Эстелла вернулась в особняк, когда солнце уже встало, и проспала до обеда. Отбросив одеяло, она раздвинула шторы и посмотрела на серое, затянутое тучами небо. На ней было то же белое платье, что и накануне, а кружевная накидка валялась на полу.

К ней неторопливо возвращались воспоминания прошедшей ночи. Вскоре после церемонии Криса вся компания погрузились в микроавтобус и тронулась в обратный путь. По дороге все спали, и даже водитель, судя по всему, позволил себе вздремнуть: внезапно машину сильно тряхнуло, и она чуть было не съехала в кювет, но Том в последнюю секунду пришёл в себя и успел вывернуть руль. Эстелла сладко посапывала у гитариста на коленях, то погружаясь в дремоту, то снова просыпаясь. В какой-то момент она открыла заспанные глаза и увидела за окном Англию, залитую светом первых солнечных лучей. Страна потихоньку просыпалась, и девушка наблюдала, как хозяева поливают цветы возле своих аккуратных чопорных домиков, как молодые мамы прогуливаются с детскими колясками, а их мужья идут на работу. Небольшие городишки утопали в зелени, окружённые фруктовыми садами и полями для крикета. И в центре каждого из них непременно стояли гордые старинные часы со скамейкой прямо под ними. Девушка улыбалась, представляя, как влюблённые встречаются в этом месте в назначенный час. Должно быть, в какой-то момент она окончательно уснула и пришла в себя лишь когда микроавтобус уже свернул на Чейни-уок. Она тихо открыла дверь ключом, поднялась по лестнице и, не раздеваясь, легла в постель.

Повернув к себе маленькие серебряные часики, Эстелла с удивлением обнаружила, что проснулась практически в два часа дня. Она поспешила в ванную и столкнулась с Бетти, которая несла в руках стопку отглаженной одежды.

– А, вот и вы, мисс Эстелла, – весело сказала служанка. – Я решила вас не будить, надеюсь, вы выспались? Давайте я принесу вам чай. – И она уже направилась вниз по лестнице, как вдруг обернулась и задумчиво спросила: – А вы тоже поедете, да?

– Поеду?

– С мисс Магдой и мистером Ричардом...

– В «Гусеницу»? – догадалась девушка. – Нет. Не сегодня.

Бетти смущённо улыбнулась:

– Хорошо, мисс. Я оставлю ваш чай у двери ванной.

Ожидая, пока ванна наполнится водой, Эстелла от скуки разглядывала раковину из голландского фарфора. До этого дня она никогда не придавала значения нарисованному на ней бело-голубому узору. Он изображал ветряную мельницу посреди поля, окружённого цветами. Ещё пару дней назад этот рисунок ассоциировался у девушки с какой-то старой сказкой. Но этим утром она видела цветы и бескрайние поля, а ночью бегала по равнине. Её приняли в весёлый чудаковатый коллектив «Электрочашки». И теперь Эстелле казалось, что ей принадлежит весь мир и даже симпатичная ветряная мельница, нарисованная на раковине.

Внезапный глухой стук отвлёк её от раздумий. Создавалось ощущение, словно по лестнице спускают что-то очень тяжёлое. Через какое-то время звук повторился. Затем ещё раз. И ещё. Она закрыла кран и, выглянув наружу, увидела, как Бетти тащит вниз по ступенькам огромный неподъёмный чемодан.

Эстелла поспешно накинула халат и с любопытством последовала за служанкой. Спустившись по лестнице, она обнаружила, что всё фойе завалено всевозможным багажом. Магда стояла у зеркала в дверях, примеряя огромную коричневую шляпу.

– Что происходит? – нахмурившись, спросила Эстелла.

– О, добрый день, – отозвалась юная богачка и повернулась к ней с ослепительной улыбкой. – Скажи, эта шляпка подходит к моему платью? Что-то я не уверена.

– Нет, – машинально ответила Эстелла. Не важно, насколько её сбивали с толку собранные чемоданы, она всё равно оставалась модным экспертом. – Лучше надень чёрную. Так что здесь всё-таки происходит?

– О... – протянула Магда, сменив шляпку. – Мы собираемся в Марокко. Марианна мне сказала, что там намечается грандиозная вечеринка. Даже «Роллинг Стоунз» обещали там спеть. Мне почему-то кажется, что я уже рассказывала тебе об этом... Не важно. Это же и так очевидно, сейчас все едут в Марракеш. А мы же не хотим отрываться от общества. – Она вертела шляпку на голове, стараясь подобрать правильный угол наклона.

– Вы уезжаете... Прямо сейчас? – растерянно поинтересовалась Эстелла.

Блондинка разразилась своим фирменным звонким смехом.

– Ну конечно же нет, глупышка. – Она надула губки, очевидно, разозлившись на шляпу, которая никак не хотела сидеть должным образом. – Сегодня вечером.

Девушка в халате тяжело опустилась на ступени и погрузилась в раздумья.

– Понятно... А как скоро вы собираетесь вернуться? Через неделю?

– Нет, думаю, чуть позже. Месяца через три... Или даже через шесть. Марокко на то и Марокко, чтобы не думать о таких мелочах. А на обратном пути мы думали заскочить на юг Франции. Так что, пожалуй, мы вернёмся весной. Да, это идеально. Терпеть не могу Лондон зимой. – Богачка повернулась к Эстелле: – Как думаешь, ты успеешь к вечеру упаковать свои вещи? Мы выезжаем в шесть.

– Мои вещи?

– Ну да. Пришло время сделать здесь ремонт. Тебе нужно поискать, куда перебраться.

Бетти показалась из кухни с чашкой чая и передала её Эстелле через перила лестницы.

– Мисс Магда, вы возьмёте с собой серую косметичку? – спросила она.

– Хм... Пожалуй, возьму, – пробормотала блондинка, словно уже забыв о разговоре с Эстеллой. – И ещё мне понадобится коробка для шляп.

– Конечно, мисс.

Девушка накрутила на палец рыжую прядь волос. Мысли лихорадочно метались у неё в голове. Как двойняшки могли так просто запланировать поездку в другую страну и даже не обсудить это с ней? Как они могут оставить её без крыши над головой? Она изо всех сил заставила себя сохранять спокойствие и сделала большой глоток чая.

Ричард быстрой походкой вошёл в фойе. Увидев на ступеньках Эстеллу, он бросил на сестру многозначительный взгляд.

– Надо ехать в «Гусеницу», – спокойно сказал он. – Гуого уже, наверное, там.

– Ага, – весело ответила Магда. – Иду. – Она сбросила шляпу и обернулась в сторону лестницы. – Спасибо, нам было с тобой очень весело. Оставь ключ на столе, когда будешь уходить.

И блондинка упорхнула, оставив свою бывшую протеже одну на ступеньках с чашкой остывшего чая.

* * *

Говорят, что настоящее лето в полном понимании этого слова длится в Англии от силы пару недель. Но в этом году солнце решило нарушить традицию и согревало несчастных британцев аж целый месяц. Но, как известно, всему хорошему рано или поздно приходит конец, и вот погода сменилась, вернувшись к своему излюбленному унылому и мрачному виду. Бледно-серое небо могло в любую секунду разразиться дождём. И на улице стало зябко.

Эстелла смотрела на безобразные тёмные облака сквозь окно четвёртого этажа. И пусть где-то внизу суетилась Бетти, укладывая выглаженную одежду в чемоданы близнецов, она чувствовала себя как никогда одинокой. Бронзовые бюсты безразлично наблюдали за ней из-под стола. В комнате, заваленной антиквариатом, было прохладно и очень тихо.

Конечно, в жизни девушки случались ситуации куда страшнее этой. По сути, не произошло ничего по-настоящему ужасного, и она знала, что, как следует поразмыслив, непременно найдёт какой-нибудь выход.

Она понимала, что не может вернуться в Берлогу после того, как окончательно испортила отношения с мальчишками во время их последней встречи. Стоит ей только заявиться, как Джаспер с Хорасом тут же выставят её вон.

Взгляд Эстеллы упал на старый расстроенный клавесин. Ну конечно, Питер! Он возьмёт её с собой в тур, и они будут разъезжать по незнакомым просторам Америки.

Правда, перед этим они с группой должны отыграть кучу концертов в стране... Но, пожалуй, ребята позволят ей остаться на это время в своей квартире. Спустившись к телефону в холле, девушка набрала номер музыканта. Но, увы, телефон был занят. Она звонила снова и снова, но каждый раз безуспешно.

Кто знает, сколько попыток ей ещё придётся совершить, прежде чем получится дозвониться?.. На это легко мог уйти целый день, а ей требовалось поговорить с Питером немедленно. Эстелла нахмурилась, сокрушаясь, что не знает его домашнего адреса.

И тут ей вспомнилась маленькая записная книжка в золотистом переплёте. Магда знала все телефоны и все адреса.

Прикусив губу, девушка осмотрела полчище сумок и чемоданов. Должно быть, заветная книжка лежала где-то здесь. Внимательно прислушавшись, Эстелла попыталась определить, где находится Бетти. Судя по отдалённому скрипу половиц, та убирала одну из спален третьего этажа. Девушка тихо подошла к багажу и стала осматривать его, перерывая бесконечные стопки платьев, чулок, боа и шейных платков. Одна из сумок оказалась полностью забита исключительно помадой и тенями для век.

Здесь было всё. Всё, кроме злосчастной записной книжки.

Эстелла вновь набрала номер Питера, но в ответ услышала всё те же раздражающие короткие гудки. «Да отвяжитесь вы уже от телефона!» – подумала она и со злостью бросила трубку.

Оставался лишь один вариант местонахождения книжки. Судя по всему, она лежала в сумочке у Магды, пока та неохотно ковыряла в «Гусенице» свой омлет.

* * *

Через десять минут Эстелла уже ехала в такси. Мелочь на проезд она насобирала вокруг дома. На ней было простое элегантное платье, красные резиновые сапожки и белый плащ-дождевик со стильным острым капюшоном.

Глядя в окно, девушка продумывала план действий. Возможно, вся проблема заключалась в том, что она не объяснила двойняшкам всей сложности своего положения. Вероятно, они думали, что у неё есть неплохая квартира, а переехать к ним её заставила лишь небольшая размолвка с соседями. Знай Магда, что ей больше некуда идти, она бы определённо предложила ей остаться. Эстелла пригладила волосы. Она не хотела вызывать у друзей жалость. Ей требовалось лишь небольшое сочувствие.

Добравшись на место, она застала Магду, Ричарда, Пенелопу и Гуого за тем же самым столиком, что и всегда. Она подошла и уселась на свободную подушку.

– О, привет, – протянула Магда, в замешательстве глядя на девушку в дождевике. По её виду казалось, будто они не виделись много лет и ей с трудом удалось узнать Эстеллу. – Как у тебя дела? Собралась?

– Почти, – солгала та. Она даже не начала упаковываться. Впрочем, все её жалкие пожитки легко бы уместились в одном чемодане.

Гуого радостно распахнула глаза.

– Стелли, как здорово! Ты тоже едешь в Марокко?

– Нет, – безразлично ответила Эстелла. – Я остаюсь здесь. Ну, знаешь, не могу же я бросить Питера одного. И потом, у меня полно невыполненных заказов.

– Разумеется, – кивнула Пенелопа. Но в её взгляде чувствовалось что-то неприятное. – Должно быть, ты совсем погрязла в работе. Наша собственная Малютка Нелл.

Эстелла тяжело вздохнула, понимая, что её последний обед в «Гусенице» явно пройдёт так же неприятно, как и предыдущий. Она собрала волю в кулак и с интересом слушала разговоры о предстоящем путешествии в Марокко. Из всех собравшихся за столом не ехала только она. Двойняшки уезжали сегодня же вечером, Гуого – в выходные, а Пенелопа собиралась отправиться в путь на следующей неделе. Они весело болтали о сервисе в «Хитроу», о том, какие машины лучше купить в Марракеше, о роскошных домах и об океане. С каждым мгновением Эстелла чувствовала себя всё более незаметной. Она казалась себе не более реальной, чем нарисованное на полу небо или искусственная трава на потолке.

Покончив с мороженым и чаем, ребята засобирались уходить. Но девушка в дождевике вдруг сладко улыбнулась и обратилась к блондинке:

– Задержись, пожалуйста, на секундочку. Я хочу с тобой попрощаться.

Ричард нетерпеливо вздохнул.

– Я подожду в машине, – бросил он и выскочил из кафе.

Дождавшись, пока все остальные уйдут, Эстелла начала свою тщательно подготовленную речь:

– Думаю, мы обе расстроены из-за происшествия в «Хэрродсе», – спокойно сказала она.

– О, забудь. Ничего страшного, – беззаботно ответила блондинка, словно она была единственной пострадавшей стороной.

Подавив в себе нарастающую ярость, девушка продолжила:

– Хорошо, я очень рада, что ты больше не злишься. Я подумала... Может, мне лучше остаться в особняке? Я могла бы присмотреть за ремонтом, помочь с отделкой и проследить, чтобы всё получилось как надо...

– О, ну разве ты не прелесть? – прощебетала Магда. – Но уверена, Бетти справится и одна.

– А ещё я могла бы сшить побольше новой одежды, – поспешила добавить её собеседница. – У меня столько идей! Только представь, ты вернёшься домой, а тебя поджидает новый гардероб.

Блондинка отмахнулась от предложения Эстеллы как от назойливой мухи.

– Я и так вернусь с новым гардеробом. Мы же едем в Марокко, люди привозят оттуда кучу оригинальных этнических вещиц. А потом мы планировали отправиться в Париж.

– Дело в том, – рыжеволосая девушка потупила взгляд, чувствуя, как её охватывает отчаяние, – что мне просто негде больше остановиться.

– У тебя же есть квартира, – услужливо подсказала Магда.

– Я не могу туда вернуться, – тихо произнесла Эстелла. – Мне совершенно некуда идти.

Богачка задумчиво нахмурилась, пытаясь переварить эту мысль. Она с трудом могла представить, что человеку может быть некуда идти. Если по какой-то причине она не могла остановиться в одном из своих домов, она просто направлялась в другой. К тому же в её распоряжении всегда были виллы знакомых и дорогие отели.

– Ну... – протянула блондинка, медленно перекладывая чайную ложку из одной пустой чашки в другую. – Мне очень жаль, но я уверена, ты что-нибудь придумаешь.

– Магда, пожалуйста, – прошептала девушка в дождевике, чувствуя, как её глаза наполняются слезами. Она ненавидела себя за это, но никак не могла сдержаться.

Её собеседница нервно вздохнула, словно этот разговор причинял ей огромные неудобства.

– Послушай, Стеллар, наше время вместе... Это была полная чума, правда! – с невероятным пафосом произнесла она. – Но мы вращаемся в разных кругах. Ты же понимаешь. Мы буквально из разных миров. Нам было клёво, но сейчас правильнее будет закончить наше общение. Так будет лучше, и в первую очередь для тебя.

– Для меня?! – с удивлением воскликнула Эстелла.

– Ну, конечно. – Блондинка смущённо огляделась по сторонам. В «Гусенице» никто не позволял себе повышать голос. Если что-то здесь и разрешалось делать громко, так это смеяться. – Мы разные и созданы для общения с разными людьми. Это в нашем воспитании. Я скоро выйду замуж, заведу детей, буду ходить на светские мероприятия, а ты устроишься работать в какое-нибудь дешёвое ателье или, может быть, станешь служанкой. Зачем тебе задерживаться в моём мире, если в нём всё равно не будет для тебя места?

Девушка в дождевике почувствовала, как в её венах закипает кровь. Магда продолжала трещать о своём счастливом будущем, сравнивая его с невзрачными перспективами низшего класса, к которому она причисляла свою собеседницу. А Эстеллу переполняла злость. Она словно поднималась откуда-то из-под земли, пробивая себе путь сквозь подвалы Лондона и старые чумные ямы. Волна ярости расколола пол кафе, просочилась в ботинки девушки, поднялась по ногам и через позвоночник проникла в голову, разрывая её изнутри. Казалось, это всеобъемлющее чувство способно вытеснить медную краску из её волос, вновь вернув им истинный чёрно-белый цвет.

За столиком-поганкой в белом дождевике и красных резиновых сапогах сидела Круэлла.

– Ну, ты понимаешь, – закончила богачка.

– Да, – ответила её собеседница, улыбаясь так широко, что от этого заболели щёки. Голос девушки стал сладким, как сироп. – Ты будешь болтаться с этими полоумными аристократами, рядом с которыми тебе самое место. Ты выйдешь замуж за какого-нибудь толстого лорда, скучного, никчёмного, с ног до головы одетого в твид. И он будет до конца своих дней терпеть твою вопиющую безвкусицу и полное отсутствие оригинальности. А я тем временем буду работать в ателье. Поначалу. А потом открою свой собственный дом мод. Я буду создавать настоящие произведения искусства и диктовать тенденции, за которыми ты будешь бегать в попытках догнать их и повторить. Но в итоге ты всегда будешь оставаться позади. И стоя у окна в своём шикарном кабинете, я буду смотреть, как ты таскаешь по Лондону своих дурных избалованных детей. Так держать, дорогая, продолжай свою родословную, ведь это единственное, на что ты способна в этой жизни. Но не волнуйся, я буду вспоминать наше общее лето, когда мне понадобится образ истинной посредственности, которую всеми силами надо избегать.

Магда так и осталась сидеть с приоткрытым ртом. Она молчала, не в силах придумать достойный ответ. И тогда Круэлла протянула руку и нежно подтолкнула вверх её маленький острый подбородок. Губы блондинки сомкнулись.

– Желаю чудесно провести время в Марокко, – всё так же сладко проворковала девушка в дождевике. Затем она с большим достоинством поднялась с подушки и, обнажив зубы в подобии улыбки, навсегда покинула «Космическую гусеницу».

И только свернув за угол, она достала из рукава золотую записную книжку, ту самую, которую вытащила из сумки блондинки, пока разносила её в пух и прах.

Немного успокоившись, Эстелла с сожалением подумала о том, что не сможет вернуться в особняк на Чейни-уок даже для того, чтобы просто забрать свои вещи. С серого неба падали крупные капли дождя. Пёстрый поток прохожих превратился в реку из чёрных зонтов. Девушка до самых глаз опустила капюшон своего дождевика, надеясь, что это поможет спасти от холодных потоков воды причёску и макияж.

«Тебе надо вернуться. Надо сделать ей больно. Накажи её, она это заслужила», – шептал в голове знакомый голос.

– Спасибо, что зашла, Круэлла, – сказала она, торопливо шагая сквозь сгущающиеся сумерки. – А теперь ты можешь идти.