Все было готово. Отшлифованные доказательства, с трудом собранные кассеты. Все известно, все убийства Ри могла доказать. Она имела даже документ, подтверждающий, что именно Масловский добавлял в наркотики… Но чем можно было испугать такого человека, как Масловский? На любой шантаж он просто рассмеется ей в лицо. Чем можно испугать босса мафии, ворочающего миллионами? Кумите? Ну и что с того? Наркотики? Подумаешь! Подойдя к конечной своей цели, Ри остановилась в полной растерянности. Эта беспомощность парализовала ее разум, и она не имела понятия, что предпринять. Все было настолько глупо, словно все ее доказательства были детским лепетом. И вот тут сквозь туман, в котором она оказалась, наплывало какое-то смутное воспоминание, где она могла играть не последнюю роль. Отключив телефон, Ри сидела в занавешенной шторами, темной квартире, лихорадочно сжимая руками виски.

Это было давным-давно, когда она делала свой первый аборт. К гинекологу была очень большая очередь. И вот там, томясь в ожидании, она встретила ее. Эта девчонка была ровесницей, но выглядела так, как Ри и не снилось. Она была ослепительно красива: натуральная блондинка со скульптурно вылепленным лицом. На эту красоту оборачивались даже женщины. В ее глазах застыли слезы, она нервно комкала в руках носовой платок. Сейчас Ри уже не помнила, как все получилось, только она как-то села рядом с ней и завязала разговор. А еще через пару минут эта невероятно красивая девчонка уже рассказывала свою историю. Незнакомому человеку легче все рассказать.

Она была любовницей крупного бизнесмена, и он собирался на ней жениться. Ему принадлежал крупный спортивный клуб «Олимпиец-атлетик». Какие там у него были дела, она не знала, знала только, что он был бывшим боксером. А еще что у него была куча денег. Он был старшее ее на 12 лет. В своем клубе он устраивал разные соревнования по борьбе. Она даже ходила на них, смотрела… Но вдруг убили редактора популярной в городе газеты. И случилась беда: ее любовника арестовали, клуб закрыли, и хозяина обвинили в том, что его клуб организовывал заказные убийства, и редактора заказал он… Сочувствуя, Ри слушала очень внимательно. Девчонка, у которой разрывалась душа, выложила ей все, что знала: на самом деле все было подстроено, и ее любимый никого не убивал. Его просто подставили намеренно, свои же. Ее любимый что-то не поделил с одним власть имущим человеком. И тот, обозлившись, натравил на него ментовку, у которой висело громкое нераскрытое убийство этого самого редактора. И ее любовника подставили, поскольку с убитым он был знаком… Все было шито белыми нитками, но доказать ничего было нельзя…

Этого редактора девчонка прекрасно знала, не раз встречаясь с ним в доме у любимого. И понимала, что это подлец, каких не видывал свет! Который из породы «и нашим и вашим» из тех, кто больше всего на свете любит деньги. И он предавал даже тех, кто ему платил. За это его, в общем, и убили — за то, что украл деньги и предал. И вот милиция решила «раскрыть» это громкое убийство — и сразу же был найден «преступник». Цель была одна — разорить и закрыть клуб. Девчонка, вытирая слезы, сообщила, что ее любимый находится в тюрьме, и, судя по всему, его уже оттуда не выпустят. А она беременна и, так как у нее ни денег, ни квартиры — он не успел ей ничего оставить, все конфисковали, — решила сделать аборт…

Ри внимательно выслушала эту историю — не потому, что интересовалась известным спортивным клубом, а потому, что об убийстве этого редактора наперебой вещали все телеканалы и газеты, и ей, всегда увлекавшейся криминальными историями, с самого начала была подозрительна история с главным обвиняемым. Поэтому рассказ девчонки ее увлек.

Теперь же ее безумно заинтересовала судьба клуба «Олимпиец-атлетик» — по той причине, что его печальную судьбу вполне мог повторить и «Черный дракон». Лишиться своего детища — именно этого мог бояться Масловский! Каким-то образом удалось же уничтожить клуб крупного мафиозного клана? Значит, точно так же она уничтожит «Черный дракон». Если Масловский сумел расправиться даже со страшными триадами, не постеснявшись навязать им свои интересы в отношении боев без правил, то должен существовать кто-то более сильный, способный уничтожить Масловского так, как он уничтожил триады и «Олимпиец-атлетик». Должен существовать кто-то влиятельный, помогавший Масловскому всех конкурентов и захватить кумите в единоличную власть! Вряд ли Масловский справился бы с триадами в одиночку… У него была влиятельная поддержка. Значит, именно эту поддержку она и должна найти!

Готическое здание архива городской библиотеки, красивое, белоснежное, какое-то сказочное, находилось в самом центре оживленного проспекта. Посетителями библиотеки были в основном студенты. Архив представлял собой большую комнату на третьем этаже, весьма просторную и освещенную очень ярко. Миловидная женщина за столом приняла заказ.

— Чем я могу вам помочь?

— Мне хотелось бы посмотреть все местные газеты 6–7 летней давности.

— А за какой месяц?

Ри посмотрела на нее растерянно — она не знала, в каком месяце произошло интересующее ее событие. Женщина пришла на помощь:

— Может, я смогу вам помочь? Вы скажите, что именно вас интересует…

— Хорошо, — внезапно решилась Ри, — меня интересуют все сообщения об убийстве редактора какой-то местной газеты. Это произошло 6–7 лет назад. Кажется, его именем теперь названа площадь или улица… И в связи с делом о его убийстве был еще закрыт крупный спортивный клуб.

— Конечно! — воскликнула женщина. — Я знаю, о чем вы говорите! Убийство Козленко! Очень крупное дело. Это произошло семь лет назад. Вам лучше всего посмотреть подшивку за сентябрь. Вам хватит трех газет: «Городская хроника», «Наблюдатель» и «Вечерняя газета», где Козленко был редактором.

— Да, пожалуй… — растерянно протянула Ри.

— Садитесь. Минут через десять я все вам принесу.

Сев за столик возле окна, Ри принялась рассматривать посетителей: в основном это были студенты и пенсионеры, листающие местные подшивки газет. Потом она взяла блокнот, купленный специально для ее исследований, и сделала запись: «Редактор Козленко, «Вечерняя газета», сентябрь, 7 лет назад»…

Через полчаса ее блокнот был наполовину исписан. Информации было просто чрезмерное количество. Все три газеты вторили одна другой. Особенно лидировала «Вечерняя», посвятившая своему убитому редактору целых пять выпусков. Вглядываясь в портрет, Ри пришла к выводу, что этот самый Козленко, по всему, был действительно редкостной сволочью. Об этом свидетельствовало его лицо: особенно характерная для деятелей бывшего партийного аппарата выпуклость надбровных дуг и особая форма челюсти — квадратная и массивная. «Злой, подлый, интриган, подлиза, и нашим и вашим, хитрый, двуличный и очень любил деньги. По-видимому, из-за денег его и убили». Ри была уверена, что не ошиблась в характеристике: годы бурной жизни научили ее разбираться в мужчинах и определять с первого взгляда всю их сущность. Пролистав всю подшивку, она классифицировала для себя сообщения на три типа: «жополизские», «хвалебные», «реальные».

«Жополизские», то есть чрезмерно хвалебные, в ущерб всякой объективности, с фонтаном слюней и соплей представляла «Вечерняя газета», что было понятно. Козленко объявляли национальным героем, причисляли к лику святых, будто лучшего человека вообще не было на земле. Его фотографии занимали целый газетный разворот. Захвалили до тошноты. Слащаво-приторный тон этих статей показался Ри просто непристойным.

«Хвалебные» статьи публиковала сверх меры газета «Городские новости». По всему было понятно, что она представляет собой официальный орган городской власти, а потому тон данных статей был официально-казенным. Козленко расхваливали всякие областные и городские деятели, и Ри показалось, что убийство редактора послужило для них лишь поводом, чтобы только лишний раз покрасоваться своими фотографиями на страницах газеты.

Самые реальные и объективные сообщения, то есть без пафосности советского периода, дал «Наблюдатель». Там напечатано было практически все: описание места происшествия, подробности преступления, показания свидетелей. И это была единственная из газет, в которой было написано, что в истории с убийством Козленко подозреваются руководители спортивного клуба «Олимпиец-атлетик». Директор клуба был взят под стражу.

Итак, внимательное изучение этих хроник показало, что только из двух газет можно брать серьезную информацию. Из «Вечерки» все, что касается личности убитого — чем слаще тон, тем подлее предмет, и из «Наблюдателя» — реальные факты. «Городские новости» можно было смело выбрасывать на помойку. Через полчаса в блокнот Ри были занесены почти все факты данного дела. Она решила начать с биографии.

Козленко Виктор Васильевич родился 28 сентября в деревне Святопашное Николаевской области. В момент убийства, 7 сентября, ему было 65 лет. Учился на филологическом факультете. В процессе учебы был секретарем райкома местной партийной организации. Одновременно — редактором газеты «Искра коммунизма». После окончания учебы работал в горкоме партии, потом — в обкоме. Одновременно был ответственным секретарем газеты «Знамя революции». В 1974 году был назначен главным редактором только что открытой газеты «Флаги коммунизма». Через два года газету переименовали в «Вечерний город». Еще через пару лет — просто в «Вечернюю газету». С тех пор он там был бессменным редактором. Писал статьи и публицистические повести. По их количеству было понятно: страдал графоманией. Больше информации дал «Наблюдатель»:

«Одновременно с работой в должности главного редактора Козленко занимался коммерческой деятельностью. Так, им был организован целый ряд фирм, которые занимались полиграфической деятельностью, а говоря проще, торговлей бумагой и канцтоварами. Через несколько лет Козленко — уже крупный акционер одной из богатых компаний по торговле нефтью и газом. Инициатор создания нефтетерминала, идею чего постоянно пропагандировал в своей газете. После этого — приватизировал крупный полиграфический комбинат, продукция которого была широко использована в предвыборной кампании одного крупного политического кандидата. Неофициально Козленко был замешан в политику, в раздел сфер влияния городских структур. Являлся одним из держателей акций ЗАО «Олимпиец», предприятия, представлявшего собой спортивный клуб и тренажерный комплекс «Олимпиец-атлетик». С генеральным директором ЗАО «Олимпиец» был в дружеских отношениях, несмотря на разницу в возрасте. По непроверенным, неофициальным слухам, вместе со Звелинским Козленко контролировал работу нескольких бригад, занимавшихся казино и морскими компаниями.

На процессе одной из морских компаний, попавшей на скамью подсудимых в связи с торговлей живым товаром, Козленко едва не был привлечен в качестве одного из главных свидетелей. Только вмешательство влиятельных лиц из городского аппарата спасло его от участия в столь громком процессе».

Биография Козленко представлена более полно и объективно. Впрочем, публикация такого рода проскользнула в «Наблюдателе» только один раз. Очевидно, после столь дерзкой выходки газете просто закрыли рот. После биографии представляла интерес информация о самом убийстве. Факты были такими: Козленко убили 7 сентября в 7. 45 утра, за два квартала до редакции, на Московской улице. Свой рабочий день Козленко начинал в 8 утра в помещении редакции и никогда не опаздывал. На работу его отвозила машина с шофером. Но в то утро Козленко вышел из машины за два квартала до редакции. Он велел шоферу ехать прямо к зданию редакции и ждать его там. Сказал, что у него есть кое-какие дела. Захватил с собой только мобильный телефон и дипломат из черной кожи, которого шофер прежде никогда у Козленко не видел. Все это показалось ему подозрительным, и вместо того, чтобы ехать к зданию, он двинулся следом за редактором. И вот что он увидел.

Козленко остановился на перекрестке и стал кого-то ждать, нетерпеливо оглядываясь по сторонам. В 7. 45 из-за угла близлежащего пятиэтажного дома выскочил молодой светловолосый человек в длинном кожаном пальто и с пистолетом в руке, выпустил две пули в Козленко, они попали в сердце и в голову, выхватил дипломат и скрылся между домов. Шофер выскочил из машины и вызвал милицию и скорую. Козленко был мертв. Он был убит мгновенно. По контрольному выстрелу в голову милиция сделала вывод, что убийство было профессиональным, заказным.

Через несколько дней арестовали главного подозреваемого. Им оказался некий Александр Сахарцев, житель Молдовы, отсидевший срок за разбойное нападение. А еще через несколько дней был арестован Сергей Звелинский, директор спортивного клуба «Олимпиец-атлетик». Клуб был закрыт. В прессу просочились слухи о том, что он специализировался на заказных убийствах и рэкете, именно под его прикрытием работали бригады. А Звелинский заказал убийство Козленко только потому, что… тот собирался плохо написать о клубе в своей статье.

Еще не зная практически ничего о данном деле, Ри уже поняла, что такая привязка была полным бредом! Очевидно, кто-то просто решил закрыть клуб. Выходило, что та девчонка была права: кто-то хотел отомстить директору клуба Звелинскому. И чтобы его подставить, просто привязали к убийству Козленко.

Она подошла к библиотекарше и попросила дать подборку о судебном процессе. Та посоветовала:

— Вам нужно смотреть подборку за март — процесс проходил в марте. Но «Наблюдатель» ничего об этом процессе не писал. Ни строчки. Я помню это хорошо потому, что сама заинтересовалась этим — почему «Наблюдатель» молчал.

— Может, его заставили молчать…

— Думаю, так. Это было очень темное дело.

— А кто писал?

— Больше всего «Вечерка». И еще «Городские новости».

Разворачивая пожелтевшие страницы «Вечерки», Ри не сомневалась в тоне, которым будет написано о процессе. И действительно: тон был совершенно непереносим!

Александр Сахарцев был приговорен к 15 годам лишения свободы как исполнитель. Сергей Звелинский умер в тюрьме от сердечного приступа, не дождавшись суда. Полностью был разгромлен клуб «Олимпиец-атлетик». 16 человек оказались на скамье подсудимых (сколько им дали — в газете не указывалось), остальные отделались штрафом.

Когда Ри покинула библиотеку, в голове у нее настойчиво крутилось: кто-то за всем этим стоял. Кто-то не поделил деньги со Звелинским и решил стереть с лица земли спортивный клуб. Очевидно, «Олимпиец» занимался кумите. Только так могли вертеться большие деньги. Кто за всем этим стоял? Нужно узнать кто. Имя.

Внезапная догадка осенила ее так, что она застыла на месте, глубоко втягивая в себя открытым ртом воздух. Этот могущественный человек определенно знает толк в кумите. Да, но если он был связан с кумите семь лет назад, то сейчас определенно должен работать с Масловским! Иначе просто не может быть! Сейчас он должен контролировать Масловского! И оставаться в стороне, когда Масловский сам убирает своих конкурентов, расчищая свой собственный путь! Значит, этот человек — его партнер по бизнесу. Может быть, ему даже принадлежит часть клуба. Но если это так, то в любой момент он может уничтожить Масловского! Особенно, если она подтолкнет… Масловский знает его лично. А если так, будет легко напомнить ему об этом. Он прекрасно поймет, о чем идет речь. Оставалось выяснить только подробности о деле закрытого клуба. Те, которые не попали в газеты. Как это сделать? Ри знала как.

— Так зачем ты хотела со мной встретиться? — спросил знакомый мент.

— Это дело серьезное. Поэтому сам назовешь цену. Ты должен будешь заглянуть в старые милицейские протоколы и пообщаться со своими бывшими коллегами. А может, с кем-то и повыше… Слушай внимательно. Семь лет назад убили редактора «Вечерней газеты» Козленко. За убийство арестовали двух человек: некоего Сахарцева, бывшего уголовника, и Сергея Звелинского, директора спортивного клуба «Олимпиец-атлетик». После ареста клуб закрыли, а большинство его спортсменов пошли на скамью по устаревшей статье «вооруженное вымогательство». Звелинский, которому инкриминировали заказ на убийство Козленко, не дождался суда и умер в тюрьме при загадочных обстоятельствах. Потом был очень громкий процесс, который от начала до конца был фальшивкой. Целью происходящих событий было закрыть «Олимпиец-атлетик» и устранить Звелинского. За всем эти стоял один очень влиятельный человек. Кто — я и хочу выяснить. Понятно?

— Ты хоть понимаешь, чем грозит копание в этом деле?! Зачем тебе это? — остолбенел мент.

— Не спрашивай ни о чем! — подняла Ри ладонь. — Ни о чем! Просто возьмись за работу. Ты получишь хорошие деньги, цену скажешь.

Через два дня они снова встретились.

— За эти два дня я потратил 10 лет своей жизни! Благодаря тебе! — выпалил мент.

— Выяснил?

— Да выяснять ничего и не требовалось! И так все ясно! Всем известно, и все молчат! Надеюсь, не пойдут слухи, что я копался в этом деле…

— Имя!

— Какая ты нетерпеливая! Ты не поверишь. Это Фарид Аскеров. Начальник областного управления милиции. Короче, главный мент в городе! Начну по порядку. То есть с убийства Козленко. Этот тип был редкостная сволочь! Как говорится, лизал и тем, и тем. Будучи ловким и хитрым, он умел втираться в доверие. И этим зарабатывал. Он был партнером Звелинского по бизнесу. Помогал отмывать деньги через газету и свой полиграфический комбинат. Кроме Звелинского, он решил связаться еще с одной группировкой, концы которой теряются в клубе «Путь тигра». Улавливаешь? Короче, он у тех и у тех взял деньги и не успел вовремя вернуть проценты. Провинность пустяшная, ему бы простили, но… Но внезапно конкурентам удалось узнать, что он пашет и на тех, и на других. Козленко успел разболтать Аскерову о тех деньгах, которые реально зарабатывает Звелинский — о ставках на незаконных боях в «Олимпийце», о бригадах, заказах на крупных людей… По условию существования своего бизнеса Звелинский должен был содержать всю милицию, платить городским властям — то есть содержать официальные структуры, так, как это теперь делает Масловский. Иначе он просто не смог бы работать — ему бы никто не дал. Так вот, он платил Аскерову определенный процент. И тут появляется этот Козленко, который раскрывает Аскерову реальные цифры. Аскеров приходит в ярость. Он требует у Звелинского недостающие деньги. Звелинский быстро выходит на того, кто его предал. И поручает дебилу Сахарцеву припугнуть Козленко, чтобы тот закрыл рот. Дальше события разворачиваются своим ходом. Дебил Сахарцев неправильно понимает задание и убивает Козленко. Аскеров приходит в еще большую ярость. Звелинский не планировал убийство, но знает, что Аскеров всегда его прикроет. Но Аскеров теперь не собирается спасать Звелинского. Наоборот, со всей яростью он набрасывается на клуб и устраивает показательный процесс. Вместо помощи Звелинский получает петлю в камере. Разумеется, его убили, его уничтожил Аскеров. После этого разгрома Аскеров идет в гору. При своем служебном положении он не может держать спортивный клуб. Поэтому он берет себе бывшего делового партнера Звелинского, который, оказывается, работал в «Олимпийце», и передает весь пакет документов спортивного клуба «Олимпиец-атлетик»… Угадай кому? Правильно, Масловскому!

— Ты хочешь сказать, что бывший «Олимпиец-атлетик» и нынешний «Черный дракон» это одно и то же?

— Точно!

— И так же работает под покровительством Аскерова?

— Так же!

— А кто стоит за Аскеровым?

— За него можешь не беспокоиться. Аскеров весьма примечательная личность. Таких в своей жизни ты еще не встречала. Думаю, он и дальше будет идти в гору. Такого никто не остановит. А «Олимпиец» стал «Черным драконом». Руками Аскерова Масловский убрал компаньона, от которого давно хотел избавиться, чтобы стать единственным владельцем клуба. Рэкет, вымогательства, незаконные бои, заказные убийства, торговля живым товаром… Ри, в тебе погиб великий талант! Ты могла бы стать замечательным сыщиком! Например, работать в милиции…

— Спасибо! За 150 долларов в месяц!

— А какие взятки ты бы брала!

— Ага! Дали бы мне брать! Такие, как твой Аскеров!

Дубликат ключа от квартиры Масловского она сделала давно, в самом начале их отношений. Тогда у нее была цель забираться в квартиру, когда его там нет, и потихоньку таскать деньги. Она так и делала, целых три раза, до тех пор, пока он ей не сказал:

— Давай с тобой договоримся. Если тебе что-то нужно в моей квартире, например, деньги, скажи мне, и я сам их тебе дам. Но не нужно забираться в мою квартиру, как воровка. Иначе ты можешь плохо кончить. Верни ключ.

Она принялась клясться, что ключ потеряла, но он ей не поверил:

— Еще раз засеку — попадешь в тюрьму за кражи. Получишь срок как воровка. Учти, я не шучу. Я ведь знаю, что в своем клубе ты таскаешь у клиентов бумажники. Если повторишь поход в мою квартиру еще хотя бы раз, я посажу тебя в тюрьму и расскажу всему миру о том, что ты обыкновенная воровка. Будешь сидеть в одной камере с опустившимися уличными проститутками, убийцами и наркоманками.

Перепугавшись не на шутку, Ри прекратила походы в его квартиру. Но теперь у нее была совершенно другая цель. Она не боялась. Она знала: на этот раз он даже не посмеет пригрозить ей тюрьмой. Поэтому решила действовать в открытую. Приехала посреди белого дня и не прячась вошла через парадный вход.

В квартире царил полный бардак. Не теряя времени, Ри быстро пошла в спальню. К ее огромному удивлению, Масловский не хранил никаких документов в ящиках письменного стола. Все ее поиски были безрезультатны. Собственно, она и сама не знала, что хотела найти. Просто обыск его квартиры был завершающим шагом. В ванной она отодвинула зеркало и вдруг увидела, что одна из плиток кафеля держится плохо. Отогнула… Там находился тайник. В тайнике лежал только белый плоский конверт. Письмо! Ее безумно заинтересовало, что Масловский хранит с такой предосторожностью. На конверте была надпись: «Для Юрия Сергеева». Еще не успев прочитать это письмо, Ри вдруг вспомнила, что не видела Юру Сергеева уже несколько дней.