Кисточки ворвались в кабинет директрисы без стука. Сама глава школы сидела за своим столом, а рядом стояла Круэлла с коробкой с деньгами в руках.

– Что бы она вам ни сказала, это неправда! – завопила Беатриса.

– Это тот самый клуб, о котором ты мне говорила? – обратилась директриса к Круэлле.

– Они просто неуправляемые, – отозвалась старшая девочка. – Они никак не могут представлять нашу почтенную Академию как официальный клуб.

Анита ахнула.

– Да как ты смеешь! – прошипела Клэр.

– Видите? – усмехнулась Круэлла. – Они даже вести себя не умеют.

– Юные леди, – обратилась директриса к девочкам. – Круэлла сказала мне, что вы собрались, чтобы нарушать школьные правила и установленный здесь порядок. Это так?

– Конечно нет, уверяю вас! – горячо запротестовала Анита. – Мы просто хотели открыть художественный клуб. И для сбора средств на него мы всегда спрашивали разрешения.

– Но я не разрешала ни одного из ваших мероприятий, – возразила директриса.

– Круэлла это сделала за вас, – сказала Пенелопа. – Как ваша ассистентка.

Круэлла положила руку на грудь с выражением глубокого изумления на лице.

– Это просто не может быть правдой. Как я, простая ученица, могу распоряжаться в школе за спиной у директора? Нонсенс! – Она фыркнула, будто Пенелопа сказала несусветную глупость.

Кисточки обменялись обеспокоенными взглядами. Круэлла всё это время водила их за нос!

Анита попыталась их оправдать.

– Похоже, случилось недопонимание, мадам. Мы непременно будем спрашивать вашего разрешения напрямую. – Она бросила взгляд на Круэллу. – В будущем.

– К сожалению, это не отменяет всех тех правил, которые они уже успели нарушить, – сказала Круэлла директрисе.

– Нарушили правила? И какие же? – спросила Люси.

– Как какие? Вы проводили запрещённые мероприятия на территории школы с целью заработка денег, воровали продукты из школьной кладовой, приводили в Далингтон учеников школы для мальчиков, – перечисляла Круэлла, с удовольствием оглядывая взволнованные и возмущённые лица Кисточек. – Ну и самое главное, вы называли художествами свои глупые картинки и поделки, хотя настоящее искусство уже существует в Далингтоне в виде моей несравненной моды. – И она снова усмехнулась, тряхнув своими чёрно-белыми космами.

– Круэлла, – устало произнесла директриса. – То, что тебе не нравится их искусство, вовсе не означает, что они нарушают правила.

– И зря, – насмешливо бросила её помощница.

Директриса потёрла виски.

– Девочки, вы выглядите примерными ученицами. И, конечно же, нельзя нарушать правила нашей школы. Но Круэлла, – она повернулась к студентке рядом с собой. – Похоже, они и правда были уверены, что их действия одобрены. Не думаю, что стоит закрывать их клуб за первую же провинность.

Круэлла округлила глаза. Затем она сунула руку в карман своего длинного бархатного пальто и достала маленькую металлическую трубочку.

– Как вы сказали, первая провинность? – с этими словами она поднесла трубочку к губам и подула в неё. Сперва ничего не произошло.

А затем до кабинета долетел звук, который ни с чем нельзя было перепутать, – громкий собачий лай. Анита поняла слишком поздно, что Круэлла дунула в специальный собачий свисток. Паника в её душе всё нарастала по мере того, как лай приближался.

– Я что, слышу собаку? – удивилась директриса.

Тявканье становилось всё ближе. Анита услышала, как по мраморному полу за дверью заскребли коготки, и её сердце ухнуло в пятки. Наконец: БУМ! Дверь распахнулась, и в кабинет директрисы ворвалась Пэдди.

– Гав! Гав! – заливалась она, словно объявляя о своём прибытии. Она бросилась на руки к Аните и принялась лизать её лицо, безумно счастливая, что её позвали.

– Привет, малышка, – шепнула Анита своей любимице. Её голос дрожал.

– Мадам, – заговорила Круэлла, тыча в них пальцем. – Анита и её сообщницы несколько недель прятали это запрещённое в школе создание прямо у вас под носом!

Анита прижала к себе щенка, вдыхая запах существа, которое она так любила. Все остальные в комнате молчали, включая директрису.

Круэлла безжалостно усмехнулась Аните.

– Ты думала, у тебя так замечательно получается её скрывать, да? О, я тебя умоляю. – Она снова повернулась к директрисе. – Мадам. Прошу прощения от имени этих хулиганок. Я должна была лучше за ними следить.

На лицах Кисточек был написан ужас. Директриса встала из-за своего стола.

– Не могла бы ты опустить животное, пожалуйста?

Анита посадила Пэдди на пол. Директриса присела, чтобы рассмотреть её поближе. Собачка тут же бросилась к ней, чтобы познакомиться, и стала обнюхивать её туфли. Женщина взяла щенка на руки и поднесла к глазам, а затем вдруг проворковала:

– Ох, ты бедная маленькая шалунья. Кто тут хорошая девочка? Ты, милашка! Какая же ты очаровательная, замечательная собачка!

Кисточки в изумлении ахнули. Круэлла с отвращением засопела.

Тиская Пэдди, директриса отдала своей помощнице приказ:

– Сними их.

Круэлла запротестовала:

– Но мадам, вы же помните...

– Сними их, Круэлла. – Голос директрисы был твёрд.

Девочка кивнула, неохотно, но послушно. Затем она стянула ткань, которая завешивала ближайшую к ней картину. Это оказался большой написанный маслом портрет очень величественной и красивой таксы.