Несмотря на то что закатные лучи Солус уже почти скрылись на западе, небо Дарк Территори по ту сторону Великих восточных врат сохраняло тревожный кровавый оттенок.

Словно пытаясь оградить себя от зловещего вражеского пейзажа, армия защитников мира людей окружила белоснежным полотном открытое пространство в самом центре лагеря — то самое, которое использовалось днём как взлётно-посадочная площадка для драконов. Рядом под гордо реющими флагами Церкви Аксиом стояли с мрачными лицами рыцари единства и командиры солдат. Их было человек тридцать.

Приближаясь, Алиса вдруг заметила, что рыцари и простые солдаты стоят вместе, и невольно замерла.

Рыцари единства в своих блистающих доспехах и офицеры в весьма качественной, пусть и не такой красивой, стальной броне оживлённо что-то обсуждали, держа в руках стаканы с сиральской водой. И кажется, даже обращались друг к другу на «ты».

— Неплохо, да, юная леди? А ведь они почти не знают друг друга, — вдруг раздался поблизости низкий голос.

Алиса торопливо повернула голову и увидела командира Беркули, прятавшего руки в карманах восточного халата. Она машинально попыталась поклониться, но Беркули жестом остановил её и продолжил:

— Я решил, что в армии защитников нет места пустым любезностям. На наше счастье, в Кодексе Запретов нет пункта: «Простолюдины обязаны заискивать перед рыцарями».

— Хорошо… На самом деле мне кажется, что это хорошее решение, но меня волнует другое… — Алиса вновь посмотрела на совещание. — Где остальные рыцари единства? Пока что я вижу около десяти.

— Увы, практически все сейчас перед тобой.

— А… Что?! — невольно воскликнула Алиса, тут же зажала рот рукой, нахмурилась и посмотрела на командира. — Нет… этого не может быть! Рыцарей единства тридцать один человек, включая меня.

Действительно, об этом говорили слова «Сёрти Ван» в имени Эльдриэ, последнего рыцаря единства.

— Так-то оно так… — со вздохом ответил Беркули и заговорил на тон ниже: — Юная леди, ты наверняка тоже знаешь о том, что Чуделкин, так сказать, ремонтировал рыцарей, когда предвидел сбои в их памяти. Когда он погиб, в Палате старейшин на ремонте находилось семь рыцарей. Они до сих пор не очнулись.

Алиса вытаращила глаза.

Беркули отвёл взгляд и продолжил с горечью в голосе:

— Текст ремонтного заклинания знали только Чуделкин и Первосвященница. Сейчас, когда их не стало, остаётся лишь заново разобрать и изучить заклинание, чтобы разбудить тех рыцарей, но у нас нет на это времени. Правда, один рыцарь всё-таки очнулся, потому что находился в заморозке, а не на ремонте…

Командир сказал об этом с явной неохотой, и Алисе пришлось уточнить:

— И кто же этот рыцарь?

— Шета Безмолвная.

Алиса ахнула. Она никогда не видела этого рыцаря лично, но несколько раз слышала его имя в байках. И во всех Шета описывалась как поистине жуткий рыцарь.

Однако Беркули вдруг кашлянул, словно желая отложить этот разговор на другой раз, и продолжил описывать положение дел:

— В общем, сейчас в сознании только двадцать четыре рыцаря единства. Из них четверо следят за порядком в соборе и столице, ещё четверым приказано смотреть за Краевым хребтом. То есть на передовую мы можем бросить самое большее шестнадцать, включая меня и тебя.

— Шестнадцать…

«Всего лишь?» — чуть не добавила Алиса, но успела прикусить губу.

Алиса уже окинула взглядом рыцарей и увидела, что больше половины из них — младшие, то есть пока ещё не получившие священные артефакты и «Полное подчинение оружия». Конечно, они прекрасные воины, которые могут в одиночку победить сто-двести гоблинов, но у них нет силы, способной переломить ход битвы.

Увидев, что Алиса притихла, Беркули сменил тон:

— Кстати, насчёт присмотра за тем парнем… Если хочешь, я могу приказать тыловому отряду…

— А… Спасибо, не надо, — Алиса улыбнулась в ответ на неуклюжую заботу командира. — Я нашла добровольцев — девушек, которые в академии были пажами у него и Юджио. Доверю его им на время битвы.

— О, это радует… И как он? Отреагировал, когда увидел людей, с которыми пересекался в прошлом?

Улыбка сошла с лица Алисы, она отрицательно покачала головой.

— Ясно… — Беркули вздохнул. — Только между нами: лично мне кажется, что именно от него зависит исход этой битвы…

Алиса посмотрела на командира глазами, полными удивления.

— Конечно, ему помогали ты и его напарник, но он всё равно совершил невероятный подвиг, победив Верховного старейшину и Первосвященницу. По силе Инкарнации он превосходит даже меня.

— Неужели он настолько?..

Конечно, Алиса не сомневалась в силе Кирито, но если командир Беркули потратил более двухсот лет, оттачивая свою Инкарнацию, то Кирито был всего лишь курсантом, едва достигшим совершеннолетия. Она ещё могла поверить, что он может тягаться с командиром в выносливости или искусстве фехтования, но только не в Инкарнации.

Однако Беркули возразил Алисе абсолютно уверенным тоном:

— Я это понял только что, когда наши Инкарнации столкнулись. Теперь я знаю, что у него не меньше, а то и больше опыта настоящих битв.

— Настоящих? Что вы имеете в виду?..

— Ровно то, что сказал. Битв не на жизнь, а на смерть.

В это Алисе верилось ещё меньше.

Все жители мира людей защищены, точнее, скованы Кодексом Запретов и основным законом Империй. Самое большее, с чем они могут столкнуться, — это поединки на деревянных мечах. Никто из людей от рождения и до самой смерти не должен участвовать в битвах за собственную жизнь.

Единственное исключение — рыцари единства, которые воюют против гоблинов и чёрных рыцарей, пытающихся перебраться через Краевой хребет, но даже эти битвы случаются лишь один-два раза за дозор. Кроме того, рыцари единства всегда оказываются настолько сильнее своих противников, что назвать эти битвы по-настоящему опасными язык не поворачивается.

В этом смысле самый большой опыт настоящих битв во всём мире людей должен быть как раз у Беркули, который противостоял силам тьмы ещё в те времена, когда рыцарей единства было гораздо меньше, чем теперь. Сейчас в это с трудом верится, но, когда командир только стал рыцарем единства, ему даже доводилось проигрывать чёрным рыцарям тех лет и уносить ноги с поля боя.

Однако Беркули говорит, что Кирито пережил больше настоящих битв, чем он сам?

Даже если командир прав, речь идёт не об Андерворлде, а о родном мире этого парня. Однако так называемый внешний мир — это земля богов, создавших Андерворлд. Против кого он мог там сражаться, да ещё и рискуя жизнью?..

Алиса на миг растерялась, не зная, что думать, но очень скоро решилась.

Сейчас ей не оставалось ничего другого, кроме как раскрыть Беркули всю правду о внешнем мире… и о двери под названием Ворлд Энд Алтар, которая туда ведёт.

— Дядюшка… Во время битвы с Первосвященницей я… — начала Алиса, тщательно подбирая слова…

Но тут из-за спины командира донёсся резкий голос:

— Господин, время пришло.

Алиса ахнула и перевела взгляд.

В вечернем полумраке стоял рыцарь единства в блестящих фиолетовых латах, в шлеме и с серебристой рапирой на левом боку.

Едва увидев закрывающую лицо маску в виде хищной птицы, Алиса испытала чувство, которое хотелось выразить протяжным стоном уныния.

Во всём мире нет никого, с кем Алиса ладила так же плохо, как с заместителем командира рыцарей единства Фанацио Синтесис Ту.

Алиса не задумываясь исполнила рыцарский жест, ударив правым кулаком по груди и приставив левую ладонь к эфесу клинка. При этом она старалась сохранить невозмутимый вид.

Лязгнул фиолетовый нагрудник: Фанацио ответила тем же жестом. Однако если Алиса стояла прямо, слегка расставив ноги, то Фанацио переместила вес на правую ногу и чуть опустила левое плечо, принимая более женственную стойку.

«Вот поэтому она мне и не нравится…» — мысленно проворчала Алиса, опуская руку.

Как бы Фанацио ни скрывала свою натуру за забралом шлема и суровым взглядом, Алиса, будучи девушкой, замечала, что заместитель командира благоухает женственностью, словно райский цветок. Для самой Алисы женственность осталась единственным искусством, которое она так и не смогла освоить, хоть с юного возраста постигала его в стенах собора.

Заместитель Фанацио сразилась против Кирито и Юджио на пятидесятом этаже собора и получила смертельную рану от «Полного подчинения» клинка черноволосого мечника. Однако Алиса слышала от младших рыцарей, что Кирито изо всех сил пытался её вылечить, а затем неведомой силой переместил в другое место.

Судя по тому, что Алиса уже знала о Кирито, он вполне мог так поступить, но всё равно этот рассказ не давал ей покоя.

Плюс ко всему в душе Фанацио было место лишь для одного человека — Беркули, что не мешало ей иметь личную свиту из четырёх младших рыцарей единства. Алиса не понимала, почему Фанацио их не жалеет: они всей душой переживали за свою госпожу и восхищались ею, но им не суждено было притронуться к ней даже пальцем. Что мешало заместителю хотя бы иногда открывать перед ними лицо, вместо того чтобы ходить в доспехах круглые сутки?

И стоило Алисе на миг погрузиться в мысленное ворчание, как Фанацио, к её удивлению, положила руки на свой шлем.

Щёлкнули металлические застёжки, и заместитель командира как ни в чём не бывало подняла фиолетовый головной убор. Чёрные шелковистые волосы вырвались на свободу и сверкнули в свете факелов.

До сих пор Алиса видела лицо Фанацио лишь однажды, когда случайно наткнулась на неё в «Великой купальне». На её памяти заместитель командира ещё ни разу не обнажала лицо в людном месте.

Сейчас лицо Фанацио показалось Алисе несколько мягче, чем тогда, и уже скоро она поняла причину: на пухлых губах блестел тонкий слой помады. Но почему Фанацио, так тщательно скрывавшая свой пол, вдруг накрасила губы?..

Заместитель командира ласково улыбнулась опешившей Алисе:

— Как приятно снова тебя увидеть, Алиса! Я так рада, что ты жива и здорова!

Алиса не ожидала такой нежности от Фанацио и обомлела секунды на три.

— А… Мне тоже приятно, заместитель, — наконец смогла она ответить.

— Можно просто Фанацио. Алиса, я, кажется, слышала… что ты взяла с собой того мальчика-брюнета?

Заместитель командира спросила таким непринуждённым голосом, что настороженность оттеснила изумление на второй план.

Именно Кирито и его союзница Кардинал вылечили Фанацио, но не факт, что она об этом знает. Возможно, она до сих пор таит злобу на победившего её юношу и надеется отомстить.

— Да… — коротко ответила Алиса.

— Ясно, — заместитель командира кивнула, обольстительно улыбаясь. — Раз так, можно мне с ним увидеться после военного совета?

— Для чего, Фанацио?

— Ну что ты на меня так смотришь? Сейчас ведь я уже не пытаюсь его убить. — Фанацио пожала плечами, и её улыбка стала чуточку натянутой. — Я просто хотела поблагодарить его. Мне сказали, что это именно он оказал мне первую помощь, когда смертельно ранил.

— Так вам про это известно? Но я считаю, вам незачем благодарить его, ведь на самом деле ваши раны излечила бывшая Первосвященница по имени Кардинал. К моему глубочайшему сожалению, она… погибла в битве полгода назад, — ответила Алиса, ощутив лёгкое облегчение.

— Да… Я помню это, хоть и смутно, — Фанацио посмотрела в небо и кивнула. — Никогда ещё не встречала такого тёплого и сильного заклинания исцеления. Но всё-таки именно Кирито отправил меня к ней, к тому же я… хочу поблагодарить его ещё кое за что.

— И за что же?..

— За то, что он сразился со мной и победил.

«То есть она всё-таки хочет убить его?»

Алиса отступила на полшага, но Фанацио тут же покачала головой, не меняясь в лице:

— Я говорю от чистого сердца. Я была рыцарем единства много лет, но тот мальчик — первый, кто сражался со мной в полную силу, даже узнав, что я женщина.

— Что?.. О чём вы… говорите?

— Когда-то я, как и ты, не носила шлема и не скрывала своего лица. Но однажды я заметила, что мои противники-мужчины в тренировочных поединках и даже чёрные рыцари во время настоящих битв двигаются чуть-чуть медленнее меня. Они сражались вполсилы только потому, что я женщина, и для меня это было унижением хуже поражения.

«Понятно, но иначе ведь и быть не могло», — подумала Алиса. В мире почти нет мужчин, которые могли бы устоять перед обаянием лица Фанацио.

Только поселившись возле Рулида, Алиса узнала, что в мире людей практически нет женщин, которым Призвание даёт в руки меч. Единственное исключение — дочери аристократов или местной знати, а в жизни женщин-простолюдинок, как правило, нет другого пути, кроме замужества, ведения хозяйства и воспитания детей.

Возможно, старые предрассудки ограничивали мужчин так же, как Кодекс Запретов. Однако им это вышло боком: убеждённые, что женщин нужно беречь и защищать, мужчины начинали сражаться хуже, увидев красоту Фанацио. Скорее всего, даже в Дарк Территори в женщинах видят в основном жён и матерей. Другие взгляды на этот вопрос могут быть разве что у уродливых полулюдей вроде гоблинов и орков.

Однако Алиса, ещё один рыцарь женского пола, никогда не задумывалась, поддаются ли ей мужчины. Дело в том, что она всегда была уверена в своём превосходстве, и неважно, сражается противник в полную силу или нет.

«Может, её гнев — лишнее доказательство того, что она и сама прислушивается к предрассудкам?» — задумалась Алиса, и вдруг Фанацио заговорила на ту же самую тему:

— Я спрятала лицо за шлемом и выучила приёмы-комбинации, чтобы не подпускать к себе врагов. Наверное, я сделала это как раз потому, что находилась во власти предубеждений. Тот мальчик моментально всё понял и сразился со мной в полную силу. Я использовала все свои способности и заклинания, но проиграла. Госпожа Кардинал спасла меня, и, когда я очнулась, во мне уже не осталось глупых предрассудков… В общем, я поняла, что мне нужно просто быть настолько сильной, чтобы врагу не пришлось под меня подстраиваться. Мальчик не только открыл мне глаза и показал истину, но и оставил в живых. Что странного в том, что теперь я хочу отблагодарить его? — спросила Фанацио с серьёзным видом и вдруг игриво улыбнулась. — К тому же мне… чуточку обидно. В тот раз моё лицо совсем не показалось ему женственным. Поэтому я решила немного поработать над собой, чтобы попробовать разбудить его.

«Что за чушь!»

Если у Фанацио вдруг получится, насколько глупыми и никчёмными покажутся все предыдущие попытки? Кроме того, что-то подсказывало Алисе, что на Кирито в принципе невозможно так повлиять.

Алиса наморщила лоб, не скрывая раздражения, и едко ответила:

— Премного благодарна за предложение, но он сейчас отдыхает. Позже я обязательно передам ему ваши слова.

— О-о? — заместитель командира вскинула бровь. — Неужели мне нужно твоё разрешение, чтобы увидеться с ним? Что-то я не припоминаю, чтобы в соборе хоть раз отказывала тебе во встрече с командиром по личным мотивам.

— Уж кому-кому, а мне точно не нужно ваше разрешение, чтобы встречаться с командиром. Кстати, если вам так хотелось разгромно проиграть мужчине, вы всегда могли попросить его.

— Ох, что ты, это же господин!.. Он сильнейший мечник во всём мире, поэтому никогда не сражается в полную силу. Однажды он пощадил даже Чёрного Генерала.

— Что, правда? Что-то дядюшка после наших тренировок всегда был мокрый от пота.

— Командир!.. Это правда?!

— Послушай, дядюшка, прекрати так баловать Фанацио!

Алиса и Фанацио повернули головы одновременно, но не увидели рядом командира рыцарей.

Сейчас на том месте, где ещё несколько минут назад стоял Беркули, лишь меланхолично кружилось перекати-поле.

Назначенный на шесть вечера военный совет начался в очень напряжённой атмосфере, которую накаляли взгляды Фанацио Синтесис Ту, игравшей роль ведущей, и недавно присоединившейся к армии Алисы Синтесис Сёрти.

Коротко представившись остальным, Алиса резко опустилась на приготовленный специально для неё стул в первом ряду.

— Госпожа Алиса… — стоявший рядом Эльдриэ боязливо протянул ей стакан сиральской воды.

Алиса схватила его и залпом выпила холодную кисло-сладкую жидкость. Медленно выдохнув, она постаралась взять себя в руки.

«Как ни крути…»

Старших рыцарей, владевших священными артефактами, и правда собралось очень мало. Самыми известными среди них были Беркули с «Пронзателем времени», Фанацио с «Пронзателем небес», Эльдриэ с «Морозной чешуёй» и Дюсольберт с «Пылающей золой».

Помимо них священные артефакты были ещё у двоих рыцарей: Шеты Синтесис Твелв по прозвищу Безмолвная и у весьма юного парня по имени Ренли Синтесис Твенти Севен. Впрочем, их Алиса видела впервые и не знала, чего сто́ят их умения. В любом случае вместе с Алисой и её «Душистой оливой» старших рыцарей получалось семь.

Остальные девять рыцарей единства, включая Круг четырёх мечей Фанацио, относились к младшим и не имели своих артефактов. Более того, среди них затесались даже Линель Синтесис Твенти Эйт и Физель Синтесис Твенти Найн, две чрезвычайно непоседливые девочки, доставлявшие немало хлопот даже Беркули. Сейчас они смиренно сидели на своих стульях, но будут ли они вообще участвовать в грядущей битве?

Итак, из рыцарей единства в защите линии обороны могли участвовать всего шестнадцать человек.

Помимо них на совете присутствовало около тридцати других офицеров мира людей. Никто из них не унывал, но даже беглый взгляд давал понять, что между простыми людьми и рыцарями единства огромная разница в силе. Причём речь не только о старших рыцарях: даже любой из младших наверняка мог по очереди сойтись в поединке с каждым из офицеров и победить на одном дыхании…

— Последние четыре месяца мы обсуждали различные стратегии… — вдруг начала Фанацио, и Алиса переключила на неё своё внимание. — Но как бы мы ни старались, отбросить врагов назад будет крайне трудно. А как только они возьмут нас в кольцо, нам уже не на что будет надеяться. — Фанацио постучала по карте за своей спиной тонкими ножнами «Пронзателя небес» как указкой. — Как видите, с нашей стороны Краевого хребта во все стороны на десять килоров одни только равнины и скалы. Если нас отбросят от прохода, пятьдесят тысяч вражеских солдат окружат защитников и истребят всех до единого. Поэтому в основе нашей стратегии лежит тот факт, что мы должны сражаться в долине стомеровой ширины и килоровой длины перед Великими восточными вратами. Ни у кого пока нет вопросов или предложений?

Руку поднял только Эльдриэ. Молодой рыцарь встал, качнув сиреневыми волосами, и заговорил светским тоном, которым обычно и пользовался:

— Если бы вражеская армия состояла только из гоблинов и орков, мы бы легко уничтожили хоть пятьдесят, хоть сто тысяч. Но они тоже об этом знают. У них будут огры, вооружённые мощными дальнобойными луками, но что ещё опаснее — чёрные маги. Как мы собираемся противостоять дальнобойным атакам, которыми нас будут поливать из-за спин пехотинцев?

— Решение есть, хоть и рискованное… — Фанацио сделала небольшую паузу и скосила взгляд на Алису. Та сразу выпрямила спину и прислушалась. — На дне долины темно и днём, поэтому в ней не растёт даже трава. Это значит, что в пространстве очень мало священной энергии. Если мы израсходуем её перед началом битвы, враги не смогут пользоваться сильными заклинаниями.

Рыцари и офицеры зашушукались, удивлённые смелым предложением Фанацио.

— Разумеется, нас это тоже коснётся. Однако с нами всего около сотни священных заклинателей. В случае перестрелки враги будут тратить гораздо больше энергии на заклинания.

Но, хоть это действительно так, в стратегии Фанацио было два слабых места.

Эльдриэ притих, так что вместо него руку поднял лучник Дюсольберт.

— Да, заместитель, вы говорите правильные вещи, — спокойным голосом произнёс ветеран в красных доспехах. — Однако священные заклинания используются не только в атаке. Если энергия иссякнет, как мы будем восстанавливать Жизнь раненых воинов?

— Поэтому я и сказала, что это рискованное решение. Мы перевезли из складов собора в лагерь столько лекарств и катализаторов, сколько смогли. Если использовать катализаторы только для лечения в сочетании с лекарствами, их хватит на два… даже на три дня.

На этот раз возгласы удивления были ещё громче, потому что о неприступности складов Центрального собора ходили легенды. Их постоянно пополняли припасами, но история ещё не знала случаев, чтобы со складов что-то брали.

Даже на лице бывалого рыцаря единства промелькнуло изумление, и Дюсольберт притих. Алиса дождалась, пока он снова усядется, и встала со стула.

— Фанацио, это не единственный недостаток, — сказала она, уже забыв о недавней перепалке. — Хоть вы и настаиваете, что Солус и Террария почти не благословляют ту землю, всё-таки там есть свет, а земля не отрезана от остального мира. За долгие годы там должны были скопиться огромные запасы священной энергии. У нас никто не сможет истратить её всю к началу битвы.

На сей раз Фанацио ответила не сразу.

Конечно, долина была узкой и тесной по сравнению с равниной, на которой раскинулся лагерь, но всё равно речь шла о проходе шириной в сто меров и длиной в тысячу. Чтобы опустошить запасы священной энергии на таком огромном пространстве, нужны сотни человек, использующих сильнейшие заклинания. Но, по словам Фанацио, у защитников попросту нет столько заклинателей.

На самом деле хватило бы и нескольких человек, которые бы использовали заклинания, равные по силе природным катаклизмам, но Алиса знала лишь двоих, обладавших такой силой: покойных Первосвященниц Администратор и Кардинал.

Вдруг карие глаза заместителя посмотрели прямо на Алису.

— Это не так, — Фанацио покачала головой. — Среди нас есть один человек, которому это под силу.

— И кто же?.. — прошептала Алиса и обвела взглядом присутствующих.

Но затем Фанацио произнесла имя, услышать которое Алиса ожидала меньше всего:

— Ты, Алиса Синтесис Сёрти.

— Что?!

— Возможно, ты ещё не осознаёшь этого, но твоя сила уже вышла за рамки возможностей рыцарей единства. Сейчас ты можешь использовать поистине… божественные заклинания и вершить настоящие чудеса.