Стрелка спидометра автомобиля Мейсона покачивалась у отметки семьдесят. Делла Стрит, сидевшая на переднем сиденьи, зажгла сигарету от электрического прикуривателя, сделала затяжку и протянула сигарету Мейсону.

– Спасибо, не надо. Сейчас я за рулем, а покурю позже.

– Притормози, Перри! – крикнул Пол Дрейк с заднего сидения. – Впереди поворот!

– Когда ты сидел за рулем, – мрачно бросил Мейсон, – повороты мы проходили без торможения, и тебе это нравилось. Сейчас ты – пассажир. Думаю, понравится и теперь.

Автомобиль с ревом вошел в поворот, накренился, устримившись к обочине, но адвокат, выходя из поворота, вдавил в пол педаль газа и помчал дальше. Дрейк облегченно выдохнул и разжал пальцы на боковой ручке. Делла Стрит выпустила струю дыма.

– Они знают, от чего он умер, босс? От пулевых ранений или утонул?

– Если и знают, то не говорят, – ответил Мейсон. – Вероятно, точный ответ будет получен только после вскрытия.

– И ты уже указал, какие у них могут возникнуть проблемы. Если он умер от утопления, Стеллу Кенвуд не признают виновной в убийстве. И что они могут с ней сделать?

– Ей вменят в вину нападение со смертельным оружием и намерением убить. Однако, они уже ошиблись с подозреваемой, поэтому им будет непросто добиться желаемого на суде присяжных. Бергер это понимает, так что он перевернет небо и землю, чтобы на этот раз подобных проколов не случилось.

– А если он умер от огнестрельных ранений? – спросила Делла.

– Тогда Стеллу обвинят в убийстве, но им придется объяснять, каким образом автомобиль Браунли оказался на дне. И тут все не просто. Что бы ни сказали патологоанатомы, если Ренволд Браунли смог доехать до края причала, присяжные не поверят, что он был мертв, когда автомобиль падал в воду. К тому же Стелле Кенвуд будут сочувствовать. То есть, если Браунли умер от пуль, к краю причала автомобиль отогнал кто-то еще. Значит, должен был быть сообщник.

– Конечно, он мог прийти в себя, – указала Делла, – и сдвинуть автомобиль с места на низкой передаче. А потом, находясь в полубессознательном состоянии, проехать по причалу, думая, что это дорога. И если он умер уже на причале, навалившись телом на ножной подсос, то автомобиль мог продолжить движение…

Мейсон рассмеялся, прервав ее рассуждения.

– Может, все так и произошло. Но помни о том, что окружной прокурор должен доказать присяжным, что именно произошло, вне всяких разумных сомнений.

– Ради бога, Делла, ты слишком много говоришь и отвлекаешь его от дороги. Мы едва разминулись с грузовиком. И автомобиль съехал с причала из-за выдвинутой ручки ручного подсоса. Ты – отличная секретарша, но не пытайся изображать из себя детектива, потому что женщина и склад ума, необходимый детективу, несовместимы. Так что не приставай к Мейсону своими доводами, а не то мы с минуты на минуту отправимся в мир иной.

– Это твоя простуда превращает тебя в такого зануду, Пол, – ответила Делла. – И не думай, что Бог даровал тебе способности детектива только благодаря твоей принадлежности к сильному полу.

– Не в этом дело, – отмахнулся Пол, – да и нет у меня никакого желания спорить. Просто от детектива требуется держать в голове тысячи фактов и автоматически строить на них версии. Ты подтвердила мою правоту, забыв про ручной подсос.

Мейсон ухмыльнулся.

– Не спорь с ним, Делла. У него простуда, температура, и он весь набит таблетками и эгоизмом.

Делла, нахмурясь, замолчала. Дрейк закрыл глаза. А Мейсон, которого уже ничто больше не отвлекало, прибавил скорости.

– Мистер Бергер пригласил для опознания Джейнис Браунли и Филипа Браунли? – оборвала долгую паузу Делла.

Мейсон кивнул.

– Почему? – полюбопытствовала она.

– Мы узнаем больше, когда доберемся туда. Кстати, Пол, вот что я думаю насчет этого дела. Нам не найти все ответы, пока мы не выясним, какую роль играет в этой истории заикающийся епископ. Гарри Коултер тоже приедет?

– Да. Приказ он получил, так что должен подъехать раньше нас или чуть позже.

– Я хочу, чтобы он осмотрел автомобиль Джейнис Браунли. Этот желтый «кадиллак». Вдруг что-то в нем покажется ему знакомым.

Дрейк кивнул, а Мейсон сбросил скорость, приближаясь к портовому району, где плотность транспортного потока заметно возрастала.

– У нее железное алиби, – напомнил Дрейк, когда адвокат свернул на бульвар. – У Пола Монтроуза очень хорошая репутация. Он – нотариус, работающий с недвижимостью. И клянется, что Стоктон вытащил его и постели, чтобы тот присоединился к их компании.

– Почему он это сделал? – Мейсон вновь надавил на педаль газа.

– Потому что Стоктону требовался беспристрастный свидетель, чтобы подтвердить его показания.

– Это могла сделать его жена, – встряла Делла.

– Да, но он хотел привлечь кого-то еще, – устало ответил Дрейк.

– И сделал это до появления Джейнис, так? – Мейсон нахмурился.

– Да, за пять минут, согласно показаниям Монтроуза.

– Ладно, разберемся. – Мейсон свернул направо. – Чертовски много машин.

– По большей части, фотокорреспонденты, – заметил Дрейк. – Смотри, этот коп хочет нас остановить.

Полицейский в форме выступил вперед, подняв руку.

– На причал вам нельзя.

Пока Мейсон колебался, Дрейк проявил сноровку опытного детектива, которому не раз приходилось прорываться сквозь полицейские кордоны.

– Но нас там ждут. – Он указал на Деллу Стрит. – Это Джейнис Браунли. Окружной прокурор Бергер велел привезти ее как можно быстрее, чтобы она смогла осознать тело своего деда.

– Это меняет дело, – признал коп. – Насчет нее инструкции мною получены, но я думал, что она уже подъехала.

Дрейк покачал головой.

– Поезжай, Перри. Держитесь, Джейнис. Все скоро закончится.

Делла промокнула глаза носовым платком, коп отступил от автомобиля.

– Думаешь, Гарри Коултер преодолеет этот барьер? – спросил Мейсон.

– Можешь не сомневаться, – заверил его Дрейк. – Автомобиль, возможно, придется оставить, но Гарри найдет предлог, чтобы просочиться мимо полицейского, особенно такого тупого. Смотри, Перри, вон желтый «кадиллак». Давай припаркуемся рядом, осмотрим и поймем, ездит ли на нем Джейнис. – Мейсон поставил свой автомобиль вплотную к «кадиллаку». Дрейк выскочил с заднего сиденья, подошел к «кадиллаку», распахнул дверцу и взглянул на регистрационный сертификат. – Да, Перри, это ее автомобиль.

– На нем могла быть какая-нибудь отметина, которую, возможно, запомнил Коултер. Скажем, погнутый бампер или… Черт, это что? – Адвокат указал на вмятину на левой половине переднего бампера. – Она появилась недавно.

– Из тех вмятин, что появляются на стоянке, – заметил Дрейк, глянув на передний бампер.

– Босс, посмотри! – взволнованно крикнула Делла Стрит, которая осматривала кожаную обивку.

Они поспешили к ней и увидели несколько красновато-коричневых пятен на спинке пассажирского сидения. Какие-то мгновения все трое смотрели на пятна.

– У тебя зоркий глаз, Делла. На этой коже, тоже красновато-коричневой, разглядеть их не так-то легко.

Она улыбнулась.

– Просто женская наблюдательность, Пол. Мужчина их бы не заметил.

– Вот почему их проглядели, – указал Мейсон.

– Ты думаешь, Джейнис могла быть здесь в ночь убийства, – продолжила Делла, – погрузить тело деда в свой автомобиль и?…

– Это вряд ли, – покачал головой адвокат. – Пошли отсюда. Кровавые пятна – улики. Их проглядели. Если кто-то узнает, что мы их обнаружили, пятна уберут до того, как мы докажем их важность.

– И что это за улики? – спросил Дрейк.

– С этим мы разберемся позже.

По причалу они прошли двадцать ярдов к «скорой». Группа мужчин с фотокамерами и вспышками крупным планом фотографировали Филипа и Джейнис Браунли. Гамильтон Бергер кивнул Мейсону.

– Это он? – спросил адвокат.

– Да, Ренволд К. Браунли. Тело, вероятно, вывалилось из автомобиля, и течение отнесло его под причал.

– Он умер от утопления или огнестрельных ранений?

Бергер покачал головой.

– Не можете сказать или не хотите?

– Никаких заявлений я сейчас не делаю.

Мейсон посмотрел на «скорую».

– Могу я взглянуть на тело?

– Думаю, что нет, Перри. С Джулии Браннер обвинения сняты. Вы же не собираетесь защищать Стеллу Кенвуд?

– Нет, мне достаточно одного клиента по этому делу.

– Пришел Гарри Коултер, – прошептал Дрейк на ухо Мейсону. – Я отведу его к желтому «кадиллаку».

Бергер как раз отвернулся, и Мейсон воспользовался моментом.

– Только пусть осматривает автомобиль издалека, Пол. Нельзя показать, что этот «кадиллак» чем-то нас заинтересовал. Я хочу в первую очередь разобраться, откуда взялись эти пятна крови.

Дрейк уже отходил, когда к Мейсону подошел Филип Браунли.

– Ужасно, правда?

Мейсон пристально посмотрел на него.

– Не более ужасно, чем раньше?

По телу молодого Браунли пробежала дрожь.

– Теперь, когда тело найдено, нет сомнений, что беда пришла в дом.

– Вы видели тело?

– Да, конечно, меня позвали, чтобы я его опознал.

– Как он был одет?

– Так же, как и при отъезде.

– Как насчет карманов пальто, документов?

– Какие-то бумаги были, но все размокли от воды. Полиция их забрала.

– Вы их видели?

– Нет, полиция меня к ним не подпустила… Скажите, мистер Мейсон, вы намекнули, когда допрашивали меня, что я унаследую все состояние, если дедушка не оставил завещания, а Джейнис – липовая внучка. Таков закон?

Мейсон по-прежнему пристально смотрел на него.

– Вы бы хотели отсечь Джейнис, да?

– Я просто спрашиваю, о чем говорит закон. Вы знаете мое отношение к ней. Она – аферистка.

– Я думаю, вам лучше проконсультироваться с адвокатом. Мне такой клиент, как вы, не нужен.

– Почему?

Мейсон пожал плечами.

– Не хочу попасть в двусмысленное положение.

– Представляя интересы Джейнис?

– Не обязательно.

– Тогда кого?

– Догадайтесь сами.

Раздался пронзительный гудок «скорой», требующий освободить дорогу. Толпа раздалась в стороны, «скорая» тронулась с места, быстро набирая скорость.

Дрейк шагнул к Мейсону, потом многозначительно кивнул. Адвокат тут же направился к нему.

– Гарри говорит, что автомобиль вроде тот же, но он не помнит никаких отличий, чтобы говорить о них под присягой. Возможно, это другой автомобиль, но очень похожий на тот.

– И он стоял около того места, где Ренволд Браунли держал свою яхту?

– Да.

Мейсон коснулся руки Дрейка и показал на несколько стоявших на якоре кораблей.

– Взгляни-ка, Пол. Название той яхты «Атина»?

Дрейк сощурился.

– Похоже на то, Перри.

– Да, точно «Атина», – уверенно подтвердила Делла.

– Тогда это яхта, принадлежащая Кэссиди, который заходил в номер епископа Мэллори?

Дрейк кивнул.

– Мы с Деллой сейчас уедем, – сказал Мейсон, – но есть у меня одна догадка. Почему бы тебе и Гарри не заглянуть на эту яхту?

– Зачем?

– За тем, что вы там, возможно, там найдете, – медленно ответил адвокат.

– У нас могут возникнуть проблемы. Там сторож, и это частная стоянка.

– Ради бога, Пол, – раздраженно бросил Мейсон, – я что, должен объяснять тебе, как работает детективное агентство?

– Нет, не должен, – Дрейк пожал плечами. – Просто я хочу знать, как нам действовать? Так ли это важно, попадем мы на борт яхты или нет?

Мейсон, сощурившись, какое время смотрел на бухту, сверкающую в лучах солнечного света.

– Пол, я думаю, это чертовски важно. Вы с Гарри обязательно должны подняться на борт этой яхты.

– Это все, что меня интересовало, – кивнул Дрейк. – Пошли, Гарри.

А Мейсон повернулся к Делле Стрит.

– И мы пойдем, Делла. У нас есть работа.

– Какая работа, босс?

– Надо проверить списки поступивших в больницы. Не будем терять времени.

Делла Стрит вышла из телефонной будки со списком имен.

– Это люди, которые тебя интересовали, поступившие в крайне тяжелом состоянии. Номера три, четыре и десять умерли. Они опознаны. Вообще опознаны все, кроме номера два. Он до сих пор без сознания.

Мейсон просмотрел список и кивнул.

– Что ж, поехали.

Вскоре они уже мчались к Лос-Анджелесу.

– И чего мы туда едем?

– Честно говоря, не знаю.

– И что, по-твоему, Дрейк найдет на борту «Атины»? – спросила Делла.

– Честно говоря, не знаю.

– Тогда почему мы не остались, чтобы выяснить?

– Потому что у меня сложилась версия этого дела, которая, возможно, соответствует действительности.

– И что это за версия?

– Я тебе скажу, если все сойдется. Чтобы раскрыть преступление, детективу приходится выдвигать много версий. Некоторые представляются логичными, другие – нет. И если человек хочет создать хорошую репутацию, он должен держать мысли при себе, пока не проверить все свои выводы.

Секретарша с нежностью посмотрела на Мейсона.

– Так ты создаешь себе репутацию, босс? – мягко спросила она.

– Не то слово!

Далее они ехали молча. Наконец, Мейсон остановился у больницы. Они вошли в приемное отделение, и Мейсон сразу обратился к дежурному врачу.

– Мы хотим взглянуть на мужчину, который поступил утром пятого числа с переломами костей черепа.

– Вообще-то к нему посетители не допускаются…

– Я думаю, мы сможем его опознать, – пояснил адвокат.

– Хорошо. Один из интернов отведет вас. Он все еще без сознания. Вы должны пообещать соблюдать полную тишину. – Мейсон кивнул. Врач нажал на кнопку звонка и сказал подошедшему интерну. – Пожалуйста, ответил этих людей в палату двести тридцать шесть. Речь об опознании. Они обещают не разговаривать.

Вслед за интерном они поднялись на второй этаж и вошли в палату с длинными рядами коек. В дальнем конце одну отгораживали ширмы. Интерн отодвинул одну из них. Делла Стрит ахнула, поднеся руку ко рту. Адвокат достал из кармана пачку банкнот.

– Обеспечьте ему лучшее обслуживание, которое только можно купить за деньги. Переведите в отдельную палату, пусть при нем медсестра круглосуточно дежурит.

– Так вы его знаете? – с любопытством спросил интерн.

Мейсон кинул.

– Это епископ Уильям Мэллори из Сиднея.