"Доказательство здесь," - сказал Рабенстранге, кивая на банку. "Ядовитая капсула на самом деле была не чем иным, как паразитом, вероятно, генетически измененным, которого ваши друзья ввели в ваш пищеварительный тракт. Он поселился в складке тонкой кишки, откуда мог с удовольствием питаться, выделяя свой яд в вашу систему."

"Разумно," - сказал Чарльз с содроганием. "А я удивлялся, почему не могу найти шрама."

"Ну, теперь у вас есть один," - сказал Рабенстранге. "И будьте уверены, что он уже добавлен в раздел описания в досье, которое мы готовим на вас." Он слабо улыбнулся. "Я подумал, что вы могли бы избавить нас от некоторых проблем, заполнив остальные разделы."

"Я сделаю все, что могу," - сказал Чарльз, глядя в лицо адмиралу и пытаясь понять, что именно он должен сказать. "Но сначала, я полагаю, вы хотите знать, в чем была вся эта неразбериха с Эллипсисом."

"Я думаю, мы уже поняли большую часть этого," - спокойно сказал Рабенстранге. "Хевы где-то подобрали крейсер класса Звездный Рыцарь, восстановили его и надеялись начать войну между Новым Берлином и Мантикорой." Он поднял брови. "Фактически, я бы сказал, самый большой оставшийся вопрос заключается в том, какова ваша роль во всем этом."

Чарльз поджал губы. "Честно говоря, все это была моей идеей. Ну, по большей части," - поспешил добавить он. "Атаки на Сову и Краузе Розиг были полностью делом гражданина капитана Тайлера. Мой план не предполагал никаких потерь, кроме как среди хевов, которые шли на обман с самого начала."

"И солли на борту грузовика в системе Каравани."

"Они везли оружие," - прямо сказал Чарльз. "Мы считаем, они поплатились за это."

Рабенстранге поднял голову. "Мы?"

Чарльз поморщился. "Я полагаю, что уже нельзя загнать джинна в бутылку, не так ли?" - сказал он. "Отлично. Меня зовут... ну, мое настоящее имя не имеет значения. Зовите меня просто Чарльз. Я состою в организации граждан Лиги, которые категорически не согласны с безвольным нейтралитетом нашего правительства в войне между Хевеном и Мантикорой. Мы видим Хевен не только как угрозу для всех остальных звездных наций вокруг него, но и как деспотический режим, который сеет хаос и смерть среди своих граждан. Поскольку Лига в целом не сочла целесообразным выступать на стороне правосудия, мы решили сделать это самостоятельно."

"Интересно," - сказал Рабенстранге. "Герр Вайс упоминал, что у вас есть доступ к необычно обширным источникам информации."

"На самом деле они даже более обширны, чем представляет герр Вайс," - сказал Чарльз. "Во всяком случае, мы услышали об этом проекте Эллипсис, который скрытно проводил гражданин секретарь Сен-Жюст. Мы не знали, каков именно его план, поэтому я отправился в Хевен, якобы чтобы продать некоторую технику Солли, в надежде собрать свежую информацию."

"Что за технику вы предлагали?" - спросил Рабенстранге.

"На самом деле довольно бесполезную," - заверил его Чарльз. "Это была система для подачи ложных изображений на сенсоры военного корабля, что создавало путаницу во время боя. Загвоздка в том, что оборудование должно было находиться на самом вражеском корабле, и нужно было установить невероятное количество устройств, чтобы ослепить все сенсоры корабля. Тем не менее, на бумаге это выглядело хорошо, и я был на пути к тому, чтобы пополнить нашу казну столь необходимыми кредитами, когда меня взяла Государственная Безопасность."

"Но они сделали ошибку. Вместо того, чтобы допросить меня немедленно, они держали меня в одиночке шесть дней. Я полагаю, это делалось чтобы смягчить меня. Но это только дало мне время подумать."

"И вы составили этот план?"

"Я поставил три долговременных цели," - сказал Чарльз. "Во-первых, уничтожить Эллипсис, потому что, какое бы использование Сен-Жюст ни планировал для него, я знал, что это будет разрушительно для Мантикоры и, вероятно, может изменить ход войны в пользу Хевена." Он приподнял бровь. "Корабль уничтожен, не так ли?"

Рабенстранге поморщился. "Да, руками своего капитана," - хмуро сказал он. "Он взорвал свой реактор, когда стало ясно, что он не может сбежать и не может нанести нам серьезного ущерба. Я надеялся захватить корабль хотя бы частично невредимым для исследования."

"Именно поэтому Тайлер и решил уничтожить его," - согласился Чарльз. "Итак первая цель достигнута. Второй целью было уничтожить как можно больше прибывающей техники солли. На самом деле это было намного проще. После того, как я представил свой план и убедил в нем Сен-Жюста, сами хевы были достаточно любезны, чтобы указать мне на Каравани и самую крупную подпольную партию на тот день. Я утверждал, что для того, чтобы вызвать интерес у андерманцев, а также придать сказке правдоподобие, им нужно было видеть, как корабль манти уничтожает ее. Вторая цель достигнута."

"Но зачем эта история с гипертоннелем?" - спросил Рабенстранге. "Сен-Жюст в самом деле полагал, что я поверю в это?"

"Почему нет?" - спросил Чарльз. "Гипертоннели не оснащены идентификационными маяками, извещающими об их присутствии". Он начал разводить руками, но наручники остановили его руки. "Дело в том, что мне нужно было что-то потенциально достаточно ценное, чтобы Мантикора рискнула войной с Новым Берлином, и предлагало такую мощь или маневренность, которые заставили бы Мантикору подумать, что она может выиграть войну с Новым Берлином и убедить Сен-Жюста в том, что Новый Берлин признает оба этих фактора и решит, что он должен немедленно обрушиться на Звездное Королевство, прежде чем оно прикончит Хевен и обратит все свое внимание на них. До сих пор неизвестный гипертоннель идеально подходил для этой роли."

"Изображение герцогини Харрингтон," - медленно сказал Рабенстранге. "Это было ваше устройство генерации фальшивых изображений, верно?"

"Очень хорошо, милорд," - сказал Чарльз, наклонив голову. "Да, к счастью для меня, оно работает с кабелем связи так же хорошо, как и с сенсорами. Хевы были достаточно любезны, чтобы предоставить мне доступ ко всем выпускам новостей, якобы для того, чтобы я мог убедиться, что униформа экипажа Эллипсиса идеальна. Я просто взял собственный отчет манти о возвращении Харрингтон с Цербера, включил изображение в широкофокусный кабель Тайлера и оставил ее, чтобы она была большим красным флагом, когда он начал свой драматический вызов."

"Умно," - буркнул Рабенстранге. "А что, если бы я ее не заметил?"

"Если бы вы не заметили, наверняка заметил бы кто-то другой в Новом Берлине, анализируя записи инцидента," - сказал Чарльз. "В отличие от воображаемого корабля КФМ Заряжающий и столь же воображаемого капитана Грантли, манти не составит проблем доказать местонахождение Харрингтон во время инцидента." Он пожал плечами. "Но на самом деле я не волновался. Я знал вашу репутацию, и я был почти уверен, что вы заметите ее и поймете, что все это мошенничество."

"Поэтому вы втянули в это герра Вайса?" - спросил Рабенстранге. "Чтобы обратить мое внимание на изображение, зная, что я встречался с герцогиней Харрингтон во время ее операции на корабле-рейдере в Силезии?"

"На самом деле я ничего об этом не знал," - сказал Чарльз, на этот раз совершенно честно. "Я больше всего хотел, чтобы герр Вайс - а значит и вы - подсластили пилюлю для Сен-Жюста. Он должен был убедиться, что этот план был наилучшим из возможных вариантов использования захваченного корабля манти, и обещание, что кузен императора будет в нем участвовать, очень помогло в этом отношении."

"Действительно." Лицо Рабенстранджа стало серьезным. "Теперь объясните мне, почему вы не сказал мне всего этого, когда впервые поднялись на борт, и я отделил вас от вашего сторожевого пса. Почему вы тогда мне не сказали?"

"А вы бы поверили мне, особенно после нападения на Сову?" - возразил Чарльз. "Кроме того, если бы мы не разыграли его точно по сценарию, Тайлер мог бы почувствовать, что что-то пошло не так, и просто увел бы Эллипсис обратно в Хевен. Мало того, что у Сен-Жюста будет корабль для каких-то других безумных целей, но у него также будет технология скрытности солли, которую я поместил на борт, чтобы изобразить гипертоннель. Предположительно, она была защищена от копирования, но я не мог рисковать, что специалисты хевов не смогут получить некоторые из ее секретов."

Некоторое время Рабенстранге молча смотрел на него. "Хорошо говорите," - сказал он наконец. "Вероятно, что-то из этого - правда. Вы упоминали три цели?"

Чарльз поморщился. "Третья цель - остаться в живых," - сказал он. "Или, по крайней мере, умереть быстро и не в одной из пыточных камер Госбезопасности. Независимо от двух других целей, я полагаю, что достиг эту."

"Вы уверены?" - возразил Рабенстранге. "Почему вы думаете, что у андерманцев нет своих пыточных камер?"

Чарльз почувствовал, как его желудок сжался. "На самом деле я надеялся, что после моей исповеди - и контактной информации, которую я дам вам, чтобы установить мою личность и полномочия - вы могли бы позволить мне, скажем, тихо уйти?"

"Я, конечно, приму это к сведению," - сказал Рабенстранге. "Но решение о том, что будет с вами - в руках императора."

"Да, я думал, это возможно," - сказал Чарльз со вздохом. "Тем не менее стоило попытаться."

"Тем временем мне сказали, что вам нужно отдохнуть," - сказал Рабенстрандж, вставая. "Если вам станет легче, я сделаю все возможное, чтобы присутствовать на обсуждении вашего дела."

"Спасибо, милорд," - сказал Чарльз. "Скажите мне: ваше свидетельство поможет или повредит мне?"

"Не знаю," - сказал Рабенстранге. "До встречи, герр Наварра."

"До встречи, милорд," - сказал Чарльз, наклоняя голову. "А когда вы в следующий раз встретитесь с герцогиней Харрингтон, передайте ей привет от меня."

* * *

Герцогиня Хонор Харрингтон потянулась, чтобы потереть свою отсутствующую левую руку, внезапно вспомнив, что ее там нет, и опустила руку обратно к древесному коту, лежащему у нее на коленях. "Это," - сказала она, "наверное, самая странная история этой войны. А если учесть некоторые вещи, которые проделали хевы, это о многом говорит."

"Поэтому герр фон Рабенстранге попросил меня лично приехать сюда, чтобы рассказать вам об этом, ваша светлость," - сказал Вайс, желая, чтобы он не чувствовал себя таким чертовски смущенным в ее присутствии.

Но он ничего не мог с собой поделать. В самом деле, учитывая, кем она была и чего она достигла за относительно немного лет своей карьеры, определенное благоговение было не лишним. "И раз уж я все равно здесь, он также хотел, чтобы я передал его личные поздравления по поводу вашего побега из тюрьмы хевов и пожелания скорейшего выздоровления."

"Очень мило с его стороны," - сказала герцогиня. "Пожалуйста, поблагодарите его от меня." Она задумчиво склонила голову. "Хотя мне кажется, что у вас есть что-то более важное."

Вайс взглянул на троих оруженосцев, стоявших свободным, но настороженным полукругом позади нее, затем на древесного кота, который выглядел гораздо более расслабленным, чем оруженосцы, но, несомненно, наблюдал за ним так же внимательно, как и они. "Я не уверен, что понимаю, ваша светлость," - сказал он.

"Я просто имела в виду, что то, что вы приехали сюда вместо того, чтобы поехать к Кромарти, Белой Гавани или кому-нибудь еще в правительстве, предполагает, что вы не собираетесь рассказывать им об этом последнем акте произвола в длинном списке злодеяний Сен-Жюста," - сказала Харрингтон. "В таком случае это было бы основной причиной вашего визита, а поздравления герцога фон Рабенстранге были на втором плане, сейчас же все наоборот."

Мысленно Вайс покачал головой. Сильная, компетентная, находчивая да еще чертова манти умеет читать мысли. "Это правильно, ваша светлость," - признал он. "Император убежден, что Мантикора никоим образом не несет ответственности за то, что произошло у звезды Миша и в системе Иррлихт. Но он также знает, что в империи есть те, кто сомневается. Он чувствует, что ничего хорошего не получится, если допустить, чтобы история была раскрыта более широко, чем это уже есть." Он поднял брови. "Надеюсь, мы можем рассчитывать на вашу скромность в этом вопросе?"

"Совершенно верно," - сказала Харрингтон, и Вайс не услышал в ее голосе двусмысленности или неуверенности. "Если публикация истории вызовет напряженность между Мантикорой и Новым Берлином, давайте сохраним это в тайне во что бы то ни стало. Меньше всего кто-либо из нас хочет, чтобы Сен-Жюст смог вытащить даже скромную победу из своей неудачи."

Она переместила руку в положение для поглаживания челюсти древесного кота. "Что, конечно, сразу же приводит к вопросу, зачем говорить об этом даже мне?"

"Две причины, ваша светлость," - сказал Вайс. "Во-первых, адмирал фон Рабенстранге подумал, что вам было бы приятно, если бы вы узнали, как помогли разоблачить подделку хевов в этом деле, даже если на самом деле вас там не было."

"Никогда не говорите, что я не сделала все, что могла, чтобы бороться за правду и справедливость," - сухо сказала Харрингтон. "Особенно когда все, что от меня требуется - оставаться дома и читать книгу. Что-нибудь еще?"