К десяти утра, ко времени начала заседания зал суда был забит от отказа. Разнесся слух о том, что предварительное слушание по делу обвиняемой в убийстве Мирны Дейвенпорт в штате Калифорния проходит не совсем обычно.

Тэлберт Вэндлинг улыбнулся Мейсону, когда адвокат вошел в зал суда в сопровождении Пола Дрейка и Деллы Стрит.

— Спасибо за подсказку! Информация о Мейбел Нордж оказалась очень кстати.

— Вы ее нашли?

— Она здесь.

— И какую версию развития событий она представила? — поинтересовался Мейсон.

— Никакой.

— То есть как?

— Она приехала в сопровождении помощника шерифа из Сан-Бернардино. К тому времени, как она здесь оказалась, она решила, что ничего говорить не будет. Здесь она наняла адвоката, и он посоветовал ей помалкивать.

— Вы вручили ей повестку? — спросил Мейсон.

— Разумеется.

— А что с Лос-Анджелесом?

Вэндлинг улыбнулся и покачал головой:

— Они очень-очень осторожны. Хотят, чтобы мы тут сами со всем разобрались.

— И что вы собираетесь делать?

— Пока что собираюсь продолжать дело. Закрыть его я всегда успею. А потом, конечно, у меня может быть спрятан туз в рукаве, который я не собираюсь вам сейчас показывать, потому что пока мы работаем на разные стороны. У нас разные цели.

— А почему у нас разные цели? — спросил Мейсон.

— Вы — адвокат, защищающий обвиняемую, а я — прокурор, представляющий сторону обвинения.

— И какую цель вы преследуете?

— Хочу добиться приговора для убийцы Эда Дейвенпорта.

— Так и я хочу того же самого.

— Тут могут быть расхождения во мнениях. Вы считаете свою клиентку невиновной.

— А вы не считаете?

— Нет, конечно.

— Дайте мне возможность представить кое-какие факты, и вы будете очень удивлены.

— Вы получите все возможности, какие только хотите, — ответил Вэндлинг. — Но только если будете представлять факты.

— Спасибо.

— Так, погодите! — воскликнул Вэндлинг. — Вы не попытаетесь обвести меня вокруг пальца?

Мейсон покачал головой.

— Я пытаюсь добиться оправдания Мирны Дейвенпорт, но я также хочу и поймать убийцу Эдварда Дейвенпорта.

— Окружной прокурор из Лос-Анджелеса много чего мне про вас рассказывал, — сообщил Вэндлинг. — Он говорил мне, что вы хитрый, находчивый, чертовски умный адвокат. И хотя он не говорил прямо, что вы плюете на закон, он намекнул, что вы готовы перерезать горло собственной бабушке, если это даст какие-то преимущества вашему клиенту.

— Почему бы и нет? — ухмыльнулся Мейсон. — В конце концов, предполагается, что моя задача — это представление интересов моих клиентов. И опять же вы не моя бабушка.

— Если я смогу добиться вынесения обвинительного приговора вашей клиентке, Мейсон, за это убийство (а я думаю, что она виновна), то я это сделаю, — объявил Вэндлинг. — Если вы сможете добиться ее оправдания, то вы это сделаете. Это все понятно. Но во всем остальном я готов с вами сотрудничать.

— Насколько я понимаю, вы не хотите для нее обвинительного приговора, если она невиновна? — уточнил Мейсон.

— Нет.

— А как насчет сотрудничества в поисках настоящего убийцы?

— Я только «за», — ответил Вэндлинг. — Я же говорил вам, Мейсон, что предоставлю вам все возможности. Я буду с вами сотрудничать.

— Так, все. Судья идет, — сказал Мейсон.

Судья Сайлер вошел в зал суда, бейлиф призвал присутствующих к порядку, зрители заняли свои места, Мейсон склонился к Вэндлингу и попросил:

— Вызовите Мейбел Нордж следующей. Послушаем, что она скажет.

— Выдернет коврик у меня из-под ног?

— Коврик из-под ваших ног уже выдернут, — сказал ему Мейсон. — Вы парите в воздухе. Вопрос только в том, куда вы упадете.

— Хотелось бы приземлиться на ноги, — признался Вэндлинг.

— Попробуйте вызвать Мейбел Нордж.

Вэндлинг с минуту смотрел на Мейсона, потом обратился к судье:

— С разрешения Суда я хотел бы еще раз допросить доктора Ренолта, но для начала ненадолго вызвать еще одну свидетельницу.

— Защита не возражает, — объявил Мейсон.

Судья Сайлер кивнул.

— Мейбел Нордж, пройдите для дачи свидетельских показаний, — пригласил Вэндлинг.

Мейбел Нордж неохотно поднялась со стула, наклонилась к адвокату, сидевшему рядом с ней, чтобы перекинуться парой слов, затем пошла по проходу к месту для дачи свидетельских показаний и приняла присягу.

— Вы работали у Эдварда Дейвенпорта, пока он был жив? — спросил Вэндлинг.

— Да, сэр.

— Когда вы видели его в последний раз?

— Одиннадцатого числа.

— Это было воскресенье?

— Да, сэр.

— Где вы его видели?

— В Парадайсе.

— И что произошло после этого?

— Мистер Дейвенпорт поехал в Лос-Анджелес. Он выехал из Парадайса около полудня и собирался в тот же день вечером добраться до Фресно.

— Мистер Дейвенпорт дал вам какие-то последние указания перед отъездом?

— Я не понимаю, что вы имеете в виду под словосочетанием «последние указания», — ответила Мейбел Нордж, причем говорила быстро, словно пыталась выдать всю свою версию, пока ее не остановят судья, прокурор или адвокат. — Мистер Дейвенпорт велел мне в случае его смерти передать содержимое одного конверта властям. Он говорил мне, что его жена пытается его отравить и…

— Минутку! — остановил ее судья Сайлер.

— Да, — спохватился Вэндлинг. — Все, что говорил вам мистер Дейвенпорт, не является связующим для обвиняемой, если, конечно, она при этом не присутствовала.

— У нас нет возражений, — сказал Мейсон. — Давайте внесем этот разговор в протокол.

— С какой целью? — спросил судья Сайлер. — Это получаются показания с чужих слов.

— Не уверен, — заявил Мейсон. — Мне кажется, что мы имеем дело с редким исключением из правила представления показаний с чужих слов, и их можно принять как доказательства. У меня нет возражений.

Судья Сайлер колебался.

— Я переформулирую вопрос, Ваша честь, — предложил Вэндлинг и повернулся к свидетельнице. — Мистер Дейвенпорт вручил вам некий конверт еще до последней вашей встречи с ним?

— Да, сэр.

— И что вы сделали с этим конвертом?

— Положила в шкатулку в моем письменном столе.

— Мистер Дейвенпорт дал вам какие-то указания по поводу этого конверта?

— Да, сэр. Он сказал, что его жена пытается его отравить, и в случае его смерти я должна передать этот конверт властям. Еще он говорил, что его жена отравила свою кузину и…

— Вот это определенно слухи, — перебил судья Сайлер.

— Это может быть частью res gestae, — заметил Мейсон.

— Каких еще res gestae? — язвительно спросил судья. — Это очень странная ситуация. Кажется, адвокат защиты готов разрешить представление доказательств с чужих слов, которые могут только навредить его клиентке, хотя Суд не может принять эти доказательства во внимание при рассмотрении дела. Суд больше не станет рассматривать как доказательства любые разговоры между этой свидетельницей и усопшим, если только не будет доказано, что они имели место в присутствии обвиняемой.

— Я хотел бы провести перекрестный допрос по этому разговору, — объяснил Мейсон.

Судья Сайлер покачал головой.

— Суд не намерен разрешать включение показаний с чужих слов и показаний, основанных на слухах, в протокол, независимо от того, хочет этого адвокат или не хочет. В конце концов, существуют определенные правила представления доказательств. Суд считает, что адвокат обязан возражать против показаний, которые наносят ущерб его клиентке, а тут они являются неправомерными, поскольку основаны на слухах или словах другого человека.

— Благодарю вас, Ваша честь, — сказал Мейсон.

Вэндлинг посмотрел на Мейсона. Адвокат улыбнулся ему.

— Вы согласились выполнить определенные вещи, связанные с собственностью мистера Дейвенпорта, в случае определенных событий? — спросил Вэндлинг у Мейбел Нордж.

Она колебалась какое-то время, потом сказала:

— Не думаю, что я должна отвечать на этот вопрос.

— Почему нет?

В дальней части зала со своего места поднялся адвокат.

— Позвольте мне выступить, — обратился он к судье. — Я адвокат, представляющий интересы мисс Нордж. Я хочу помочь прояснить определенные моменты, связанные с делом об убийстве, и помочь в расследовании. Я готов выступить с идеями, которые мы могли бы потенциально рассматривать как факты, хотя моя клиентка не может говорить о них как о фактах, потому что находится под присягой. Я предлагаю следующее. Вполне может быть фактом то, что мисс Нордж, компетентная, верная и преданная своему нанимателю секретарша, получила указания сделать определенные вещи. И она думала, что таким образом помогает заключить сделку, связанную с шахтой, которая представляла огромную важность для Эдварда Дейвенпорта. Узнав о смерти своего нанимателя, она попыталась выполнить последние полученные от него указания. После разговора с прокурором округа, в котором она проживает, мисс Нордж узнала, что по закону всей собственностью, принадлежавшей Дейвенпорту, пока распоряжаться нельзя — вначале должно состояться утверждение завещания.

Судья Сайлер кивнул, но вслух ничего не сказал.

— Мисс Нордж считала, что вдова, являющаяся обвиняемой по этому делу, враждебно настроена к интересам своего мужа и отравила его. Пожалуйста, обратите внимание: я только говорю об ее искренних чувствах, которые не являются доказательствами в данном деле. Я просто объясняю, почему ее отношение к вдове и адвокату вдовы просто не могло быть дружеским, и она не хотела с ними сотрудничать и идти им навстречу. Технически кое-что из того, что она сделала, может противоречить закону. Поэтому я советую ей не отвечать на заданный вопрос.

Вэндлинг поджал губы.

— В понедельник, двенадцатого числа, вы пошли в банк в Парадайсе и положили какие-то деньги на счета?

— Да.

— И снимали какие-то деньги?

— Да.

— Снимали наличные?

— Да.

— Где сейчас находятся эти деньги?

— Мой адвокат поместил их в сейф.

— Вы претендуете на эти деньги?

— Разумеется, нет.

— Кому они принадлежат?

— Это часть наследства, оставленного мистером Дейвенпортом. Могу сказать, что все операции, которые я совершала — размещение денег на счетах и снятие со счета — проводились строго в соответствии с четкими инструкциями мистера Дейвенпорта.

Вэндлинг взглянул на Мейсона. Мейсон покачал головой.

— У меня все. Вы можете проводить перекрестный допрос, — объявил Вэндлинг.

— Спасибо. — Мейсон повернулся к свидетельнице. — Вы сказали, что все, что вы делали, вы делали в соответствии с указаниями мистера Дейвенпорта.

— Да, все правильно.

— Мистер Дейвенпорт велел вам привезти эти деньги в Сан-Бернардино?

— Да.

— И ждать указаний в отеле «Энтлерс»?

— Да.

— И зарегистрироваться там как Мейбел Дейвенпорт?

— Да.

— А не говорил ли он вам, что вы должны передать эти деньги определенному лицу, независимо от того, что может случиться, и независимо от того, кто попытается вас остановить и на каком основании?

Адвокат Мейбел Нордж снова вскочил на ноги.

— Я снова вынужден советовать своей клиентке не отвечать на этот вопрос. Заявляю Суду, что догадки мистера Мейсона могут являться истинным фактом, но я не могу допустить, чтобы моя клиентка ставила себя в такое положение, когда ей нужно признать определенные действия или согласиться с определенными фактами.

— У меня больше нет вопросов, — объявил Мейсон с улыбкой.

Вэндлинг выглядел поставленным в тупик. Мейсон покачал головой и сказал:

— Я хочу снова пригласить доктора Ренолта для продолжения перекрестного допроса.

— Доктор Ренолт, займите место для дачи свидетельских показаний, — пригласил судья Сайлер.

Мейсон медленно поднялся из-за стола, отведенного адвокату, подошел к месту для дачи свидетельских показаний и посмотрел сверху вниз на доктора Ренолта.

— Доктор, вы осматривали Эдварда Дейвенпорта как пациента утром в понедельник двенадцатого числа?

— Я это уже повторял несколько раз.

— И лечили его как пациента?

— Да, сэр.

— Он описал симптомы отравления мышьяком?

— Да, сэр.

— Вы лично этих симптомов не наблюдали?

— Я видел вторичные симптомы, которые вполне могли последовать за первичными, описанными Дейвенпортом. Я не видел первичных симптомов, которые он описал и которые имели место в мое отсутствие.

— Вы очень точно ответили, доктор, — заметил Мейсон. — Теперь позвольте мне задать вопрос, который может оказаться для вас немного неприятным. Видели ли вы Эдварда Дейвенпорта в предыдущий день — в воскресенье, одиннадцатого?

— Это не относится к делу, — заявил доктор Ренолт. — Вопрос не по существу и не имеет никакого отношения к моей профессиональной деятельности.

— Нет, имеет, — заявил Мейсон. — Вы виделись с Эдвардом Дейвенпортом, когда он зарегистрировался в мотеле «Уэлчберг» во Фресно как Фрэнк Л. Стэнтон. Разве не так, доктор?

— Я… я должен отвечать на этот вопрос, Ваша честь? — спросил доктор Ренолт.

— Конечно, должны, — ответил Вэндлинг, внезапно вскакивая на ноги.

— Я обращаюсь к Суду, — заметил доктор Ренолт.

— Вопрос относится к делу. Отвечайте, — приказал судья Сайлер.

— Я… да, я виделся с ним.

— И обсуждали с ним определенные вопросы?

— Мы разговаривали.

— И вы с ним обсуждали лечение, которое должны были назначить ему на следующий день, в понедельник, двенадцатого?

— Я отказываюсь пересказывать разговор, который состоялся между мной и моим пациентом.

— Почему?

— Это врачебная тайна. Пациент передает врачу информацию в конфиденциальном порядке.

— Ответьте только, должны ли вы были найти определенные симптомы с целью назначения лечения.

— Мы в разговоре с мистером Дейвенпортом затрагивали вопрос симптомов.

— Мистер Дейвенпорт сказал вам, что собирается умереть?

— Я не собираюсь передавать свой разговор с мистером Дейвенпортом.

— Мистер Дейвенпорт заплатил вам деньги за то, чтобы представить все так, будто бы он умер. Вы договорились, что он вас вызовет на следующее утро для проведения лечения и опишет вам симптомы отравления мышьяком. Вы должны были помочь ему симулировать потерю сознания после отравления мышьяком, чтобы он будто бы умер в присутствии своей жены. Это так?

— Я не собираюсь отвечать на этот вопрос.

— Вам придется на него ответить, — сказал Мейсон. — Это не конфиденциальная информация.

— Если на этот вопрос будет дан положительный ответ, то это означает сговор, преступление, — пояснил Вэндлинг, который так и продолжал стоять. — Это не информация, переданная в конфиденциальном порядке, Ваша честь!

— Да, это определенно не врачебная тайна, — согласился судья Сайлер.

— В таком случае я могу не отвечать, потому что ответ на этот вопрос может быть использован против меня и вменен мне в вину, — заявил доктор Ренолт.

— Вы отказываетесь отвечать на этом основании? — уточнил судья Сайлер.

— Да.

— Невероятное дело, — сказал судья.

— Согласно плану, который вы разработали вместе с Дейвенпортом и тщательно отрепетировали, вы объявили, что Дейвенпорт мертв, — снова заговорил Мейсон. — Вы заявили, что должны вызвать полицию. Вы заперли домик, но не стали сразу же звонить в полицию, а дали время Дейвенпорту вылезти из окна и сесть в машину, которая специально была припаркована у окна домика, в котором он якобы умер, и доехать в заранее оговоренное место встречи. В том месте стоял домик на колесах. У Эда Дейвенпорта был ключ от этого домика на колесах. Там была приготовлена одежда, чтобы он мог снять пижаму и переодеться, не так ли?

— Я отказываюсь отвечать.

— Он сказал вам, что снимал деньги со счета жены и тратил их, не так ли? И также сказал, что у жены имеется назойливая и постоянно вмешивающаяся не в свое дело родственница, которая постоянно подбивает миссис Дейвенпорт потребовать отчета, и игра для него закончена. Он снял несколько тысяч долларов, а теперь он все перевел в наличные, и если не исчезнет, то против него возбудят дело и начнут уголовное преследование. Разве он не рассказал вам все это и не обратился за помощью?

— Я отказываюсь отвечать на основании своих конституционных прав.

— И разве он не рассказал вам, что отравил Гортензию Пэкстон, а правоохранительные органы теперь заподозрили, что это убийство, и он считает, что будет проведена эксгумация тела? Поэтому он хочет, чтобы его считали мертвым, когда тело эксгумируют, а вас он щедро отблагодарит за помощь, так?

— Я отказываюсь отвечать.

— Когда Дейвенпорт отправился в тот домик на колесах, вы дали ему бутылку виски, в которой был и цианистый калий, — продолжал Мейсон. — Вы знали, что у него в чемодане лежит большая сумма денег наличными, которые он получил в результате операций с активами своей жены. Вы дали ему виски…

— Нет! Я не давал! — заорал доктор Ренолт. — Я не знал, что у него в чемоданах. А если вы такой умный, то что ж вы не вызвали другого участника сговора, который должен был отвезти его в Неваду в этом прицепе?

— Как я понимаю, вы сейчас говорите про Джейсона Л. Бекемейера, частного детектива из Бейкерсфилда?

— Да, — огрызнулся доктор Ренолт.

Мейсон повернулся к Вэндлингу.

— Господин окружной прокурор, я предлагаю объявить перерыв по обоюдному согласию, чтобы доктора Ренолта взяли под стражу и был выписан ордер на арест Джейсона Л. Бекемейера. Я думаю, что к тому времени, как доктор Ренолт закончит давать показания, мы выясним, что произошло на самом деле.

Вэндлинг поднялся на ноги и объявил:

— Сторона обвинения желает выразить благодарность мистеру Перри Мейсону за оказанную помощь и отличную работу. Мы в долгу перед ним. Если Суд не возражает, я прекращаю дело в отношении Мирны Дейвенпорт и снимаю с нее все выдвинутые обвинения.