- Кейла, ты здесь?

- Да, бабушка.

- Ты знаешь, я люблю тебя, дорогая, и согласилась бы со всем, что ты сказала...

- Миссис Брейтон, - решительно прервал Мэт, - истина заключается в том, что ваш сын нанял частного детектива, чтобы вас выследить. Но есть выход, - спокойно резюмировал он. - Позвольте нам с Кейлой приехать к вам.

Кейла вернется с докладом, что с вами все в порядке. Миссис Брейтон, это, возможно, успокоит вашего сына, и вы продолжите свой отдых без дальнейших потрясений.

- "Нам... с Кейлой"? - в подозрительном ужасе едва смогла выговорить Рут.

- Ну да, конечно, - подтвердил Мэт.

- Мэтью!

- Да, отец.

- Ты все еще сохраняешь тайну нашего убежища?

- Конечно. Кейла не узнает, куда мы едем, пока мы не прибудем на место.

О, если б взгляд убивал!.. Остается надежда, что Мэт понял ее намерение.

- Хорошо, сын, приезжайте.

Кейла так изумилась, что даже забыла о своих преступных поползновениях, схватила Мэта за рукав и потрепала дружески - неожиданно для себя самой.

- Дело в том, дорогие... мы тут обсудили... - добавила Рут, - и, знаете, в самом деле рассчитываем на ваш приезд. Только поскорее.

- "Поскорее" - это как, бабушка?

- В воскресенье, самое позднее - в понедельник.

Кейла задохнулась.

- Но я... я не уверена, что...

Мэт оборвал ее:

- Нет проблем. Позвоню вам, как только закажу билеты, - будете в курсе, когда нас ждать.

- Вот и отлично, - одобрил Филип. - И не вздумайте беспокоиться, никаких отелей. У нас тут комнат...

Как только они повесили трубки, Кейла развернулась к Мэту.

- Премного благодарна!

- Пожалуйста, не стоит, а за что?

- Как вы понимаете, у меня есть свои обязательства. Это вы из прихоти можете все сразу бросить, а я...

- "Из прихоти"! Леди, да вы оглянитесь вокруг! - Он издал глубокий гортанный звук, будто подавился. - Кроме того, я осознал: увидеть вашу бабушку - для меня острая необходимость.

Она закусила губу, вконец расстроенная.

- Мне придется позвонить в свой офис и все перенести.

Мэт уже протягивал ей телефон. Да, он от своего не отступит - она сама лишила его этой возможности. В конце концов, ей не на что сетовать - она достигла своей цели: ее пригласили на Багамы, в убежище Рут и Филипа. Но такая неожиданность - ехать туда с Мэтом Ридом!

Они начали подготовку: Мэт звонил личному турагенту по офисной линии, а Кейла - в свой магазин в Чикаго по частной линии Мэта.

Фрэнк ответил на пятый вызов.

К счастью, она всегда путешествует со своим электронным календарем пока Мэт изучал расписание авиалиний на экране компьютера, Кейла и Фрэнк переносили встречи и меняли планы. Они с Мэтом почти одновременно-повесили трубки.

- Ну так как? - Левая бровь Мэта имела обыкновение приподниматься, когда он задавал вопрос.

- Удалось освободить целую неделю.

- Отлично! Билеты на самолет уже заказаны.

Кейла едва доплелась до стола для переговоров, налила воды и проглотила две таблетки аспирина.

- Когда вылет?

- В воскресенье, в одиннадцать. Встречу вас у стойки регистрации Американской авиакомпании. В десять - десять пятнадцать.

- А когда мы возвращаемся?

- Дату вылета я оставил открытой. Да, вам нужен паспорт.

- У меня нет с собой паспорта.

- Тогда регистрационная карточка избирателя. Иммиграционная служба на Багамах принимает ее вместо паспорта. Лучше всего позвонить в администрацию Чикаго и утром получить от них факс.

- Сделаю еще лучше - съезжу в администрацию Бостона. Я там зарегистрирована.

- О, это как же?

Она пожала плечами, избегая его взгляда.

- Просто пришлось много раз переезжать за последние несколько лет. Голосую по почте. - Она осторожно поставила стакан. - Ну, тогда все улажено.

Зазвонил внутренний телефон:

- Мистер Рид, клиент, назначенный на час, ждет.

- Спасибо, Сара. Через минуту буду.

Неужели только час дня? Кейла тоже привыкла работать в быстром темпе, но чтобы такое сумасшествие!..

- И так, до встречи... в... в Логане. - Она даже слегка заикалась.

- Да-да, мисс Брейтон, до встречи.

Кивнув на прощание, Кейла нетвердой походкой покинула офис. Боже, только вчера она улетела из заснеженного Чикаго, уверенная - до воскресенья, до вечера. А теперь отбывает на неведомые солнечные Багамы, делая вид, что тут нет ничего особенного. Не в самом факте путешествия (хотя и этого хватит), а в том, что Мэт Рид, давняя и трудная любовь ее несчастливых юношеских лет, окажется там вместе с ней.

Ллойд Брейтон подъехал к стоянке, принадлежавшей терминалу аэропорта, но двигатель не выключил.

- Ты позвонишь мне, Кейла? - Интонация скорее приказания, чем просьбы.

Кейла смотрела через ветровое стекло "линкольна" на дорогу, посыпанную песком и дорожной солью, и дрожала, хотя машина прекрасно обогревалась. Температура прошлой ночью резко упала, так что этим утром все было покрыто льдом, даже старый снег, собранный в кучи по сторонам дороги, ведущей в аэропорт Логан.

- Постараюсь, папа. Сделаю все, что смогу.

А если что-то помешает - пожалуйста, не волнуйся.

- Как это - не волнуйся! Разве уже то, что ты с Мэтом Ридом, не повод для волнения? - Его пальцы сжали руль.

- Знаю, тебе не по нутру, что мы едем вместе. Мне тоже. Но у меня нет выбора. А вообще-то у нас с ним, может, больше общего, чем мы думали. Я ведь уже говорила тебе - он тоже отнюдь не в восторге, что его отец умыкнул нашу Рут на Багамы.

- Я на такое не покупаюсь, и тебе бы не стоило. Мэт отличный манипулятор, Кейла. Об отце беспокоится? Да ерунда! Твоей бабушке средств вполне хватает. Деньги Филипа ей точно не нужны. А едет с тобой Мэт в это путешествие, только чтобы помешать тебе увезти ее домой.

Кейла поджала губы: это и ей приходило на ум.

- Ты уверена, что убедишь ее вернуться?

- Да, папа, вполне. - Она проглотила ком в горле.

- Так. Когда же тебя ждать?

- Надеюсь, в среду.

- Прекрасно. Три дня - вполне достаточно, чтобы воздействовать на Рут. - Ну, я тебя отпускаю.

- Ммм... за тобой какие-то машины...

- Ох, они уже здесь? - Он взглянул в зеркало заднего вида. - Я договорился поехать с Гордоном на ланч.

- Извини, не знала.

- Ничего страшного. Мы ездим на ланч почти каждое воскресенье.

Это пояснение каким-то образом задело ее чувства, подтвердив тот факт, что она отдалилась от отца, а отношения его с сыном становятся все глубже. Ежась от холодного ветра, Кейла вышла из машины, открыла заднюю дверцу, вытащила дорожную сумку и портфель и поставила на дорожку.

- Ну, пока. - Она нагнулась заглянуть в машину - отец все держался за руль.

- Запомни: не позволяй Риду встать между тобой и бабушкой.

- Не позволю.

- Итак, я на тебя надеюсь, Кейла.

Как она ни старалась совладать с собой, у нее перехватило горло. Отчаяние ледяной рукой сдавило сердце, когда он включил скорость. Неожиданно для себя она вдруг выкрикнула:

- Папа, подожди!

"Линкольн" слегка вильнул, Кейла подбежала к дверце со стороны водителя и открыла ее.

- Что ты, Кейла? - Отец искренне удивился.

- Я... я только хотела попрощаться, папа. - И, пока смелость не покинула ее, быстро его обняла.

- Ox! - выдохнул он, слегка похлопав дочь по плечу; было видно, что ему неловко.

- До встречи, папа! - Не дожидаясь ответа, она метнулась к своему багажу и, не оглядываясь, скрылась за стеклянными дверьми терминала.

Мэта увидела сразу: он стоял у стойки оформления билетов, в том месте, где они договорились встретиться два дня назад. Какое-то мгновение она колебалась, настроение ее быстро менялось, переходя от меланхолии к какому-то другому состоянию, которое она предпочла не анализировать. Мой Бог, что за потрясающий мужчина - идеал каждой женщины!

Как только она шагнула к нему и оказалась в поле его зрения - сразу почувствовала, как он охватил ее взглядом с головы до ног, начиная от французского шарфа, с искусной небрежностью завязанного вокруг воротника черного шерстяного пальто, и кончая черными ботинками на высоких каблуках. Спустя мгновение Кейла кожей ощутила: они единственная пара, которая так оделась, направляясь в тропики. Но ведь в Бостоне всего восемнадцать градусов. Выглядят они все же весьма щеголевато, выделяясь среди публики.

- Привет, - поздоровалась она, сдержанно улыбаясь.

Он кивнул, не выразив никаких эмоций.

- Это все, что у вас с собой?

- Да, это все.

- Тогда идемте. Получим посадочные талоны.

Они встали в одну из очередей. Глаза обоих были устремлены в пространство перед собой, оба молчали.

Кейла все еще никак не могла осознать, что она делает. Самое странное мероприятие, в какое ее когда-либо втягивали. Она едва знает Мэта Рида. Не считая этой встречи в офисе - и еще одной, давно забытой в прошлом, - он для нее чужой, незнакомец; да еще, возможно, устроил заговор против ее семьи. И все же она с ним едет.

Однако очередь двигается так медленно... Даже Мэт, очевидно, почувствовал невыносимость молчания. Переступил с ноги на ногу, кашлянул и наконец произнес:

- Теперь уже можно вам сказать, что мы летим в Орландо. У нас прямой рейс. Вы раньше бывали на Багамах?

- Нет, - ответила Кейла.

- Куда ваша семья ездила на отдых, когда вы были маленькой?

- Мы не ездили. Всей семьей не ездили. А вы?

- Бывал ли на Багамах? Нет, мы тоже не ездили, а теперь, - он пожал плечами, - у меня не так много времени.

- Понятно. - Она ослабила шарф и расстегнула пальто, открыв ту же юбку и белую блузку, что была на ней в офисе.

- Надеюсь, вы взяли с собой еще какую-то одежду?

Она бросила на него равнодушный взгляд.

- В магазине вчера побывала. - Внезапно в ее памяти веером вспыхнули красочные летние наряды - как распустившиеся яркие оранжерейные цветы - в отделе одежды для отдыха фирмы "Файлин". Она легко устояла против них, а купила лишь две пары рыжевато-коричневых шорт, две майки, тоже рыжеватую и белую, еще широкую зеленую юбку и пару туфель без каблуков. - Но зачем покупать одежду, которая не нужна?

- Понимаю, вы в любом случае не можете уезжать надолго. - Мэт подтолкнул свою сумку вперед.

Кейла сделала то же, с новой силой переживая абсурдность ситуации: "Что я здесь делаю?"

- Подходите, - сказал Мэт, - мы следующие.

Какое-то время ушло на уточнение посадочных мест, процедуру проверок и поиск нужных ворот для прохода на посадку. Но вот они заняли места в зале ожидания, и Кейла снова почувствовала себя как на иголках. Рев взлетающих самолетов придавал путешествию реальность, которую до этого она не вполне ощущала. По-настоящему она стала нервничать, когда объявили, что их рейс откладывается из-за обледенения самолета.

Какое счастье, что она взяла с собой уйму работы, - есть чем занять себя во время напряженного ожидания. Кейла открыла портфель, вытащила портативный компьютер и инвентарную книгу учета товаров в магазине в Балтиморе. Мэт тоже раскрыл свой портфель, разделенный, как оказалось, на ячейки, а в них изобретательно были вмонтированы миниатюрный компьютер, факс и телефон. Она погрузилась в свои цифры, он-в свои. Время шло;

Кейла просматривала колонки на маленьком экране, сознавая, что ровным счетом ничего не воспринимает. Рядом с ней маялся Мэт, тихонько покашливая и барабаня пальцами по бедрам.

И он, оказывается, не читает - серые глаза неподвижно смотрят на взлетную полосу. Задумчивость придает лицу грустное выражение.

Помимо воли взгляд Кейлы остановился на его губах: ведь было - она целовала этот рот, ощущала его тепло... Странно все-таки: вот двое, которые раньше целовались, теперь, десять лет спустя, сидят рядом в аэропорту и притворяются, что незнакомы...

Кейла уже очень жалела, что решилась на эту поездку. В сущности, внутренне она свободна. Но Мэт, оказывается, достаточно сильно ее затрагивает. Стоило ли подвергать себя такому болезненному эксперименту несколько дней быть все время рядом с ним?

Мысли се обратились к себе, к поре своей ранней юности. Три года она провела в Брайвуде, в частной академии для девушек, куда поступить ее убедил отец. А до того - самое обычное детство, рядовая муниципальная школа.

В Брайвуде она никогда не чувствовала себя на своем месте. Академия вовсе не такая уж привилегированная - большинство учащихся местные жители. Тем не менее многие ее однокашницы отличались высокомерием и заносчивостью, сильно заблуждаясь относительно своего положения в обществе. Процветали группировки, существовала болезненная вражда между входившими в них и теми, кто оставался за их пределами. Часть проблемы коренилась в том, что в составе академии были и старшие классы местной школы. Девочки, там учившиеся, образовали свои маленькие кланы еще до того, как перешли на старшие курсы.

"Эта Кейла еще и странноватая какая-то, чудачка..." - так о ней судили. А дело обстояло просто: после смерти дочери бабушка, погрузившись в свое горе, мало уделяла внимания внучке. Одежда и вообще весь внешний вид девушки ничуть не отвечали "современным" воззрениям подростков и молодежи на моду и "стильный" облик.

Оглядываясь на прошлое с высоты взрослости, Кейла подозревала, что даже самая модная и шикарная одежда не спасла бы ее тогда. Она нс считала себя хорошенькой - слишком проста, абсолютно обыкновенна. А в шестнадцать лет была попросту жалкой. Выросшая уже в то время до своего теперешнего роста (примерно метр семьдесят), веса, естественно, не набрала - меньше сорока пяти килограммов. Округлостей, притягивающих внимание, не имела, макияжем не пользовалась, а ее светлые волосы до плеч безжизненно висели и секлись от домашней завивки, которую она по глупости делала втайне от Рут. Но наихудшее воспоминание, сохранившееся в глубинах сознания, - скобы на зубах: толстые серебряные пластинки, блестевшие, как металлическая решетка у "бьюика" пятьдесят седьмого года, стоило ей открыть рот.