В 1952 году журнал Life первым опубликовал новую повесть Эрнеста Хемингуэя «Старик и море»[152]. Было продано пять миллионов экземпляров; автор получил Нобелевскую премию.

2 августа 1954 года Life решил привлечь внимание американцев к другой повестке дня: бейсбольной статистике. Бранч Рики, главный менеджер команды «Питтсбургские пираты», опубликовал статью под названием «Прощайте, кое-какие устаревшие идеи о бейсболе»[153]. Потребовалось десять страниц, чтобы объяснить содержащееся там уравнение:

Сама по себе эта формула была не слишком-то корректной. Знак равенства на самом деле не означал тождество, а минус не означал вычитание. Тем не менее статья содержала проницательную критику некоторых «устаревших идей о бейсболе», прежде всего рейтинга BA. Атака (ее приписали Рики, но на самом деле автором статьи был канадский специалист по статистике Алан Рот) началась с двух букв: BB, то есть «base on balls». Проще говоря, пробежка.

На заре бейсбола в соответствии с правилами игрок находился на бите, пока не сделает хит, не отобьет мяч в поле или не получит страйк-аут. Процесс игры был тягучим, словно холодная патока. Поэтому в 1858 году появилось новое правило: если игрок прозевал смачную подачу, это было равносильно тому, что он пытался отбить и не отбил[154]. Но теперь маятник слишком далеко качнулся в обратную сторону; осторожные питчеры перестали бросать мячи, которые можно было отбить. В 1863 году было введено понятие «бол»: это бросок, который не попадает в страйковую зону, который отбивающий и не попытался отбить. Четыре таких подачи позволяют отбивающему беспрепятственно пройти на первую базу[155].

Пробежки ставили Чедвика в тупик. Эквивалент таких моментов в крикете — показатель «уайд», но он считался за ошибку подающего. Получается, что процент реализации выходов на биту игнорировал пробежки, словно и не существовало выходов на биту, завершившихся пропуском оппонента. Более того, в официальной статистике матчей пробежки стали учитываться лишь в 1910 году[156].

Сегодня самые умелые и терпеливые на бите игроки проходят на первую базу в 18–19 % случаев[157]; бесшабашные имеют только 2–3 %[158]. Поэтому Рики ввел понятие «процент пребывания на базах» (on-base percentage), или ОВР. В рамках этого показателя учитывается все, что приводит игрока на первую базу. Это могут быть и хиты, и пробежки. Иными словами, учитывается все, кроме аутов.

Здесь можно задаться вопросом: какой из статистических показателей позволит лучше предсказать, сколько та или иная команда наберет очков? BA или OBP? Судя по данным за 2017 год, BA довольно хорош: коэффициент корреляции 0,73. Однако OBP прямо-таки превосходен: коэффициент корреляции 0,91.

Кроме того, Рики (вернее, Рот) выявил еще один недостаток BA. Дело в том, что есть четыре варианта хитов, от сингла, после которого игрок достигает первой базы, до хоумрана, где отбивающий пробегает полный круг (четыре базы) и набирает очко. Конечно, баз, как десертов и репостов, чем больше, тем лучше. Однако процент игры на бите не учитывает этой разницы в количестве баз. В связи с этим Рики вводит еще один термин, который обозначает хиты дальше первой базы. Сейчас мы называем его «процент дальних ударов» (slugging percentage), или SLG. Сюда входят все разновидности хитов, которые могут случиться в рамках одного выхода на биту: от 0,00 до 4,00. На практике не было ни одного отбивающего, который закончил бы сезон, имея даже 1,00.

Как и процент игры на бите, процент дальних ударов игнорирует пробежки и стирает существенные различия. В частности, чтобы получить 80,0 % дальних ударов за 15 выходов на биту, вам нужно занять в общей сложности 12 баз (12/15 = 0,8). Есть множество способов проделать это, но не все одинаково выгодны:

Итак, у нас есть процент пребывания на базах (ОВР) и процент дальних ударов (SLG), которые описывают игру с разных точек зрения. Их сумма дает показатель OPS (on-base plus slugging)[159]. Анализ статистики 2017 года показывает, что коэффициент корреляции для OPS просто сногсшибательный: 0,935. Лучше, чем у ОВР и SLG по отдельности.

Когда той самой статье в Life исполнилось 50 лет, газета «Нью-Йорк Янкиз» показала формулу генеральному директору New York Yankees Брайану Кэшману. Он сказал: «Вау! Этот парень опередил свое время на несколько поколений»[160]. Так вскрылась страшная правда: Кэшман никогда слыхом не слыхивал об этой статье в Life. Даже после публикации старый добрый BA царствовал не одно десятилетие, а ОВР и SLG ютились в тени. Диалог о бейсболе в повести «Старик и море»[161], похоже, повлиял на судьбу этого вида спорта сильнее, чем манифест Бранча Рики.

Так что же ожидало бейсбол дальше?