Лучано молча поклонился.

- Вот и прекрасно. Полагаю, тебе не составит труда передать его высочеству мои самые искренние пожелания здоровья? - Лучано снова поклонился, и Беатрис продолжила тем же мягким нежным тоном: —А кроме того передай ему смиренную просьбу навестить вдовствующую королеву. Разумеется, когда это позволят целители.

Длинные черные ресницы дрогнули над темным бархатом глаз, и Лучано против воли восхитился. Так изящно обозначить свое положение, не оскорбив при этом будущего короля… Да уж, истинная Риккарди! И эта «смиренная просьба»…

Ему не доводилось встречаться с другими представителями этого достойного рода, но всякий итлиец знает, что Риккарди неизменно смиренны в своих просьбах, а потому просьбы эти следует выполнять быстрее иного приказа.

- Прекрасно, — снова повторила королева, лаская пальцами спинку кресла, и по спине Лучано снова пробежал отвратительный холодок: в точности так же Беатрис когда-то поглаживала ожерелье с заточенной внутри магической гадиной проклятья. - Поговорим теперь о втором задании. Том, что ты до сих пор не выполнил. Я слушаю, мастер Шип. Какие веские причины тебе помешали?

На краткий миг Лучано показалось, что он идет по канату, а под ним - стылая ледяная река. Один неверный шаг! Всего один - и бездна распахнется ему навстречу! Королева, несомненно, навела справки о произошедшем, но что ей удалось узнать? Что можно рассказать без опасности навлечь на Айлин еще больший гнев?!

А главное, стоит ли упомянуть, что с Альсом теперь связан и сам Лучано? Беатрис вполне может знать об этом и так. И если Лучано скроет настолько важную деталь, то навлечет на себя понятные подозрения в неверности. А если сказать… Пока Беатрис дорожит возможностью союза с Аластором, она вряд ли рискнет причинить ему вред, убив Лучано. Но что, если она решит, что принц выгоден ей мертвым?! Канат, по которому продолжал идти Лучано, опасно закачался.

«Не знаешь, что сказать выгоднее, — вспомнил он наставления мастера Ларци, — лучше говори правду».

- Когда Разлом уже был закрыт, его высочество оказался тяжело ранен демонами. Синьорина магесса спасла принца, —уронил Лучано, молясь всем Семерым, чтобы голос звучал в должной мере бесстрастно. - Она взяла свою жизненную силу, добавила к ней мою и перелила в тело его высочества, тем самым позволив ему дожить до появления лекарей. Но сейчас и я, и синьорина Айлин связаны с его высочеством магически. И до тех пор, пока целители не смогут уничтожить последствия ритуала, смерть синьорины способна причинить вред принцу.

Про себя он не сказал ничего. Зачем? Беатрис все прекрасно поняла сама. По вспыхнувшим на миг глазам королевы он понял, что угадал, - и едва смог сдержать облегченный вздох.

- Ты честен, — повторила Беатрис с заметным удовольствием. - И наблюдателен, так скажи мне, мастер Шип, а принц и эта девица…

- Нет, ваше величество! - горячо заверил ее Лучано, с радостью подумав, что хоть здесь может не думать, о чем стоит умолчать. - Сердце принца совершенно свободно, а на синьорину он смотрит разве что как на сестру. Она, в свою очередь, тоже предана ему, но не как женщина! У этой девицы очень… - Он старательно подпустил в голос должную долю презрительной насмешки. - Очень рыцарские представления о чести и долге дворянки.

- Рыцарские представления… — медленно повторила Беатрис. - Как забавно. Неужели я ошиблась в ней? Разве она не собирается делать карьеру?

- Очень возможно, моя королева, — поклонился Лучано. - Девица — чрезвычайно талантливая магесса. Полагаю, в Ордене ее ждет большое будущее. Если, конечно, она избавится от юношеской пылкости и прямоты. Пока что в синьорине магессе не больше коварства, чем в любимой секире его высочества.

- А ее хваленая привлекательность? - мурлыкнула Беатрис, глядя в глаза Лучано, и ему показалось, что тонкие пальцы королевы с изящными ноготками вспороли его душу и перетряхивают ее в поисках малейшей лжи. - Она действительно так хороша собой?

- Синьорина мила, — признал Лучано, чувствуя отвратительный привкус того, что говорит. - Этакий свежий полевой цветочек… Впрочем, ничего особенного. Полагаю, интерес юных благородных синьоров был основан больше на ее происхождении. Им ведь нужна невеста Золотой крови и, желательно, с магическим талантом. У нее все это есть, а в придачу приятное личико и славный веселый нрав. Но если вашему величеству интересно, юным синьорам магам придется поискать другой брачный союз. В самом скором времени синьорина выходит замуж и очень увлечена своим женихом.

- Замуж? — Брови Беатрис опять немного изогнулись, а в глазах мелькнул искренний интерес кошки, услышавшей шорох в мышиной норе. - За кого?

- За какого-то мага, если не ошибаюсь. - Лучано сам не знал, что толкнуло его скрыть имя великолепного магистра Дункана. Может быть, память о легкости, с которой разумник потрошил чужую память. Опасный враг, но очень полезный союзник! - Знаю только, что это мужчина в годах, но с большим магическим талантом, прекрасным положением в обществе и он весьма хорош собой. Больше она ничего не рассказывала.

- В годах… Талант и положение… Хорош собой… — задумчиво повторила королева и вдруг улыбнулась почти тепло. - Замуж? В ее годы?! Бедная девочка! Но это, конечно, полностью меняет дело. Его величеству понадобятся надежные люди в Ордене. Пожалуй, мне стоит позаботиться о милой и такой преданной малышке. Она ведь до сих пор в ссоре с семьей? Бедняжка пожертвовала репутацией, какое счастье, что нашелся великодушный человек, для которого это не стало препятствием. Что ж, будет справедливо, если я дам приданое девице, которая сохранила Дорвенанту короля! Что скажешь, мастер Шип?

- Что вы щедры настолько же, насколько прекрасны, моя королева!

Спину Лучано уже запивал холодный пот, но это были такие пустяки! Он победил! Беатрис убеждена, что Айлин не представляет для нее опасности! Неважно, что она сделает с ним, Шипом, не исполнившим контракт. Главное, что его синьорина будет жить… Но что же окончательно убедило королеву? Она так странно посмотрела при словах о женихе… Неужели знает магистра Дункана? О, неважно!

- Кстати, о щедрости. — Беатрис глянула на него в упор, и Лучано застыл, понимая, что пришел его черед. - Помнится, я кое-что обещала и тебе, мастер Шип. Не так ли?

- Не смею надеяться на милость прекрасной королевы, — проговорил Лучано, с тоской понимая, что теперь в роли мышки он.

- Это правильно, — согласилась королева.

Ее глаза смеялись, и Лучано снова почувствовал силу невероятного очарования этой жуткой и обольстительной женщины.

«Но на плаху ради нее я бы точно уже не пошел, — упрямо подумал он. - Теперь, когда мне есть с чем сравнивать, вся совершенная красота Беатрис проигрывает одной улыбке моей синьорины или усмешке Альса… Вот за любого из них - да».

Беатрис взяла со столика плотный лист пергамента, исписанный и запечатанный сургучом, подала его Лучано.

- Это твоя награда за первую часть контракта, которую ты так прекрасно выполнил, — благосклонно улыбнулась она уже губами, тогда как глаза снова стали холодными. - Купчая на особняк в хорошем районе. Слугам уплачено за два месяца вперед, они ждут нового хозяина. Ах да, и выезд, разумеется. Может быть, ты думаешь, что это не слишком щедро за сохраненную жизнь короля?

- Это больше, чем я смел надеяться, — заставил себя выдохнуть Лучано. - Если только…

- Если?

- Если к этому прилагается прощение вашего величества за неисполненную вторую часть.

Он опустился на колени и склонил голову, радуясь, что этикет позволяет спрятать взгляд. Как же он сейчас ненавидел Беатрис! Особняк и выезд? Ему, обреченному на смерть по ее желанию?

- Какой умный мальчик, — услышал он над головой сладкий тягучий голос королевы. - Служи мне верно, мастер Шип, и будешь награжден по заслугам. Тебе ведь не доставляет беспокойства мой прошлый подарок? Нет? Я так и думала. И очень надеюсь, что тебе хватит ума молчать о нем. Как только ты должным образом докажешь мне свою преданность, я немедленно заберу его обратно.

«Ложь, — устало подумал Лучано. - Никто не отпускает таких свидетелей. Но пока что я тебе нужен. Если Альс пожелает оставить меня при себе, это будет очень удобно! Твои глаза, уши и руки рядом с королем… Даже не знаю, хочу ли я этого! Альсу нужен в друзьях не я, а такой же благородный, правдивый и отважный дворянин, как он сам. Такой же идиотто, иными словами. Только вот благородный идиотто вряд ли сможет уберечь ему спину и перегрызть глотки его врагам при необходимости. А я… Я бы попытался. Если он позволит, конечно. Если я ему все еще нужен . »

- Милость вашего величества не знает границ, — почтительно проговорил он и коснулся губами протянутой для поцелуя руки королевы.

Дворец он покидал с чувствами человека, которому прямо на помосте с плахой отменили смертный приговор. Купчая на особняк во внутреннем кармане куртки жгла тело, а во рту стоял мерзкий привкус собственного страха, и неважно, что страх этот был большей частью за Айлин.

«Она бы не позволила себе так обойтись с мастером Ларци, да и с любым из грандмастеров, — металось в мыслях. - Стоит взобраться на вершину гильдии хотя бы ради того, чтобы никто и никогда не смел мне угрожать! Но какова цена такого восхождения? Превращаться в Тино я не хочу… Подумаю об этом позже, а пока много других дел».

В особняк он решил прямо сейчас не ехать. Во всяком случае, пока не сменит костюм, а то привратник не поверит, что этот оборванец и есть его новый хозяин. Нет уж, знакомство с собственными слугами следует начинать иначе. И, кстати, зачем ему вообще особняк?! Разве что подарить его гильдии, которая наверняка оценит возможность иметь гнездышко в Дорвенанте? Хм… В таком случае, возможно, с этим стоит повременить - вдруг оно понадобится и самому Лучано?

Он прыгнул в ближайший наемный экипаж из тех, что ждали клиентов у дворца, и велел везти себя в банк. Возница понятливо кивнул, взмахнул хлыстом, и пара сытых гнедых лошадок зацокала копытами по мостовой. Собственный выезд… Дорогая в содержании штука, неудобная, конечно…

В банке Лучано предъявил заветный подпиленный скудо, и любезный дородный итлиец-приказчик, проверив монету, низко поклонился, а потом все наконец-то пошло как надо. В уютном кабинете с мягкими креслами ему предложили шамьет, горячее вино с пряностями или сангретту - все, что угодно синьору. Открыть счет? Считайте, что уже готово. Определенная сумма наличными прямо сейчас и несколько чеков с собой? Будет готово, когда синьор допьет!

Чувствуя себя почти в Вероккье, Лучано тянул недурной шамьет, ожидая, пока служащие уладят его денежные дела, затем выложил перед приказчиком купчую на подаренный особняк и попросил проверить его историю. Кому подарок принадлежал раньше, не числится ли за ним нехороших слухов и обиженных бывших владельцев. Приказчик понимающе кивнул, глянул на адрес и заверил, что все будет сделано в ближайшее время. Оплата? Что вы! Для них огромная честь, что сам синьор Фарелли обратился именно в их отделение! И если они могут еще чем-то услужить великолепному синьору…

- Посоветуйте мне хорошую лавку готового платья, — попросил Лучано. - И приличного портного на будущее.

- Лучше всех в этом городе шьет синьор Бонавентура, — уверенно сообщил приказчик. - Правда, у него обычно очередь, так что следует заказывать заранее. Но для вас он наверняка сделает исключение. А готовое… На площади Первоцветов навестите лавку синьора Донована. Он, правда, местный, не наш, но костюмы отменного качества и на любой вкус.

Донован? Ах, Донован! В памяти всплыл облик немолодого, но приятного купца, пытавшегося ухаживать за Лучано в гостинице. Что ж, возможно, это намек судьбы? Нельзя же столько времени маяться неудовлетворенностью. В его возрасте это вредно, в конце концов!

- Благодарю, — кивнул Лучано и поднялся.

В холле банка ему почтительно поднесли новенький бархатный кошелек, заполненный монетами на указанную сумму, и три хрустящих бумажных листа - денежные поручительства в любой банк Дорвенанта. Лучано вспомнил путешествие и усмехнулся - больше он так впросак не попадет. Прыгнул в терпеливо ожидающий его экипаж и велел мчать на площадь Первоцветов. А если возница знает лавку Донована… Знает? Беллиссимо!

Однако в лавке Донована, весьма недурной и с услужливым персоналом, его поджидало разочарование. Нет, одежду предложили прекрасную, насколько это можно сказать про готовое платье, но вот хозяин пару недель назад уехал из города. Когда вернется? Увы, неизвестно! Вот здесь надо немножко заузить, ваша милость. Не у всех такая прекрасная фигура, как у сударя! Не извольте беспокоиться, швея сделает прямо сейчас! А сударь пока может посмотреть что-нибудь еще.

Разочарованный Лучано, уже предвкушавший приятное возобновление знакомства, посмотрел. Выбрал еще два костюма, один из темно-зеленого итлийского сукна, второй - черного арлезийского бархата. Оба сидели почти идеально, только в поясе тоже следовало заузить. Ну и сделать петли в рукавах для ножа, но с этим он собирался справиться сам.

- Куда прикажете прислать, сударь? - осведомился приказчик, и Лучано задумался.

В лазарет Академии? В особняк? А еще ведь нужно забрать свои вещи из гостиницы. Если не вышло с Донованом, то не попробовать ли с одной из тех подавальщиц в полосатых юбочках? Конечно, проще всего заглянуть в местный бордель, наверняка они имеются даже в такой цитадели добродетели, как Дорвенна. Но борделями Лучано обычно брезговал. Они хороши для работы или чтобы спрятаться после выполненного заказа, а потом уйти черным ходом. Однако пользоваться продажной любовью? Противно и унизительно.

- Я сам заеду и заберу, — решил он, расплачиваясь. - А пока будете подгонять первый, где здесь ближайшая цирюльня?

В цирюльню, которая была здесь же на площади, его проводил мальчишка из лавки. Пока щегольскую темно-синюю пару подшивали, Лучано велел подровнять себе отросшие волосы и прошелся по площади, окруженной самыми разными лавочками. Кошелек приятно оттягивал пояс, день выдался теплый, но свежий, а главное, с души после визита к Беатрис упал камень размером с пьедестал «Весны».