Румянец разлился по бледным щекам Эммы, ее зелено-карие глаза ярко сверкнули. — Ты, наверное, шутишь?

Она была красивой женщиной, но негодование сделало ее еще прекраснее.

Кристо с любопытством оглядел ее: грудь Эммы поднималась и опускалась, ноздри раздувались — она выглядела исполненной страсти.

— Есть темы, на которые я никогда не шучу: это бизнес и семья.

— Я знаю, почему ты женился на мне. Ты разве забыл, что я слышала твое признание лучшему другу?

Эмма плотно сжала губы. Румянец исчез с ее лица, и Кристо не понравилась ее внезапная бледность. Теперь Эмма казалась хрупкой, уязвимой — и все по его вине!

— Я никогда тебе не лгал!

— Но ты заставил меня поверить в то, что… Она не договорила, но Кристо понял, что Эмма хотела сказать: она решила, что он ее любит, что он способен на любовь.

— Что сделано, то сделано. Ты принимаешь мое предложение?

— Ты не можешь хотеть, чтобы я жила с тобой. Ведь я презираю тебя!

— Ты удивишься, если узнаешь, чего я хочу и с кем могу жить. Кроме того, ты передо мной в долгу.

— Я в долгу перед тобой?!

— Ты дала мне брачные клятвы.

— И ты действительно ожидаешь, что я разделю с тобой твой дом?

— Да, и постель тоже.

Эмма посмотрела на Кристо так, словно он вдруг заговорил на суахили, а не по-английски.

— Ты ведь это не всерьез?

— Я не шучу. Ты принадлежишь мне, и я собираюсь овладеть тобой. По крайней мере, ты задолжала мне брачную ночь.

Эмма схватилась за спинку старинного стула. Это настоящее безумие! Но Кристо Каридес по-прежнему стоял перед ней и выглядел таким же непримиримым, как всегда. Даже еще более решительным, чем до свадьбы. Прежде она видела в нем нежного, сдержанного мужчину, а теперь увидела Кристо надменного и требовательного.

— Ты заставишь меня заниматься с тобой сексом?

— Я никогда ни к чему не принуждаю женщин. За кого ты меня принимаешь?

У него даже хватило наглости выглядеть возмущенным.

— Теперь я точно знаю, что ты за человек, и поэтому повторяю свой вопрос. Ты заставишь меня заниматься с тобой сексом?

Эмма отпустила спинку стула и уперлась кулаками в бедра, чтобы за этой воинственной позой скрыть свое волнение.

— Ответ — «нет». Я никогда не занимаюсь сексом с женщиной, которая этого не желает. — Кристо покачал головой и поморщился с отвращением. — Но ты хочешь меня, и я позабочусь о том, чтобы ты насладилась каждой минутой, проведенной со мной в постели.

Слова протеста застряли в горле Эммы под взглядом Кристо, перед глазами пронеслись жаркие образы. Пришлось напомнить себе, что она ненавидит этого мужчину.

— Я ожидаю, что мы проведем с тобой брачную ночь, которой были лишены.

— Ты требуешь прожить с тобой год и при этом переспать всего один раз? Это очень странно.

Кристо поднял руки ладонями вверх.

— Мне нужна жена, чтобы помочь моей племяннице освоиться. У меня нет навыков общения с детьми. Даже я понимаю, что ей нужно больше, чем просто няня, — ей нужна добрая заботливая мать, которая поможет пережить тяжелые перемены в жизни. Не забывай, что девочка только что осиротела. Ты ведь знаешь, как важно, чтобы рядом был кто-то близкий, любящий…

Черт возьми, Кристо прав! Эмма невольно ощутила симпатию к маленькой девочке, которая потеряла свою мать и которой оставалось положиться только на Кристо. Бедный ребенок! Сердце сжалось от сострадания. Когда Эмма потеряла родителей, у нее хотя бы остались бабушка, дедушка, тетя и дядя, которые окружили ее любовью.

— А что касается наслаждения друг другом в постели… После первой ночи, я уверен, мы не захотим остановиться и нам понадобится гораздо больше ночей. Но пока я требую хотя бы одну ночь — это мое условие.

Несмотря на намерение не выказывать слабость, Эмма невольно отступила на полшага назад и воскликнула:

— Но это нелепо!

Кристо молчал, сложив руки на груди и подняв одну бровь.

Эмма оглядела гостиную. Если ей придется потерять эту семейную виллу, ее сердце будет разбито, но это лучше, чем принять предложение Кристо.

— Увидимся в суде! — резко и решительно произнесла она. — Даже если мне придется уйти отсюда всего лишь с той одеждой, что на мне. Я вернусь в Австралию, к семье и друзьям, и начну бракоразводный процесс, чтобы вернуть то, что мне принадлежит!

— Это было бы прискорбно. Насколько я понимаю, бизнес твоего дяди в последнее время опасно разросся. Даже учитывая наследство, полученное им от твоего деда. Стоит одному из инвесторов отказаться от участия в его предприятии — и это приведет к катастрофе, которая повлияет не только на судьбу твоего дяди, но и на судьбы твоих кузенов и твоей тети. Они могут потерять все.

Эмма смотрела на Кристо, широко раскрыв глаза. В его словах звучала настоящая угроза. Неужели он разрушит ее семью, потому что получил отказ?

— Ты угрожаешь моим родным!

В его высокомерных чертах читалась лишь решимость.

— Мне придется так поступить. — Он покачал головой. — Для твоих близких не будет никакой угрозы, если ты просто выполнишь свою клятву. Оставайся моей женой, и я буду чувствовать себя обязанным поддерживать твоего дядю — даже если его компании будет грозить разорение.

Эмма вздохнула. Строительная компания ее дяди действительно переживала сейчас тяжелые времена. Ходили слухи о том, что Кристо тоже инвестирует средства в эту компанию. Но тогда голова Эммы была забита другими мыслями. Ей было не до этого. Слишком поздно она задумалась.

Эмме казалось, что стены гостиной давят на нее. А может, это ее душила сеть, которой Кристо ее оплел? Были ли его угрозы пустыми? Эмма посмотрела в его голубые глаза и почувствовала, как внутри все сжалось. Этот человек неумолим и беспощаден. Нельзя позволить ему разрушить ее семью!

— Я рада, что мой дедушка так и не узнал, каков ты на самом деле. Ты — настоящий бандит!

Кристо даже не моргнул глазом в ответ на ее слова — лишь слегка приподнял брови, словно ожидая, когда же Эмма наконец капитулирует.

Она, прикусив до крови губу, лихорадочно искала выход. Как же освободиться от предлагаемого кошмарного договора? Ну зачем она влюбилась в этого волка в овечьей шкуре, зачем так опрометчиво и поспешно вышла замуж!

— Я хочу жить здесь, на Корфу, а не в Афинах, — произнесла она наконец.

— Согласен. Моя квартира в Афинах не подходит для ребенка. Здесь девочке будет гораздо лучше.

Разумеется, первая и единственная мысль Кристо была о ребенке! Все остальное, даже секс с Эммой, явно было для него второстепенным. А требование разделить с ним постель было предъявлено, скорее всего, просто из-за ущемленного мужского самолюбия, потому что Эмма так и не стала очередным завоеванием этого плейбоя!

Она скрестила руки на груди.

— Хочешь сказать, что покинешь Афины?

— Отсюда до столицы — только час на самолете. Я буду проводить будни там, а выходные — здесь. Таким образом у Антеи будет время привыкнуть ко мне.

Он впервые назвал свою племянницу по имени.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать. Кристо посмотрел на часы на своем запястье.

— Даю тебе десять минут. Скоро у меня деловая встреча. Мне необходимо успеть до нее обсудить с тобой все вопросы.

— Конечно, зарабатывать деньги — гораздо важнее, чем иметь дело с реальными людьми, — съязвила Эмма.

Взгляд Кристо снова стал пронзительным.

— Поговори со своим дядей, Эмма, спроси, все ли в порядке с его бизнесом.

— Если я соглашусь остаться с тобой на год, откуда мне знать, что я могу тебе доверять, что ты сдержишь свое слово?

Кристо вскинул брови так высоко, словно никто никогда прежде не сомневался в его честности.

— Мы с тобой составим контракт.

— Я не буду спать с тобой!

Он лишь самоуверенно улыбнулся в ответ:

— А кто говорит, что речь идет о сне, а не кое о чем другом?

Несмотря на бушевавшее в душе негодование и на невыносимое высокомерие Кристо, Эмма невольно ощутила желание.

— Договор будет готов завтра. — Кристо, кажется, хотел что-то добавить, но лишь покачал головой и вышел из комнаты со словами: — Мы с Антеей приедем сюда на выходные.

Все, что Эмме теперь оставалось сделать, — это вытерпеть пятьдесят два уик-энда, не пытаясь убить своего разъяренного, эгоистичного и чертовски раздражающего мужа.