для фронта, все — для Победы. Универсальный принцип. Ресурсы страны не беспредельны. Если ты слишком много тратишь на грандиозные имиджевые стройки (олимпиады, футбольные чемпионаты, универсиады, трассы и чемпионаты «Формулы-1», конкурсы Евровидения), то неминуемо отбираешь средства и ресурсы у науки, промышленности, конструкторов и инженеров. Которые и куют Победу в новой Холодной войне с Западом.
Да, сегодня (в условиях Крымско-Донбасского кризиса и новой Холодной войны) это не столько танки и самолеты, сколько передовая электроника, станки, лекарства нового типа, свое продовольствие и особенно — те изделия, которым еще нет аналогов в остальном мире. Прорывные новации. Но разве сюда вкладывают львиную долю средств наши власти? Нет! Фонд перспективных исследований в РФ в 2015 году имеет всего 3 миллиарда рублей в год. Затраты на ЧМ-2018 по футболу — в 220 раз больше. Если посмотреть на затраты государства до 2019 года, то приоритет номер один для Кремля — именно футбол. Наука, промышленность, новации — какие-то пасынки и падчерицы, коим достаются крохи. Наша власть грубейшим образом попирает законы мобилизации страны в борьбе, распыляя ресурсы на архидорогую дребедень.
И если Москва хочет не проиграть холодную войну-2 и встретить во всеоружии штормовую середину века сего, ей следует научиться самым элементарным вещам. Занявшись не скрещиванием Сталина с Чубайсом-Гайдаром (великодержавия с неолиберальным экономическим курсом), а строительством экономики ума и прагматизма. Наведения порядка в работе самого государственного организма. Когда собственные чиновники и силовики делают в стране то, о чем мечтают наши враги. Момент-то истины наступит очень скоро…
К сожалению, глава получается невеселой. Можно представить себе, как забегает — и что начнет воротить! — та свора чванливых и неумелых хамов, что представляет из себя россиянская «элита», едва почва заколыхается под ногами. Касается ли это кризисов во Второй Холодной или ударов мирового шторма. Нетрудно представить себе, что еще натворят здешние спецслужбы и правоохранители, что почти за 20 последних лет привыкли не столько блюсти безопасность общества, сколько вымогать, мародерствовать, кошмарить. Опьяненные безнаказанностью, они, видимо, получают садистское удовольствие от того, что могут играючи ломать людские судьбы, отбирать созданное другими — и потом кататься сыром в масле. Смотрите, как они хапают миллиардами, принимая деньги чемоданами в кафе на Лубянке, поближе к службе. Да ведь все они и есть фактор кризиса, не охрана безопасности страны, но одна из главных угроз оной! Да они все вместе и часть РФ погрузили в мир иллюзий…
Вторая Холодная — все-таки предвестие и часть глобального Мегакризиса. Но чего не хватает нынешней «илитке» для того, чтобы справиться с вызовом времени? Умения подняться на уровнем обычного городского обывателя. Автору этих строк повезло с семьей. Мое детство — это умные родители и бабушка, умные книги и географические атласы. Жюль Верн, Арсеньев и классика библиотеки приключений. И захватывающие репортажи Сенкевича в «Клубе кинопутешествий». Чтобы понять, как действовать сейчас и вообще осознать проблемы, необходимо обладать как раз объемным мышлением и фантазией.
Как избежать истощения и опустошения РФ? Для этого нужно пойти на беспрецедентный шаг: покинуть ВТО и ввести новый таможенный тариф. Не прекращая импорта в РФ, но обложив его пошлинами, уравнивающими условия конкуренции. А может ли пойти на это путинская команда? Ведь пока она страдала тяжелым раздвоением сознания. Она пыталась восстанавливать имперскую военную и геополитическую мощь, опираясь на насквозь либеральную модель экономики. На «открытую» экономику фритредерства, бредовую изначально. В этом смысле что Путин, что Ельцин — одно и то же. ВВП все время в речах бичует экономический национализм-протекционизм и, как в свое время Николай Первый воевал за отживший свое монархический абсолютизм, с пеной у рта защищает свободу глобальной торговли. В духе неолибералима.
Бредовая и садистская либеральная теория гласит: любой протекционизм — зло. Надо всем открыть свои рынки. И пусть всякая страна производит лишь то, что выгодно на таком открытом глобальном рынке. Вот вы — электронику, вы — мебель деревянную, а вы вообще побудьте в роли планетарного публичного дома. Ну а вы сырье добывайте. Эта теория полностью антирыночна, ибо ведет к установлению глобальных монополий, а значит — к полной гибели конкуренции и всякого развития. К загниванию и деградации всего мира. К превращению его в одну серую равнину. Все носят одну и ту же одежду, летают на одних и тех же самолетах, едят одно и то же.
Во-вторых, эта теория глобального разделения труда — чистой воды садизм. Ибо в таком мире большинство населения «узкоспециализированных» стран попросту лишнее, ненужное. Им нет занятий! Они вовсе не нужны в производстве.
В Эрэфии оный воспаленный бред исповедуется «элитой». Включая и Самого. Трамп в США оный бред послал подальше и вводит протекционизм. Он дает американцам работу, а стране — реальную независимость.
Чтобы совершить аналогичный поворот, Кремлю сперва нужно вылечить собственную голову. Великодержавность и схватка с Западом во Второй Холодной требуют протекционизма. Экономического национализма. Он, кстати, выполняет важнейшую задачу — русского народосбережения…
У русских есть одна не очень хорошая черта: мы себя недооцениваем, а часто — страдаем самоуничижением. Пример?
Мы веками смогли жить и развиваться там, где для европейца, американца или китайца — просто ад. Мы — уникальная субарктическая, материковая цивилизация. Умеющая жить в условиях полугодовой зимы и даже вечной мерзлоты. Увы, большинство из нас даже не в силах осознать сего преимущества. Если вы прочитаете воспоминания гитлеровского солдата, эльзасца Ги Сайера, о войне на Восточном фронте, то поразитесь, с какими страхом и ненавистью он пишет о русской природе. Океаны снега, леденящий изматывающий европейца холод, невообразимые для западного человека просторы. Но ведь мы-то умеем жить и творить в таких условиях! Без доступа к теплым морям, в условиях морозов и периодических засух. Сама природа закалила русский характер.
Но это имеет и оборотную сторону. Что бы мы ни производили в своих снегах и на своих холодных необъятиях — все выходит дороже. Дороже, чем в Европе и Северной Америке. Дороже, чем в Южной и Восточной Азии. Дороже, чем в Латинской Америке. Даже добытая нефть — и та выходит в Сибири намного дороже, чем на берегах Персидского залива. Давайте посмотрим: чтобы богатый «НОВАТЭК» смог построить завод по производству сжиженного газа на Ямале (в порту Сабетта), государству пришлось на 12 лет освободить предприятие от уплаты экспортной пошлины, налогов на добычу полезных ископаемых и на имущество. А налог на прибыль скинули с 20 до 13,5 %. На треть. Иначе производство было бы нерентабельным. Вот бы такие условия — да всем новым заводам в стране!
Широта Москвы — 55°45′7''.
В Канаде это — уже лесотундра и таежные леса на полуострове Лабрадор. Крупных городов в Канаде на такой широте уже нет. Не говоря уже о местах севернее. А ведь у нас Москва совершенно не считается арктическим городом. По нашим меркам — это почти юг. Чего уж там говорить о Вологде или Костроме? Или о Ярославле? Вологда — это почти южная оконечность Гренландии, страны эскимосов.
Поэтому все, что производят русские, всегда будет с намного большими затратами, нежели любой товар, сделанный где-либо еще. Только благодаря затратам на обогрев помещений, из-за гораздо более капитальных стен наших построек и из-за того, что русский рабочий, чтобы не умереть, должен зарабатывать гораздо больше китайского визави. Или вьетнамского. Или индийского. Разве что в Монголии природные условия так же суровы. С 1991 года все стало только хуже. Одесса, Днепропетровск, Киев, Николаев, Херсон — все они оказались вне Российской Федерации. Самые черноземные и теплые просторы у единственного теплого моря Русского мира — Черного.
Отсюда вытекает беспощадный вывод. Если русские хотят сохраниться как народ, они должны сохранить свою индустрию. Иначе — превращение в порочных, дебильных «голых обезьян». А чтобы производство у нас не разорилось, заливаемое потоками импорта, русским придется ввести всю гамму покровительственных мер. Начиная от высоких импортных пошлин, что уравнивают себестоимость производства во внешнем мире и у нас, — и заканчивая самыми разнообразными мерами государственной поддержки реального сектора. В виде и дешевых длинных кредитов, и субсидий, и налоговых льгот.
Казалось бы, это элементарно. Но, увы, не для нынешней нашей власти.
Что нам говорят либеральные «жрецы экономики», что насиловали страну при Ельцине и насилуют ее сейчас? Они ведь за что выступают с маниакальным упорством? С умным видом и интеллектуальными выражениями? За то, чтобы мы вписались в глобальные производственные цепочки. Мол, современно это! А те, кто говорит о каком-то внутреннем рынке и протекционизме, — мракобесы, дескать. Но ведь на самом деле именно эти лощеные «экономисты» в хороших костюмах — холодные, изощренные садисты. И то, что они предлагают, — это геноцид для нас.
Вопрос элементарен: какие же звенья мировых производственных цепочек разместятся в РФ? Ну, добыча сырья и выращивание зерна — это есть уже сейчас. Но это обеспечит жизнь всего лишь 40 миллионов жителей РФ из 146 миллионов. Не более того. Хорошо, еще 2–3 миллиона — сфера цифровых технологий. Остальным как жить? За счет чего? Им ведь наши правители фактически предлагают вымереть. Да, постепенно, с развлечениями — но исчезнуть с лика земного. Ибо в глобальных производственных цепочках 100 миллионов наших сограждан просто не нужны. Ни в каком качестве. Разве что как покупатели. Но чтобы у них были деньги, они где-то должны работать. А где? Все, что бы мы у себя ни производили, оказывается дороже, чем за рубежом. В условиях совершенно открытой экономики это — смерть производства в стране. Потому что импорт всегда будет дешевле! Да, осуществляется мечта советских обывателей: магазины ломятся от самых разнообразных заморских вещей. Вот только денег на их покупку у десятков миллионов граждан РФ попросту не хватает.
Конечно, глобальные производственные цепочки были бы изумительны и чудесны, живи человечество по законам Эры Встретившихся Рук из романа Ивана Ефремова «Туманность Андромеды». Это когда люди живут в любви и уважении друг к другу, независимо от пола, расы, языка и возраста. Когда ушли в прошлое религии. Когда человечество расселилось в мягком и теплом климатическом поясе, в городах-башнях и на искусственных островах в океане. Когда производство ушло в подземные заводы-автоматы…
Только наш мир иной. Люди разделены по языкам, верам, расам. Они нетерпимы и уничтожают друг друга. И мы — реалисты, мы живем в такой реальности. Стало быть, нам сперва нужно думать о той земле, на которой мы живем. О своей стране. Что есть глобализация по-либеральному? Доведенное до апофеоза, до апогея мировое разделение труда. Каждая страна делает лишь то, что выгодно в мировом масштабе? Но на практике сие означает, что 80 % населения Земли оказывается не нужным ни в каком качестве. Им нет места в сем разделении труда. Нет работы. Нет будущего. Причем не только в РФ, но и в богатых странах Запада, где из-за глобализации погибает средний класс, а рабочие места утекают в «дешевые» страны. В той же Франции белые французы, осатанев от низких зарплат и безработицы, облачились в желтые жилеты и стали бунтовать. С пожарами и погромами. Потому что, как говорил Трамп (о США, но это верно и для всех стран бывшего «золотого миллиарда»), глобализация означает экспорт в Китай рабочих мест, а импорт оттуда безработицы. Трамп в Америке возглавил бунт народа против глобализации и стал вводить протекционистские пошлины — производите все по максимуму дома, иностранцы — ввозите в США не товары, а стройте тут свои заводы. Давайте работу американцам! Во Франции правящий бомонд оказался менее вменяемым. Там французам предложили: хотите работы? Тогда миритесь с низкими зарплатами, соревнуясь за рабочие места с китайцами и вьетнамцами. И получайте повышение пенсионного возраста. Да, и еще Франция будет принимать мигрантов, согласных вкалывать за гроши. Вот белые галлы и взбунтовались.
Но то, что верно для Франции, втройне верно для русских земель. Потому те, кто с умным видом вещает о недопустимости каких-либо ограничений рынка, о встраивании в мировые производственные цепочки — наши враги и откровенные изуверы. Ибо что они предлагают? По сути, сжечь, спалить большинство нашего народа. Почему? Да потому, что ради этого русские должны конкурировать не только с европейцами или американцами, но и с китайцами! И с вьетнамцами, индонезийцами, индийцами, тайцами… В общем, с теми, кто может круглый год ходить в трусах и майке, довольствуясь чашкой похлебки в день. Чтобы в РФ размещались производства, мы должны согласиться на еще меньшие зарплаты, нежели в Таиланде или Индии. И чтобы наши предприятия почти не платили налоги государству. Потому что в Азии, например, инвесторам дают немыслимые налоговые льготы. Мы что, должны делать русских еще более бедными, нежели индийцы с пакистанцами? Упразднить пенсионную систему? Вообще должны перестать содержать науку, образование, медицину, своих стариков? Да в условиях наших морозов, да при том, что сырье и энергия в РФ по ценам вполне сопоставимы с заграничными, все это — просто сжигание русских и иных коренных народов страны в топке «глобальных производственных цепочек»! Гонка вниз, к полной нищете 90 % населения страны! Чтобы Греф с Орешкиным нас похвалили?
Нет! Мы выводим свой закон: «Чтобы русские могли жить и развиваться, им нужно свое производство. А оное может быть у нас лишь в том случае, если государство таможенными пошлинами и другими мерами покровительства реальному сектору уравнивает условия конкуренции РФ с внешним миром!» Проще говоря, у нас не может быть распахнутого настежь рынка. Никогда. И мы должны сделать так, чтобы русский в холодной Вологде и овеваемый теплыми муссонами индиец конкурировали на равных. Лишь набор таможенных, налоговых, субсидийных и прочих мер может уравнять нас по-честному. Не нужно стесняться. Не так давно производители обуви и одежды из Молдавии и Приднестровья попытались рвануться на рынок Евросоюза. Мол, у нас качество — то же, а цены — намного ниже. Их моментально окоротили. Не может быть цена слишком низкой. Понимай: не смей отнимать работу у европейцев. То же самое случилось и с самостийными украинскими мечтателями. Оказалось, что Европа покупает украинские зерно, подсолнечное масло или металл сугубо по квотам. И очень маленьким. Никакого вам открыто-свободного рынка! Вернее, ты свою страну нам открой, а вот мы твой экспорт к нам — квотируем.
Но нашим «экономическим жрецам» в Москве сие как бы невдомек….
Но невдомек ли? Или они только делают вид, будто этого не знают?
Наше мнение — они притворяются…
Избитая глобализацией, РФ если не развалится в итоге Второй Холодной, то рискует сгинуть в штормовых валах грядущего Мегакризиса.
Российской «илитке» катастрофически не хватает еще одного качества — развитого воображения. Как и веры в творческие силы русского народа. Мне случалось общаться с представителями россиянского бомонда. Вы даже не представляете, насколько они примитивны! Невзирая на все свои баснословные богатства. Они обращены в прошлое и страдают неофобией — боязнью всего нового и прорывного. Мысль их заскорузла и зашорена. Видение грядущего для них одно: то, что представляет Запад. В свое они прочно не верят. А это — тоже фактор возможного поражения в битвах и штормах XXI века.
Один из отцов нашей космонавтики, академик АН СССР Георгий Петров (1912–1987) в своем время написал: «Я убежден, что планировать науку с математической точностью нельзя. Даже метод экспертных оценок, когда отбрасываются крайние значения, может быть использован весьма ограниченно, История науки знает примеры, когда отбрасывая «крайних» (сжигая, к примеру, их на костре), наука сама отбрасывалась назад на столетия. И вообще в нашем деле главное не предвидения, а фантазия. Об этом говорил еще В.И. Ленин. Фантазия должна быть главным качеством ученого, она порождает идею, а идея двигает наше знание…» (Цит. по Вл. Гаков «Четыре путешествия на машине времени» — Москва, 1983 год, с. 17).
24 ноября 1970 года в газете «Гудок» вышло интервью величайшего русского фантаста и философа-космиста Ивана Ефремова, тогда еще живого. «Страна фантазия». Ефремов поведал о силе воображения и фантазии. О том, как его рассказ «Тень минувшего» 1944 года разжег разум изобретателя голографии Юрия Денисюка — и он, собственно, и создал голографию.
«И это не в силу какого-то моего пророческого дара. Просто когда вы являетесь ученым довольно широкого плана, то впитываете все, что «носится в воздухе». А потом, обладая некоторой долей фантазии, это не очень трудно представить в уже «реальном» виде. Вот почему я считаю, что фантазия — чрезвычайно ценная вещь. И тут я не делаю никакого открытия, а следую мысли Владимира Ильича Ленина, который прямо указывал, что «фантазия есть качество величайшей ценности…»
Мы часто повторяем эти слова, но не очень вдумываемся в них. А ведь если такой человек, как Ленин, подчеркивает, что фантазия — «величайшая ценность», так это неспроста. И действительно, если бы не было фантазии, то и вообще бы все науки стояли на месте.
По-моему, фантазия — это вал, поднявшись на который можно видеть значительно дальше, пусть порой и в неясных контурах…» — говорил Иван Антонович Ефремов.
Он уйдет из жизни в 1972-м. В тот же год полетел уникальный летательный аппарат самого авангардного из советских авиаконструкторов — Роберта Бартини. Тот самый ВВА-14 «Змей Горыныч» — одновременно и экраноплан, и амфибия, и самолет с несущим фюзеляжем. По сути — транспортная система будущего. Работы над нею свернут после смерти Бартини в 1974-м. Советская верхушка упустит очередной исторический шанс. Из-за скудной фантазии…
Последним советским «лидером» и прародителем всех российско-постсоветских бонз выступает стерильно пустой Михаил Горбачев. Он первым начал корчить из себя великого деятеля, а не быть им. Нет, Брежнев тоже любил лесть и карикатурный культ личности, но он все-таки многое построил и создал. А вот Горбачев уже лишь наслаждался той «сладкой», роскошной жизнью, что давала высшая власть, и лишь разрушал унаследованное. С удовольствием внимая медийной лести по своему адресу. В сущности, то же самое делают и расейские «вожди».
Позднесоветские вожди мало того что не добили США в самый их тяжелый период (1971–1975 годы) — они кинулись их спасать, протягивая руку дружбы и «разрядки» (дух Хельсинки). Видимо, у этих уже полу-обывателей не имелось никакого представления о том, каким может быть мир, где место гегемона занимает Советский Союз. И тут Брежнев, Громыко, Устинов и Андропов предопределили беду. Когда ситуация развернется на 180 градусов и в начале 1980-х СССР попадет в сложное положение, хозяева Америки примутся его дожимать без всякой пощады.
И в этом положении отсутствие кругозора и фантазии у тогдашней «элиты» добило СССР. В распоряжении горбачевцев были великолепнейшие возможности — в виде создания корпораций мирового уровня. Хоть на базе роботостроения Института прикладной математики, хоть на основе производства «голубой крови» (перфторана), хоть на основе экранопланостроения по Бартини и Алексееву, хоть на основе НПО «Молния» Глеба Евгеньевича Лозино-Лозинского (легкий многоразовый авиакосмолет воздушного запуска МАКС, гамма пассажирских и грузовых самолетов-трипланов). Многое могло вырасти из суперкомпьютера «Эльбрус», из криолангистики, из советских биотехнологий, из советского авиадвигателестроения. Можно было строить гибридные летательные аппараты (наследники дирижаблей), использовать роторные двигатели Голубева, электромоторы Шкондина. Впрочем, зачем повторять первые книги Максима Калашникова? Но ничего из этого поздняя КПСС использовать не смогла, тупо сосредоточившись на экспорте сырья. Ефремова партийная верхушка не услышала. Да и слышала ли вообще?
А ведь в том же интервью Иван Ефремов поведал о возможном будущем в русском исполнении. Например, о будущем транспорте. Иван Антонович говорил, что для перевозки грузов по суше хватит и 200 километров в час. Нужны экономичные железные дороги-гиганты с колеей в 6–10 метров шириною, где вагон по грузоподъемности равен среднему сухогрузу. Здесь фантазия русского гения шла практически в том же направлении, что и транспортно-инженерная мысль Германии 1930-х годов с ее проектами трансъевразийских поездов-кораблей. Казалось, бы — реализуй идею в СССР, создай мощную трассу поездов-гигантов между Азией и Европой, заткни за пояс Суэцкий канал и Севморпуть. Ан нет, воображения не хватило. Как недостает его и нынешним предводителям РФ.
Воображение иной раз важнее знания. Сказанное очень верно не только для науки, но и для управления страной в периоды мировых бурь и глобальных сломов старых тенденций. Что, например, противопоставить врагу, который наступает в Холодной войне на фронте экономики, давит санкциями и пытается перекрыть доступ к новейшим технологиям? Убогие отвечают только одним: бряцанием оружия и тем, что Сам лично пускает баллистические ракеты. И что? Западу не страшно, он все равно бьет санкциями, причем издевательски. Как ему ответить по-настоящему? Вводить зеркальные санкции глупо: американские сильные мира сего не хранят своих денег в РФ. Они не покупают тут виллы и не отправляют сюда своих детей.
Ответить можно иным — началом прорывных проектов в науке и технике, способных перевернуть мировую шахматную доску и дать стране мощные средства выживания в глобальном шторме. Скажем, если бы Наполеон, который встречался с изобретателем парохода (и автором проекта подводной лодки) Робертом Фультоном, смог бы оценить тот пароход, что был построен американцем во Франции в 1803-м, то история мира могла пойти иначе. Стоило французам создать эскадру боевых пароходов для того, чтобы захватить господство над Ла-Маншем, — и британский парусный флот не смог бы ничего противопоставить такой новации. Пароходы и железными листами можно было обшить. Англия захватывалась французами. Но Бонапарт не оценил выпадавших ему шансов. А вот Франклин Рузвельт, лидер Америки в 1932–1945 годах, перспективы атомного Манхэттенского проекта, наоборот, оценил верно.
Думаю, что аналогия вам понятна. Конечно, речь идет не о горячей войне, мы уже обсудили ее бессмысленность ранее. Нет, речь идет о новациях, несущих прорыв в новую реальность именно в экономическом развитии. А то и создающих не просто новые рынки, но и новые миры. Обладая гигантскими резервами в валюте, каковые даже не снились СССР, имея громадный профицит казны, власть наша вполне могла бы начать несколько опытных проектов. Затраты на них были бы куда меньше, чем на ЧМ-2018 по футболу.
Что, например? Скажем, можно было начать опытные работы по аэроэстакадному транспорту Бартини-Серьезнова — экраноплану, летящему над простой эстакадой. Этот вид транспорта, уступая в скорости «Гиперпетле» Илона Маска (примерно 400 километров в час против 1 000 километров в час), превосходит проект американца по дешевизне и практичности. Ведь не нужны тут ни труба с ваккумом, ни огромные энергозатраты на электромагниты, обеспечивающие движение. И попробуйте-ка оценить, во что обойдется выкачивание воздуха из «Гиперпетли» или эвакуация пассажиров из транспортного модуля, если что-то случится. Аэроэстакада намного проще и рентабельнее. Зато она могла совершить рывок в развитии страны и многих стран мира.
Можно взять и выше. Потребны мегапроекты, способные дать жизнь и смысл тысячам действительно прорывных инноваций, вобрав их в себя. Помните, как создание космической ракеты потребовало массы разработок: топлива, электроники, связи, новых видов сварки, новых материалов? Это не Сколково, прилаживающееся к сходящей с ума реальности. Помните заглохший в РФ проект «Россия-2045», который Дмитрий Ицков и я пытались инициировать здесь? Он сводится к победе над старением и смертью, к созданию и человека новой расы (долгожителя со сверхспособностями), и возможности «двужизния». То есть создания технологии пересадки мозга человека в биомеханическое тело — что продлевает его дни в сем мире до трех веков.
Здесь должна действовать чисто крестьянская, простая, аки топор, логика. Ну что делать, коли мы за 20 лет сильно отстали в производстве электроники, кораблей, самолетов, автомобилей, станков, энергомашин и прочего? Коли в том же авиапроме уже Бразилия и Китай нас обошли на два корпуса?
Остается одно: обойти весь мир в «производстве» людей будущего. В создании новой расы, новой ступени эволюции человечества. В подготовке «пилотов» для той сложнейшей техники, что уже создана и еще появится в мире. Ибо обычный «человек разумный» уже пасует перед ее сложностью и быстродействием. И в этом нет ничего фантастического: многое для успеха уже создано или возникает на наших глазах. Но пока еще ни одна страна в мире не сделала создание сверх- и постлюдей национальной задачей. Тогда это должны сотворить русские, коим нечего больше терять! Надо выступить системными интеграторами Сверхпроекта и тем самым втянуть в работу над ним не только своих, и но и зарубежных ученых. И все лучшее, что они создают. Ибо сделав «Россию-2045» Шестым приоритетом, мы автоматически получим преимущество над всеми прочими. Мы создадим пространство реализации для лучших мозгов планеты. Недостающие технологии и мощности к нам подтянутся (мы их сможем подтянуть).
Решая грандиозную задачу, мы разом:
— спасем русскую науку, наладив передачу знаний (в ходе решения сверхзадач) от стариков молодым;
— вовлечем в процесс самых энергичных и амбициозных, сиять заставим заново само слово «ученый»;
— привлечем громадные свободные капиталы всего мира в проект, ибо за достижение долголетия, «второй жизни», а то и бессмертия готовы платить многие;
— свою страну обеспечим новыми источниками дохода, заодно с помощью прорывных технологий продлив жизнь самым ценным специалистам;
— создадим совершенно новые сферы деятельности.
Представьте себе, что могут сделать талантливые русские, которые первую часть жизни прожили в обычном виде, а в старости перешли в новое качество (в кибер-тело)! Представьте себе, какие богатства они могут накопить. Или то, сколько новых открытий и изобретений может сделать гений вроде Кулибина (Теслы, Циолковского), получив в распоряжение еще век-полтора активнейшей жизни! Представьте себе, например, мощный толчок развитию космонавтики. Есть старые летчики-космонавты, отлично подготовленные в СССР, которые так и не стали первопроходцами Марса. Есть и тьма фанатиков вроде меня, готовых лететь в космос. Ну, вот дожили мы в обычном человеческом теле до 60, дети наши выросли, на красноватые пески Ареса мы не ступили, а туда хочется…
Пересади их головы (по доброй воле самих людей) в биомеханические тела, и русские киборги смогут уже на нынешних технологиях лететь к Юпитеру и Сатурну. Если ты можешь жить еще два века, то можешь потратить 20–30 лет на дальние перелеты. Или уже сегодня разбить базовые лагеря на Луне — и добывать на ней ценнейшее сырье для термоядерной энергетики будущего, отправляя контейнеры с ним на Землю с помощью рельсотронов, исследуя заодно саму Селену (кстати, при этом сами киборги-добровольцы превратятся в богачей, обеспечив заодно будущие поколения своих семей. А банки охотно дадут им кредиты). Киборги-добровольцы уже на нынешних технологиях смогут основать исследовательские лагери на Марсе. Они смогут работать в глубинах океана.
Проект, втянув в себя финансы со всего мира и дав РФ новые источники дохода, поможет дать молодым русским и дешевые дома, и пособия на детей, и новую инфраструктуру, и предприятия с высокооплачиваемыми рабочими местами. Кому от этого плохо? Киборги есть вторая жизнь людей, они не могут существовать без обычных сапиенсов. Более того, на ось суперпроекта «Россия-2045» логично нанизываются программы создания новых жилищ и энергоустановок, нового села, новой урбанизации, невиданных видов транспорта и связи, прорывного здравоохранения (вернее — уже здраворазвития). Здесь же — создание самоуправления и демократии будущего, нового образования (уже — человекоразвития). Все это в целом создаст спрос на новое станкостроение, пионерные конструкционные материалы, нанотех, интеллектронику и т. д. Все это — ключ к биологическому выживанию русских! Начиная «Россию-2045», мы меняем направление глобальной гонки, становясь лидером в ней. Прыгаем в ведущие из аутсайдеров. Получаем возможность готовить национальные кадры и привлекать к себе лучших специалистов со всего мира. Они тоже помогут русским готовить кадры экстра-класса. При этом промежуточные технологии, что создаются в «России-2045» при решении прикладных задач, подхватываются частными компаниями и становятся основой для создания корпораций мирового уровня. Хоть в роботике, хоть в медицине, хоть в энергетике или домостроении.
Но в РФ этот проект так и не начали, хотя для его старта требовалось на порядок меньше денег, чем на бесполезное футбольное первенство-2018. А ведь он мог означать победу в Холодной войне-2!
Хорошо, возьмем и более приземленную тему. Сегодня, к примеру, антибиотики становятся бессильными. Их бесконтрольным применением человечество дало мощный толчок эволюции болезнетворных микроорганизмов. Огромный микромир переходит в контрнаступление, и пока что у человечества нет оружия против новых пандемий. Если бы в Москве думали, то давно вкладывали деньги в создание лекарств нового типа, а не в бесполезные олимпиады и чемпионаты мира по футболу. Ибо так можно обрести глобальное могущество.
«Очень простое правило предлагает японский ученый И. Фудзи для оценки эффективности действия антибиотиков. Если потребление какого-либо антибиотика в масштабе страны начинает превышать 100 тонн, он перестает быть лекарством, так как бактерии становятся невосприимчивыми к нему.
В качестве примеров Фудзи приводит тетрациклин и хлорамфеникол, утратившие эффективность в 1960-х годах сразу после того, как их потребление перевалило в Японии за 100 тонн. Такая же участь постигла в 1972 году макрорид и пенициллин. То же будет и с цефалоспорином, пришедшим на смену старым антибиотикам. Фудзи призывает японцев не злоупотреблять антибиотиками, чтобы растянуть их действенность на возможно более долгий срок. Беспокойство профессора можно понять: японцы в год потребляют около 750 тонн антибиотиков — гораздо больше, чем все западноевропейские страны, вместе взятые. Из-за этого антибиотики в Японии теряют свою эффективность с такой быстротой, что фармацевтическая промышленность не успевает разрабатывать новые препараты на замену…»
Это заметка из журнала «Техника — молодежи», которую я читал в пионерском детстве в сентябре 1977 года. А вот — обстановка на нынешний день…
Доклад гендиректора Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Маргарет Чен «Борьба с устойчивостью к противомикробным препаратам — время действовать» (Копенгаген, 2012 год) стал мрачной сенсацией. Чен заявила о том, что микроорганизмы приобрели невиданную стойкость к антибиотикам. И о том, что человечество возвращается в прошлые века: к беззащитности перед заразой.
Эти выводы подтвердил доклад «Антибиотикорезистентность: необходимы срочные меры против кризиса…», сделанный в декабре 2014-го Институтом «РЭНД-Европа» и аудиторской компанией KPMG. Как заявляет старший научный сотрудник ГНИЦ профилактической медицины Галина Холомогорова («Коммерсантъ-Здравоохранение», 21 марта 2012 года), нынче стрептококки научились разлагать пенициллин с помощью фермента пеницеллазы. Есть уже виды стрептококков, которые буквально живут на пенициллине. И скоро антибиотики не будут действовать ни на один микроорганизм. Ученые заговорили о супербактериях, которые полностью неуязвимы для антибиотиков.
Итак, на сегодня мы имеем второе пришествие гонореи: антибиотики ее в 30 % случаев уже не берут. Выявлен штамм гонореи Н041, который не берет последняя надежда венерологов — цефалоспорины («Популярная механика», март 2015 года — «Антибиотиковый апокалипсис»).
Огромную сопротивляемость приобрели энтеробактерии (бактерии рода klebsiella) и возбудители псевдомембранозного колита (клостридии). Уже и в РФ отмечены детские смерти от гнойно-септических недугов, вызванных klebsiella.
Становится крайне стойкой к флуконазолу молочница (обратите внимание на навязчивую рекламу средств против молочницы на ТВ: проблема явно разрастается).
Очень страшен золотистый стафилококк: при нарушении иммунитета эти бактерии (они всегда есть на нашей коже и на слизистых оболочках) при попадании в кровь человека вызывают множество напастей, вплоть до менингита. Антибиотики на них не действуют. Но зато ослабляют иммунитет.
В 2012-м заговорили о бактерии NDM-1, способной расщеплять все антибиотики.
Бактерии вырабатывают сопротивляемость к антибиотикам быстрее, чем создаются новые их виды. Обычно разработка и испытания медикамента — это 15 лет. Сегодня, в условиях восторжествовавшего с 1981 года «турбокапитализма» с лицами Тэтчер и Рейгана, частным компаниям невыгодно тратить уйму денег и времени на такие исследования. Не окупаются вложения. Потому последний принципиально новый класс антибиотиков (фторхинолоны) появился в 1980 году. И все! Между тем бактерии NDM-1 нечувствительны даже к самым сильнодействующим антибиотикам, назначаемым как опасное, последнее средство, — карбапенемам.
Да, Фудзи в 1977-м был прав. Только его не услышали…
Плюньте в лицо тем, кто заголосит о каких-то коварных разработках замаскировавшихся под людей рептилоидов в тайных лабораториях ЦРУ. На самом деле все проще. Бактерии — самое многочисленное по своей биомассе население планеты. В нашем теле — в среднем 2 кило бактерий. Общая масса бактерий на планете — примерно полтриллиона тонн.
Не так давно выяснилось, что бактерии разных видов могут обмениваться генетической информацией. И если какая-то из них приобрела стойкость к антибиотику, то это свойство распространяется и среди прочих бактерий. То же самое относится и к другим возбудителям болезней — вирусам, против которых антибиотики были бессильными изначально! Есть еще и такие возбудители, как прионы, которые также по определению «не берутся» антибиотиками.
«Секретными лабораториями» же становимся мы с вами, животноводческие фермы и больницы. Что имеется в виду? Люди, как и предупреждал Фудзи в 1977-м, стали употреблять антибиотики по любому поводу. Даже если болезни (вроде гриппа) носят вирусный характер, где антибиотики эффективны так же, как водяной пистолетик — против пираний. В Европе ушные капли, скажем, — это не советский (русский) борный спирт, а тоже антибиотики. Пожирая тьму антибиотиков по поводу и без повода, прерывая курсы приема лекарств до срока, люди внутри себя вывели штаммы устойчивых к антибиотикам бактерий. Которые, попав в окружающую среду, передали свои приобретенные свойства дальше — бактериям и своего, и других видов.
Все это усугубилось тем, что с 1947 года животноводы и птицеводы богатых стран стали давать антибиотики коровам, свиньям, курам и т. д., обнаружив, что они не только (на тот момент) предотвращают заболевания скотины и птицы, но и увеличивают их суточные привесы. А это — уже прибыли. И вот в организмах мясо-молочных и яйценесуще-мясных тварей божьих тоже образовались «лаборатории» по выработке стойких к лекарствам микроорганизмов. По большому счету, птице- и животноводческие фермы также превратились в реакторы по выработке стойкой заразы. Каковые микроорганизмы из сельского хозяйства стали попадать и в окружающую среду, и к людям — как через самих животных, так и в мясе, молоке и яйцах, идущих к нашему столу. Человеческие и «животные» бактерии стали встречаться и обмениваться генетической информацией. Кстати, то же самое стали делать и вирусы, которые встречаются друг с другом в организмах людей и животных. Благо глобализация весьма усилила процессы движения миллионных масс людей по планете, привела к проникновению экзотических инфекций из джунглей Африки в Евразию и Америку.
Наконец, настоящими рассадниками стойкой к лекарствам заразы стали больницы, а особенно — хирургические отделения. Там — практически идеальное сочетание для ускорения эволюции микромира: поток больных, масса лекарств, впечатляющее разнообразие бактерий и вирусов. Вот там разные виды бактерий встречаются, закаляются в борьбе с многочисленными антибиотиками — и распространяются дальше. Например, синегнойная палочка, вызывающая пневмонию, живет на аппаратах искусственной вентиляции легких.
Словом, человек с 1940-х годов вызвал невиданное ускорение эволюции микроорганизмов. И оказался один на один с неким Солярисом: огромным океаном бактерий и вирусов. Вроде бы неразумных по отдельности, но вкупе составляющих некое сверхсущество-«океан». Теперь он начал против людей успешное контрнаступление. Мы действительно можем столкнуться и с новыми пандемиями, уносящими миллионы жизней, и с огромной смертностью людей после хирургических операций. Ну, как это было до XIX века.
Микроорганизмы продолжают мутировать от лекарств и в момент, когда вы читаете эти строки. Рано или поздно произойдет качественный скачок, и тогда не просто повышенная смертность в больницах нас ожидает, а волны смертельных моров-эпидемий.
Очевидно, что нужно создавать лекарства нового типа. Мы уже писали о том, что есть новые подходы. Что неожиданные результаты дало применение экстракта березовой коры, содержащей бетулин и его спутники. Оказалось, что эти лекарства «берут» и вирусы, и прионы. Мы рассказали о необычных вакцинах академика Черешнева, о лекарствах из фагов (вирусов, уничтожающих бактерии)[11].
Но это, так сказать, русские разработки. Есть и западный вариант ответа. В «Популярной механике» прочел я о том, что команда исследователей профессора Кима Льюиса (Северо-Западный университет, Бостон) разработала антибиотик теиксобактин, который подавляет синтез тех веществ, что нужны для формирования клеточной стенки микробов. При этом теиксобактин действует на небелковые вещества бактерий, а значит — к нему они не могут приспособиться за счет мутаций.
С другой стороны, команда Мэтью Чана (Наньянский технологический университет, Сингапур) научилась использовать кишечную палочку против палочки синегнойной. Процитирую отрывок из статьи в «Популярной механике»:
«В геном «бактерии-бомбы» ввели четырехступенчатую конструкцию. Первая синтезирует белки-индикаторы, которые связываются с сигнальными молекулами, обеспечивающими «чувство кворума» синегнойной палочке и другим микробам-коллективистам, образующим скопления-биопленки, связанные молекулами ДНК. Получившийся комплекс запускает сразу три реакции: синтез антимикробного пептида микроцина S, фермента ДНКазы-I, разрушающей биопленку (оба соединения выделяются в окружающую среду через клеточную мембрану), и комплекса белков, обеспечивающих движение кишечных палочек в направлении большей концентрации «молекул кворума». В результате разрушаются и патогены, образующие биопленку, и отделяющиеся от нее микробы.
…Этот метод является принципиально новой платформой, позволяющей создавать новые противомикробные средства…»
Видите, какой сложности достигла сейчас биоинженерия, смыкающаяся с информатикой и нанотехом? И куда надо сегодня вкладывать деньги?
Мне очевидно, что исследования такой степени сложности, дороговизны и длительности уже не могут потянуть частные (или акционерные, квазичастные) корпорации. Даже транснациональные. Подобные программы создания медикаментов будущего должны взять на себя государства. Как когда-то именно они взяли на себя титанический труд по началу ядерной и космической программ. Частный бизнес пойдет за государством: сначала как подрядчик, потом — как коммерциализатор и «развиватель» созданных новаций.
Страна, первой начавшая такой мегапроект борьбы с болезнями новой эры, со стойкими к антибиотикам заразами, и рванется к вершинам глобального лидерства. Потому что не ИГИЛ и не ядерная война, а пандемии завтрашнего дня и есть реальная угроза миру.
Максим Калашников бы начал такой суперпроект в РФ. Многогранный, по нескольким линиям сразу. С такой постановкой дела: надо прежде всего решить задачу борьбы с резистентными к антибиотикам бактериями, с полностью неуязвимыми для них вирусами и прионами. Нам неважно, как будет достигнут успех: либо «биоинформационными» антибиотиками-2, либо экстрактом березовой коры, либо стрептококковыми вакцинами Черешнева. Мы не допускаем искусственной монополии какого-то одного подхода, какой-то одной школы. Успех достигается в конкуренции за решение задачи, в паралельных исследованиях. Критерий успеха — только практические достижения, воспроизводимые результаты. Ересь, «лженаука»? Плевать! Если работает и показывает действенность раз за разом — значит, это наука, это еще не познанная до конца реальность.
Мне ясно, за счет чего можно финансировать такой Суперпроект. Потому что успех такого проекта — это не только решение проблем защиты здоровья своих граждан, не только захват глобального лидерства на одном из важнейших направлений, не только архиприбыли от захвата совершенно нового рынка, но и разорение старых западных фармкорпораций. Это вам не бесполезные затраты на никому не нужные трансокеанские торпеды или опасные крылатые ракеты с атомными движками.
Но, увы, верхи РФ даже не чешутся, чтобы начать такой Мегапроект. Они поражены неизлечимой обывательщиной. Мещанской ограниченностью.
А ведь все так ясно. Если впереди разверзается бездна, то надо развернуть крылья — и взмыть над преисподней!
Ведь можно не проматывать деньги и не хоронить их в резервах, а развернуть систему суперпроектов, что станут нашими крыльями. Где — скоростной транспорт нового типа, где — достижение сверхдолгой жизни и сверхспособностей, а где и новая фармацевтика. И все они начнут очень быстро окупаться, превращаясь буквально в рассадник новых компаний-чемпионов, быстроногих «газелей». Это вам не хронически убыточные «Убер» и Маскова «Тесла»! Добавьте к суперпроектам сонм программ поменьше. Скажем, насыщение села умными агромашинами и создание умного агрохозяйства с огромным экспортным потенциалом. Постройку крупных океанских экранопланов и переднеприводных судов Масленкина. Или пассажирских стратопланов с несущим фюзеляжем. Или ветропанелей Отарашвили с суперконденсаторами — накопителями энергии. Или лазерные обрабатывающие центры компании «Лазеры и аппаратура» из Зеленограда. Китайцы поступают подобным образом: не на дурные стадионы тратятся, а создают «Оптическую долину» в Ухане и четыре робограда (роботтауна) по всей стране, питомники частных компаний-лидеров.
Разверни сеть таких проектов — и всего через несколько лет в казну хлынут триллионные доходы, причем не от сырья, а от высочайших технологий. Мы начнем прощаться с позорным статусом сырьевого придатка развитого мира. Появятся те доходы, что позволят нам иметь архисовременные военные арсеналы, окутать наши мегаполисы невидимыми небесными сетями противоракетной обороны. Вывести в космос эскадрильи орбитальных штурмовиков, создав на месте старых Вооруженных сил — силы Военно-научные. При этом раскинув по стране созвездия городов будущего — футурополисов, связанных вместе малой авиацией, автострадами и трассами аэроэстакадников.
Это и есть то будущее, что может быть для нас спасительным и победоносным. Но, читатель, будучи человеком уж зрелым, понимаю до боли ясно, что все это совершенно несовместимо с господством сегодняшней россиянской «илитки» и ее предводителей. Убогие и враждебные всему творческими, жалкими кощеями чахнущие над горами злата, они еще успеют нам нагадить и загнать обломок СССР в еще больший кризис. Знаю, какая нелегкая година ожидает нас с вами. Какие еще суровые испытания выпадут на нашу долю. Мне — уж второй раз в жизни.
Не все могу написать в сей книге. Времена уж больно плохие. Но ты, читатель, и сам понимаешь, какая ожесточенная борьба за страну предстоит нам с тобою.
Системные кризисы самой РФ и мировой Мегакризис явно войдут в резонанс. Нас ждет жесточайшая борьба за место под солнцем. Обозревая перспективы Кризиса кризисов, все чаще ловлю себя на мысли о том, что человечество может постичь участь, весьма похожая на антиутопию Герберта Уэллса из романа «Облик грядущего» 1936 года. В ней великий визионер почти точно предсказал начало Второй мировой — в 1940 году. Но в его воображении война затянулась почти до второй половины 1960-х, приведя ко всеобщим одичанию и распадам. Прежние страны рассыпались на кучу вырождающихся ново-феодальных княжеств, боссы коих ведут бесчисленные микроскопические войны. Технологии застыли на уровне 1940-х, старую технику латают-перелатывают. Погибли наука и образование…
В реальности Вторая мировая вышла иной. Но кто знает: а не разглядел ли Уэллс перспективы гибели нынешнего миропорядка в ходе грядущего Кризиса Середины XXI столетия?
Спасти РФ и воссоединить русские земли снова в Великую Россию — задача титаническая.
Но если у нас с вами все получится, если нынешняя безобразная «элита» канет в Лету и мы сможем вести страну по пути развития, то с чего нам начинать? Как готовиться к Кризису кризисов? Начинать, конечно, придется все сразу, по многим направлениям. Примерно как Сталину в 1929-м. Но огромную роль в этом сыграет вдохновление нашего народа яркой Русской Мечтой. Той, которой никогда не сумеет дать нашим родным русам и коренным народам России теперешняя убогая «илитка», бормочущая что-то о «патриотизме». Сперва ведь крылья должны раскрыться именно в Мечте. С этого начнется строительство Великой России-ковчега в мировой буре…