Они сидели в тишине, глядя, как звезды становятся все ярче, а пустыня все плотнее укрывается темным плащом сгущающейся ночи. Вспышки синеватого пламени вырывались из выхлопных труб моторов. Самолет пролетел над шоссе. Внизу проносились крохотные автомобили — невидимые черные точки, выбрасывающие перед собой веерообразные пятна желтоватого света и тащившие за собой кроваво-красные точки рубиновых огней. Потом появился город, похожий на шахматную доску, клетки которой были очерчены сверкающей цепью огней, подобной созвездию, видимому в сильный телескоп. Самолет все летел и летел. Селби приложился щекой к холодному стеклу окна. Он различил впереди сверкающую россыпь огней — справа по курсу.

— Уже виден Тусон, — сказал он. — Мы быстро добрались.

Пилот отодвинул штору на окне в перегородке, отделяющей кабину от пассажирского салона. Они разглядели сияющие круги циферблатов на освещенных приборах.

Пилот сказал:

— Подлетаем к Тусону. Приземлимся через пять минут.

— Хорошо долетели, — похвалил его Селби.

— Хотите, чтобы я вас подождал и доставил обратно?

— Да.

— Как долго вы здесь задержитесь?

— Будь я проклят, если мне это известно, — сказал Селби.

Щелкнул выключатель, и кабину залил яркий свет. Сильвия, с сигаретой в зубах, улыбнулась и сказала:

— Ну, какова программа, господин окружной прокуpop!

— Найдем Лейси, — ответил Селби. — Рекс Брендон звонил сюда — помощник шерифа встретит нас с машиной. У нас не должно быть затруднений.

— Послушай, — сказала она вдруг, — а что, Оливер Бенелл очень давил на тебя, чтобы ты бросил это дело?

— Да, — признал он. — А что?

Она нахмурилась и сказала:

— Не знаю. Все думаю, что он за человек.

Моторы сбавили обороты. Самолет качнулся и, казалось, на миг потерял равновесие.

Селби наклонился к Сильвии и закрепил ее ремень безопасности, затем свой. Сильвия коснулась руки Селби, в ее прикосновении сквозила ласка. Самолет резко накренился, и в иллюминатор полился свет городских огней. Затем машина выровнялась и нырнула вниз. Огни осветили длинную посадочную полосу. Прожекторы, укрепленные на крыльях самолета, бросили вниз длинные лучи. В следующее мгновение самолет приземлился и замер у освещенного ангара.

Едва пилот выключил моторы, к борту самолета подъехал автомобиль. Селби вышел и оглядел водителя — широкоплечего мужчину с обветренным лицом, в огромной шляпе, слегка сдвинутой назад.

— Мистер Селби?

— Да.

— Звонил шериф Мэдисон-Сити и просил меня встретить вас. Я — Джед Рейли, помощник шерифа. Можете называть меня Бак, если хотите. Меня почти все так зовут.

— Рад познакомиться с вами, Бак, — сказал Селби, смеясь и пожимая ему руку. — А это — Сильвия Мартин, репортер из Мэдисон-Сити.

— Чудесно, — сказал Рейли, окидывая взглядом стройную фигуру девушки. — Я люблю репортеров — особенно когда они такие симпатичные. А ведь хорошеньких репортеров немного — примерно один на десять миллионов.

Сильвия послала ему обворожительную улыбку.

— Мы все втроем можем сесть на переднее сиденье, — предложил Рейли.

— Вы знаете человека, которого мы ищем? — спросил Селби.

— Угу.

— Далеко ли ехать?

— Не очень. Пятнадцать миль.

— Шериф Брендон сказал вам, что нам нужно?

— Нет. Он попросил меня узнать, дома ли Джим Лейси. Я узнал. Он дома.

— Женат? — спросила Сильвия.

— Холостяк. Был женат когда-то, но брак распался.

— Что он за человек? — спросил Селби.

— Хороший, — сказал Рейли с чувством. — Вполне порядочный. А зачем он вам нужен — если не секрет?

— Просто надо взять у него показания в связи с угоном его автомобиля, — сказал Селби.

— Да, его машину угнали пару дней назад, но ее уже нашли, — сказал помощник шерифа. — Должно быть, это важное дело, если вы примчались самолетом, только чтобы расспросить его.

Селби рассмеялся вместо ответа. Сильвия грациозно наклонилась, чтобы не задеть руль, и заняла место в центре сиденья.

— Ладно, мальчики, — сказала она, — поехали.

— Мне ждать здесь? — спросил пилот.

— Да. Заправьте самолет и перекусите. Нам ехать пятнадцать миль, так что потребуется по крайней мере час, чтобы обернуться. Этот час в вашем распоряжении. После этого вы должны быть готовы подняться в воздух по первому требованию.

— О'кей, — сказал пилот.

Бак Рейли включил зажигание, и большая машина тронулась в путь.

Первые десять миль они ехали по мощеной дороге, цементная лента плавно текла назад под колесами машины. Затем на каком-то перекрестке помощник шерифа резко свернул направо, и пассажиров затрясло по грунтовой дороге, за которой, по-видимому, давно никто не следил.

— Очевидно, по этой дороге редко ездят, — заметил Селби.

— О, он часто здесь ездит, но он человек бывалый и привычный к пустыне… Вы сами убедитесь, когда встретитесь с ним… И не шутите с Джимом Лейси. Он вполне доброжелателен, когда игра идет в открытую, но вспыхивает как порох, если только заметит, что его пытаются обмануть.

Глаза Селби сузились.

— Опасен? — спросил он.

— Может быть опасным.

— Когда-нибудь попадал в переделки?

— Один раз стрелял в человека.

— Попал?

— Нет. Тот парень спрятался за большой камень — и вовремя. Он самовольно захватил участок земли, который принадлежал Лейси. Лейси велел ему убираться, но тот не принял его всерьез.

— Что произошло потом? — спросил Селби.

— Парень убрался.

Селби бросил на Сильвию многозначительный взгляд.

— А если бы того камня не оказалось там? — спросил он.

— Он бы его убил.

Дорога причудливо извивалась, следуя изгибам каньона, по которому бежала, пока наконец не взобралась на вершину горы, где росшие группами мексиканские сосны воздевали высоко вверх свои покрытые иглами стволы. Освещенные автомобильными фарами, они выглядели как причудливые нагромождения хлебных палочек в итальянском ресторане. Ближе к земле выступали приземистые силуэты кактусов.

— Что он выращивает на своем ранчо? — спросил Селби.

— В основном крупный рогатый скот. По ту сторону хребта земля не такая, как здесь. Там равнина — без проточной воды, но с хорошими колодцами. У него там поля люцерны, и он заготавливает много сена.

Дорога перевалила через хребет, и сухой холод пустынного воздуха смягчился влагой и наполнился запахом покрытой зеленью земли. Дорогу преградили ворота. Когда помощник шерифа на мгновение остановил машину, Селби выскочил и открыл их. Колеса зашуршали по гравию, и машина, описав круг, подъехала к белому глинобитному дому.

— Вот мы и приехали, — сказал Рейли, — в гостиной свет. Хотите, я пойду первым и предупрежу его, так сказать, сломаю лед, или вы предпочитаете застать его врасплох?

Селби одернул куртку, расправил плечи и сказал:

— Я предпочитаю застать его врасплох.

Он первым поднялся по ступенькам. Дверной молоточек, сделанный из шпоры, висел на цепи над металлической пластиной. Селби несколько раз опустил молоточек на пластину, и ночь огласилась глухим звенящим звуком.

Секундой позже человек лет пятидесяти стремительно распахнул дверь. Его серые глаза удивленно осмотрели Селби, одобрительно скользнули по Сильвии и остановились на помощнике шерифа.

— Добрый вечер, мистер Лейси, — сказал Селби. — Я хочу поговорить с вами.

— Кто вы?

— Дуглас Селби из Мэдисон-Сити, штат Калифорния. Это вам о чем-нибудь говорит? — спросил Селби.

— Решительно ни о чем, — сказал Лейси, — кроме того, что вы мой гость. Входите и садитесь. Почему вы мне не позвонили, Бак? Я велел приготовить горячий пунш. Вероятно, вы замерзли в пути?

Они вошли в дом, и Лейси усадил их в гостиной в деревянные кресла ручной работы, покрытые шкурами и очень удобные. Они имели подставки для ног, так что ноги сидящего оказывались согнутыми под правильным углом по отношению к телу. Все это создавало максимум комфорта.

После рева моторов, несколько часов бившего Селби по ушам, и шума воздуха, разрываемого мчащимся автомобилем, тишина ночи, казалось, звенела фантастическим эхом. Когда он пытался расслабиться, то сразу начинал слышать шум моторов, а затем, сконцентрировавшись на этих звуках, обнаруживал, что на самом деле никаких звуков не было, а была тишина — такая величественная, что казалась осязаемой, как толстые стены, на которых на деревянных крючках висели свернутые лассо из сыромятной кожи.

— Итак, вы из Мэдисон-Сити?

— Да, я окружной прокурор Мэдисон-Сити.

Выражение лица Лейси не изменилось. Он сказал:

— Я, ребята, у вас в долгу. Вы нашли мой автомобиль. Как насчет того, чтобы немного выпить?

Рейли весело улыбнулся.

— Если не слишком поздно и если бы могли сделать горячий пунш, — сказал он мечтательно.

— Я сделаю его сейчас же, — пообещал Лейси.

Рейли смущенно повернулся к Сильвии:

— Я, кажется, заговорил вне очереди, но у Лейси знатный пунш.

Сильвия весело рассмеялась в ответ.

— Я, пожалуй, воздержусь, — сказала она Лейси.

— Ну что вы, — запротестовал он, — вы должны попробовать мой пунш. Он согреет вас после поездки.

— Разве что совсем-совсем немножко, — согласилась она.

Лейси взглянул на Селби. Селби покачал головой.

— Немного водки из агавы? Шотландского виски с содовой? Или…

— Нет, спасибо, — сказал Селби и добавил с улыбкой: — Я не могу себе позволить пить, приехав по делу.

— По делу? — переспросил Лейси с безразличным видом.

— По делу, — твердо сказал Селби, не пускаясь в объяснения.

— Извините, я отлучусь на минутку. Велю приготовить пунш. Надеюсь, что найду кого-нибудь из прислуги, хотя они укладываются спать довольно рано.

Он вышел в коридор. Слышно было, как высокие каблуки его ковбойских сапог стучат по каменному полу.

— Мне это не очень-то нравится, — сказал Селби нахмурившись. — Я хотел поговорить с ним до того, как у него появится время подумать. Я, пожалуй, схожу на кухню, если не возражаете.

Рейли сказал с беспокойством:

— Я бы не делал этого на вашем месте. Надо считаться с местными традициями. Мы приехали к Лейси, правила велят ему сначала оказать приезжему гостеприимство, а затем уже переходить к делам.

Селби вытащил из кармана потрескавшуюся трубку, набил ее душистым табаком и обратил задумчивый взгляд на дверь, за которой исчез Лейси.

— А хорошее здесь местечко, — продолжал Рейли. — Вы заметили все эти сплетенные веревки, посеребренные шпоры и индейские ковры? Эти навахо очень богаты… Вот он идет.

Лейси появился в дверях.

— Пунш почти готов, — сказал он. — Одна мексиканка из прислуги еще не легла. Я сам положил все составные части. Как только пунш согреется, она принесет его. — Он растянулся в одном из больших кресел и вежливо осведомился у Дуга Селби: — Вы приехали на машине из Мэдисон-Сити?

— Нет, — сказал Селби. — Мы прилетели на самолете.

— Приятный способ путешествовать, — заметил Лейси, — если вы любите самолет. Я-то не очень люблю.

— Скажите, — неожиданно спросил Селби, — вы не можете сообщить какие-нибудь подробности, связанные с угоном вашей машины?

— Нет, — ответил Лейси без колебаний, — кроме той, что я без труда опознал машину, когда мне ее вернули. Но, как следует из текста полученной мной телеграммы, никто и не сомневается, что это моя машина.

— Откуда ее угнали?

— Из моего гаража.

— Сколько времени прошло до того, как вы обнаружили пропажу?

— Вот этого я не могу сказать, — сказал Лейси. — Видите ли, машиной пользуешься, когда бывает нужно, но природой человеку для поездок предназначена лошадь. На ранчо я сажусь в седло и еду, куда мне надо, не заботясь о шоссейных дорогах и ограничителях скорости. Когда приходится ехать в город, я сажусь в «кадиллак». Иногда это случается раз в неделю, иногда — два раза, а иногда — когда обстоятельства вынуждают — каждый день.

— Итак, машина была украдена из гаража? — спросил Селби.

— Совершенно верно.

— Ночью?

— Не знаю. Я ездил в город в понедельник утром. В среду утром мне снова надо было в город. Я пошел в гараж и увидел, что он пуст.

— Это ваша единственная машина? — спросил Селби. — Нет, у меня еще есть микроавтобус и грузовик.

— И что вы предприняли?

Лейси улыбнулся и кивнул в сторону помощника шерифа:

— Ну, позвонил шерифу, и так случилось, что трубку взял Бак. Я объяснил ему, что произошло, и он сказал, что пошлет по телетайпу описание моей машины, и возможно, я получу ее обратно. Готов признать, я не думал, что имею шансы вернуть машину, однако и в самом деле получил телеграмму из этого города в вашем округе — как он называется?

— Лас-Алидас, — сказал Селби.

— Правильно. А потом, пять минут спустя, мне позвонил Рейли.

В коридоре послышались шаркающие шаги. Темноволосая, темнокожая женщина с опущенными плечами вошла в комнату, неся поднос, на котором стояли три дымящиеся чаши. Соблазнительный аромат горячего вина и орехов наполнил комнату.

Женщина остановилась как бы в нерешительности.

Лейси быстро заговорил с ней по-испански. Услышав его слова, она подошла к Сильвии.

— Ой, я просила только маленькую чашечку, — запротестовала Сильвия. Затем, бросив быстрый взгляд на Лейси, добавила: — И не говорите, что я могу выпить лишь сколько хочу, потому что у меня не хватит силы воли отказаться от вашего пунша.

Он послал ей озорную доброжелательную улыбку, и она взяла чашу. Его обращение с ней контрастировало со спокойной вежливостью, которую он проявлял по отношению к Селби. Служанка прошаркала к помощнику шерифа, затем к Лейси.

— Мне ужасно неприятно, что вы ничего не пьете, — обратился Лейси к Селби. — Может, немного водки? У меня есть чудесная…

— Нет, спасибо.

Служанка уже собралась уходить. Рейли произнес:

— Ну, выпьем за…

Вдруг чаша выскользнула из рук Сильвии и разбилась на мелкие осколки об каменный пол.

Старая мексиканка даже не подняла головы. Со стоическим терпением, свойственным ее народу, она не выказала и признака недовольства.