Ужин в клубе в субботу стал настоящим праздником. Наоми всегда нравился клуб, и, как только женщины были допущены, она не преминула воспользоваться этим новым правом. Они с Сесилией и Симоной инициировали ремонт и сделали все возможное, чтобы придать клубу шика.

Конечно, им не дали полную свободу действий. Зато было вдоволь покраски входа ресторана и отделки дамской комнаты. Местные почетные члены слишком ценили традиции, чтобы по собственной воле отказаться от техасских артефактов, документов и картин, украшавших стены, из которых Наоми понимала только некоторые. В конце концов, она тоже уроженка Техаса. Но по крайней мере, эти стены приобрели мягкий серый оттенок, свежую отделку, и даже при тусклом освещении помещение казалось больше.

Наоми и Тоби сидели напротив друг друга. Она украдкой бросила на него взгляд и томно вздохнула. Столовая в клубе почти не изменилась за прошедшие десять лет. Несмотря на косметический ремонт, все осталось на своих местах – первоклассная кухня и дух старины и традиций. Столы были покрыты белоснежными скатертями, на каждом стояла небольшая ваза с одной желтой розой. Из невидимых глазу динамиков лился джаз, от латунных бра исходило мягкое свечение. Несмотря на традиционность заведения, клиенты здесь были всех возрастов. Люди общались между собой, время от времени раздавались взрывы смеха.

Сегодня Тоби показался ей особенно неотразимым. Белоснежная рубашка, черные брюки и куртка. Ботинки начищены до блеска. Картину завершала черная широкополая шляпа, которая придавала ему опасный вид. Наоми была взволнована.

Он так ничего и не сказал по поводу поцелуя. Скорее всего, это не произвело на него столь неизгладимого впечатления, как на нее.

Тем не менее ей хотелось напомнить об этом, поэтому свой наряд она выбирала особенно тщательно. Короткое красное платье плотно облегало фигуру и выставляло на обозрение круглый живот, который Наоми гордо демонстрировала, квадратный глубокий вырез подчеркивал изрядно увеличившуюся грудь. Красные лодочки на высоком каблуке добавляли ей роста, а ноги в них казались особенно длинными.

Тоби обратил на это внимание еще вечером. В его взгляде Наоми заметила одобрение. Правда, в остальном он вел себя сдержанно, вежливо и даже немного отстраненно, особенно после того, как они сели за столик.

Два дня назад она спонтанно поцеловала его и обнаружила больше, чем рассчитывала. Когда их губы встретились, а его руки обвили ее плечи, Наоми почувствовала, что ожила. Вспоминая об этом, она слегка поерзала на стуле.

Все имеет свою цену. Она была шокирована, когда увидела в его глазах смятение и тревогу. Потом он объявил, что ради общего блага они не должны этого делать, и пошел дальше.

Наоми до сих пор злилась на него за это. Когда она принимала решение, ей не нравилось, если кто‑то пытался на него повлиять. Она не из тех, кто прыгает в постель к первому встречному, не думая о последствиях.

Наоми опустила глаза на живот. Хотя нет, однажды поступила именно так. Может быть, и Тоби считает, что раз уж она переспала с Джио, то не откажет и ему?

Какое унижение!

Особенно учитывая, что это правда. Если бы он сделал ей подобное предложение, она бы, ни минуты не сомневаясь, прыгнула к нему в постель, позабыв о соглашении, которое они заключили. Еще никогда и ничьи поцелуи так не кружили ей голову, очень хотелось узнать, на что он вообще способен.

– О чем задумалась? – негромко поинтересовался Тоби.

– Что? – Наоми была искренне рада, что он не умел читать мысли.

– Просто запомни: никогда не садись за покерный стол. – Он покачал головой. – Я уже несколько минут наблюдаю за выражением твоего лица. Оно меняется с каждой новой мыслью, которая появляется у тебя в голове. Что происходит?

– Ничего.

Конечно же, она хотела обсудить то, что произошло между ними два дня назад, но сейчас явно не время и не место.

– Мысленно составляю список того, что нужно взять в поездку.

– Ага. – Нет, он не купится на эту отговорку, хотя и принял такой ответ. – Ладно. Уэс сказал, что самолет в нашем распоряжении.

Тоби договорился с Уэсом Джексоном. В Лос‑Анджелес они с Наоми полетят на личном самолете. Наоми с нетерпением ждала поездки и нервничала, а потому обрадовалась предстоящей возможности расхаживать по салону взад‑вперед, таким образом успокаиваясь и собираясь с духом.

Тоби позаботился не только о перелете, но и о гостинице. Все взял в свои руки и сообщил Наоми только тогда, когда пришло подтверждение. В прошлом это могло вызвать у нее раздражение. Она считала себя взрослой, самостоятельной женщиной, которая в состоянии забронировать гостиницу. Но сейчас она испытывала к Тоби благодарность. Как это мило, что он решил обо всем позаботиться. Их поцелуй действительно повредил важные связи в ее мозгу.

– Не нужно было тревожить Уэса.

Тоби пожал плечами:

– Самолет все равно стоит без дела. К тому же это воздушная реклама.

– Да. – Она неуверенно улыбнулась ему. Глаза Тоби блестели. – Спасибо, что ты летишь со мной.

– Почему?

– После того как…

Ей таки удалось поднять тревожащую тему.

– Ты оказалась права. – Тоби постучал пальцами по скатерти.

– Неожиданно. – Наоми старалась говорить вполголоса, пока не понимала, к чему он клонит. – Однако приятно слышать. В чем именно я права?

Он подался ей навстречу:

– В том, что мы должны быть нежнее друг к другу на людях. Необходимо заставить окружающих поверить в то, что мы – пара. – Словно подтверждая свои слова, он взял Наоми за руку.

Тепло его руки достигло ее сердца. Большим пальцем он поглаживал чувствительное место на запястье, не сводя с нее глаз.

– Я всегда буду с тобой, Наоми. Таков наш уговор. И ты знаешь, я всегда держу слово.

– Я никогда в тебе не сомневалась.

Что бы ни случилось, Тоби Маккритик оставался верен обещанию. «И это значит, что он никогда не нарушит условие, которое касалось секса», – подумала она с тоской. Инициатива только в ее руках. Остается лишь разобраться, чего она хочет на самом деле.

– Хорошо. Будем нежны друг к другу и покажем всем, насколько этот брак искренний. При этом, конечно, придерживаясь условий, обозначенных ранее.

Расставив все точки над i, Тоби удовлетворенно откинулся в кресле и принялся за кофе.

Наоми, молча, злилась. Как можно одновременно выиграть и потерпеть настолько крупное фиаско?

– Наоми! – Сесилия с улыбкой спешила к их столику. За ней, не отставая, следовал Дикон. – Как здорово, что мы пересеклись! Привет, Тоби. Не хотела отвлекать вас, но мне просто необходимо с кем‑то поделиться.

Подруги обнялись.

– Что случилось?

Сесилия схватила мужа за руку.

– Мы только сегодня узнали, что у нас будет девочка. – Она часто моргала, пытаясь бороться со слезами. – Я плачу весь вечер. Никак не могу остановиться. Даже не хочу! Наоми, у меня будет дочка!

Они с Наоми снова обнялись. Наоми поцеловала Дикона в щеку.

– От души вас поздравляю.

– Да, и я. – Тоби потряс Дикона за руку. – Прекрасные новости.

– Это так. – Дикон привлек Сесилию к себе. – Если унаследует хотя бы половину красоты своей матери, она будет прекрасна.

– Дикон. – Сесилия украдкой утерла слезу и, встав на цыпочки, поцеловала мужа. – А когда вы узнаете? Мне так интересно, кого вы ждете.

– Я как‑то не думала об этом, – призналась Наоми. Не может же она сказать подруге, что лишь пару недель назад приняла тот факт, что ждет ребенка.

– А как вы подготовитесь? – недоумевала Сесилия. – Ведь нужно знать пол ребенка?

– Я подумаю об этом.

– Хорошо. Теперь мы поужинаем и начнем планировать будущее нашей девочки. – Сесилия засмеялась. – Наоми, мне обязательно понадобится твоя помощь в детской.

– С удовольствием помогу.

Это станет хорошей практикой перед тем, как она устроит детскую на ранчо. Странно, но Наоми даже не задумывалась над этим. Неудивительно, ведь у нее много других дел.

– Поговорим позже.

Когда счастливые супруги скрылись из вида, Наоми заняла свое место.

Сесилия любила своего мужа, и Дикон отвечал ей взаимностью. Какая удача! Наоми бросила на Тоби мимолетный взгляд. Конечно, он любит ее. Но они не влюблены друг в друга, в этом‑то и разница между друзьями и любовниками. Тем не менее ей грех жаловаться. Тоби с ней, рядом. И с готовностью изменил ради нее свою жизнь.

Они поцеловались. Это подняло в ее душе чувства, о которых она прежде и не догадывалась. Может ли между ними сложиться нечто большее, чем просто дружба? И стоит ли рисковать дружбой, чтобы узнать правду?

Лос‑Анджелес, большой и шумный, тотчас покорил сердце Наоми. Все здесь по‑другому, начиная от запруженных транспортом улиц до толп туристов, слонявшихся по Голливудскому бульвару. Наоми почувствовала небывалый прилив энергии. Кроме того, на нее положительно действовало присутствие Тоби.

Все, начиная с перелета на частном самолете и заканчивая роскошным номером в фешенебельном отеле, приводило ее в восторг. Они с Тоби словно попали в сказку. В просторном номере, оформленном в спокойных тонах, было две спальни, деревянные полы, сияющий полоток и стеклянные столы. Терраса, вымощенная плиткой, так и манила остановиться и полюбоваться городом. Газовый камин работал в гостиной, несмотря на июнь. Воздух в Северной Калифорнии влажный из‑за океана. Наблюдать за огнем было уютно и приятно.

Первую ночь Наоми провела в одиночестве и без сна. Она нервничала не только перед встречей с продюсером утром, но и из‑за того, как развивались события у них с Тоби. Он был с ней и одновременно где‑то далеко.

Свое слово он держал перед Ребеккой. Проявлял к ней нежность, но, когда они оставались одни, занимался своими делами. Вероятно, в заблуждении она только и думала о поцелуе, фантазируя о том, к чему это могло привести.

– Как прошла встреча?

Тоби сел напротив, ослабил узел галстука и снял пиджак. Рукава рубашки закатал, положил одну ногу на другую. Ветер развевал ему волосы. Наоми усмехнулась: он не изменял своим ковбойским сапогам даже в городе.

Они сидели на террасе, вечер уже вступил в свои права. На столике стояли два бокала и ведерко со льдом, в котором покоилось шампанское. День выдался длинный. Наоми встретилась с продюсером. Тоби занимался вопросами получения патента.

Она глубоко вдохнула и шумно выдохнула. Как можно описать свои эмоции, слушая, как Тамара расхваливает ее шоу? Всю жизнь она хотела, чтобы ее труды были оценены или хотя бы замечены. Вероятно, это желание выросло из‑за очевидного пренебрежения со стороны родителей, хотя потом появилась и другая мотивация. Наоми уже делала то, что нравилось. Ей хотелось доказать всем, а главное, себе, что она не просто дочь богатых родителей. Ей есть что предложить миру.

Конечно, шоу о моде и красоте не сравнится с изобретением лекарства от рака, однако Наоми помогает людям, дает им советы, как лучше выглядеть, как направить свою жизнь в правильное русло. Внешний вид – отражение состояния души. Ей нравятся работа и то, что ее шоу оценили зрители.

Сейчас, в Голливуде, она наконец приблизилась к своей мечте. Появились люди, которые хотят продюсировать ее, увеличить аудиторию шоу, помочь Наоми быть услышанной. Она была в предвкушении.

Правда, сейчас, глядя на Тоби, она не находила слов, чтобы рассказать обо всем, и все еще сомневалась. Ей нужно время подумать.

– Наоми. – Тоби озабоченно всматривался в ее лицо. – Все прошло плохо?

– Нет. Все было хорошо. Тамаре очень понравилось шоу, она сказала, что у него есть потенциал.

Тоби нахмурился:

– Потенциал? Что это значит? Оно уже популярно в Техасе. Черт, зачем она вообще пригласила тебя?

– Спасибо. Я и сама так подумала.

Она принялась прогуливаться по террасе. Тоби прав: ей действительно нужно ходить, когда она над чем‑то раздумывает. Правда, сегодня Наоми почувствовала, что в состоянии дойти хоть до самого Техаса и обратно, но мысли в голове не прояснятся.

Вернувшись к столу, она даже не взглянула на Тоби, развернулась и устремила взгляд вдаль, на холмы.

– Тамара сказала, что для того, чтобы шоу стало популярнее, нужно внести некоторые изменения. Декорации, сюжеты. Это много.

– Но если оно ей понравилось, зачем что‑то менять?

Наоми оглянулась на него через плечо:

– Я тоже задалась этим вопросом.

– Так и нужно. – Он встал рядом.

Теплый морской бриз овевал ее лицо. Наоми откинула волосы, вздохнула и посмотрела на Тоби. Он так спокоен и силен. Она благодарна ему за то, что он полетел вместе с ней. Наоми чувствовала себя не в своей тарелке. В Рояле и даже в Хьюстоне она довольно известна, а здесь на равных правах пытается пробить себе дорогу к славе.

– Тамара сказала, что в шоу есть своя изюминка. Не обошлось и без Маверика, из‑за него обо мне и о программе много писали в Интернете. Она сказала, что это вызвало к нему повышенный интерес, и сейчас самое время поднять его уровень.

– Так.

Она снова устремила взгляд вдаль.

– Но чтобы стать еще популярнее, ему, по словам Тамары, надо придать лоска. Она сказала, что не всем нравится дух провинциальности.

– Провинциальности? Хьюстон и Даллас уже купили трансляцию и при этом ничего не захотели менять. А ведь это немаленькие города.

– Все так. – Тоби подтвердил ее мысли. – Она сказала, что взялась бы работать с шоу, если наймет других сценаристов и режиссера.

– Взялась бы?

– Никаких гарантий она дать не может, – признала Наоми. – А если бы гарантировала, я бы ни за что не поверила. Но мне не кажется, что с моей текущей студией что‑то не так.

– А мне кажется, там все неплохо, – возразил Тоби.

– Вся команда очень профессиональная. Даже интерны из колледжа знают свою работу.

Все это она озвучила и Тамаре.

– Это так.

– Также она сказала, что хочет записать пилот здесь, в Голливуде.

Он замер.

– Тебе пришлось бы переехать.

– Да. – Наоми смотрела ему в глаза и пыталась понять, что он задумал. Выражение лица Тоби оставалось непроницаемым. – В теории записать весь первый сезон можно быстро, мне пришлось бы прожить в Калифорнии пару месяцев.

Тоби глухо повторил ее последние слова.

И они замолчали. Наоми не знала, что и думать, снова и снова вспоминала прошедшую встречу, пыталась понять, как относится к перспективе переезда в Калифорнию. Какие будут последствия для Тоби и ребенка? У нее не было ответов на эти важные вопросы.

– Тоби, я в Голливуде, – наконец обронила она с тоской в голосе. – Они – мастера своего дела. Это шанс, которого я ждала всю жизнь.

– Ты добилась своего. – Голос ровный, спокойный.

– Ну, не знаю.

Наоми теперь уже не знала, чего именно хочет.

В Лос‑Анджелесе прекрасно. Голливуд манил ее. Все вокруг было волшебным, даже их легендарный отель, где в свое время останавливались звезды. Город притягивал актеров и певцов. Они слетались на свет его манящих огней.

Здесь исполнялись мечты. Ну, или разбивались вдребезги.

Наоми больше не была уверена, хочет ли того, что ей могли здесь предложить.

– И снова всплыло видео Маверика.

Она покачала головой. Все‑таки удивительно, как это гнусное видео повлияло на ее жизнь.

– Не само видео, а то, как ловко мы разыграли карты. Меня оно натолкнуло на мысли о развитии шоу.

– Не мы, Наоми. Это всегда была лишь ты, – вкрадчиво убеждал Тоби. – Именно ты уложила Маверика на лопатки. И здесь мы тоже благодаря тебе.

Она улыбнулась и поправила волосы.

– Это действительно так. Но без тебя, Тоби, мне это никогда бы не удалось. Именно ты убедил меня в том, что нельзя скрываться. Ты был со мной, поддерживал, помогал, ты стал отцом для моего ребенка…

Его глаза потемнели. Кажется, впервые ее не тревожило, что он может о ней подумать. Наоми дышала полной грудью.

– После того как мы поцеловались, я думаю только об этом. – Ее рука нашла его ладонь, покоившуюся на перилах.

– И я. – Он посмотрел на их руки, потом ей в глаза.

– Наша договоренность… – Она провела языком по губам. – Грань, которую мы не должны переступать…

– Да? – Его глаза снова потемнели.

– Я хочу тебя.

Он потянулся к ней, она сделала шаг ему навстречу. Обнявшись, они слились в страстном поцелуе.

Наоми обвила руками его шею, и они словно растворились друг в друге. Тоби ласкал ей спину, ее кожа горела под его прикосновениями. Наоми хотела как можно скорее избавиться от одежды и слиться с Тоби в одно целое.

Внезапно он отстранился. Она испугалась, что он снова передумал.

Он подхватил ее на руки.

– Довольно.

– Тоби!

– Тихо, – процедил он сквозь зубы. – Мы слишком далеко зашли, чтобы теперь останавливаться. Конечно, если ты против, только скажи.

Она взяла его лицо в свои ладони.

– Я хочу этого. Быстрее!

– Вот это моя женщина!