Повернутые на религии поборники нравственности всегда стряпали россказни о горячих, смертельно опасных демоницах, чтобы мысли о сексе лишний раз людям в голову не приходили. Наш Человек-Крюк предупреждал влюбленных об опасности, призывая их держаться подальше от укромных переулков, а у средневекового жителя Британии, Силезии или Венеции таким предупреждением служила суккуб. А если житель этот был жительницей, то инкуб был тут как тут, готовый наполнить ее своим демоническим семенем.

Некоторые комментаторы текстов и демонологи считали, что инкуб и суккуб – один и тот же демон в разных обличьях. В образе суккуба он собирает сперму жертв, часто убивая их в процессе. Поменяв форму и став мужчиной, он помещает эту сперму куда положено. Так как к воспроизводству демоны не способны, им приходится проявлять изобретательность.

Как и другие древние истории, рассказы о суккубах попахивают мизогинией, особенно потому, что суккубов частенько связывают с самой первой обольстительницей – Лилит.

Лилит была не то первой женой Адама, не то прародительницей феминисток, не то верны оба предположения – так или иначе, рассказывают, что она бросила муженька, потому что не видела ничего такого в том, чтобы поменяться… кхм, стандартными сексуальными ролями. В общем, Лилит стала архетипичной демоницей.

В некоторых еврейских мифах инкубов и суккубов называют даже Лилин и Лилит. Говорят, они – дети Лилит, и им суждено умирать по сотне в день, потому что Лилит не захотела возвращаться к Адаму. Они могут охотиться на детей – мальчиков до обрезания на восьмой день и девочек в течение двадцати дней, – но также нападают на женщин, вызывая бесплодие, тяжелые роды и даже выкидыши. Мужчин демоны Лилит седлают по ночам и используют их семя для зачатия своего потомства.

Говорят, амулет с инициалами трех волхвов – Каспара, Мельхиора и Бальтазара – защищает детей от Лилин и Лилит.