Она прошла по коридору несколько десятков шагов, что отделяли кабинет магистра от ряда палат, остановилась перед дверью своей и несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Спохватившись, вытерла лицо краем рукава - не хватало еще следов от слез! Хотя лорд Бастельеро наверняка подумает, что это она от волнения… Или вообще от радости!

Толкнув дверь, она вошла, и некромант при ее появлении вскочил со стула, посмотрев радостно и тревожно. Айлин заставила себя улыбнуться. Получилось отвратительно, однако уголки губ все-таки растянулись в подобии улыбки.

- Я согласна, — сказала она так тихо, что лорд Бастельеро наверняка едва расслышал ее голос, и повторила громче - Я согласна, милорд. Я стану вашей женой. И благодарю вас, что обстоятельства… о которых рассказал магистр Бреннан, не заставили вас передумать.

- О, моя дорогая! - выдохнул некромант и шагнул к ней.

Айлин испугалась, что он снова упадет на колени, и тут ей в голову пришла мысль… Пожалуй, единственная приятная мысль за это утро, хоть и она оказалась окрашена горечью. Ну, хоть что-то хорошее получится сделать…

- Милорд Бастельеро, — начала она, и увидела, как он встрепенулся, посмотрев с жадным вниманием. - Я хотела бы… Хотела попросить вас о свадебном подарке. Можно?

- Подарке? - переспросил он и просиял, словно только что получил его сам, причем невероятно желанный. - Разумеется! Что вы хотите, любовь моя?

«Любовь… придется привыкать и к этому тоже, да. К его нежности, влюбленности… Уж лучше бы он был холоден, как раньше, пока оставался только наставником!”

Но это ее бремя, которое она выбрала и взвалила на себя сама, никто не подталкивал. Ей и отвечать за любые последствия!

- На синьора Фарелли… то есть на лорда Фарелла, — поправилась она торопливо, — наложено проклятие. Смертельное проклятие, отсроченное тем, кто его наложил. Это была… ее величество Беатрис. О, клянусь, он… ничем ее не оскорбил! Она просто хотела быть уверена в его послушании… Милорд Бастельеро, вы можете его снять?

- Прошу, называйте меня Грегор, — сказал некромант и едва заметно нахмурился. - Проклятие от королевы? Кажется… я знаю, о чем идет речь. Конечно, если вы этого желаете, я его сниму! Передайте лорду Фареллу, пусть приедет в Академию и попросит меня о встрече. Но… это и все? Моя милая Айлин, неужели у вас нет иных желаний?

Снова слабо улыбнувшись, она покачала головой.

Лорд Бастельеро шагнул к ней и заглянул в лицо.

- Вы чудо, — шепнул он. - Чудо бескорыстия и доброты! Обещаю, я постараюсь выполнять любые ваши желания! Все, чтобы вы были счастливы…

- Благодарю, милорд, — прошелестела Айлин, сама удивляясь, какой сухой и безжизненный у нее голос.

Лорд Бастельеро взял ее руку в свои ладони, поднес к губам, склонившись, а потом Айлин почувствовала прикосновение холодного металла, и рука потяжелела. Она посмотрела вниз. Роскошное старинное кольцо с крупным сапфиром было очень красивым. Но она едва сдержала вскрик, потому что подумала о кандалах. Вроде тех магических, что обхватывали ее запястья, только они отрезали всего лишь от магии, а это кольцо - от всей прежней жизни. Ее собственной жизни!

- Один поцелуй! - умоляюще произнес ее жених. Второй жених, ну не смешно ли? О да, так забавно, что рыдать хочется. - Теперь, когда вы сказали мне «да».

- Простите, милорд, - сказала Айлин, чувствуя, что еще немного, и упадет в самый пошлый омерзительный обморок. - Боюсь, я и так… позволяла себе слишком много… Я постараюсь быть вам верной женой и идти навстречу вашим желаниям, но… только после свадьбы. Простите…

- Да, моя леди! - снова выдохнул некромант, смотря на нее восхищенно, как на живую Всеблагую. - Простите! Разумеется, я подожду! Вы… позволите мне начать подготовку?

- Буду очень благодарна, милорд… — Каждое слово давалось все труднее. - А сейчас простите… у меня был неприятный день…

- Это мне следует просить прощения!

Лорд Бастельеро склонился и снова поцеловал ей руку, а потом вышел, даже не напомнив, что Айлин тоже должна надеть ему помолвочное кольцо. Впрочем, это уже неважно… Главное, что оно на ее руке. Сейчас нужно еще пережить разговор с Кармелем, и… все, наконец, закончится. Кажется, вместе с ее счастьем, но это неважно. Счастье ведь не главнее долга!

***

- Вы совершенно правильно сделали, что увезли его величество как можно скорее.

Грандсиньор канцлер задумчиво посмотрел на Аластора, который вздохнул, потер пальцами виски и признался:

- Теперь я тоже этому очень рад. Страшно подумать, какие слухи могут пойти.

- Магистр Бреннан весьма мудрый человек, — отозвался канцлер. - Не сомневаюсь, он сделает все возможное для сокрытия тайны. Меня больше беспокоит молодой лорд Ревенгар и то, какой воспримет свое… поражение.

- Извиняться не собираюсь, — буркнул Альс, развалившись в кресле малой голубой гостиной, как назвал эту комнату синьор Джастин. - Будь у него побольше ума, Айлин не отреклась бы от рода. Несколько оплеух - это меньшее, что он заслужил.

- Возможно, не совсем он? — предположил канцлер. - В любом случае… О, доброго дня, моя дорогая!

В гостиную вошла немолодая женщина, одетая в белое и удивительно похожая на самого грандсиньора Аранвена. Серебристый от возраста шелк волос, уложенный в высокую прическу, изысканный силуэт… На тонкой бледной коже темно-серые глаза казались удивительно глубокими и выразительными, а узкие губы идеально гармонировали с точеными скулами и маленьким крепким подбородком. Лучано невольно залюбовался этой холодной северной красотой, которую возраст не скрыл, а сделал еще заметнее, словно резец времени убрал все лишнее и выявил самую суть женщины, подчеркнув ее характер. Сестра? Просто родственница?

Он поспешно вскочил, следом неторопливо и величественно поднялся канцлер, Альс только попытался привстать…

- Прошу ваше величество не беспокоиться, — промолвила восхитительная грандсиньора и присела в реверансе с легкостью, которой могли бы позавидовать многие девицы.

- Миледи… Мне, право, неудобно…

Альс попытался застегнуть камзол и пригладить волосы, его короткая коса, заплетенная утром, растрепалась, и последние полчаса король думал о чем угодно, только не о прическе. Но женщина, которой канцлер, склонившись, поцеловал руку, даже у Лучано вызвала желание проверить, все ли пуговицы застегнуты, насколько манжета рубашки выглядывает из-под рукава камзола и чиста ли обувь.

- Ваше величество, — церемонно произнес канцлер, — позвольте представить вам мою супругу Немайн Аранвен, в девичестве носившую ту же фамилию.

«Кузены, — сообразил Лучано. - Отсюда и сходство!»

- Рад встрече, миледи, — сконфуженно отозвался Альс. - Простите, я не совсем здоров…

- Дорогая, — повернулся к ней Аранвен, — позволь представить тебе лорда Люциана Фарелла.

Лучано низко поклонился, приложив руку к сердцу, а когда выпрямился, был вознагражден внимательным взглядом, который по остроте мог бы посоперничать с его новым любимым ножом - наследством от синьора Денвера.

- Слышала о вас много хорошего, милорд, — проговорила жена канцлера, ответив легким кивком, и снова обратилась к мужу: — Полагаю, дорогой супруг, дело не терпит промедления, раз уж вы прислали за мной в дом Эддерли? Как удачно, что порталы уже работают.

- Мне очень жаль, дорогая, но это действительно так, — ответил канцлер, а слушающий все это Альс спохватился:

- Прошу, миледи, присаживайтесь!

- Благодарю, ваше величество.

Белоснежный шелк юбки зашуршал, а потом словно сам собой уложился безупречными волнами, когда грандсиньора опустилась в кресло. При этом ни на закрытом лифе с воротником-стойкой, ни на длинных узких рукавах не появилось ни одной лишней складочки, а из прически не выбился ни один волосок. Изящные ладони с длинными холеными пальцами дама сплела перед собой, и Лучано увидел, что на правой руке у нее огромная черная жемчужина, оправленная в белое золото, близняшка родового перстня канцлера. А рядом - чистейшей воды аметист, и форма этого кольца в точности как у того, что он взял с убитого мага. Синьорина, помнится, носит такое же колечко, но с двухцветным аметрином… Грандсиньора - некромантка?! Ух…

- Я позволил себе пригласить свою жену, потому что она не раз оказывала мне помощь советами и услугами, — пояснил грандсиньор канцлер. - Особенно в делах, требующих деликатности. Вроде сегодняшнего. Ваше величество разрешит рассказать?..

- Вам виднее, — отозвался Альс, лишь слегка нахмурившись.

Может, он и поспорил бы, но наверняка помнил, как всего получасом ранее грандсиньор канцлер с изумительной учтивостью просил его больше не отсылать приставленную тайную стражу даже с самыми важными поручениями. О, конечно, боевой маг, всего вчера определенный на каторгу, и человек таких выдающихся талантов, как лорд Фарелл - это вполне приличная охрана! Однако далеко не все подданные знают его величество в лицо. Зато многие до сих пор празднуют его коронацию, поэтому только за вчерашний день в столице случилось три дуэли, восемнадцать массовых драк, семь пожаров и двадцать четыре убийства, причем в пяти из них жертвами стали ограбленные и убитые дворяне. Увы, арбалетные болты иногда летят из темных переулков, Молоты Пресветлого - из трактирных окон, а в уличных драках и вовсе никто не смотрит на лица и дворянские регалии. И ему, канцлеру, чрезвычайно хотелось бы, чтобы его величество со спутниками не пополнили ни один из поданных ему сегодня списков: ни жертв, ни убийц.

К концу этой изысканно вежливой словесной порки у Аластора даже уши порозовели, но перенес он ее с таким смирением, что Лучано еще больше его зауважал. А потом всерьез задумался, какими же талантами обладают эти два неприметных синьора, что их сочли достаточно надежной охраной для короля? Вот бы свести знакомство поближе…

Грандсиньор канцлер тем временем коротко пересказал супруге последние события, которые в его изложении выглядели просто несусветной дуростью и мальчишеством. Великолепная дама выслушала все с каменным лицом, а потом вздохнула в точности, как ее муж незадолго до этого, и Аластор насупился еще сильнее.

- Вы правы, дорогой супруг, — уронила она, в задумчивости поглаживая перстни пальцами левой руки. - Этой истории лучше забыться как можно скорее. Думаю, мне стоит нанести визит в дом Ревенгаров. Причем именно мне, а не вам. У молодого Артура наверняка пылкий и гордый нрав, и если он будет разговаривать с вами, мужчиной, то может не сдержаться и надерзить, а отступить после сказанного вслух юноше будет сложно. Зато у него есть одно качество, бесценное в наших обстоятельствах. Артур воспитан в уважении к матери и привык прислушиваться к женским словам. Поэтому он меня выслушает и не позволит себе ничего лишнего в беседе с дамой, а там и задумается… Что касается старшей леди Ревенгар… — Грандсиньора вздохнула снова, и на ее безупречно спокойном лице промелькнуло выражение утомленной досады и легкого презрения. - Что ж, придется объяснить ей значение слов «королевская опала», и кто в таком случае будет виновницей бед «ее дорогого мальчика», - явно скопировала она чужой напыщенный тон. - Право, до чего жаль, что старший Ревенгар погиб так нелепо. Скольких неприятностей можно было избежать! Лорд Фарелл, вы что-то хотите сказать?

Она слегка приподняла брови, поймав его пристальный взгляд, и Альс с канцлером тоже посмотрели с интересом.

- О-о-о… — опомнившись, восторженно выдохнул Лучано. - Простите, грандсиньора! Всего лишь искренне позавидовать вашему сыну! - Он дождался, пока интерес на лицах всех троих перейдет в легкое недоумение, и пояснил: — Когда вы носили его под сердцем, этому счастливцу не пришлось выбирать, от кого из родителей наследовать красоту, а от кого - ум. И то, и другое он щедро взял от обоих!

На миг в гостиной повисла тишина, потом Аластор усмехнулся, уголки тонких губ канцлера тоже одобрительно дрогнули, а грандсиньора Немайн бархатисто рассмеялась и, протянув ему руку для поцелуя, благосклонно уронила:

- Какой галантный юноша! Ангус, дорогой, ты непременно должен пригласить лорда Фарелла к нам на обед.

Лучано с величайшей почтительностью поцеловал холеные пальцы и постарался скрыть облегчение.

«Кажется, прошел по самому коньку крыши… А это приглашение будет подороже многих! Ставлю свое кольцо младшего мастера против медяка, что благоволение грандсиньоры Аранвен при дворе Дорвенанта ценится не меньше, чем расположение самого канцлера».

- Что ж, так и поступим, — подытожил ее супруг. - Что касается юной Айлин… К сожалению, я не вижу никакой возможности вернуть ей родовое имя. Но если ваше величество пожалует бедной девочке дворянство…

- И непременно наследное, — решительно сказал Аластор, борясь со сном.

Глаза у него слипались, и держался Альс явно на одной учтивости.

- Разумеется, — склонил голову канцлер. - Поместье у нее уже есть, а дворянскую грамоту я выпишу немедленно, у меня в кабинете на такой случай всегда хранится несколько заполненных документов без имени. Через несколько минут вам принесут ее на подпись.

- Я… не помню имени ее отца, — сконфуженно признался Альс. - Она говорила, но… вылетело из головы. А ведь оно теперь станет родовым, как у бастардов, правильно?

- Совершенно верно, — снова кивнул канцлер. - Его звали Дориан. Леди Айлин Дориан - звучит вполне приятно, а после замужества она все равно сменит фамилию. Если позволите, ваше величество, мы вас оставим. Советую отдохнуть, душевное напряжение отнимает очень много сил.

Он поклонился, и белоснежный шелк снова прошуршал, когда величественная дама поднялась и присела в прощальном реверансе.

- Ух, какая женщина… — восхищенно протянул Лучано, когда эти двое вышли. - Вот это порода! Альс, не засыпай! Подпишешь бумагу - и спи, сколько угодно.

- Сам знаю, — буркнул Аластор, отчаянно зевая. - Лу, не забудь зайти к магистру Роверстану. Кидаться секирами и бить наглые рожи я должен исключительно… в здравом рассудке… - И он опять зевнул. - И стражники эти… от канцлера… Они же так и остались в особняке. Влетит бедолагам… а они… не могли ослушаться… Загляни туда, а?