Откинувшись на спинку кресла, Дракос вращал в руке бокал и смотрел на свою жену, которая сидела напротив него за ужином в огромной столовой его пентхауса. На полированном столе горели свечи, и тени предметов приобрели причудливые очертания.

– Я говорил, что в следующий понедельник я лечу в Сингапур? – спросил он.

Люси перестала есть греческий куриный суп с лимоном, и ее рука с ложкой замерла в воздухе.

– Нет, не говорил. – Между ее бровей появилась складка. – Так неожиданно? Так скоро?

– Это бизнес, Люси.

– Похоже, это энергозатратный бизнес. Ты все время работаешь.

Он пожал плечами:

– Без этого невозможно создать империю стоимостью миллиард долларов.

– Было бы хорошо, если бы ты проводил больше времени со своим сыном, – произнесла она, тщательно подбирая слова.

Дракос почувствовал раздражение, потому что ее слова были похожи на критику, а она была не вправе его критиковать. Но он сдержался, потому что не хотел с ней ссориться перед своим отъездом. На ее лице читалась неуверенность, и ему нужно было ее успокоить.

– Я буду это делать, когда у меня появится свободное время.

Судя по выражению лица Люси, ее это не убедило. Он мог ее понять, потому что, по правде говоря, пока не видел себя в роли отца. Люси прикусила нижнюю губу. Он чувствовал, что она пытается промолчать, но все‑таки ей это не удалось.

– Тебе обязательно лететь туда сейчас, Дракос? – спросила она. – Мы ведь только что поженились.

Очевидно, она хотела произнести это нейтральным тоном, но у нее ничего не вышло. Дракос понял, что Люси расстроилась, и напрягся. Подобные упреки он слышал бессчетное множество раз от других женщин. Ее реакция означала, что ему не следует откладывать поездку ни на один день. Его подозрения подтвердились. Она привязалась к нему эмоционально и хотела, чтобы он уделял ей больше времени. Но ей придется понять, что он не намерен пренебрегать работой. Что он по‑прежнему сам себе хозяин и не собирается приносить в жертву свои интересы ни приемному сыну, ни тем более своей жене. Чем скорее она это поймет, тем лучше.

Люси продолжала на него смотреть с немым укором, но он запретил себе принимать это близко к сердцу и пожал плечами.

– Боюсь, что так, – спокойно произнес он. – Не знаю, упоминал ли я о том, что мы пытаемся расширить наш нефтеперерабатывающий завод.

– Нет, не упоминал, – сухо ответила она. – Очевидно, ты не считаешь нужным держать меня в курсе того, что происходит в твоей деловой империи.

Проигнорировав ее упрек, он взял с тарелки кусок домашнего лаваша.

– Эми не смогла ничего добиться во время переговоров с чиновниками. Она продолжает стучаться во все двери, но результатов пока нет. Она подозревает, что причина в том, что она женщина. Мне действительно нужно там быть.

– Разумеется, нужно.

У Люси внезапно пропал аппетит, и она положила ложку. Наверное, причина была в неловких попытках Дракоса извиниться. Она уловила нотки в его голосе, говорящие о том, что он хочет полететь в Сингапур. Может, все дело в том, что он понял, что их брак для него ловушка? Что он жалеет, что женился на ней?

Едва они успели вернуться в Лондон, как их медовый месяц закончился и началась рутина. Ей придется привыкать к своей новой жизни. Дракос будет так же, как и раньше, пропадать на работе по двенадцать часов. Это означает, что она будет проводить дни в обществе Ксандера, Софии, Зены и остального персонала.

Следующие несколько дней Люси специально вставала рано, чтобы позавтракать вместе с мужем. Побыть с ним перед тем, как он на целый день уедет в офис. Какой смысл выходить замуж, если ты не будешь видеться со своим мужем? По крайней мере, наливая ему кофе и предлагая круассаны, она делала то, что полагалось заботливой жене.

Но по‑настоящему Люси чувствовала себя замужней женщиной, только когда поздно вечером Дракос раздевал ее и заключал в объятия. Когда он будоражил ее чувства умелыми ласками и поцелуями, заставляя ее кричать от наслаждения. Когда ее грудь наливалась и становилась чувствительной, а соски твердели от его прикосновений. Когда она раздвигала ноги и ритмично покачивалась, принимая его, она ощущала себя единым целым с ним. Не было ли безумием признавать, что Дракос так сильно на нее действует? Внезапно она поняла, что все те удивительные вещи, которые пишут о сексе, чистая правда. Что интимная близость на самом деле может обладать чудесной силой преображения. Главное, чтобы партнеры подходили друг другу.

После секса они отдыхали в объятиях друг друга. Голова Люси обычно лежала на груди Дракоса, и она слушала, как бьется его сердце. Их ноги были переплетены, его рука лениво скользила по ее спине. В эти минуты она так ждала, что он скажет что‑то, что дало бы ей понять, какие чувства он к ней испытывает. Но он молчал, и она сделала вывод, что у него нет к ней никаких чувств. Он быстро засыпал, а Люси долго лежала без сна, всматриваясь в загадочные тени в углах огромной комнаты и гадая, будет так всегда или, может, в конце концов их невероятная физическая совместимость перерастет в эмоциональную связь.

Пока что она не заметила ни одного знака, который мог бы на это указывать. Иногда у нее возникало такое чувство, будто для Дракоса она всего лишь очередное выгодное приобретение. Что‑то вроде нового дома или автомобиля.

Как‑то утром он положил на стол перед ней пластиковую карточку.

– Что это? – тупо спросила она.

– Уверен, что ты сама прекрасно это знаешь, Люси.

– Кредитка, – произнесла она без каких‑либо эмоций.

– Я подумал, что это тебя обрадует. Тебе нужны собственные деньги, Люси.

– Но как эти деньги могут быть моими, когда я их не заработала?

Это был наивный вопрос, и Дракос удивленно поднял брови.

– Ты можешь работать всю жизнь двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю и все равно не заработаешь и части тех денег, которые есть у меня. – Его тон был мягким, но Люси все равно уловила в нем язвительные нотки. – Тебе не следует приходить ко мне всякий раз, когда ты захочешь что‑то купить. Что, если ты захочешь купить себе новую машину? Или сделать ремонт в квартире? Изменить в ней что‑то по своему вкусу, чтобы было видно, что ты здесь хозяйка.

Хозяйка.

Изобразив на лице улыбку, Люси налила ему в чашку крепкий черный кофе, с которого начиналось каждое его утро.

Его предложение одновременно рассмешило ее и вызвало у нее грусть. Разве могла она сделать так, чтобы ее присутствие в квартире ощущалось, когда здесь все до мельчайших деталей указывало на то, кому принадлежит этот роскошный пентхаус? Когда ее влиятельный муж‑миллиардер обладает мощной энергетикой, которая заполняла все пространство, где бы он ни находился? Интерьер квартиры был безупречен, и она не собиралась привносить какие‑либо изменения лишь ради того, чтобы потешить собственное эго. Кроме того, ремонт в таком пентхаусе обошелся бы в кругленькую сумму, а она не привыкла тратить деньги без какой‑либо необходимости. Но ей определенно нужно найти для себя какое‑то занятие, помимо заботы о Ксандере вместе с Софией.

При мысли о Ксандере к горлу подкатился комок. Она с каждым днем все сильнее любила этого малыша. Возможно, причина была в том, что она знала, что у нее не будет больше детей.

Днем она могла подолгу стоять у детской кроватки и смотреть на спящего Ксандера. Приемный отец малыша по‑прежнему не уделял ему внимания, если не считать того, что по возвращении с работы Дракос иногда целовал Ксандера в макушку, если тот в это время не спал.

Правда, такое бывало редко, и Люси гадала, не нарочно ли Дракос задерживается на работе. Не намерен ли он и дальше быть отцом Ксандера лишь номинально? Даже в воскресенье, когда у всего персонала, включая Софию, был выходной, Дракос не уделил ни капли внимания ребенку. Сначала он отправился в Гайд‑парк на долгую пробежку, а после этого работал с документами в своем кабинете.

Как Дракос и предупреждал, в понедельник он улетел на две недели в Сингапур. Он звонил Люси по телефону, но не каждый день, объясняя это семичасовой разницей во времени. Днем он не всегда мог ей позвонить, а когда заканчивал дела, в Лондоне уже была ночь. Он говорил только о том, как хорошо идут переговоры, касающиеся нефтеперерабатывающего завода, и даже прислал ей фото, на котором они с Эми сидят в ресторане в знаменитом Ботаническом саду в компании министров. Люси казалось, что их разделяют не шесть с половиной тысяч километров, а миллионы световых лет. Если так будет продолжаться, она может не выдержать. И все же ей придется быть сильной ради Ксандера. Раз отец пренебрегает мальчиком, ему понадобится в два раза больше материнской любви.

Тот день, когда Дракос должен был вернуться, Люси провела в томительном ожидании. Она была разочарована, когда вечером услышала не щелчок замка входной двери, а телефонный звонок.

– Ты где? – произнесла она в трубку, увидев на экране имя своего мужа.

– Прости, дорогая. У нас только что состоялась незапланированная встреча с министром промышленности и торговли.

– И твое присутствие на ней было обязательно?

– Разумеется, – спокойно ответил он. – Тебе что‑то не нравится?

Люси не нравилось многое, но здравый смысл велел ей промолчать. Если бы она начала ссориться с Дракосом, она бы все только усложнила. Их брак стоит того, чтобы его сохранить. Не только ради Ксандера, но и ради нее самой.

Потому что, как бы она ни пыталась себя обмануть, ее чувства к Дракосу крепли с каждым днем. Во время медового месяца на острове они вырвались из‑под ее контроля, и она не могла ничего с этим поделать. Она пыталась винить во всем отсутствие сексуального опыта, говоря себе, что женщина, хранившая девственность до двадцати восьми лет, могла принять физическое удовольствие за что‑то еще. За что‑то, похожее на любовь. Она не хотела любить Дракоса. Последнее, что ей было нужно, – это страдать из‑за мужчины, который в самом начале сказал ей, что не верит в любовь.

Позволив себе любить Дракоса, она пошла бы по пути саморазрушения, и это помешало бы ей сосредоточиться на позитивных вещах, сделать что‑то хорошее. Например, помочь Дракосу сблизиться с сыном.

Дракос сказал ей, что хочет, чтобы их брак был удачным. Если это по‑прежнему так, то ему не следует избегать малыша, как он делал до сих пор. У нее создалось впечатление, что он просто не знает, как быть любящим отцом, потому что сам в детстве не получил родительской любви. Ему нужно научиться быть хорошим отцом, и она думала, что может ему в этом помочь.

«Так сделай это, – мысленно сказала себе Люси. – Какой смысл жаловаться на плохую жизнь, если ты ничего не делаешь для того, чтобы ее улучшить?»

Люси начала действовать на следующий день. Она приобрела семейный абонемент для посещения спортзала, мимо которого она проходила, когда гуляла с коляской. В районе Мейфэра не было дешевых спортзалов, и ей пришлось отдать кругленькую сумму, зато там был огромный плавательный бассейн. Она сразу же им воспользовалась и осталась довольна. Когда Дракос вернулся домой, ее волосы все еще были влажными.

– Что у тебя новенького? – спросил он после того, как они обнялись и поцеловались.

– Я записалась в новый спортзал неподалеку отсюда. Там есть отличный бассейн.

– Хорошо, – рассеянно пробормотал Дракос, потому что в этот момент в кармане у него зазвонил мобильный телефон.

Люси не упоминала о бассейне до воскресенья. Когда Дракос, выпив утренний кофе, сказал ей, что пойдет в кабинет изучать новый контракт, она покачала головой:

– У меня есть идея получше.

Дракос пристально посмотрел на нее, и ее пульс участился.

– Какая идея?

– Может, ты отложишь работу на вечер и сходишь в бассейн вместе со мной и Ксандером?

– В бассейн? – удивился Дракос. – Не мал ли он для этого?

– С малышами начинают заниматься в бассейне, когда им исполняется четыре недели, – спокойно ответила Люси. – Мы с ним уже посетили два занятия. Следующее пройдет сегодня, и было бы здорово, если бы ты составил нам компанию. – Она сделала глубокий вдох. – Думаю, тебе понравится. И пока ты не придумал массу отговорок, позволь мне тебя спросить, какой смысл быть одним из самых успешных людей в мире, если ты отдыхаешь меньше, чем рабочий на заводе?

Глядя на решительное выражение лица своей жены, Дракос почувствовал некоторое раздражение. Он не привык, чтобы ему так открыто противостояли, однако он не смог найти изъянов в логике Люси, как ни пытался. У его жены почти нет недостатков, и это самое приятное открытие, которое он сделал за последнее время.

Его жена удивительная женщина. Она подобна первому весеннему теплу после долгой зимы. Она похожа на свежий морской бриз в самый жаркий день в году. Он никогда не сомневался, что она способна стать отличной матерью для Ксандера, потому что нисколько не похожа на его собственную мать, которая наплевала на своих сыновей и целыми днями занималась своей внешностью, чтобы муж‑ловелас не потерял к ней интерес.

Ему нужна была мягкая, заботливая, честная и скромная женщина с доброй душой и золотым сердцем. Люси обладала этими качествами и многими другими.

Дракос сглотнул. У Люси так много хороших качеств, что он не может их перечесть. Он не ожидал, что она будет постоянно его удивлять в постели. Что ему будет неохота каждое утро покидать ее теплые объятия. Иногда Дракос ловил себя на том, что в конце рабочего дня часто смотрит на часы, но он заставлял себя задерживаться на работе, как всегда делал до женитьбы. Он постоянно твердил себе, что ключом к его успеху были независимость и отсутствие привязанностей. Поэтому, когда Эми попросила его прилететь к ней в Сингапур, он почувствовал облегчение. Ему было необходимо отдалиться на время от своей жены и восстановить свои внутренние барьеры. Потому что он не собирался привязываться к другому человеку и становиться уязвимым.

Но Люси не просила многого. Она не донимала его разговорами о чувствах, не требовала от него больше, чем он предложил ей изначально. Она всего лишь попросила его поехать с ней и ребенком в бассейн. Это пустяковая просьба, и он не развалится, если ее выполнит.

– Во сколько начнется занятие? – пробурчал Дракос.

– Через час с небольшим.

– Я поеду с вами, только сначала мне нужно сделать пару звонков.

– Хорошо, – улыбнулась Люси. – Я пока соберу все необходимое.

Спортзал находился всего в нескольких минутах ходьбы от их дома. Они вышли пораньше, чтобы немного прогуляться, и медленно пересекали сквер. До Дракоса вдруг дошло, что он давно не гулял по Лондону. Чувствуя себя как человек, пробудившийся от долгого сна, он слушал голоса птиц, сидящих на голых ветвях деревьев. Опустив взгляд, он увидел ковер из маленьких белоснежных цветочков, пробивающихся сквозь траву.

– Это подснежники, – сказала Люси, проследив за направлением его взгляда.

– Я знаю, как называются эти цветы, – ответил Дракос.

Он пришел в некоторое замешательство, когда обнаружил, что в бассейне есть общие раздевалки и Люси ведет его в одну из них. Во второй раз он бы сбит с толку, когда Люси протянула ему пару крошечных нарукавников и попросила:

– Ты не мог бы надеть их на Ксандера?

– Ты не можешь это сделать сама? – нахмурился он.

– Конечно, могу, но я подумала, что, возможно, ты захочешь это сделать.

Что он мог на это ответить? Что у него нет ни малейшего желания это делать? Что одна лишь мысль о том, что ему придется прикоснуться к малышу, приводит его в ужас? Особенно когда молодая блондинка, находящаяся поблизости, прислушивается к их разговору и пожирает его взглядом. В последнее время он не сталкивался с подобным. Наверное, причина была в том, что он либо не замечал других женщин, либо сравнивал их с Люси. Причем сравнение всякий раз оказывалось в ее пользу.

Посмотрев на блондинку, он презрительно ответ взгляд. Ее грудь практически вываливалась из крошечного бикини, и он подумал, что его жена выглядит намного сексуальнее в цельнокроеном купальнике, облегающем ее прелести.

Люси передала ему Ксандера, и он, положив голову малыша на сгиб своего локтя, начал осторожно надевать нарукавники на его крошечные ручки. Это была довольно сложная задача, и он хотел отругать Люси за то, что она заставила его это делать. Но когда он поднял голову, обнаружил, что жена смотрит на него с понимающей улыбкой.

– У тебя отлично получается, – мягко произнесла она. – На самом деле младенцы крепче, чем кажутся. Поначалу все отцы чувствуют себя беспомощными. Я видела много крупных мужчин, которые терялись, когда впервые брали на руки малыша. Тебе следует делать это почаще. Не зря говорят, что практика – это путь к совершенству.

Дракос слышал, как колотится его сердце. На Ксандере было детское полотенце с капюшоном. Он выглядел таким крошечным, таким уязвимым. Уставившись в черные глаза, обрамленные длинными ресницами, Дракос грустно подумал, что это глаза Нико. Но затем он напомнил себе, что Нико был его близнецом, его копией. Что у них была одинаковая ДНК, а значит, Ксандер похож и на него тоже.

Дракос посмотрел на племянника, который стал его сыном, и внутри его что‑то начало таять. Он понял, что между ним и Ксандером начала устанавливаться эмоциональная связь.

До сих пор он пытался убедить себя в том, что его жизнь не изменится, что он сможет играть роль мужа и отца, сохраняя эмоциональную дистанцию. Потому что он привык так жить и не хотел ничего менять. Поначалу он думал, что Люси будет это устраивать, потому что она знала, что он женился на ней ради Ксандера. Но временами спрашивал себя, приняла ли она на самом деле установленные им границы. Затем произошел инцидент, который навел его на мысль, что ему придется напомнить ей об этих границах.

Это случилось, когда он вернулся из однодневной поездки во Францию и обнаружил, что на аэродроме стоит его лимузин. Шофер почему‑то не вышел, и Дракос сам открыл дверцу салона. Забираясь в машину, он увидел Люси, ждущую его на заднем сиденье. На ней было сиреневато‑голубое шелковое платье и замшевые туфли такого же цвета.

– Привет, – сказала она.

– Привет, – ответил он, и внутри его внезапно все сжалось от страха. Что‑то случилось с Ксандером? – Что‑то произошло? – спросил Дракос.

– Нет, все в порядке. Я просто подумала, что ради разнообразия было бы неплохо тебя встретить.

Закинув ногу на ногу, Люси одарила его улыбкой, которой он никогда раньше не видел на ее лице. Она была немного нервной, но в то же время… хищной.

Когда он сел рядом с ней, все его чувства обострились. Воздух наэлектризовался. Он заметил, что Люси подняла звуконепроницаемый темный экран между шофером и салоном. Они оказались отгорожены от остального мира, и никто не мог нарушить их уединение. Когда машина тронулась с места, Люси наклонилась и прижалась губами к его губам. Одновременно с этим она взяла его руку и завела ее под подол своего платья. Очевидно, она хотела таким образом дать ему понять, что на ней нет трусиков. Ловко расстегнув его брюки, Люси оседлала его, достала затвердевшую плоть и направила ее внутрь себя. Она начала покачиваться, и он подхватил ритм ее движений. Дракос привык, чтобы в сексе инициатива принадлежала ему, но был так возбужден, что у него не было другого выбора, кроме как подчиниться Люси. Он попытался оттянуть момент кульминации, чтобы показать ей, кто главный, но для этого было уже поздно. Его тело затряслось, и Дракос, застонав, извергся в нее.

Несомненно, это было самое запоминающееся возвращение домой. Возможно, причина была в том, что он не ожидал подобного поведения от своей жены. Ему не верилось, что это была та самая робкая девственница, которую он соблазнил на своем острове всего полгода назад. Он не знал, как ему относиться к тому, что только что произошло. И дело было не только в том, что он потерял контроль над ситуацией.

Он выбрал Люси, потому что она была скромной и неиспорченной. Разве она не понимала, что он женился на ней только потому, что считал, что из нее получится хорошая мать для Ксандера? Если бы ему была нужна ненасытная обольстительница, он выбрал бы другую женщину.

– Что это было? – спросил Дракос, отдышавшись.

Одернув юбку, Люси подняла на него взгляд, и он увидел дразнящий блеск ее глаз.

– Тебе не понравилось?

Дракос проигнорировал ее наивный тон, который был не чем иным, как притворством.

– Я этого не говорил. Мне просто интересно, есть ли какая‑то причина для того, чтобы ты меня встретила таким образом, и следует ли мне ожидать подобного после каждой деловой поездки.

В тоне Дракоса слышалось осуждение, и по спине Люси пробежала дрожь. Каменное выражение его лица противоречило страсти, с которой он только что реагировал на ее действия. Люси охватило беспокойство. Следует ли ей сказать ему правду? Признаться ему, что ее беспокоило, что их брак может казаться ему слишком скучным и однообразным? Что ей просто хотелось заверить его в том, что она постарается и дальше быть страстной и волнующей, чтобы он не утратил к ней интерес? Но если она сейчас ему это скажет, в следующий раз он посчитает ее поведение предсказуемым. Поэтому пусть лучше ее мотивы останутся для него немного загадочными. Тогда ее красивый муж никогда ею не пресытится и не захочет от нее уйти. Одна лишь мысль о том, что Дракос может ее бросить, была для нее невыносимой.

Все еще чувствуя себя новичком в любовных играх, она улыбнулась ему.

– Тебе придется подождать и посмотреть, что будет дальше.

– Наверное.

К ее разочарованию, ей не удалось снова разжечь внутри его огонь. Поправив одежду, он открыл свой портфель, достал из него бумаги и начал их просматривать. Люси быстро повернулась лицом к окну, боясь, что выражение ее лица выдаст ее мысли. Она надеялась, что он ничего не заметил до того, как переключил свое внимание на бумаги.

А если он все‑таки заметил…

Люси сглотнула. Если он все‑таки увидел выражение ее лица, наверное, понял, что она в него влюбилась, но никак на это не отреагировал, потому что не разделял ее чувств.

После того как она устроила ему сюрприз, встретив его на аэродроме и занявшись с ним сексом в лимузине, он пребывал в каком‑то странном расположении духа. Она никогда не знала, что творится в его голове, потому что он редко делился с ней своими мыслями. Временами у нее возникало такое чувство, что они друг от друга отдаляются, несмотря на то что живут под одной крышей и спят в одной постели. Иногда он расслаблялся и делился с ней своими переживаниями. Ее сердце тянулось к человеку, которого она разглядела за воздвигнутыми им защитными барьерами. К человеку, который в детстве страдал из‑за отсутствия родительской любви и поэтому научился держать свои чувства под замком. Она надеялась, что он начал привязываться к своему приемному сыну. Что с ее помощью он научится быть хорошим отцом.

Но ее задача осложнялась тем, что Дракос часто отсутствовал дома. Когда он снова улетел по делам, ее чувство неуверенности усилилось. На этот раз он отправился в Индонезию вместе с Эми. Он снова звонил Люси в перерывах между делами, если его свободное время не совпадало с темным временем суток в Лондоне. Люси проводила дни с Ксандером, и общение с ним доставляло ей истинное удовольствие. Когда она приходила в детскую по утрам, он встречал ее радостной улыбкой. Когда она зарывалась лицом в его шелковистые черные волосики и вдыхала сладковатый запах, присущий младенцу, чувствовала безграничную радость. Это был лучший малыш на свете, и она любила его, как родного сына.

Стоя рядом с кроваткой, Люси пела колыбельную засыпающему Ксандеру, когда со стороны двери донесся еле слышный шорох. Подняв глаза, она увидела Дракоса, стоящего в дверном проеме, и ее сердце подпрыгнуло. Когда Люси убедилась, что Ксандер уснул, она покинула детскую и присоединилась к Дракосу, который ждал ее в коридоре. Они давно не виделись, и от его мужественной красоты у нее захватило дух, несмотря на то что выражение его лица было более суровым, чем обычно.

– Как долго ты здесь стоишь?

– Довольно долго.

– Я думала, ты вернешься не раньше пятницы.

– Я знаю. Я тебе звонил некоторое время назад, но ты не брала трубку.

– Я купала Ксандера.

– Ясно, – улыбнулся он. – У тебя мокрые волосы.

Люси смущенно пригладила выбившиеся из косы пряди.

– Мне надо пойти причесаться. Не хочешь пожелать Ксандеру спокойной ночи?

Он покачал головой:

– Нет, я боюсь его разбудить. Я загляну к нему утром. В Найтсбридже открылся новый итальянский ресторан, – произнес он после небольшой паузы. – Мы там еще не были. Не хочешь поужинать в ресторане, Люси?

– С удовольствием, – искренне ответила она. – Пойду переоденусь.

– Может, наденешь то зеленое платье, которое было на тебе на днях? – небрежно предложил он и направился в свою гардеробную.

Приводя себя в порядок, Люси подумала, что ее муж сегодня какой‑то странный. Что‑то произошло во время его поездки в Индонезию? Может, он встретил там другую женщину и понял, что брак по договоренности ограничивает его жизнь? Он поэтому попросил ее надеть наименее сексуальное из ее платьев, у которого высокий ворот и подол до колен?

В машине она молчала, но Дракос не обратил на это внимания, поскольку был занят своими мыслями. Только когда они сели за столик в глубине зала ресторана с приглушенным освещением и им принесли два коктейля «Беллини», она набралась смелости и, глядя в черные глаза своего мужа, задала ему вопрос, который не давал ей покоя весь вечер.

– Что‑то случилось, Дракос?

Он довольно долго молчал, и этого времени хватило, чтобы к ее глазам подступили слезы, а сердце учащенно забилось.

Когда она услышала его ответ, оно застучало еще сильнее.