- Великолепно, миледи, — сухо заверила ее Айлин и вместо реверанса, положенного этикетом, вежливо склонила голову в малом поклоне, тут же выпрямившись.
Это ведь они пришли ее навестить, верно? Значит, следует держаться, как положено хозяйке… пусть даже хозяйке палаты в крыле целителей.
Гвенивер, удивленно расширив глаза и не дождавшись объятий, захлопала ресницами и опустила руки, а Артур, от которого Айлин ждала ответного поклона, стремительно обошел мать и выпалил:
- Сестра? Как ты… Как ты себя чувствуешь? Я только сегодня вернулся из полка и узнал… Узнал, что к тебе можно… Ты здорова?
- Благодарю, милорд. Я вполне здорова и рада вас приветствовать, — произнесла Айлин с должной любезностью и удивилась: оказывается, ей совсем не обидно. Вот ни чуточки! А непринужденная вежливость дается так легко, словно они расстались несколько часов назад, а не пять долгих лет. - Надеюсь, ваша служба тоже проходит благополучно?
- Айлин… - Артур чуть отшатнулся и растерянно вгляделся в нее, но тут же снова заговорил: - Я так рад! Матушка права, ты совсем… совсем взрослая! И такая красивая… Прости… Я знаю, мне следовало давно приехать, но ты не отвечала на письма, а я…
И правда, не отвечала. Айлин вспомнила конверты, которые аккуратно приходили на каждый праздник, и ощутила нечто вроде укола совести. Так Артур действительно хотел помириться? Эти письма… Они были не только ради этикета? Но… тогда почему действительно ни разу не приехал? Матушка не отпускала далеко от юбки?!
Она привычно искала в себе злость и обиду, но что-то подсказывало, что вот с таким Артуром, тоже вытянувшимся, повзрослевшим, где-то заполучившим тонкий шрам над правой бровью - она, может, и смогла бы общаться. Ну вдруг?
- Я… Мне жаль… — выдавила Айлин и спохватилась: — Да проходите же, прошу! Миледи, присаживайтесь! Лорд Артур…
- Ты можешь звать меня братом, — укоризненно сказал… ее брат?
Все-таки брат, а не просто чужой человек? Может, и леди Гвенивер, наконец, что-то поняла?
- Дорогая, неужели ты живешь в этой… комнате? - протянула леди, оглядывая палату, в которой, как нарочно, наблюдался некоторый беспорядок.
Нет, разумеется, в лазарете везде было чисто, но… Пара мантий, что они с Иоландой подгоняли все утро, так и осталась висеть на спинке стула, чашки из-под шамьета стояли на столике рядом с букетом роз, уже слегка увядших… На кровати Лучано поверх покрывала лежал футляр с Ласточкой, за которой Айлин клятвенно обещала присмотреть, и одна из потрепанных в дороге сумок итлийца, а из-под кровати Аластора предательски выглядывали задние лапы и хвост развалившегося там Пушка. И это еще Перлюрена забрала Иоланда!
- Это называется палата, миледи, — церемонно подсказала Айлин. - Да, пока что я живу именно здесь.
«В лазарете, где мне едва спасли жизнь после того, что я сделала», — хотела добавить она, но подумала, что это будет слишком хвастливо. Отец никогда не хвалился тем, что совершил на войне.
Поджав губы, леди присела на другой стул, свободный от мантий, Артур же, окинув палату внимательным взглядом, наверняка тоже заметил все, но… промолчал и просто встал возле шкафа, неуловимо напоминая выправкой и отца, и лорда Кастельмаро, и вообще всех знакомых Айлин взрослых магов-боевиков.
- В каком полку ты служишь? - спросила Айлин, когда молчание начало становиться неловким. - И где он сейчас?
- Во втором рейтарском, — оживился Артур. - Сначала я служил под началом лорда Кастельмаро, мы гоняли мародеров под Дорвенной, а потом нас отправили в Мервиль на истребление демонов. Те еще твари! О, прости, тебе, наверное, неприятно о них слушать…
Его скулы едва заметно порозовели, и брат запнулся, виновато посмотрев на Айлин, которая фыркнула про себя. Вот в этом ничего не изменилось! Он до сих пор думает, что она изнеженная девчонка!
- Я видела демонов, — ответила она коротко, а потом не удержалась и невозмутимо добавила, бросив короткий взгляд на Гвенивер: — Твари и правда противные, но горят неплохо. Главное, близко их не подпускать.
- А… это да, — растерянно согласился Артур и вздохнул: — Айлин, ты… тебе еще долго здесь нужно находиться? Я могу поговорить с целителями… И мы поедем домой!
На миг мелькнуло подозрение, что Артур знает о браслетах, о том, что ее магический дар надолго заблокирован. И сразу же Айлин прошила игла страха, что брат собирается забрать ее в особняк Ревенгаров. Официально он все еще глава ее рода, у него есть на это право! Тетушка давным-давно объяснила, что отречение двенадцатилетней девочки не может быть признано по закону, даже если было сделано при свидетелях. Она же была несовершеннолетней и по светским законам, и по орденским.
- Домой? - уточнила Айлин с проснувшейся подозрительностью. - Зачем?
- Погостить, - также растерянно и вроде бы искренне отозвался Артур. - Мы долго не виделись! Неужели тебя не отпустят? Если нужно, я заплачу целителям, чтобы они послали с тобой кого-нибудь. У меня такой короткий отпуск, я хочу провести его с семьей, и еще… есть некоторые обстоятельства…
Светлые скулы Артура, гладкие и чистые, как у девушки, порозовели еще сильнее, а леди Гвенивер, снова сладко улыбнувшись, пояснила:
- Дорогая, мы приехали с прекрасным известием! Артур так застенчив, он не решается сказать…
- Матушка! - воскликнул Артур, обернувшись к ней, и Айлин про себя хихикнула: кажется, подозрение в застенчивости лейтенанту второго рейтарского полка не показалось лестным. - Позвольте, я сам.
Снова повернувшись к Айлин, он быстро облизал губы, сглотнул, вскинул подбородок, выпрямившись еще сильнее, и выпалил:
- Сестра, сегодня у меня просили твоей руки! Очень достойный человек!
- Моей… руки? - ошеломленно переспросила Айлин, разом лишившись всякого желания шутить даже молча. - Руки?!
- Ну да, — подтвердил Артур, и его светло-серые глаза просто просияли искренней радостью. - Разве не прекрасно? Это великолепная партия, а главное, я уверен, что ты… очень дорога этому человеку.
- Очень дорога… — снова повторила Айлин.
Мысли метались, как переполошенные летучие мыши - видела она такое в старых склепах. Артур смотрел на нее ликующе, леди Гвенивер - с непроницаемой любезной улыбкой, от которой Айлин уже мутило. И никак не удавалось понять, неужели Кармель отправился переговорить с ее родственниками, не предупредив?! Нет, он не мог… Он так деликатен! И он отлично знает, что Айлин об этом думает… Нет, невозможно. Разве что… он хотел сделать сюрприз?
- Могу я узнать, кто этот достойный человек? - осторожно спросила Айлин, складывая руки на коленях и прикрывая ладонью второй руки палец с обручальным перстнем.
Если Артур назовет имя магистра Роверстана… Ох, она простит это Кармелю! Наверное, он действительно хотел сделать ей приятное, притом она ведь сама желала стать настоящей леди, безупречной хотя бы после свадьбы, раз уж сейчас от ее репутации…
- Лорд Бастельеро! - выпалил Артур и уточнил, словно в этом была необходимость: — Лорд Грегор Бастельеро!
- Лорд… Бастельеро… — повторила Айлин, словно во сне, и вдруг очнулась: — Он просил моей руки?! У тебя?!
- А у кого же еще? - недоуменно воззрился на нее Артур.
Действительно, у кого еще?! После ее отказа лорд Бастельеро не придумал ничего лучше, чем отправиться к ее брату! И договориться с ним, словно Айлин - бессловесная тварь вроде лошади, которую можно просто продать! Передать из рук в руки, не спросив ее мнения!
- Это прекрасная партия, дорогая, — вставила леди Гвенивер, немного подаваясь вперед и жадно, как показалось Айлин, глядя ей в лицо. - Лучший жених королевства! Ах, дорогая, как же я за тебя счастлива!
- Счастливы? И ты тоже? - яростно взглянула она в лицо Артура, на котором радость медленно сменялась недоумением. - А меня никто не желает спросить, хочу ли я выходить за него замуж?
- Так я ради этого и приехал, — заверил ее Артур. - То есть… Не только! Я просто хотел тебя повидать, клянусь Пресветлым! Но лорд Грегор просил… И я обещал узнать у тебя… Айлин, ты примешь его предложение?
- Разумеется, она его примет! - снова подала голос леди Гвенивер. - Как иначе?
- Матушка! - уже раздраженно оборвал ее Артур. - Прошу вас! Я хочу услышать Айлин!
«Услышать… Услышать ее… То есть Артур еще не дал согласия? - Мысли продолжали перебивать одна другую, и Айлин прижала к загоревшимся щекам ладони. - Он еще не согласился. Все-таки не предал меня окончательно… И, значит, еще не все потеряно… Ну конечно, он же просто не знает! Артур не знает, что у меня есть жених! Брат беспокоится, что теперь, без репутации приличной девицы, я не смогу найти себе мужа, вот и… Ну да, лорд Бастельеро и вправду прекрасный жених… Знатен, богат, прославился подвигами и на вершине карьеры… И даже не был женат! Прекрасный, просто великолепный жених… вот только что же он преследует именно меня?! Можно подумать, на свете мало девиц! Да любая в Дорвенанте будет счастлива! А он по-прежнему думает, что обязан… Баргот бы побрал все его обязательства!»
Айлин убрала руки от лица и с вызовом посмотрела на Артура. В сторону леди Гвенивер ей и взгляда кидать не хотелось - там она помощи точно не дождется.
- Артур… Милорд брат мой, - поправилась она, вспомнив, как для Артура важен этикет. - Я благодарю вас за заботу. И очень рада увидеться, честное слово. Я… Наверное, я была неправа, не отвечая на ваши письма. Мне жаль… И я надеюсь, что теперь все будет иначе, но… - По мере ее слов на лицо Артура возвращалось все то же искреннее удовольствие, даже счастье, так что Айлин почувствовала себя негодяйкой, отнимающей у ребенка леденец, но решительно закончила: — Я не выйду за лорда Бастельеро. Простите. Я… У меня…
- Как не выйдешь? - взвизгнула леди Гвенивер, вскакивая. - Глупая девчонка! Да ты что, не понимаешь, какая это честь?! Лорд Бастельеро берет тебя в жены, несмотря на репутацию! Тебя! Мне вся столица наперебой пересказывает, как ты таскалась неизвестно где с двумя мужчинами… Спала с ними в этой… как ее… Одна! И ты еще смеешь отказывать жениху? Который так великодушен, что обещает никогда тебе этого не припоминать?!
- Матушка! Прошу вас! - рыкнул Артур. - Прекратите!
- Великодушен? - по-гадючьи прошипела Айлин. - О, в самом деле, какое беспримерное… великодушие… Он обещает мне не припоминать?
- Айлин! Матушка! - воззвал Артур. - Перестаньте, прошу вас! Айлин, сестра, ты неверно поняла! То есть лорд Грегор действительно обещал, но лишь потому, что не считает тебя… падшей. Он так не думает, понимаешь?
- Премного ему благодарна! - выкрикнула Айлин. - И за оказанную честь - тоже! Но уж как-нибудь постараюсь без нее обойтись! А если я слишком испачкана для вашего добродетельного дома, так и в гости не напрашиваюсь! Подумаешь, пять лет обходилась - и еще всю жизнь обходиться готова! А вы, миледи, передавайте этой вашей всей Дорвенне… Впрочем, нет, от меня ничего не передавайте! Эти сплетницы не заслужили, чтобы я перед ними оправдывалась!
- Айлин… — Растерянный Артур сделал к ней шаг, пытаясь то ли обнять, то ли удержать…
Вскочив, Айлин мгновенно оказалась за кроватью, выкрикнув:
- Не подходи! Я никуда не поеду, слышишь? И за лорда Бастельеро не пойду! Никогда! Ни за что! Будь он хоть последним мужчиной в Эдоре!
- Дура! - снова взвизгнула леди Гвенивер. - Останешься с репутацией шлюхи? Опозоренной девки?
- Не ваше дело! - крикнула Айлин, с ужасом чувствуя, как к горлу подступают рыдания.
Нельзя! Нельзя плакать перед этими… Она должна быть сильнее!
- Айлин, перестань! - прикрикнул теперь уже на нее Артур. - Матушка, прошу вас замолчать!
- Паршивка! - не унималась леди, сплетя перед собой руки и напоказ ломая пальцы. - Неблагодарная мерзавка! Артур, ну что ты ее слушаешь? Немедленно забери домой! Вот этому ее здесь учили пять лет?! Развратничать?! Не слушаться брата?! Ты глава рода, не забывай об этом!
- Матушка! Да прекратите же!
Айлин в отчаянии оглядела палату, как никогда остро, до боли жалея о браслетах-ограничителях. Будь она магессой, никого не подпустила бы к себе! А потом… Потом… Конечно, лорд Бастельеро разгневается! Пусть даже ей придется уйти из Академии! Но Кармель ее не бросит, он заберет ее… Дурочка, ну почему она сама не уговорила его ехать в храм Странника?! Сейчас показала бы настоящий обручальный перстень - и все! Над замужней женщиной никто не властен, кроме мужа, а леди Гвенивер захлебнулась бы ядом!
- Только попробуйте меня забрать силой, прокляну! - звонким от отчаяния голосом воскликнула Айлин и сложила пальцы в совершенно бессмысленную фигуру.
Леди Гвенивер побелела и завизжала. Артур мгновенно оказался между нею и Айлин, что-то говоря, его губы шевелились, но за верещаньем ничего не было слышно. Дверь распахнулась, и в палату влетел дежурный целитель, а следом за ним еще один. Мгновенно оценив обстановку, они подхватили леди Гвенивер под руки и вынесли из палаты, на ходу уговаривая успокоиться. Дверь с шумом захлопнулась, и Айлин осталась наедине с Артуром, который смотрел на нее с изумленным гневом.
- Айлин… Ты… Прокляла бы матушку?!
- А ты попытайся забрать меня домой - и узнаешь! - огрызнулась Айлин, борясь со слезами. - Ненавижу ее! Ненавижу, слышишь?! Почему она… все портит?! Всегда?!
- Айлин, она… Она тебя любит! Нуда, по-своему! Матушка бывает очень резка… - торопливо поправился Артур. - Но… Айлин, подумай, прошу тебя. Не так уж она неправа! Я не собираюсь тебя принуждать, клянусь! Но чем тебе не нравится лорд Бастельеро?! И что, если ты действительно больше ни за кого не выйдешь замуж?! Я надеялся, что к тебе посватается Эддерли или Аранвен. Вы дружили, да и по возрасту они больше тебе подходят… Но ты же сама видишь…
- Не твое дело, за кого я выйду, — всхлипнула Айлин, чувствуя, что вот сейчас у нее никаких сил говорить о Кармеле, признаваться, что уже помолвлена и счастлива.
Только не после всей этой грязи! Ее назвали шлюхой! Неблагодарной! И развратницей! И еще как-то… А Артур считает это всего лишь резкостью? И после этого разговаривать с ним о чем-то?