- Возражаю! - снова воскликнул Калверт. - Свидетельница не могла знать, с кем говорил покойный.

- Вам известно, звонил он мистеру Бэйлору после ухода мистера Мейсона или нет? - спросил судья.

- Мне это неизвестно.

- Гм... Что ж, продолжайте, мистер Мейсон.

- Покойный ведь звонил кому-то после моего ухода?

- Звонил.

- Вы видели, какой номер он набрал?

- Нет.

- Вы слышали, к кому он обращался после того, как набрал номер? Называл ли он этого человека "мистер Бэйлор"?

- Минуточку! - Калверт вскочил с кресла. - Возражаю! То, что он называл это имя, еще не значит, что он ему звонил. Я могу позвонить вам, ваша честь, и сказать: "Послушайте, мистер президент!.." Но это не означает, что я разговаривал с президентом Соединенных Штатов.

- Понимаю, что вы имеете в виду, - ответил судья. - Однако, на мой взгляд, это как раз то, что юристы называют обстоятельством, неразрывно связанным с существенным фактом. Поэтому возражение отклоняется. Давайте послушаем, что ответит свидетельница. Итак, звонил ли Хэррод кому-нибудь, кого он называл "мистер Бэйлор"?

- Да, звонил.

- Спасибо, - улыбнувшись, сказал Мейсон. - У меня все.

- А у меня есть еще несколько вопросов, - заявил Калверт. - Вы слышали фамилию Бэйлор. Но вы же не знаете, говорил он с мистером или с мисс Бэйлор, правда?

- По-моему, он сказал "мистер Бэйлор".

- Но это мог быть и мистер Форрестер Бэйлор, не так ли?

- Этого я не знаю.

- А может быть, это был еще какой-то человек, носящий ту же фамилию?

- Возможно.

- Он ведь не называл его по имени?

- Не называл.

- Спасибо. Вопросов больше нет, - сказал Калверт.

- Постойте, - заговорил вдруг адвокат, - вы все время подчеркиваете, что речь идет о разговоре, состоявшемся сразу после моего ухода. А может, был и еще один разговор?

- Да, был.

- Когда?

- До вашего прихода. Когда Карл вернулся в первый раз.

- С кем он говорил?

- Не знаю.

- А кого просил позвать к телефону?

- Мистера Бэйлора.

- Следовательно, он звонил ему два раза - до и после моего визита, так?

- Так.

- Спасибо. У меня все. Однако, учитывая показания свидетельницы, мне необходимо задать один вопрос свидетельнице Ирме Кэрнс.

- Возражаю! - воскликнул помощник прокурора. - Ее уже опрашивали. Вопрос этот можно было задать и раньше. Некрасиво заставлять свидетельницу давать показания несколько раз.

- Порядок ведения процесса - прерогатива суда, - возразил судья Болтон. Поскольку показания последней свидетельницы позволили выявить некоторые новые факты, дадим возможность защите задать этот вопрос. Позовите мисс Кэрнс, обратился он к судебному приставу.

Продавщица заняла место, где до нее стояла Нелли Эллистон.

- Пригласите в зал мисс Деллу Стрит, мою секретаршу. Она в комнате для свидетелей, - сказал приставу Мейсон. Тот вышел из зала и вскоре вернулся с Деллой.

- Мисс Кэрнс, - обратился к продавщице Мейсон, - позвольте представить вам Деллу Стрит, мою секретаршу. Вглядитесь в нее внимательно. Вы встречались с ней раньше?

- По-моему, нет.

- На самом деле мисс Стрит как раз и была второй вашей покупательницей. Именно ей вы рассказывали, почему изменилась цена на шпатели.

Продавщица сердито затрясла головой:

- Нет, это не она! Меня предупреждали, что вы будете сбивать меня с толку и подменивать свидетелей. Но я готова к этому, мистер Мейсон. Моя вторая покупательница - это Милдред Крэст, обвиняемая. Вашей секретарше я ни разу в жизни ничего не продавала. Вам не удастся меня провести!

- Вы абсолютно уверены, что ни разу в жизни ничего не продавали мисс Стрит?

- Я ее в глаза никогда не видела.

- Вспомните: когда вы отсчитывали ей сдачу, один из шпателей упал на пол, а мисс Стрит нагнулась и подала его вам.

- Это было, когда я продавала их обвиняемой! - вскричала продавщица. - Она рассказала вам об этом, а вы пытаетесь сбить меня с толку. Не выйдет! Я внимательно изучила ее черты.

- Наверное, в полицейском участке перед опознанием?

- Нет, когда она покупала шпатели.

- Почему же вы приглядывались к ее лицу?

- Чтобы не ошибиться при опознании.

- Ну знаете, вам же не могло тогда быть известно, что придется ее опознавать!

- Да, но все же я уверена, что покупала их она.

- А не мисс Стрит?

- Конечно нет! Меня предостерегали против вас, мистер Мейсон, и, как видно, не зря.

- Понятно, - сказал адвокат. - У меня больше нет вопросов.

- А у вас? - спросил судья Калверта.

- У меня тоже, - с довольным видом сказал тот. - Вы свободны, мисс Кэрнс. Благодарю вас за откровенные показания.

Продавщица, бросив на Мейсона негодующий взгляд, вышла из зала.

- Все мои свидетели уже опрошены, ваша честь, - заявил Калверт. - Надеюсь, суть дела суду ясна.

- В таком случае, - встал со своего места адвокат, - прошу суд прекратить дело и освободить мою подзащитную из-под стражи.

Судья покачал головой:

- Задача предварительного слушания лишь в том, чтобы установить факт преступления и наличие достаточных оснований для предания обвиняемого суду присяжных. Мне кажется, обвинение доказало оба эти тезиса и выявило мотивы преступления. Суд хотел бы услышать от обвиняемой, будет ли она давать показания сейчас или предпочтет предстать перед судом присяжных.

- С позволения суда, прошу сделать в заседании пятнадцатиминутный перерыв, - сказал Мейсон. - Честно говоря, я не решил, посоветовать ли моей подзащитной дожидаться суда присяжных или давать показания сейчас, чтобы добиться прекращения дела.

- Что ж, это откровенные слова, - ответил судья Болтон. - Суд, идя вам навстречу, удаляется на перерыв.

* * *

Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк зашли в пустую комнату для свидетелей.

- Ну вот, дождались, - сказал адвокат. - Продавщица видела Деллу лишь мельком, к тому же ее убедили, что покупательницей была Милдред, а я попытаюсь подменить свидетеля. Она и твердит свое.

- Что же делать? - спросил детектив.

- Я могу вызвать Деллу, - задумчиво проговорил Мейсон. - Она присягнет, что покупала шпатели. Это должно произвести впечатление на судью. Однако в таком случае придется вызвать потом и Милдред.

- Тогда все будет поставлено на карту, - заметил Дрейк. - Нельзя ли обойтись без этого?

- Нет, - ответил адвокат. - Дело в том, что Болтон заинтригован. Если он нормально прореагирует на то, что я вызвал Деллу, я рискну. В конце концов, бывают же ситуации, когда и адвокат должен рисковать.

- Вы хотите угадать, что думает судья, по его лицу? - спросила Делла.

- Скорее, по наклону головы. Если Болтон заинтересован, он нагибается вперед, а если уверен, что обвиняемый виновен - откидывается на спинку стула. Когда я опрашивал последнюю свидетельницу, он немного наклонился вперед... Пожалуй, я все-таки вызову Деллу, а там посмотрим... Ладно, пора возвращаться в зал.

Войдя в зал суда, Мейсон подошел к Милдред Крэст и зашептал ей на ухо:

- Послушайте, Милдред, если я вас сегодня не вызову, дадим бой на суде присяжных.

Девушка кивнула.

- Но если я вас вызову, - продолжал адвокат, - значит, у нас появился шанс, пусть даже ничтожный, убедить судью, что в деле допущена ошибка. Вряд ли вас освободят, но, вероятнее всего, снимут обвинение в предумышленном убийстве.

- А в чем же тогда меня будут обвинять?

- В убийстве по неосторожности.

- Это лучше?

- Намного лучше, - сказал Мейсон. - Если вы предстанете перед жюри, часть присяжных будет считать, что обвинение доказано, а один или двое - что вы невиновны. Те и другие начнут спорить, копаться в мелочах и в конце концов придут к компромиссному решению, что убийство совершено по неосторожности. И это еще лучший исход. Если же слово "предумышленное" не будет фигурировать в деле, присяжные, считающие вас невиновной, могут взять верх, и тогда дело будет прекращено.

- Что-то вы не слишком оптимистичны.

- Хочу подготовить вас к худшему. На всякий случай. А что вы думаете по этому поводу?

- Не знаю, что и думать. Во всяком случае, буду слушаться вас.

- Похоже, придется мне все-таки вас вызвать. Но учтите - это нелегкое испытание, - предупредил Мейсон.

- Что ж, на сей раз буду говорить всю правду.

- Надеюсь, - отозвался адвокат. - Ага, вот и судья. Сядьте поудобнее и, как говорится, пристегните ремни. Сейчас начнется.

* * *

- Хочу обратить внимание присутствующих, - начал судья Болтон, - что со стороны обвинения сегодня выступает сам окружной прокурор Гамильтон Бергер.

Широкоплечий коренастый прокурор с величественным видом поднялся со своего места.

- С позволения суда, хочу сообщить, что в ходе настоящего процесса возникла ситуация, которая непосредственно затрагивает мои профессиональные интересы. Я только сейчас узнал об этом. Во время допроса свидетельницы Ирмы Кэрнс мистер Мейсон, поверенный в делах обвиняемой, вызвал свою секретаршу мисс Стрит и пытался убедить суд, что именно она покупала шпатель, фигурирующий в деле как вещественное доказательство. Надеюсь, адвокат не собирается настаивать на своих инсинуациях. В перерыве я подробно расспросил свидетельницу мисс Кэрнс. Если защита выставит мисс Стрит, чтобы она засвидетельствовала, что купила шпатель сама, я буду ее допрашивать лично. Хочу также предупредить мисс Стрит и мистера Мейсона, что привлеку их к ответственности за лжесвидетельство. Одно дело пытаться сбить с толку свидетеля, подсунув ему другую девушку, но совсем другое - подкреплять свои шаткие позиции ложными показаниями. Адвокат повернулся к Бергеру:

- Предположим, суду станет известно, что ложные показания дала Ирма Кэрнс. Привлечете ли вы за это к ответственности ее?

- Ирма Кэрнс говорит правду, - уверенно и спокойно ответил прокурор. - Я лично беседовал с ней. Здесь не может быть никаких сомнений.

- Не понимаю, какое отношение имеет ваша перепалка к сути дела, - пожал плечами судья. - Мистер Мейсон, если вы собираетесь вызвать сегодня вашу подзащитную, делайте это и не тяните время.

- Я принимаю вызов, который мне бросило обвинение, - заявил Мейсон. Пригласите свидетельницу Деллу Стрит.

Делла была приведена к присяге.

- Вспомните вечер второго числа, - сказал ей адвокат. - Свидетельница мисс Кэрнс заявила, что три шпателя были куплены у нее обвиняемой. Вы знакомы с ее показаниями хотя бы в общих чертах?

- Да, - ответила секретарша.

- Опишите, пожалуйста, ваш разговор с мисс Кэрнс.

- Я была в номере у Милдред Крэст вместе с вами. Вы дали мне задание сходить в универмаг "Аркейд Новелти" и купить там три шпателя, таких же, как тот, что был в номере. Я зашла в универмаг. За прилавком стояла мисс Кэрнс. Я купила три шпателя. Она сказала мне, что я немного опоздала - еще час назад они продавались по более низкой цене. Когда она пробивала чек, один из шпателей скатился на пол. Я нагнулась и подняла его.

- Можете задавать вопросы, - сказал Мейсон прокурору.

Гамильтон Бергер тяжело встал.

- Мисс Стрит, вы ведь секретарша мистера Мейсона, так?

- Совершенно верно.

- Уже давно?

- Да.

- Вы преданы ему и действуете в его интересах?

- Разумеется.

- В ваши обязанности входит сопровождать его, когда он беседует со свидетелями, и вести стенограмму?

- Да, сэр.

- Вы присутствовали при его беседе с Карлом Хэрродом?

- Присутствовала.

- Я утверждаю, что второго числа вы не были в универмаге "Аркейд Новелти", не покупали никаких шпателей и до сегодняшнего дня в глаза не видели мисс Кэрнс. Даю вам последнюю возможность избежать лжесвидетельства. Вы дали ложные показания под присягой. Это уже записано в протоколе. Сейчас вам в последний раз представляется случай сказать правду.

- Мои показания правдивы, - возразила Делла.

- Вопросов больше нет, - сказал прокурор.

- У меня тоже, - отозвался Мейсон.

Делла с невозмутимым видом прошла мимо судьи и заняла место в зале. Ее спокойная уверенность резко контрастировала с замешательством и злобой, обуревавшими прокурора.

Мейсон внимательно смотрел на судью, изучая его позу. Наконец он сказал:

- Ваша честь, я хочу вызвать для дачи показаний обвиняемую мисс Милдред Крэст.

- Пожалуйста, - ответил судья.

По залу внезапно прокатился напряженный шепоток.

- Все в порядке, - шепнул адвокат сидевшей рядом Милдред. - Держитесь уверенно и помните, что вам надо не очаровать их, а убедить в своей искренности. Вперед!

Девушка медленно встала, прошла к скамье свидетелей и приняла присягу.

- Милдред, - сказал адвокат, - расскажите, что произошло двадцать второго числа прошлого месяца, когда вам позвонил Роберт Джойнер. Но сначала объясните суду, кем он вам приходился.

- Я была помолвлена с этим человеком. Носила его кольцо.

- Друзья знали о вашей помолвке?

- Да.

- Понятно. Теперь расскажите о телефонном разговоре и о том, что вы делали после него. Со всеми подробностями, пожалуйста.

Милдред заговорила низким, срывающимся голосом:

- Роберт позвонил мне на работу. Заявил, что наша помолвка расторгнута. Навсегда. Сказал, чтобы я его не искала и постаралась о нем забыть. Он проигрался на скачках, присвоил чужие деньги и решил сбежать. Меня как будто оглушили. Ничего подобного я от него не ждала. Он говорил, что происходит из хорошей семьи...

Звуки собственного голоса придали девушке уверенность, и она заговорила громче и быстрее. Адвокат спокойными, доброжелательными вопросами подбадривал ее, когда она запиналась. Милдред рассказала об аварии, о том, как она не смогла побороть искушение сменить фамилию, о разговорах с Хэрродом и с Китти, о визите Мейсона и, наконец, о том, как Делла купила шпатели, чтобы возместить их нехватку.

Адвокат повернулся к Бергеру: