Как же ей нравилась эта чуть уловимая тень насмешки в его голосе! Совсем не обидная, напротив!

- Оба, — призналась она, доверчиво улыбнувшись в ответ. - Вашим ножом я упокоила… одну тварь, — спохватилась она в последний момент, что решила не рассказывать о самом страшном. - А синьор Фарелли не раз спасал нас с Аластором. Правда, мы его - тоже. Как и Аластор нас.

- Полагаю, это путешествие должно было связать вас не меньше, чем проведенный ритуал, — задумчиво отозвался Дункан, вглядываясь в ее лицо. - Я очень рад, что мой подарок вам помог. Между прочим, о ритуале. Я имею в виду второй. Можно узнать, где вы его взяли?

- У вашего друга, — удивленно посмотрела на него Айлин. - Я надеюсь… поняла его правильно, когда он сказал, что ваш друг. Дон Раэн, арлезиец!

- Раэн?

В голосе Дункана послышалось такое изумление, что Айлин на миг даже испугалась - вдруг она была обманута, и их случайный гость совсем не добрый знакомый магистра.

- Дон Раэн, да, — повторила она. - Он говорил, что едет к вам в гости. И что вы давно знаете друг друга…

- Весьма давно… — согласился магистр. - Я просто не предполагал, что… Впрочем, неважно. Это действительно человек, достойный доверия. Говорите, он ехал ко мне? Жаль, что мы разминулись. Меня ведь не было в столице.

- Очень жаль, — виновато подтвердила Айлин. - Мы случайно встретили его по дороге к Разлому. Он провел с нами вечер и был очень любезен. Подарил синьору Фарелли лютню, а мне показал этот аркан. Такой странный! Аркан, а не дон Раэн.

- Мой дорогой друг дон Раэн тоже отличается некоторыми странностями, — не согласился с ней Дункан. - Но я уверен, им двигали лучшие намерения. Непонятно только, что теперь делать с последствиями его намерений и ваших действий. Вы знаете, что использованный вами аркан связал вас и ваших спутников? Не исключено, что очень надолго. А возможно, что и навсегда.

- Я тогда не думала об этом, — призналась Айлин. - Вы же сами видели…

- Видел, — подтвердил Дункан. - И готов поклясться хоть Благими, хоть Странником, что ваше решение спасло жизнь юному… лорду Вальдерону.

Айлин прекрасно поняла заминку, когда он назвал Аластора по титулу, но прикусила язычок. Она и так очень много болтает! Наверняка Дункан знает, кто такой Ал, но если не зовет его принцем, значит, и ей тоже не стоит. А Дункан взял ее правую руку и мягко, но решительно освободил от одеяла.

- Поднимите рукав, — попросил он. - Повыше локтя. Или спустите рубашку с плеча…

Его голос снова скользнул по Айлин вкрадчивой мурлыкающей лаской, но она, не поддаваясь, закатала рукав тонкой полотняной сорочки. Спустить?! Ну уж нет! Конечно, бальные наряды открывают тело даже сильнее, но то бальные!

Широкий рукав поддался легко, и Айлин замерла, у нее даже дыхание прервалось на пару мгновений.

- Что это? - выдохнула она, вглядываясь в черную ажурную вязь, лентой обхватившую ее руку выше локтя, но ниже плеча.

Словно рисунок, но странный, глубоко окрасивший кожу и едва заметно выступающий над ней. Черная лоза с крошечными листьями и всего несколькими бутонами, зато усеянная длинными острыми шипами. Не роза, не терновник… Что-то совершенно незнакомое!

- Что это? - повторила она дрогнувшим голосом.

- След вашего аркана, — совершенно спокойно отозвался магистр. - Его физическое проявление. Точно такой же имеется на руке у вашего итлийского спутника, только на левой. А у лорда Вальдерона отмечены обе руки. Полагаю, это связано со структурой аркана.

- Д-да… — подтвердила Айлин, не сводя взгляда с жуткого и в то же время завораживающе красивого рисунка. - Аркан… он не совсем подходил, и я его изменила. Вместо связи хозяина и фамильяра построила треугольник с Аластором на вершине. Ну и еще кое-что поменяла.

- Поменяли, — тем же странным спокойным голосом повторил за ней Дункан. - В древнем аркане, созданном… очень давно созданном. Мой добрый друг дон Раэн - великий специалист подревностям и… неожиданностям. Очень надеюсь, что смогу должным образом поблагодарить его при встрече…

- Ия тоже, — пискнула Айлин. - Я очень хотела бы увидеть его и поблагодарить. Если бы Аластор погиб… А это теперь так и останется?!

- Понятия не имею, — вздохнул магистр, а потом, продолжая держать Айлин за запястье, второй рукой провел по рисунку кончиками пальцев, повторяя изгиб черной лозы.

Медленно, очень медленно… Айлин судорожно вздохнула, едва не рванувшись, но в то же мгновение изнутри ее окатила жаркая сладкая волна. Приятно напрягся низ живота, а дыхание стало прерывистым, и ей показалось, что она взлетает на огромных качелях, а потом падает на них же - страшно и восхитительно разом.

- Вам не стоит беспокоиться об этом, дорогая моя. - Голос Дункана словно наполнил все ее тело, пока пальцы следовали прихотливым чернильным виткам. - Даже если рисунок останется навсегда. Он прекрасен. И делает вас еще более особенной…

«Он делает меня сумасшедшей, — подумала Айлин, замерев от нахлынувших чувств и ощущений. - Или не он, а этот голос. Прикосновения. Слова и то, что они означают Помоги мне Всеблагая, если этот мужчина творит со мной такое одним только голосом и кончиками пальцев, то… Разве так бывает?! Может, и эти проклятые итлийские романы все-таки не всегда врут?!»

Она вспомнила, как подобие этого томного сладкого чувства испытала в палатке, когда Лучано провел пальцами по ее щеке. Да что они знают за секрет, эти мужчины?! Не все, конечно, а некоторые. Как им удается заставить ее тело отзываться, словно музыкальный инструмент, и молить о большем, словно она умирает от жажды?

Но дыхание и самого Дункана стало быстрее, а черные глаза блеснули особенно ярко. Айлин вспомнила Вишневую ночь, и взгляд магистра, когда он склонился к ней для поцелуя. Если в этом и была особая магия, то действовала она на обоих. Лицо Дункана было совсем близко…

Но когда Айлин уже приоткрыла губы, в коридоре послышался звук шагов, и она испуганно отпрянула, упав на подушку, а Дункан неуловимо быстро поменял позу.

Миг - и вошедший в палату молодой целитель в зеленой мантии и со стаканом в руках не увидел ничего неподобающего. Айлин только надеялась, что ему не придет в голову проверить ее пульс - сердце колотилось, как бешеное. И щеки пылают! Интересно, можно это списать на действие горячего шоколада?!

- Магистр Бреннан прислал вам лекарство и велел выпить немедленно, — сказал целитель совершенно обычным тоном. - И просил вас, милорд, зайти, как только освободитесь.

Дункан кивнул и встал. Айлин показалось, что он тоже с трудом надел маску обычной невозмутимости. Ее рука, снова спрятанная под одеяло, все еще чувствовала прикосновения, словно они продолжались…

- Я зайду еще, как только смогу, — сказал разумник ровным голосом. - Отдыхайте и ни о чем не беспокойтесь. Кстати, ваших родных известили о случившемся, но молодой лорд Ревенгар служит в гвардии, и его полк находится далеко от столицы. А леди Гвенивер гостит у одной из сестер и письмо магистра Эддерли пока не получила. Думаю, она навестит вас в ближайшем времени, но пока что мы с магистром Бреннаном против любых посещений. Вам нужен покой.

- Очень нужен! — подтвердила Айлин, сообразив, что запрет на посещения — это отличная причина отложить визит Артура и леди Ревенгар. И тут же попросила: - А можно мне увидеть тетушку Элоизу? То есть госпожу Арментрот! - добавила она для целителя, так и ожидающего с лекарством.

Лицо Дункана почему-то дрогнуло, словно он хотел что-то сказать, но сдержался. И все-таки через пару мгновений магистр отозвался:

- Разумеется. Она скоро вас навестит.

И, поклонившись, он вышел. Айлин послушно выпила кисловатое снадобье и снова легла на подушки, прикрыв глаза. Запах кофе и шоколада так и стоял в палате, а еще, если прислушаться, неуловимо пахло самим Дунканом. Тот самый аромат, что она когда-то почувствовала во время урока фехтования пять лет назад. Какой маленькой она была! Хвоя, душистый табак, ладан и сандал… Никто из ее знакомых больше не использовал такие мужские духи, сложные, но восхитительные. Кажется, она очень развратная особа, но… скорее бы прошли эти недели до свадьбы!

***

Солнечный луч погладил Грегора по лицу, и он нехотя открыл глаза, прощаясь с прекрасным, хотя и не задержавшимся в памяти ни одной яркой деталью сном. Только чудилось что-то теплое, мягкое, золотисто-рыжее, будто пропитанное этим самым весенним солнцем. Укоризненный взгляд ярко-зеленых глаз, россыпь веснушек на сливочно-белой коже и покой. Нежное тихое спокойствие, взявшее его в плен, которому Грегор даже не думал сопротивляться.

«Пожалуй, сон был даже слишком прекрасным!» — признал Грегор, бросив единственный взгляд в окно и прислушавшись: солнце стояло высоко в небе, а с тренировочной площадки, на которую выходило окно комнаты, доносились азартные выкрики адептов. Сколько же он проспал? Занятия, выходит, уже вовсю идут!

Словно отвечая его растерянному изумлению, слабо засветился зеленый луч Звезды Архимага, которую он вчера оставил на прикроватном столике, и усталый голос Бреннана - он что, вообще не ложился?! - виновато окликнул:

- Милорд Архимаг? Вы уже проснулись?

- Да, магистр! — уверил его Грегор и тут же ужаснулся: что должно было произойти, чтобы его потревожил целитель?! - Что-то случилось? С кем из пациентов?!

- С ними все в порядке, — заверил Бреннан. - Дело в другом. Лорд-канцлер Аранвен счел нужным навестить Академию и просил вас, если вы уже проснулись, отправиться с ним во дворец. Он ожидает во дворе.

- Благодарю. Передайте, что я спущусь через несколько минут, — выдавил Грегор, чувствуя, как хорошее настроение, вызванное приятным сном, испарилось так быстро, словно испугалось самого имени Аранвена.

Прямо сегодня, уже через четверть часа, придется объясняться с канцлером, а Грегор по-прежнему не представляет, что ему сказать.

И какого драного Барготова демона Ангус вообще делает в Академии?! То есть понятно, что он наверняка приехал узнать о здоровье бастарда, но зачем же лично?

Ладно, не стоит тянуть, эта встреча точно не станет приятнее от длительного ожидания!

Грегор нашел взглядом свою одежду и поморщился. Да, прислуга Академии тщательно вычистила камзол и сапоги, но вчерашнюю рубашку определенно нельзя было считать свежей. Какое тонкое напоминание, что все имеет свою цену, даже если речь идет о такой мелочи, как сон прямо в Академии, а жертвовать приходится всего лишь свежестью сорочки!

Ангус встретил Грегора возле своего экипажа, белоснежной кареты с серебряным лебедем и вензелем Аранвенов на дверце. Слегка поклонился и непринужденно, словно они встретились на каком-нибудь приеме, предложил:

- Надеюсь, вы не откажетесь составить мне компанию, милорд Архимаг? Нас ждет малый Совет во дворце, но прежде я хотел бы поговорить с вами наедине. Разумеется, после совета вас доставят обратно в Академию или куда угодно по вашему выбору.

- Буду чрезвычайно благодарен, — выдавил Грегор.

Он терпеть не мог экипажи, но нога, вроде бы притихшая к утру, мстительно очнулась, как только он дошел до крыла целителей, и явно намекала, что сесть в седло нерадивый хозяин сможет еще очень и очень нескоро.

Да и Совет этот… Впрочем, спасибо Аранвену хотя бы за такую возможность поговорить наедине. Если удастся убедить канцлера, что Грегор вовсе не собирался погубить принца крови…

«Не удастся, — подумал он, устраиваясь на неожиданно широком и странно мягком сиденье напротив Ангуса. - Мы оба знаем, что именно это я и намеревался сделать - и не моя заслуга в том, что мальчишка жив. Тогда о чем пойдет разговор?!»

- Могу ли я узнать, что привело вас в Академию? - спросил он негромко, не в силах изводиться ожиданием.

Любимый метод Аранвенов! В умении перемолчать любого собеседника им нет равных. Вот и Дарра такой же!

- Разумеется, — вежливо склонил голову канцлер. - Я счел необходимым посетить свидетеля. Единственного, пребывающего в здравом уме и ясном сознании свидетеля того, что случилось в Озерном Крае. Я должен был понять, что там произошло, прежде чем выносить это событие на обсуждение Совета.

- Роверстан! - с тихой злобой выдохнул Грегор. «Не трогать до завтра!» В самом деле, «завтра» уже наступило, и никто не решился бы отказать канцлеру в посещении. Что ж, если кто и смог заставить эту разумническую гадюку говорить, так это и в самом деле Аранвен. Пожалуй, Грегор дорого бы дал, чтобы понаблюдать за этой… грызней двух змей! - И как? Поняли?

- Боюсь, наоборот, — вздохнул Аранвен, откидываясь на сиденье напротив Грегора. - О, магистр Роверстан вполне подробно ответил на все мои вопросы. Если бы это добавило хоть какой-то ясности! Если я правильно помню ваши объяснения, Разлом должен был закрыться кровавым ключом, и моя дорогая Немайн полностью подтвердила это…

«Немайн Аранвен?! И в самом деле, она ведь некромантка, и пять лет назад Ангус советовался с ней по вопросу порталов, он сам это сказал… и теперь - снова?! Он так доверяет знаниям собственной жены или не доверяет мне? Ну, так спросил бы Эддерли или Райнгартена! Да кого угодно!»

- …Но юная леди Ревенгар, по-видимому, использовала принципиально иной способ. По словам Дункана, она шагнула в Разлом сама… Прошу вас учесть, милорд, — голос Ангуса вдруг опасно зазвенел, как будто треснул огромный хрустальный сосуд, - что сейчас я нарушаю данное мной обещание молчать о том, что рассказал мне магистр Роверстан. Надеюсь, вы не заставите меня об этом пожалеть! Так вот, по его словам, леди Ревенгар использовала кровь юного лорда в качестве ключа и сама шагнула в Разлом, а затем каким-то образом вернулась оттуда живой и невредимой. Магистр Роверстан категорически против обнародования этих… деликатных подробностей. Магистр Бреннан, с которым я поговорил позже, утверждает, что нет никаких оснований полагать, будто юного лорда Аластора пытались принести в жертву. Среди множества рваных ран на его теле присутствует лишь одна резаная - на руке. Притом не слишком глубокая. Колотых нет ни одной. Все это подтверждает, что леди Ревенгар действительно использовала иной способ закрытия Разлома.