1. Здесь начинается прядь об Орме сыне Сторольва

Жил человек по имени Лосось, он был сыном Кетиля, ярла из Наумудаля[572]. Мать Кетиля ярла звали Храфнхильд, она была дочерью Кетиля Лосося с Храфнисты[573]. Лосось был человек знатный. Он поссорился с Харальдом конунгом Воспитанником Доври[574] из-за убийства сыновей Хильдирид[575] и был вынужден бежать из страны. Лосось поплыл на запад за море в Исландию.

Когда они увидали землю, они были к югу от нее. Они зашли в широкое речное устье, поднялись на кораблях вверх по реке и причалили к восточному берегу. Эта река называется теперь Бычья Река[576]. Они стали осматривать тамошние земли.

Первую зиму Лосось провел на западном берегу Кривой Реки, а весной занял все земли от гор до моря, что лежат между Бычьей Рекой и Лесной Рекой, и поселился в Капище на восточном берегу Кривой Реки. Жену его звали Ингунн. Весной она родила сына, которого назвали Храфном. Лосось раздавал земли тем, кто приехал с ним в Исландию, а некоторым продавал. Всех их назвали первыми поселенцами.

Второго сына Лосося звали Херьольв. Его сыном был Сумарлиди. Третьего сына звали Хельги, четвертого — Вестар. Храфн сын Лосося был первым законоговорителем в Исландии[577]. Он жил в Капище после своего отца. Его дочерью была Торлауг, которая стала женой Ёрунда годи[578]. У Лосося был и пятый сын по имени Сторольв. Говорят, он был самым рослым из его сыновей, а Храфн — самым знатным. Сторольв был женат на Торарне, сестре Торбьёрна Скольма[579], того, что был отцом Торальва. Сторольв жил на дворе Пригорок, который с тех пор зовется Сторольвов Пригорок[580].

Сторольв был силен, как никто, и о нем шла молва, будто он оборотень[581]. Человек он был мудрый и сведущий во многих вещах, и поэтому его называли колдуном. У них с Торарной, его женой, был сын, которого звали Орм[582]. Он рано возмужал и стал рослым и сильным и во всем искусным, так что, когда ему было семь лет от роду, он ничуть не уступал в силе и сноровке самым могучим людям. Отец его недолюбливал — и впрямь был он строптив и отлынивал от работы, — мать же его очень любила. Орм был не из тех, кто валяется у очага[583].

Так он рос, пока ему не минуло двенадцать зим. Сторольв был человек работящий и не сидел без дела. Как-то раз летом Сторольв взялся заготавливать сено, при нем было четыре лошади. Сам Сторольв работал, стоя наверху на стоге, однако не хватало рук, чтобы подбрасывать ему сена, а ему показалось, что собирается дождь. Тогда он позвал на подмогу Орма, своего сына, и попросил его подкинуть ему сена. Орм так и сделал. Но поскольку сгущались тучи, Сторольв заторопился и принялся подзадоривать Орма, чтобы тот как следует поднатужился и пустил в ход всю свою силу, говоря, что тот-де и слабак, и лентяй и что росту в нем куда больше, чем силы и выносливости. Тогда Орм разозлился и живо сгреб целую охапку сена, а как раз в это время подходит лошадь. Схватил тут Орм поклажу вместе с лошадью и со всей сбруей и забросил их наверх на стог, да так проворно, что старик Сторольв свалился между стогами. При падении он так сильно ушибся, что сломал три ребра[584]. Сторольв сказал тогда:

— Не дело подзуживать дерзких[585]. По всему видно, что ты вырастешь человеком своевольным.

Все сочли, что для такого юнца, как он, это был немалый подвиг.

2. Орм сын Сторольва отправляется косить сено

Рассказывают также, что однажды Сторольв обратился к Орму, своему сыну, и велел ему отправляться на луг косить — «потому что работники этим летом не поспевают справляться со всем».

— Где коса, которой я должен косить? — сказал Орм.

Сторольв дал ему косовище и новый клинок, оба были сработаны на славу. Орм согнул в руках и разломил пополам лезвие, а потом наступил ногой на косовище, так что оно разлетелось на куски, и заявил, что ничего из этого ему не подходит. Затем он ушел, раздобыл две четверти железа[586], отправился в кузницу и изготовил себе клинок. После этого он взял бревно из поленницы и приладил к нему две большие рукояти так, чтобы они подходили ему по росту. Он насадил на это косовище новый клинок, закрепил его, обмотав железной проволокой, и пошел вниз на луг.

Местность там была бугристая, однако травы густые и сочные. Орм принимается за дело и косит весь день напролет до самого вечера. Сторольв посылает туда своих служанок сгребать за Ормом свежескошенную траву. И вот приходят они на луг и видят, что все сено, которое накосил Орм, лежит длинными полосами. Они приступают к работе и хотят перевернуть сено, но тут оказывается, что сделать это не так просто, как они рассчитывали, и ни руками, ни граблями им не удается сдвинуть с места ни одной кучи. Тогда они пошли домой и рассказали хозяину, как обстояло дело. Вечером он приехал на луг и увидал, что Орм срезал там все бугры, а землю свалил вперемешку с полосами скошенной травы. Сторольв велел ему остановиться, чтобы не учинять еще большего разорения. Орм так и сделал. Лезвие его косы было стерто по самый обух. Орм скосил тогда поле, которого хватило бы на восемь стогов, и это — единственные ровные луга на Сторольвовом Пригорке. Говорят, что каждый прокос там был никак не меньше того, что один человек может накосить за день[587]. Следы этого видны и по сей день.

3. Орм несет сено

Жил человек по имени Дуфтак[588]. Он жил на дворе, который называли В Лесу, а с тех пор он стал называться В Дуфтаковом Лесу. Дуфтак был велик ростом, и у него была такая колдовская сила, что он мог принимать разные обличья[589]. Они со Сторольвом не очень-то ладили, но все же порой относились друг к другу неплохо, да только в конце концов это не закончилось добром, так как поговаривают, что это Дуфтак убил Сторольва.

Так продолжалось, пока Орму не минуло восемнадцать лет. В тот год стояла такая суровая зима, что замерзли пастбища. У Сторольва было очень много скота, и со временем запасы сена у него стали иссякать, да так быстро, что он уже подумывал о том, что, если не найти выхода из положения, придется ему зарезать свою скотину. Ни у кого в округе сена было не достать, только у Дуфтака его было в избытке, однако он не желал ни с кем делиться. В ту пору отношения между ними были не слишком дружеские.

Позднее зимой, когда скотина изрядно изголодалась, Сторольв посылает Орма, своего сына, к Дуфтаку раздобыть у него сена. И вот Орм отправляется повидаться с Дуфтаком и просит его продать ему сена, но тот отвечает, что у него ничего нет на продажу. Орм, однако, продолжал настаивать, и тогда Дуфтак сказал, что, если ему так хочется, он может получить столько сена, сколько способен унести, — «и если каждый в округе даст тебе столько же, все же вам кое-что перепадет».

— Не больно-то щедрое предложение, но я согласен. Откуда брать сено?

— На дворе стоят два стога, — говорит Дуфтак, — в одном — четыре сажени в обхвате, в другом — две, да поперек будет добрых две сажени и почти столько же в вышину, разве что он успел немного осесть. Возьми себе сена из того стога, что поменьше.

— Схожу-ка я прежде домой за веревкой.

Он так и сделал и рассказал своему отцу, как обстоит дело.

— Это всего лишь жалкая подачка, — говорит Сторольв, — и он за нее ничего не получит. Но сдается мне, будет разумнее, если я пойду за сеном вместо тебя, потому что я способен унести больше.

— Нельзя, — сказал Орм, — ведь он готов дать столько сена, сколько смогу унести я.

— Хоть ты и мало на что годишься, придется тебе на этот раз напрячь все силы, — говорит Сторольв.

Орм уходит, идет в кладовую, берет десяток веревок из конского волоса, снимает с них пряжки и связывает их в длину и в толщину так, что из них получилась одна. Потом он возвращается в Лес[590], заворачивает во двор, где стояло сено, и заходит туда, поломав ворота. Он направляется прямиком к стогу, что побольше, и сбрасывает с него торф и подгнившее сено. Затем он наклоняется, приподымает стог над землей, подсовывает под него веревку, продевает ее в пряжку и перетягивает ею сено. После этого он присел и взвалил эту связку себе на плечи — некоторые рассказывают, что прежде он водрузил на нее тот стог, что поменьше. С этой поклажей он отправился домой на Сторольвов Пригорок. Хозяин был на дворе и увидал его. Он сильно удивился, и ему пришлось признать, что сам он не смог бы дотащить такую ношу[591].

Сено внесли в амбар, и он был заполнен до самого верху. Этого сена хватило так надолго, что весной Сторольву не пришлось забивать скотину. С той поры отношения между отцом и сыном пошли на лад, оттого что Сторольв увидал, каким недюжинным человеком был Орм.

Когда же старик Дуфтак немного погодя вышел на двор и увидал, что произошло — что оба его стога исчезли, а то, что от них осталось, валялось затоптанным и ни на что не годилось, а еще увидал, как Орм выходит за ограду, неся оба стога, — он подивился тому, какую большую ношу Орм мог утащить на себе. А весной Дуфтак поехал на Пригорок и потребовал от Сторольва платы за сено, но ничего не получил. Он считал, что за сено должно быть уплачено никак не меньше стоимости шести коров[592]. Это привело к долгой неприязни и вражде между ним и Сторольвом, о чем будет рассказано позднее[593].

4. Орм и Торальв состязаются в силе

Когда Орму было двадцать лет, он, по своему обыкновению, поехал на альтинг. Тинг в тот раз выдался многолюдный. Прибыл на него с севера со двора У Темной Реки, что в Долине Капищной Реки, и Торальв сын Скольма, родич Орма. С ним был человек по имени Мелкольв. Сила у него была как у шестерых. Все они остановились в одной землянке[594] с Ёрундом годи, свояком Орма[595].

Ёрунд годи получил в подарок подковы. Они были так велики и на их изготовление пошло столько железа, что и без гвоздей они весили полфунта[596]. Их пустили по кругу, и все их рассматривали. Когда очередь дошла до Торальва, он взял четыре подковы, сложил их вместе, подержал в руках некоторое время, а затем протянул Орму, и все они оказались прямыми, точно свечи. Орм взял у него подковы и выгнул их назад, все четыре разом, и все сочли, что это было большим испытанием силы для них обоих[597].

А днем, когда они вышли, то увидали, что у пивоварни стоит котел, который вмещал два бочонка[598]. Они наполнили его доверху песком. Затем к нему подошел Мелкольв и поднял его одной рукой. После него подошел Торальв и поднял его двумя пальцами. Последним подошел Орм. Он продел под ручку котла мизинец и приподнял его не выше щиколотки, а потом быстро спрятал руку под плащ.

Торальв сказал:

— Покажи-ка палец.

— Не хочу, — говорит Орм.

— Я тоже мог бы пораниться, если бы пожелал, — говорит Торальв, — только мне не захотелось.

Все решили, что он, верно, разорвал себе мясо и сухожилия до самой кости.

После этого люди разъехались с тинга по домам, и Орм сидел спокойно у себя в усадьбе. Все очень дивились подвигам Орма, как тем, что он совершил раньше, так и тем, что впоследствии, а они делались все значительнее, чем старше он становился. Все, и друзья его, и враги, в один голос говорили, что ни в их времена, ни прежде не было в Исландии большего силача, чем он, среди тех, кто не менял своего обличья.

5. Об Асбьёрне Горделивом

Одного человека звали Вирфиль. Он был управителем в одной деревне в Дании, в местности, которая называется Вендильскаги[599]. Они были братьями с Весети с Боргундархольма[600]. Вирфиль был женат, и у него был сын по имени Асбьёрн. С ранних лет был он статен, хорош собой и владел всякими искусствами. Не было человека более благородного, чем он, поэтому его прозвали Асбьёрн Горделивый.

В те времена в обычае было, что по стране ходили женщины, которых называли вёльвами, и предсказывали людям, что им суждено, какой выдастся год и прочие вещи, которые им хотелось узнать. Одна из них явилась со своими людьми[601] к Вирфилю бонду, и ей был оказан хороший прием, так как угощение там было на славу.

Вечером, когда люди сидели все вместе, вёльву попросили что-нибудь предсказать, и она сказала, что Вирфиль проживет там до самой старости и будет пользоваться всеобщим уважением, — «но тому молодому человеку, что сидит подле тебя, бонд, стоило бы послушать, что ему суждено, потому что он будет много странствовать по свету, и повсюду его будут считать большим человеком, и он совершит много славных дел и умрет в старости, если только не отправится в Северный Мёр, что в Норвегии, или еще дальше на север этой страны».

— Я думаю, — говорит Асбьёрн, — что там я буду ничуть не ближе к смерти, чем здесь.

— Не тебе об этом судить, что бы ты ни думал, — сказала вёльва и произнесла такие стихи:

После этого вёльва пробыла там еще некоторое время, как было условлено, а затем была отпущена с богатыми дарами.

Асбьёрн рос, и как только он вошел в возраст, отправился в путь. Он совершает поездки в разные страны и узнает там обычаи других людей, и куда бы он ни приезжал, его очень ценят хёвдинги. Род его матери происходил с севера Норвегии, из Хёрдаланда и Северного Мёра, это были потомки Кари Бобра[604]. Асбьёрн подолгу гостил у своих родичей с материнской стороны, и те очень ценили его за его способности и умения.

6. Орм и Асбьёрн завоевывают Гаутланд

Теперь надо вернуться к рассказу о том, что Орм сын Сторольва находился в Исландии. А когда ему минуло тридцать лет[605], он договорился с человеком по имени Эцур из Хёрдаланда, чей корабль стоял на якоре в Бычьей Реке, и уехал вместе с ним из страны. Эцур владел усадьбой в Хёрдаланде, и Орм провел у него зиму. Асбьёрн Горделивый был в то время в Хёрдаланде, и они с Ормом частенько встречались. Они хорошо поладили и вскоре подружились. Они часто устраивали состязания, и выходило, что они ни в чем не уступали друг другу, если только не мерились силой: тогда победа доставалась Орму, так как он был гораздо сильнее. В конце концов они принесли обет побратимства по древнему обычаю[606] и поклялись, что тот из них, кто проживет дольше, отомстит за другого, если он примет смерть от оружия.

Весной Асбьёрн сказал Орму, что хотел бы поехать на север в Мёр и встретиться со своими родичами, Эйвиндом Ужом и Бергтором Бестилем[607].

— А кроме того, мне не терпится проверить, — говорит он, — не расстанусь ли я и впрямь с жизнью, стоит мне только там оказаться, как наговорила эта жалкая вёльва.

Орм сказал, что готов отправиться в эту поездку, — «однако, я не думаю, что в твоих силах поспорить с этим, потому что таким людям, как она, многое ведомо».

Затем они поплыли на двух кораблях на север в Мёр. Эйвинд и Бергтор оказали своему родичу Асбьёрну теплый прием, поскольку они были двоюродные братья. Это произошло в конце правления ярла Хакона из Хладира[608].

Там Асбьёрн узнал, что севернее лежат два острова и оба они носят название Овечьи Острова. Правителем дальнего острова был великан по имени Бруси. Будто бы это был огромный тролль и людоед, и считалось, что людям его ни за что не одолеть, как бы много их ни было. Но еще того хуже было иметь дело с его матерью. То была огромная черная как уголь кошка размером с самого большого жертвенного быка[609]. Из-за этой нечисти тамошним жителям не было никакого проку ни от одного из тех островов.

Асбьёрну очень захотелось побывать на этих островах, однако Орм был против. По его словам, мало что могло быть хуже, чем иметь дело с этакой нежитью, так что из этой поездки ничего не вышло. Летом они поплыли на юг в Данию и зазимовали у Вирфиля. А когда зима закончилась и наступила весна, они отправились в поход на пяти кораблях и плавали повсюду между островами и в дальних шхерах, одерживая победы и захватывая добычу везде, где бы ни появлялись. Никто в то время не снискал себе большей славы в викингском походе, чем они.

В конце лета они направились в Гаутланд[610] и принялись разорять его. В то время там правил ярл по имени Херрёд[611]. Они сражались во множестве битв и подчинили себе всю страну. Там они провели третью зиму[612].

Зимой там устраивались пиры и было большое веселье. Как-то раз зимой, когда Асбьёрн с Ормом сидели за брагой, Асбьёрн сказал такую вису:

Весной Орм с Асбьёрном уехали, не пожелав дольше там оставаться. Летом они направились на север Дании, а оттуда в Норвегию, и четвертую зиму провели у Эцура из Хёрдаланда.

Весной побратимы принялись совещаться. Асбьёрн хотел отправиться в поход, а Орм — вернуться в Исландию, поэтому они расстались, сохранив, однако, свою любовь и дружбу. Орм уехал в Исландию с Эцуром из Хёрдаланда; их плаванье было удачным, и они привели свой корабль в Глинистый Залив под Пустошью[613]. Орм узнал тогда новость о том, что старик Сторольв, его отец, погиб из-за своей распри с Дуфтаком. Мало кто горевал о нем. Затем Орм поехал домой на Сторольвов Пригорок и поселился там. Он жил там долгое время, после того как отомстил за Сторольва, своего отца, о чем рассказывается в Перечне исландцев[614].

7. Убийство Асбьёрна

Вскоре после того как Орм с Асбьёрном расстались, Асбьёрну во что бы то ни стало захотелось отправиться на север на Овечьи Острова. И вот он поплыл с двадцатью четырьмя спутниками на одном корабле на север от Мёра. Однажды на исходе дня они пристают к дальнему из Овечьих Островов, сходят на берег и ставят шатер. Они заночевали там, не встретив ни души.

На другой день рано поутру Асбьёрн встает, одевается, берет свое оружие и поднимается на остров, приказав своим людям дожидаться его. А спустя какое-то время после ухода Асбьёрна видят они, что ко входу в шатер подошла страшная кошка. Она была черна как уголь и весьма свирепа с виду. Казалось, что из ноздрей и пасти у нее вырывается пламя. Глаза у нее тоже не были добрыми. Люди были немало поражены этим зрелищем и преисполнились ужаса. Тут кошка прыгнула в шатер, набросилась на них и принялась хватать их одного за другим, и рассказывают, что кое-кого она проглотила, а иных растерзала своими когтями и клыками[615]. За короткое время она убила двадцать человек, троим же удалось выбраться наружу[616], и они бежали на корабль и поспешно отплыли.

Асбьёрн же идет, пока не приходит к пещере Бруси. Недолго думая, он заходит внутрь. Он не мог ничего разглядеть из-за того, что в пещере было очень темно. Не успел Асбьёрн опомниться, как был схвачен и поднят в воздух, а затем брошен оземь с такой силой, что не сразу пришел в себя от удивления. Догадывается он тут, что это не кто иной, как великан Бруси, — а тот и вправду был великоват с виду.

Тогда Бруси сказал:

— Ты приложил немало стараний, чтобы пробраться сюда, и убедишься нынче, что делал это не зря, потому что ты лишишься здесь жизни, и притом в таких великих мучениях, что это отвадит других от того, чтобы являться в мой дом с враждебными намерениями.

Затем он сорвал с Асбьёрна одежду, поскольку разница в силе между ними была столь велика, что ётун мог в одиночку принимать все решения за них обоих. Асбьёрн увидал, что пещеру разделяла широкая перегородка, а посреди нее было большое отверстие. Чуть поодаль от перегородки стоял могучий железный столб.

— А теперь поглядим, — говорит Бруси, — насколько ты выносливее других людей.

— Недолго проверять, — говорит Асбьёрн. — Удача оставила меня, коли я не смог никак защититься, так что я, похоже, обречен.

И он сказал такую вису:

После этого Бруси вспорол Асбьёрну живот, вытащил конец его кишок и привязал его к железному столбу. Затем он принялся водить Асбьёрна вокруг столба, и тот так и ходил кругами, покуда все кишки его не намотались на столб[618]. Все это время он произносил такие висы:

Затем Асбьёрн расстался с жизнью мужественно и с большим достоинством.

8. Орм встречается с Менглёд на Овечьем Острове

Теперь надо рассказать о том, что те трое, которым удалось спастись, гребли что есть силы без передышки, пока не добрались до материка. Они поведали о том, что произошло во время их поездки, и сказали, что Асбьёрн, по их мнению, мертв, хотя они и не могут ничего рассказать об обстоятельствах его гибели. Они уплыли на корабле вместе с торговыми людьми и прибыли на юг в Данию. И вот эта весть разносится повсюду, и все находят ее весьма удивительной.

В то время в Норвегии сменился правитель — Хакон ярл умер и в страну явился Олав сын Трюггви и начал проповедовать всем правую веру[637].

Орм сын Сторольва получил в Исландии известие о поездке и предполагаемой гибели Асбьёрна и счел это величайшей утратой. Он не пожелал дольше оставаться в Исландии, взошел на корабль в Китовом Фьорде[638] и уехал из страны. Они высадились на севере Норвегии, и он провел зиму в Трандхейме. К тому времени Олав уже три зимы был конунгом Норвегии.

Весной Орм снарядился в поездку на Овечьи Острова. У него на корабле было почти столько же народу, сколько у Асбьёрна. Они причалили к меньшему из Овечьих Островов поздно вечером, разбили шатер на берегу и заночевали там. Рассказывают, что Орм принял неполное крещение[639] в Дании, а затем крестился в Исландии.

А когда Орм уснул, он увидал, что в шатер вошла женщина, статная и решительная, она была нарядно одета и пригожа лицом. Она приблизилась к тому месту, где лежал Орм, и остановилась. Орму привиделось, что он поздоровался с нею и спросил ее имя, а она ответила, что ее зовут Менглёд[640] и она дочь Офотана из Офотансфьорда[641], что на севере:

— Мы с Бруси единокровные брат и сестра, так что у нас один отец, однако у меня мать — женщина, а у него — черная как уголь кошка, что живет в его пещере. Но хотя мы и состоим в родстве, нравом мы несхожи. Он правит дальним островом, и тот остров намного лучше этого. Соседство с ним доставляет мне столько неприятностей, что я подумываю о том, чтобы уехать отсюда. Мне известно, зачем ты явился: ты намерен отомстить за Асбьёрна, твоего побратима, и тебя нельзя за это винить, потому что он был храбрец, каких мало. Ты, верно, не прочь узнать, как он был убит, однако, кроме меня и Бруси, об этом мало кто может рассказать.

Тут она начала свой рассказ и поведала все о гибели Асбьёрна, а также сказала все висы, которые тот произнес:

— И я не могу предвидеть, что окажется сильнее — ворожба Бруси и его матери или твоя удача. Но ты — единственный человек, которого он страшится, и он уже сделал все приготовления на тот случай, если ты вздумаешь пожаловать к нему. Он приволок скалу и загородил ею вход в пещеру, так что, пока она там стоит, никто не сможет проникнуть внутрь, и, несмотря на всю твою силу, тебе не одолеть Бруси и не отодвинуть эту скалу. Однако у меня есть для тебя рукавицы: у них такое свойство, что тот, на чьи руки они надеты, никогда не испытывает недостатка в силе[642]. Если выйдет так, что тебе удастся победить Бруси, я требую, чтобы ты отдал мне власть над Овечьим Островом. Я решила тебе помочь, потому что ты мне приглянулся, хотя нам и не придется насладиться друг другом из-за твоей веры[643].

После этого женщина исчезла, а Орм проснулся, и рукавицы были подле, и он припомнил все висы. Тут Орм встал, разбудил своих спутников и отплыл на остров. Там он поднялся на берег и приказал своим людям дожидаться его на корабле до завтрашнего дня, а если он не возвратится к этому же времени, — уплыть.

9. Убийство Бруси

И вот Орм идет, пока не приходит к пещере. Тут он замечает огромную скалу, и вид у нее такой, что, кажется ему, ни одному человеку не под силу будет убрать ее оттуда. И все же он натягивает рукавицы, подарок Менглёд, хватает скалу и оттаскивает ее от входа. Думается Орму, что никогда еще его сила не подвергалась такому великому испытанию.

Затем он заходит в пещеру, положив у входа свой меч, на котором были насечены тайные знаки[644]. Не успел он войти, как видит, что на него мчится кошка с разинутой пастью. У Орма были с собой лук и колчан. Он положил стрелу на тетиву и выпустил в чудище три стрелы, однако она поймала их зубами и перекусила. Тогда она набрасывается на Орма и вонзает ему в грудь когти, да так, что Орм падает на колени, а ее когти проникают сквозь одежду и пронзают его плоть до самых костей. Потом она пытается укусить его в лицо. Понимает он тут, что ему, похоже, несдобровать, и взывает к самому Богу и святому апостолу Петру, обещая, что если он победит эту кошку и сына ее Бруси, то совершит паломничество в Рим. После этого Орм замечает, что у кошки поубавилось силы. Тогда он хватает ее одной рукой за горло, а другой за хребет, перегибает назад, переламывает ей хребет пополам и бросает ее мертвую.

После этого Орм замечает широкую перегородку, которая стояла посреди пещеры. Он идет вглубь, а когда подходит к перегородке, то видит, что из нее торчит большущее копье. Было оно и толстое, и длинное. Орм хватается за копье и пытается вытащить его. Тогда Бруси тянет копье к себе, но оно сидит крепко и не поддается. Бруси удивился и выглянул сверху из-за перегородки. И как только Орм увидал его, он ухватился обеими руками за его бороду, а Бруси отпрянул. Принялись они тут тянуть изо всех сил каждый в свою сторону поверх перегородки. Орм накрутил бороду Бруси себе на руку и потянул с такой силой, что вырвал ее с корнем, а впридачу к ней подбородок, обе челюсти и кожу с обеих щек до самых ушей. Вместе с кожей сошло все мясо до самых костей[645]. Бруси нахмурил брови и скорчил ужасную гримасу.

Тут Орм перемахнул через перегородку. Они схватились и начали бороться, и это продолжалось довольно долго. Бруси вскоре выдохся из-за потери крови и стал отступать. Тогда Орм собирается с силами, прижимает Бруси к перегородке и запрокидывает его над нею.

— Давно уже мое сердце подсказывало мне, — сказал Бруси, — стоило мне только услыхать о тебе, что ты доставишь мне кое-какие неприятности, и так оно и случилось. Я бы предпочел, чтобы ты покончил с этим поскорее и снес мне голову. И то правда: я долго мучил Асбьёрна Горделивого, когда я вывернул наружу все его кишки, однако он не дрогнул до самой смерти.

— Ты совершил большое злодейство, — говорит Орм, — доставив столь жестокие мучения такому храбрецу, как он, и в напоминание об этом ты кое-что получишь.

Он выхватил кинжал и вырезал у него на спине кровавого орла — удалил все ребра, а потом вытащил легкие[646]. Так Бруси лишился жизни, и это был довольно бесславный конец.

Потом Орм развел огонь и сжег дотла и Бруси, и кошку. Покончив с этим, он покинул пещеру с двумя сундуками, наполненными золотом и серебром. Все же прочие ценности вместе с островом он отдал Менглёд, и они расстались большими друзьями. Орм воротился к своим людям в назначенный час, и они отплыли на материк. Орм провел в Трандхейме вторую зиму.

10. Об Орме и Эйрике

Летом Орм собрался в паломничество в Рим, и его путешествие было удачным. Осенью, после битвы при Свёльде[647], он вернулся с юга в Данию и там услыхал о том, что произошло. Тогда он отправился в Норвегию на встречу с Эйриком ярлом. Он застал его в Хладире[648], явился к нему и приветствовал его. Ярл принял его хорошо и спросил, как его зовут. Тот назвался Ормом. Ярл спросил:

— Так ты Орм Силач?

— Можете называть меня так, государь, если вам угодно. А дело у меня такое: я хотел бы погостить у вас этой зимой.

Ярл сказал, что он может остаться, и отвел ему место на главной скамье поближе к выходу[649]. Зимой Орм был молчалив и держался особняком.

Как-то раз речь зашла о битве при Свёльде и о том, с какой отвагой защищались воины Олава конунга и как нескоро была одержана победа над Змеем[650], а также о том, сколь яростен был натиск Эйрика ярла, раз ему удалось одолеть корабль, который все считали непобедимым в открытом море.

Орм сказал на это:

— Будь я среди воинов конунга, с Великим Змеем пришлось бы биться подольше.

И вот ярлу докладывают, что Орм, мол, разглагольствовал о том, что Великий Змей был бы непобедим, когда б на нем был он. Ярл посылает тогда за Ормом и спрашивает его, правда ли, что он говорил, будто победа над Змеем никогда не была бы одержана, если бы он был там.

— Нет, государь, — говорит Орм, — я сказал только, что, будь я там, Змей был бы побежден не так скоро.

Ярл отвечает:

— От одного человека мало что могло зависеть, когда там было собрано столько могучих воинов. Но все же давай-ка проверим. Ты взойдешь на корабль один, а на тебя нападут пятнадцать боевых кораблей, и это — лишь малая часть той флотилии, что была при Свёльде.

— Вам решать, государь, — сказал Орм, — однако я не намерен сдаваться, пока не буду побежден.

Орм вышел и взял толстенную палицу длиной в тринадцать локтей[651]. Затем он взошел на борт и отплыл. После этого собрали людей на пятнадцати боевых кораблях, и они все разом напали на Орма. Рассказывают, что за короткое время Орм потопил семь кораблей, все они были разбиты в щепы. Тогда ярл приказал им прекратить эту игру, и они так и сделали. Почти все люди были спасены.

Потом ярл повелел, чтобы шестьдесят человек выступили против Орма в открытом поле, и это было исполнено. У Орма не было при себе другого оружия, кроме палицы, и он вертел ею над головой, словно это была дощечка, так что никто не смел приблизиться к нему: они видели, что каждому, кто окажется рядом, грозит верная смерть. Тогда ярл распорядился прекратить эту игру, и они так и сделали[652].

Ярл сказал:

— Не думаю, Орм, что было преувеличением сказать, что, будь ты на Великом Змее, он бы продержался подольше, потому что он ни за что не был бы побежден, если бы его защищал ты.

После этого Орм сделался дружинником Эйрика ярла и благодаря своим достоинствам пользовался большой любовью ярла.

11. Орм является к Эйнару в Гимсар

Как-то раз Орм отправился посетить усадьбы своих друзей в Трандхейме, места, где он уже бывал прежде. По дороге он заехал в Гимсар. Эйнар[653] тогда был дома. Это случилось, когда Эйнар был в церкви. Лук его стоял снаружи перед церковными дверями. Орм подошел и поднял его. Он положил стрелу на тетиву, оттянул ее назад так далеко, что наконечник стрелы уперся в лук, и так и оставил стрелу стоять в луке. Затем он положил лук на прежнее место и ушел.

А когда Эйнар вышел, он увидал, что сталось с его луком, и очень изумился. Он принялся расспрашивать, кто брал его лук, но ему долго не удавалось ничего выяснить, пока Орм сам не сказал ему. Эйнар ответил, что знал, что тот, кто смог растянуть его лук на длину стрелы до самого ее острия, уж точно был не слабак.

Эйрик ярл ездил по пирам[654] на востоке в Вике. Орм был тогда с ярлом. Когда же они прибыли в то место, где был разрушен Великий Змей[655], там лежала его мачта. Ярлу захотелось проверить, сколько людей потребуется, чтобы взвалить ее на плечи. Орма он поставил посредине. Мачту подняли шестьдесят человек. Затем ярл приказал, чтобы те, кто стояли по краям, отходили один за другим. Так продолжалось, пока под мачтой не остался стоять один Орм. Тогда он прошел с нею три шага, а потом опустил ее на землю. Говорят, Орм после этого был уже не тот, что прежде.

Орм пробыл у ярла несколько зим, а потом уехал в Исландию и поселился на дворе у Сторольвова Пригорка. Все считали его недюжинным человеком. Он умер в глубокой старости и до конца оставался приверженным своей вере.