Комлинк изрыгнул короткое слово, и тускло освещенная тень развернулась и исчезла во тьме космоса.

Сам Варл выглядел ужасно - пестрая коричневая галька, изрезанная более темными горами, торчащими из его истощенной и дымной атмосферы. Сама земля там, где она была видна, была цвета мертвых коричневых листьев, изрезанных только светящимися лужами болезненно-зеленого излучения.

"Это безопасно?" - спросил Рин.

«Вам понадобится дыхательная маска, - сказала Анжела Крин, - а потом, возможно, все виды тестов. Кроме того, хаттский образ жизни имеет тенденцию быть чрезвычайно выносливым и оппортунистическим. Это должно быть что-то вроде звезды, падающей на себя, чтобы убить жизнь на планете хаттов и сохранить ее мертвой ».

«Нам не следует задерживаться надолго», - сказал Мандер.

Теперь они выровнялись, рассекая тонкие остатки атмосферы. Древние разрушения стали более ясными - скелеты целых городов пересекали ландшафт, наклоненные свидетельства цивилизации, которая когда-то правила этим миром и его соседями. Вокруг них вырисовывались груды разбитых зеленоватых камней. Когда-то они могли быть памятниками хаттам или их богам, или затвердевшими извержениями искривленной магмы - теперь эродированной - которая пробилась на поверхность в смертельной агонии планеты. Мандер заметил то, что могло быть взорванным кустом под одним из таких извержений, и подумал, что видит движение вдоль одного из сияющих зеленых бассейнов - что-то большое, бледное и мучительно медленное.

Это не был мертвый мир, но он был достаточно близок.

Транспондер запищал, когда они поднялись над мертвым горизонтом. «Наш пункт назначения впереди», - сказала Анжела Крин.

Похоже, что когда-то это был кратер, хотя даже Мандер не мог сказать, от взрыва наземных ионов или от удара астероида. Верхние стены черными выступали из самой атмосферы, а сторона, обращенная к рассвету, полностью отпала. В самом центре ямы находилось больное зеленое озеро, извергающее собственное злокачественное излучение на стены кратера. И на берегу этого озера раскинулось одно длинное здание, сужавшееся с одного конца и прочное и блочное с другого. Тяжелые опоры поддерживали завод там, где неровная земля образовывала глубокие овраги, по которым текли ручьи с сочащимися зелеными загрязнителями к озеру.

«Думаю, мы нашли наш завод по производству», - сказала Анджела.

Мандер моргнул и понял, что видит. «Это корабль. Здесь посадили звездолет и превратили его в фабрику ».

«В этом есть смысл, - сказала Анджела Крин. «Кто мог построить на планете что-то такого размера?»

Рин осторожно опустил корабль на освещенную посадочную площадку - единственный кусок теплого желтого света во всем кратере. «Похоже, они ждут и других гостей, и в ближайшее время».

Действительно, стены здания уже были отделаны тяжелой сеткой, их цвет должен был сливаться с темным камнем кратера. Вдобавок вокруг посадочной площадки были установлены большие сферические ионные пушки, и в будущем их ожидали новые огневые точки.

«Еще месяц, и они бы стали незамеченными», - сказал Крин, осматривая оборону. «И также непревзойденный».

« Барабийский забег» опустился на посадочную площадку, и пальцы Рина заплясали над пультом управления, отключив последний из ускорителей. Она повернула аппарель и разблокировала грузовые гильзы. «У нас есть компания».

Дроиды-аспиды, маленькие и тонкие, уже ковыляли к незапертым грузовым контейнерам.

"Что происходит?" - спросил Рин.

«По словам наших гостей, вернувшихся на« Резольют » , - ответила Анжела Крин, - они сбросят груз, а затем снова взлетят. Платежи будут отображаться на их счетах через несколько подставных компаний. Они никогда не видели ничего, кроме дроидов-погрузчиков. Это их стандартная рабочая процедура ».

«Итак, мы собираемся прервать процедуру», - сказал Рин, пристегивая кобуру.

«Подожди», - сказал Мандер, глядя на один из боковых экранов.

Там, у грузового проема завода, стоял нефритово-зеленый протокольный дроид, проверяя груз с датападом в руке.

Рин тихо присвистнул. «Один из дроидов Ваго. Думаю, мы нашли нашего Повелителя специй ».

ГЛАВА

ВОСЕМНАДЦАТАЯ

СЕРДЦЕ ХРАНИ

Все трое спустились по трапу ко входу. Они решили, что Анжела Крин будет руководить, поскольку она никогда не встречалась с Ваго или ее слугами. Рин и Мандер последовали за ними, их оружие было наготове под плащами, их капюшоны отбрасывали их лица в глубокую тень. Все трое были в респираторных масках, и хотя от корабля до фабрики оставалось всего несколько метров, Мандер чувствовал, что затаил дыхание, опасаясь токсинов и вирусов, которые могут просочиться вокруг печати.

Гадюки не обращали на них внимания, пока они шли ко входу. С другой стороны, подразделение 3PO не было таким самодовольным.

"Есть проблема?" - спросил дроид.

«Мне нужно увидеть вашего босса», - сказал офицер CSA. Она пыталась казаться жесткой, а не просто официальной. Для ушей Мандера это звучало фальшиво.

«Это необычно», - сказал H-3PO. «Я не знаю надлежащего протокола для этой ситуации».

«Ваго», - настаивала Анжела Крин. "Она здесь, не так ли?"

Дроид испуганно посмотрел на Анжелу Крин, затем на двух других позади нее. «Тебе следует вернуться на свой корабль». Цифры щелкнули на блокноте: «Дай-ка я проверю …»

Бластер Рина сразу поднялся, и сторона головы дроида взорвалась одним выстрелом. Дроид рухнул на землю, все еще держа пальцы наготове, чтобы проверить свое начальство.

Все гадюки застыли на месте, их конические лица повернулись к Рину и остальным.

- Трудовой спор, - прорычал Рин. "Возвращайся к работе!" «Она звучит намного убедительнее, чем Крин, - подумал Мандер. Гадюки все возобновили разгрузку контейнеров со специями, покорно кувыркаясь на себя.

«Довольно тонкости», - отрезала Анжела Крин.

«В конце концов они узнают, что мы здесь», - сказал Рин. «Я только что купил нам еще несколько моментов». Она ворвалась в открытый вход на завод, а дроиды с грохотом прыгали за ними.

Мандер Зума подумал, что Рин прав, потому что, когда они прошли к самому растению, все казалось тихим, за исключением шумных гадюк с тяжелыми контейнерами с обычными специями. Он заметил несколько голокамер в коридоре и указал на них Рину и Анжеле. Они их застрелили. К настоящему времени Лорд Пряностей мог знать, что они были там, но они сделают все, что в их силах, чтобы хатт не знал слишком много.

Они последовали за дроидами-погрузчиками глубже в корабль.

После долгого перехода последняя грузовая дверь открылась на большой балкон с видом на сердце корабля. Центральный хребет приземленного звездолета был очищен от внутренних стен и превращен в огромную фабрику. Справа от них были завалены груды обычных специй, сброшенные отрядами жереха из Бараби-Рун и полдюжиной других кораблей контрабандистов, которые ранее здесь пристыковывались. Пряность, сверкающая радугой бледных оттенков, подавалась на длинные конвейерные ленты, которые сбрасывали ее в большие открытые чаны.

Сами чаны питались бледно-зеленой смесью, которая текла по прозрачным трубам. Мандер понял, что это сток со сторон кратера, собранный и поданный в сам корабль. Там, где она впервые коснулась пряности, поднялось ядовитое облако, но в конце концов пряность - теперь окрашенная в темно-фиолетовый оттенок - всплыла наверх и была собрана скиммерами, управляемыми дроидами. Обезжиренная специя прошла под большими сушильными лампами, приобретя свой блестящий фиолетовый оттенок. Конвейеры, в свою очередь, вели к дальнему выходу на корму, возле двигателей, где «Буря», вероятно, была разбита на более мелкие посылки для транспортировки. Резкий запах обычных специй и характерный аромат Tempest тяжело витали в воздухе.

Варл создал Бурю. Возможно, это был просто кратер, но смертельную пряность сделала кровь мертвого мира.

Но где был фабричный хозяин? Мандер посмотрел на турболифты на дальней стороне. Скорее всего, мост.

Дроиды жереха передвигались среди больших чанов, управляя скиммерами, подавая специи по конвейерам и следя за контролем качества. Среди них двигались и другие, более крупные дроиды - огромные неповоротливые металлические звери, непохожих ни на одного дроида или робота, которого Мандер когда-либо видел. Они были двуногими, и их верхняя часть туловища ощетинилась тяжелым вооружением. Их бронированные кожухи были покрыты шрамами, и они рыскали среди более проворных гадюк, словно им приходилось перепроверять каждый шаг.

"Что это?" - спросил Рин.

«Древние … боевые дроиды хаттов», - медленно произнес женский голос позади них, и все трое повернулись и увидели стоящего там Ваго. Она прибыла за ними из какого-то бокового прохода, и ее окружали две служанки покойной Попары. Служанки были больше не одеты в легкие мантии, а были в толстых пластинах мягкой брони, с открытыми только длиннохвостыми головами. На них были ударные перчатки, но также были бластерные пистолеты, и это оружие было нацелено на троих из них. Несмотря на это, они, казалось, держались немного позади хатта, как будто использовали бывшего советника Попары в качестве щита. Возможно, они были осторожны, потому что каждый раз, когда они сталкивались с джедаем и его союзниками, их нынешний хозяин умирал.

Мандер также заметил, что вены вдоль тви'лекской лекки были затемнены пульсирующими венами. Они уже стали жертвами силы Бури, что сделало их вдвойне ненадежными и опасными. Ваго был безоружен. Она сказала, запинаясь: «Сначала поговори … Будет время … сражаться и умереть … позже».

Рин и Анджела Крин посмотрели на Мандера, и он кивнул. Они слегка опустили оружие. Тви'леки вовсе не уронили свой.

Ваго говорил медленно, и Мандер подумал, не находился ли хатт под влиянием Бури. Если так, то других видимых симптомов не было.

Затем в голове Мандера расцвело осознание: Ваго говорит на базовом языке. Она знала, что Мандер понимает хаттский, так зачем говорить на базовом? И почему бронированные тви'лекки не переводили для нее?

«Эти громады … были найдены в заброшенном тайнике с оружием … когда был основан этот завод», - сказал Ваго. «Они восходят к … к … к, - она перешла на хаттский язык, - татаммо нар шагган».

«До того, как у вас были слуги», - перевел Мандер остальным. До того, как хатты встретились и доминировали с клатуинцами, никто, викваями и другими. Рука Мандера потянулась к его световому мечу, но один из тви'леков заметил движение и отдал приказ на хаттском языке.

Из окружающих теней появилось еще несколько дроидов-охранников. Это были не спотыкающиеся снизу громады, а скорее змеевидные конструкции с двумя руками на верхней части туловища, одна заканчивалась проходимой четырехпалой рукой, а другая - отремонтированным бластерным карабином. На их гребенчатых конических лицах не было очевидных глаз, их сенсоры были скрыты под обесцвеченной броней.

«Да», - сказал Ваго, по-прежнему на базовом языке. «У дроидов нет … обозначения. Имена?… Но они служат хорошо ».

«Все кончено, Ваго, - сказал Мандер.

«Возможно …», - сказал хатт. - Ты хорошо служил … могущественному Попаре. Возможно, ты сможешь служить … нам. Jeedai бы ... полезно «. Последняя фраза скатилась с ее губ, как отравленная конфета.

«Корпоративный сектор знает, что мы пришли сюда», - сказала Анджела. «Они пришлют кого-нибудь еще». Мандер взглянул на нее, но не смог поймать ее взгляда. Он посмотрел на Рина, но глаза панторана были прикованы к тви'лекам, ожидая, когда они сделают шаг. Глаза тви'леков переводились с Ваго на троих и обратно. Их отвлекла беседа.

«Это будет … сложно», - сказал хатт, и Мандер увидел, что на лбу Ваго образовались лужи пота. Хатт нервничал, нервничал даже больше, чем можно было представить себе троим. «Если вы согласитесь … вернуться на свой корабль … и сказать, что ничего не нашли … вы будете вознаграждены». Ее грудь теперь работала как мех, и она сильно икала воздух, когда говорила.

«Отличный шанс», - сказал Рин.

«Тогда вам придется остаться здесь … в качестве гостей», - сказал Ваго.

«Вы имеете в виду, как заключенные», - сказала Анжела Крин. Ваго сумел выразительно пожал плечами.

И внезапно все это стало понятно Мандеру: нервозность Хатта. Говорить на языке, который она явно ненавидела. Телохранители, которые, казалось, были больше заинтересованы в том, чтобы присматривать за своим предполагаемым работодателем, чем защищать ее.

Ваго вовсе не был их работодателем, и они не были ее телохранителями.

"Она права. Мы будем пленниками, - твердо сказал Мандер. «Такие же пленники, как ты, Ваго Геджалли».

Глаза Хатта широко распахнулись от удивления, и она наложила проклятие на обвинение Мандера. Однако больше удивились телохранители тви'леков. Одна подняла свой бластерный пистолет, а другая рявкнула приказ и крепко схватила Ваго Хатта своей ударной перчаткой. Ваго вскрикнула, когда электрические дуги окружили ее коническую голову, а искры заплясали в глубине ее широких жидких глаз. Хатт рухнул на пол.

Но тви'леки были не так быстры, как они надеялись. Тот, кто нарисовал первым, выстрелил в цель. Рин ждала удобного случая, и ее бластер был поднят, и ее выстрел попал бывшей служанке прямо в лицо. Тви'лек упал назад, не сделав ни единого выстрела.

Оставшийся тви'лек, тот, кто шокировал Ваго, теперь выкрикивал приказы. Змеиные дроиды скользнули вперед, сверкая бластерами. Мандер вытащил свой световой меч и ударил им идеальным образом, отражая каждый выстрел бластера по очереди обратно на врага. Он мог видеть закономерности взрывов, в состоянии определить, какие из них были широкими в начале - и, следовательно, их можно было игнорировать - а какие были потенциально опасными для них троих. Их он мог легко проанализировать, зная, какие из них представляли самую непосредственную опасность и самую быструю досягаемость, а затем повернул дугу своего клинка против них, так что фотонная энергия зацепилась за его клинок и отскочила. И даже тогда он мог видеть, куда попадет теперь отраженный выстрел, и нацелить его на одного из дроидов, избегая как своих союзников, так и упавшего Ваго.