Мейсон был в двух кварталах от здания, в котором находилась его контора, а также частное сыскное агентство Пола Дрейка, когда его осветили прожектором полицейской машины и сирена заставила его прижаться к обочине.

Мейсон выключил мотор и с хмурым видом дожидался, когда к нему подъедет машина, за рулем которой сидел сержант Голкомб.

— Ну, — спросил он, — что за переполох?

Голкомб ответил:

— С вами хотят поговорить двое джентльменов.

Из задней двери автомобиля вылез Шериф Барнес, за ним следом мужчина, лет на десять моложе шерифа, который мгновенно взял на себя инициативу в разговоре:— Вы Мейсон?

Адвокат кивнул.

— Я Раймонд Спраг, районный прокурор из Сан-Молинаса.

— Рад знакомству.

— Мы хотим с вами поговорить.

— О чем?

— Об Эллен Монтейз. Где она?

— Не знаю.

Шериф предложил:

— Лучше бы мы пошли куда-нибудь, где нам не будут мешать.

— Моя контора в двух кварталах отсюда, — напомнил Мейсон.

— И детективное агентство Дрейка там же? — спросил Спраг.

— Да.

— Вы ехали туда?

— А зачем мне туда и разве это имеет значение? — пожал плечами Мейсон.

— Мне кажется, имеет.

— Я не умею читать чужие мысли, — заметил Мейсон.

— Это не ответ на мой вопрос.

— Разве вы задавали вопрос?

Шериф поспешил вмешаться:

— Подождите, Рэй, это нас ни к чему не приведет. — Многозначительно посмотрев на любопытных прохожих, которые уже начали скапливаться вокруг, он добавил: — Дело от такого препирательства не сдвинется с места. Поехали в контору Мейсона.

— Вот и прекрасно. — Мейсон захлопнул дверцу и завел мотор.

Полицейские ехали вплотную за ним. Они вместе с ним поднимались на лифте и одновременно вошли в помещение. Сержант прежде всего заявил с нескрываемым злорадством:

— Теперь не жалуйтесь, что я вас не предупреждал в отношении этого типа!

— Меня вы не предупреждали, — сразу же вскинулся Спраг, — вы говорили только шерифу.

— По какому поводу столько шума? — спросил Мейсон.

— Что вы сделали с Эллен Монтейз?

— Ничего.

— У нас иное мнение! — сказал Спраг.

— Может быть, вы мне объясните, каково ваше мнение?

— Вы вынудили Эллен Монтейз бежать!

Мейсон повернулся к ним, приняв свою излюбленную позу: ноги врозь, корпус немного наклонен вперед, руки в карманах.

— Давайте сразу же внесем ясность в наши взаимоотношения. Я представляю интересы Эллен Монтейз. И я также представляю интересы Чарлза Сейбина. Я пытаюсь разрешить загадку убийства Фремонта К. Сейбина. Именно за это мои клиенты заплатили мне деньги. Вам, джентльмены, платят жалованье за ту же самую работу. Естественно, вы принялись за дело по-своему, а я по-своему.

— Мы хотим допросить Эллен Монтейз! — закричал Спраг.

— Ну и допрашивайте себе на здоровье! — Мейсон прямо смотрел в глаза районному прокурору.

— Где она?

Мейсон неторопливо вытащил из кармана портсигар.

— Я уже говорил, что не знаю этого. Не в моих привычках бросать слова на ветер!

— Вряд ли вас устроит, если я предъявлю вам обвинение в соучастии, — с угрозой сказал Спраг.

— Меня совершенно не волнует, какие обвинения вы собираетесь мне предъявить, — ровным голосом ответил Мейсон. — Однако не забывайте, что если вы действуете в рамках закона, то такое обвинение предъявляется лишь в том случае, если вы докажете, что я помогал преступнику. Могу ли я на основании ваших слов сделать вывод, что вы считаете Эллен Монтейз убийцей?

Спраг вспыхнул и с вызовом сказал:

— Да.

Более осторожный шериф забеспокоился:

— Подождите, Рэй, нельзя же покупать подойник раньше коровы!

— Я знаю, что делаю! — огрызнулся Спраг.

Мейсон повернулся к шерифу:

— Мне думается, мистер Барнет, мы сумеем найти с вами общий язык.

— У меня нет такой уверенности, — покачал головой шериф, вытаскивая из кармана кисет с табаком и принимаясь набивать видавшую виды трубку. — Вам придется очень многое объяснить, прежде чем я снова почувствую к вам доверие.

— Что, например?

— Я считал, что вы хотите со мной сотрудничать.

— Я и сотрудничаю с вами, в том плане, что я стараюсь отыскать убийцу Фремонта К. Сейбина.

— Мы тоже стараемся это узнать.

— Не сомневаюсь. Только наши методы разные.

— Мы не любим, когда нам мешают в нашей работе.

— И это я понимаю, потому что испытываю те же самые чувства.

Спраг рассердился:

— Не тратьте время на пустые разговоры!

— Если вы хотите его обвинить в пособничестве и мошенничестве, — сказал сержант, — я с величайшим удовольствием заберу его в тюрьму.

Мейсон зажег спичку, дал прикурить шерифу, затем закурил сам. Через секунду Мейсон обратился к Спрагу:

— Ну и как, доставите ему такую радость?

— Наверняка! — фыркнул Спраг. — Только сначала раздобуду доказательства.

— Вряд ли вы многое найдете в этом кабинете, — улыбнулся Мейсон.

— Скажите только полслова, и я отвезу его в управление! — гнул свое сержант.

Шериф повернулся к нему:

— Послушайте, друзья. Вы меня извели за то, что я кое-что сообщил Мейсону. Но я до сих пор не могу понять, почему вы оба так уверены, что он окажется нашим противником при расследовании. Ведь до этого он ни разу не ошибался в своих выводах… Лично я не намерен проявлять какого-либо антагонизма, пока меня не убедят факты, что я имею для этого веские основания. — Он повернулся к Мейсону: — Известно ли вам, что пистолет, из которого убили Сейбина, был взят из коллекции при библиотеке в Сан-Молинасе?

— Ну и что, если так?

— А библиотекарша Эллен Монтейз сочеталась браком с человеком, назвавшимся Джорджем Болдманом, в котором соседи сразу же узнали Фремонта К. Сейбина?

— Валяйте, — насмешливо сказал сержант, — выложите ему все, что вам известно, а потом, оставшись один, он всласть посмеется над вами!

— Ничего подобного, — отозвался Мейсон, — я искренне хочу работать вместе с вами. Поскольку мы выяснили это, джентльмены, то, по всей вероятности, вы обратили внимание на то, что под навесом маленького бунгало, в котором живет Эллен Монтейз, в клетке находится попугай Казанова, ранее принадлежавший Сейбину, и что попугай, найденный в горной хижине, — та самая птица, которую Сейбин приобрел недавно в зоомагазине на Пятой авеню в Сан-Молинасе.

На минуту глаза шерифа широко раскрылись.

— Это точные сведения? — спросил он.

— Абсолютно.

— Он пускает нас по ложному следу! — с негодованием заявил сержант.

— Если вы все это знали, — сказал Спраг, — и все же скрыли Эллен Монтейз в таком месте, где мы не могли ее отыскать, мне думается, у меня достаточно оснований для того, чтобы обвинить вас в соучастии.

— Давайте, — пожал плечами Мейсон, — в законе прямо говорится, что к уголовной ответственности привлекаются лица, оказавшие помощь лицам, уличенным в преступлении и обвиненным в них. Насколько мне известно, ни то, ни другое к Эллен Монтейз не относится. Кроме того, я не думаю, что она совершила что-либо противозаконное.

— Зато я так думаю! — крикнул Спраг.

— Самое обычное расхождение в мнениях, — заметил Мейсон и снова обратился к шерифу: — Возможно, вам будет интересно знать, шериф, что попугай, сидящий в клетке Эллен Монтейз, все время повторяет: «Положи пистолет, Эллен! Не стреляй! Господи, ты меня застрелила!»

Шериф вскинул голову:

— Как вы это расцениваете?

— Пока никак. Конечно, самое естественное объяснение — это то, что попугай присутствовал при том, как какая-то Эллен угрожала кому-то пистолетом, а затем, когда ей предложили этот пистолет бросить, выстрелила — и не промахнулась. Однако убийство было совершено не в бунгало у Эллен Монтейз, а в горной хижине за много миль оттуда. Так вот, при этой стрельбе Казанова не мог присутствовать.

— Куда вы клоните? — спросил шериф.

— Просто пытаюсь с вами сотрудничать.

— Мы не нуждаемся в вашем сотрудничестве, — обозлился Спраг, — мне ясно одно: вы получили богатую информацию, допросив Эллен Монтейз. Я даю вам двадцать четыре часа, в течение которых вы должны представить ее полиции. А если вы этого не сделаете, я вас вызову на Большое жюри в Сан-Молинасе.

— Хватит с него и двенадцати! — вмешался сержант.

Немного поколебавшись, Спраг посмотрел на часы и повторил:

— Завтра к полудню доставьте ее на допрос в Сан-Молинас. Ослушаетесь — пеняйте на себя.

Он кивнул сержанту, и они вместе двинулись к выходу.

Мейсон взглянул на шерифа:

— Идете или хотите остаться?

Шериф, опустившись в мягкое кресло, окликнул Спрага:

— Подождите, Рэй.

— Мы здесь ни к чему не придем, — пробурчал тот упрямо.

— Ну что ж, я останусь один.

Шериф с невозмутимым видом принялся попыхивать трубочкой. Мейсон уселся на краешек стола. Спраг, помедлив в дверях, тоже сел на стул. Сержант, не скрывая неудовольствия, облокотился о дверной косяк.

Мейсон заговорил, обращаясь к одному шерифу:

— В доме Сейбина сложилась своеобразная обстановка. Похоже, что мистер Фремонт К. Сейбин и миссис Сейбин договорились о том, что она притворится, будто бы отправляется в кругосветное путешествие, а вместо этого поедет в Рино, проживет там положенное время и добьется с ним развода, избежав всякой огласки. За это она должна была получить, помимо того, что ей причиталось как жене Сейбина, сто тысяч наличными.

— Она не была в Рино. Мы ее нашли на борту парохода, проходящего через Панамский канал, — сказал Спраг, — так что разговоры о Рино из области фантазии.

— Очень может быть, — согласился Мейсон, — но только Ричард Вейд встретил ее в Нью-Йорке в среду седьмого числа. Она вручила ему заверенную копию свидетельства о разводе, а он отдал ей за нее всю сумму полностью и получил расписку. Это как раз то самое важное дело, ради которого он летал в Нью-Йорк.

— Куда вы клоните, Мейсон? — снова задал вопрос шериф.

— А вот куда. Свидетельство было помечено вторником шестого числа. Если оно было выдано до того, как убили Сейбина, тогда все в порядке. Но если развод был получен уже после убийства, тогда свидетельство теряет силу, а миссис Сейбин, как супруга мистера Сейбина, получает свою долю в его капиталах. Весьма сложная и необычайная ситуация!

Сержант с презрением процедил сквозь зубы:

— Послушайте вы, умник! Эллен Монтейз вышла замуж за Сейбина. Она не знала, что он женат. Воображала, что он и правда какой-то Болдман. Отправилась с ним в горную хижину. Мы это установили по метке из прачечной на ее вещах. Она узнает о его обмане. Купить пистолет она побоялась и взяла один из старинных пистолетов в библиотечной коллекции. Возможно, поначалу она просто хотела припугнуть его. Может, это была защита. Но только этот пистолет она взяла с собой в хижину и там застрелила Сейбина. Полетела к Мейсону, чтобы он ее вызволил. Он располагает фактами, которые мог узнать только от нее. Она сказала своей сестре, что поедет в дом Сейбина для объяснения. Очевидно, туда она не попала. Мейсон там был. Туда он поехал со своей секретаршей, а возвратился без нее. Где секретарша? Где Эллен Монтейз? Вы начали допрашивать его, а он тут же попытался пустить вас по ложному следу. Не сомневайтесь, он придумает что-нибудь еще, как только вы попадетесь на приманку.

В дверь из коридора кто-то постучал. Мейсон поднялся и отворил ее — на пороге стоял Пол Дрейк. Он сразу же начал говорить:

— Ну, Перри, представляешь…

И замолчал, увидев присутствующих.

— Продолжай, Пол. Сержанта Голкомба ты хорошо знаешь, а это шериф Барнет из Сан-Молинаса, Раймонд Спраг, тамошний районный прокурор. Так что же ты узнал?

— Ты хочешь, чтобы я говорил при всех?

— Конечно.

— Ладно! Я все это время названивал по междугородному телефону и разослал всех своих ребят во все концы страны. Теперь я точно знаю, что миссис Сейбин доехала до Гонолулу, оттуда отправилась в Рино, остановилась в «Силвер сити бунгало» под именем Эллен У. Сейбин, но протоколы судебных заседаний можно будет проверить лишь завтра утром. Вечером в среду седьмого миссис Сейбин была в Нью-Йорке. Отбыла оттуда в полночь.

— Таким образом до какого часа она находилась в Рино? — спросил Мейсон.

— Насколько нам удалось установить, она вылетела из Рино вечером шестого и прилетела в Нью-Йорк седьмого.

— В таком случае решение о разводе должны были вынести утром шестого, — сказал Спраг.

— Похоже на то, — согласился Дрейк.

— Она должна была присутствовать на суде шестого, — снова сказал Спраг.

— Ну и что же? — поинтересовался шериф.

— Как я понимаю, Мейсон сам подрубил сук, на котором сидел, — усмехнулся с довольным видом Спраг.

— В каком смысле?

— Неужели вы не понимаете, что Мейсон старается отвлечь наше внимание от Эллен Монтейз, подбросив нам для приманки миссис Сейбин? Но если она находилась в Рино на суде, она никак не могла убить собственного мужа в горной хижине.

Мейсон, закинув руки за голову, потянулся, с трудом удерживаясь от зевоты.

— Во всяком случае, джентльмены, я выложил свои карты на стол!

Спраг решительно двинулся к двери.

— Не сомневаюсь, что мы прекрасно сумеем справиться с расследованием. Что же касается вас, Мейсон, вы слышали мой ультиматум: либо вы представите Эллен Монтейз завтра к двенадцати часам перед судом, или же сами предстанете перед ним.

Последним из кабинета выходил шериф. Было видно, что он делал это неохотно. В коридоре он вполголоса спросил:

— Не слишком ли вы торопитесь, Рэй?

Ворчливого ответа Спрага ни Мейсон, ни Дрейк не разобрали.

Вздохнув, Мейсон сказал:

— Ты видишь, Пол, каковы дела?

— Ты и правда куда-то спрятал Монтейз?

— Даю тебе слово, Пол, что не имею ни малейшего понятия, где она находится.

— Мой человек сообщил, что ты встретился с ней возле дома Сейбина, а потом она уехала вместе с Деллой.

— Надеюсь, парень не будет по этому поводу распространяться на стороне?

— Он-то не будет… Но что ты намерен предпринять?

— Я не знаю, где она, поэтому не могу представить ее суду Сан-Молинаса.

— Делла знает.

— Я не знаю, где Делла.

— Господи, Перри, ты сам накидываешь себе петлю на шею.

— Лучше скажи, что тебе удалось выяснить в отношении телефонной отводки.

— Ничего. И чем больше я стараюсь что-то выяснить, тем больше запутываюсь.

— Кто-то из игроков, которые заинтересованы быть в курсе «крестового похода» против притонов, игорных домов и всего такого прочего?

— Исключается.

— Почему?

— Их это не трогает.

— Как это?

— Они слишком хорошо замаскированы.

— Городская комиссия раскопала много неприятных фактов.

— Правильно, но все же на основании этих данных нельзя уличить кого-либо в чем-то конкретном. Всего лишь материал, который заставляет насторожиться, предполагать возможность подкупа среди сильных мира сего. Но разве это впервые? Найдут пару мелких рыбешек, а крупная останется на свободе. Прижмутся к стене и дождутся, пока полиция вытащит невод и удовольствуется малым уловом.

— Полиция? — спросил Мейсон.

— Разумеется. Суди сам, Перри. Ведь всегда, когда обнаруживается какой-нибудь дом свиданий, притон для наркоманов или игорный дом, у полиции часто бывает рыльце в пушку. Я вовсе не хочу сказать, что вся полиция виновата. Нет, лишь кое-кто, причем как раз среди верхов. Начинается очередной «поход» против таких злачных мест, и заинтересованные лица «шепчут словечко» своим отцам-заступникам в полиции, те организуют видимость борьбы, а сами просто дают время поостыть страстям и подают сигнал, когда можно начинать все снова. Им тоже не хочется терять свои барыши.

— Как я понял, ты считаешь, что отводной кабель в хижине Сейбина был сделан не такими вот «заинтересованными лицами» из злачных мест, как ты их окрестил?

— Как мне кажется, тут нет даже одного процента вероятности. Нет, нет, у них сейчас временный перерыв в работе. Нет, Перри, мне кажется, это больше смахивает на частное дело.

— Работа частного детектива?

— Да.

— Кто его нанял?

— С первого взгляда естественно предположить, что это миссис Сейбин, эта дамочка не произвела на меня впечатления кроткой овечки.

— Да, у ее матери не было дурочки-дочери, — согласился Мейсон. — Послушай-ка, Пол, твоя машина здесь?

— Да, а что?

— У меня есть для тебя и для ребят работенка.

— Что именно?

— Мы сейчас быстренько смотаемся в Сан-Молинас.

— Зачем?

— Нам надо украсть попугая.

— Украсть попугая?

— Совершенно верно.

— Казанову?

— Точно.

— Какого дьявола он тебе нужен?

— Попробуй оценить все случившееся, и ты убедишься, что все дело вращается вокруг попугая. Казанова — ключ к решению загадки, не забывай, что убийца Сейбина уж очень пекся о сохранении жизни попугая.

— В силу своего мягкосердечия или любви к животным, это ты хочешь сказать?

— Пока я не могу точно сказать, какими соображениями он руководствовался. Однако кое-какие наметки у меня начинают вырисовываться. Ты помнишь, что говорил Казанова о пистолете?

— Похоже на то, что Казанова присутствовал при том, когда кто-то стрелял. Этот человек взял Казанову и заменил его другим попугаем.

— Для чего это было делать убийце?

— Признаться, не понимаю. История с попугаем меня окончательно запутала.

— Все объяснения, которые я слышал до сих пор, мне тоже кажутся неубедительными. Отсюда я делаю вывод, что попугай играет важную, если не решающую роль в данном деле. Как я полагаю, шериф и районный прокурор больше всего озабочены тем, как бы отыскать Эллен Монтейз. К этому делу они привлекли и Голкомба. У нас развязаны руки. Мы можем спокойно совершить налет на Сан-Молинас.

— Если они поймают тебя, Перри, тебе не миновать тюрьмы.

— Знаю, — усмехнулся Мейсон, — именно по этой причине я не хочу, чтобы меня поймали. Так что, если твоя машина поблизости, поехали!

— Ты утащишь его вместе с клеткой?

— Угу, а на его место посажу другую птицу.

Он подошел к телефону и набрал номер:

— Привет, Хелмонд, говорит Перри Мейсон, адвокат. Я бы попросил вас подъехать сейчас в свой зоомагазин. Мне необходимо купить попугая.