« Приобыкли, сукины сыны, за чужой спиной затишек   пахать !» (ТД: 6, XXXVIII, 243).

« Тепло   грело солнце » (ТД: 6, XXXVI , 230).

« Спины казакам   грело солнце » (ТД: 6, XXXVI I, 232).

«… солнце грело  немилосердно » (ТД: 7, XXXVI, 215).

« Под ним пестрым лоскутным одеялом  лежала слобода Ольховый Рог » (ТД: 5, XIII, 269).

Мы разобрали лишь пять страниц «Зыби»…

Но вот еще параллели (теперь уже выборочно, практически наугад):

ВОРОБЬИ В КУЧЕ ХВОРОСТА

«… в кучах сухого хвороста  сердито-задорно считались между собой воробьи » ( Крюков . «Зыбь»).

«… в куче хвороста , наваленного возле плетня, чулюкали воробьи » (ТД: 2, X, 167).

КОРОТКОЕ ХЛОПАНЬЕ И СВИСТ КНУТА

« Звонкое, короткое хлопанье кнута сменялось то отрывистым, то протяжным бойким свистом …» ( Крюков . «Зыбь»).

« Звук винтовочного выстрела был неполон , тих, будто хлопнули нахвостником кнута  …» (ТД: 6, XLIX, 323).

« Григорий слышал тонкий посвист  ременного кнута …» (ТД: 7, XXVIII, 278) .

ЗВОНКО ШЛЕПНУТЬ; ПЛАЧ И СМЕХ БАСОМ

«… звонко шлепнула  Дениску по затылку, и он заплакал басом » ( Крюков . «Зыбь»).

« Он звонко шлепал  себя по тугой смуглой шее » (ТД: 5, II, 291).

«… протодьяконским басом  взревел петух » (ТД: 2, II, 124).

« басовитый смех » (ТД: 2 XXI, 220).

« Офицеры басисто захлопали в ладоши » (ТД. Кн. 3).

« В задних рядах басисто хохотал  Яков Подкова » (ТД: 6, I, 22).

« Листья под ветром… согласно басовито шелестели » (ТД: 6, II, 27).

« … басисто покашливал  в горсть » (ТД: 6, VII, 70).

« басовитый рев  пароходной сирены » (ТД: 7, XXIX, 294).

ПОНУКАЮЩИЙ ГОЛОС

«… грозными, понукающими голо сами » ( Крюков . «Зыбь»).

«… чей-то понукающий голос » (ТД: 7, XVI, 160).

ДИКОВИНЫ ОБЛАКОВ И ЗАДУМАВШАЯСЯ КУРИЦА

« Арба закряхтела, встряхнулась, подбросила Дениску назад, и в его глазах на мгновение запрокинулась маленькая лужица, отражавшая облака в диковинной глубине , а ближе – задумашуюся курицу  и черную ветку старой груши » ( Крюков . «Зыбь»).

«… куры  с испуганным кудахтаньем метались на плетни и после короткого раздумья  ныряли во двор » ( Крюков . «Жажда»).

« Затопленные водой бледноствольные тополя качали нагими ветвями, а вербы, опушенные цветом – девичьими сережками, пышно вздымались над водой , как легчайшие диковинные зеленые облака » (ТД: 6, L, 326).

 « На обезлюдевшем дворе ходила пестрая, с подрезанным хвостом курица  и, не зная того, что назавтра помышляет повар приготовить из нее суп пану управляющему, походя копалась в навозе и клохтала в раздумье , где бы положить яйцо » (ТД: 2, II, 255).

КОЛЮЧИЕ МУРАШКИ

«… холод, перебегавший по спине мелкими, колючими мурашками » ( Крюков . «Зыбь»).

« Тело в колючих мурашках » (ТД: 1, III, 24).

Мы продемонстрировали результаты сравнительного анализа двух с половиной из шестидесяти страниц текста «Зыби».

Перед нами не просто единый художественный почерк – это один взгляд, одно мирочувствование, одна человеческая душа.

Откроем книгу ближе к концу повести:

МЕДОВЫЙ ЗАПАХ ЦВЕТУЩЕЙ НА ОГОРОДАХ ТЫКВЫ

« Стала просыпаться станица. <…> Задымились волнистые, с неровными зубцами вершины верб ближе к станице. Чуть алели не на восходе, а к закату края длинной, вытянутой, мутно-синей тучки. Густой медовый запах шел от крупных золотых цветов тыквы с соседнего огорода »  ( Крюков . «Зыбь»).

« Дождь обновил молодую, но старчески серую от пыли листву. Сочно заблистали яровые всходы, подняли круглые головы желтолицые подсолнухи, с огородов пахнуло медвяным запахом цветущей тыквы » (ТД: 6, LXI, 400). См. также в заметке 5.

ПРОШЛОГОДНЕЕ ЖНИВЬЕ, ВИХРЫ РАСТЕНИЙ, ОСПА ЗЕМЛИ

  « Мертвым, потускневшим золотом глядит прошлогоднее жнивье , по которому не успел осенью пройти плуг, и вихры старника на пашне торчат, как редкие чалые волосы на изрытом оспой лице » ( Крюков . «Зыбь»).

«…по прошлогодним жнивьям » (ТД: 6, XLVI, 295)

«… задумчиво глядел, как в саду ветер зализывает густые вихры каштанов  и волною гонит просвечивающую на солнце горбатую траву » (ТД: 4, XIII. 128).

« Там, где шли бои, хмурое лицо земли оспой взрыли снаряды …» (ТД: 3, X, 303).

« Песчаная земля на путях была размыта, извилюжена следами крохотных ручейков, пресно пахла дождем и еще хранила на своей поверхности, там, где втыкались дождевые капли, густой засев чуть подсохших крохотных ямочек, будто оспа изрябила ее » (ТД: 4, XVII, 164).

«… луг, изъязвленный оспяной рябью озер » (ТД: 6 II, 22).

ОТМАХИВАЯСЬ ГОЛОВОЙ

« Лошадь  шагала ленивым шагом, усиленно отмахиваясь головой от мух » («Зыбь»).

«… лошади  без устали мотали головами, отгоняя мух ...» ( Крюков . «На речке лазоревой»)

« Когда он говорил, то мотал головой, словно отгонял надоедливых м ух…» ( Крюков . «Мечты»)

Развитие метафоры:

« Он зряшно топтался около первого орудия, отмахиваясь головой от цвенькавших  пуль… » (ТД: 6, VIII, 82).

СИЗЫЕ ВЕРБЫ

«… сизые вербовые рощицы » («Зыбь»).

«… сизыми островами верб » (ТД: 6, XXXIX, 258).

ПАРАЛЛЕЛИ В РАССКАЗЕ «ГУЛЕБЩИКИ»

К расть рукопись у Крюкова было равносильно не просто самоубийству, а самоубийству публичному.

« Травы от корня зеленели густо и темно, вершинки просвечивали на солнце, отливали медянкой. Лохматился невызревший султанистый ковыль, круговинами шла по нему вихрастая имурка, пырей жадно стремился к солнцу, вытягивая обзерненную головку. Местами слепо и цепко прижимался к земле низкорослый железняк, изредка промереженный шалфеем, и вновь половодьем расстилался взявший засилье ковыль, сменяясь разноцветьем: овсюгом, желтой сурепкой, молочаем, чингиской – травой суровой, однолюбой, вытеснявшей с занятой площади все остальные травы » (ТД. Кн. 3).

Покажем, откуда это взято:

« Вот казаки спустились в балку, и станица совсем закрылась от них. Одна степь широкая и зеленая, как море, раскинулась кругом. Утреннее солнце ярко блестело на молодой зелени. Травы пестрели и переливались различными тонами. Далеко, на самом горизонте, они синели, как седые курганы, задумчиво поднимавшиеся там в тонком голубом тумане. Ближе они становились темно-зелеными, а еще ближе светлели и пестрели самыми разнообразными цветами. Цепкая и тягучая повитель с бледно-розовыми цветочками переплела желто-зеленый, только что начинающий белеть, ковыль; темнолиловая, высокая, с густым запахом богородицкая травка поднимала свою махровую головку из лохматого овсюка; зеленый красавец пырей с пушистой головкой и молодой чернобыль перемешались с желтым дроком, румяной червоницей и крепким, приземистым белоголовом. Звенели жаворонки, свистели перепела, красивый пестрый стрепеток с дребезжащим свистом, чиркая, поднимался от дороги и вился, летая кругом. Кобчик, трепеща крыльями, повисал в воздухе и потом, схватив кузнечика или ящерицу, с веселым пронзительным писком улетал в соседнюю балку. Коршун или белый лунь важно и степенно плавал в высоте и иногда застывал в одной точке.

– Эх, травы ноне Бог послал!.. – сказал Никита, прищуриваясь и поглядывая кругом.

– Д-да!.. сенов казаки наберут!... – ответил Багор.

Филипп молчал, чувствуя себя необыкновенно хорошо. Чистый, живительный степной воздух, благоухающий острым и тонким запахом поля, широкий, неоглядный простор, веселый день, яркая зелень, цветы – все это он чувствовал, видел, слышал, все вливалось ему в грудь какою-то живительной струей и захватывало дух сладкой и вместе томительной болью. Не в первый раз он видел эту степь, и всегда она захватывала и покоряла его себе; всегда он не мог налюбоваться на нее, и хотелось ему и смеяться, и плакать, и петь – петь вольную и захватывающую, чарующую, как степь, песню ». ( Кюков . «Гулебщики. Очерк из быта стародавнего казачества». Исторический вестник. 1892. Октябрь . С. 63–64).

Э то фрагмент из рассказа двадцатилетнего Федора Крюкова (266 слов и 1612 знаков без пробелов), написанного задолго до рождения Михаила Кузнецова (по отчиму – Шолохова). Концентрация параллелей этого текста с текстом «Тихого Дона» (от речевых, банальных, до уникальных авторских) настолько беспрецедентна, что, как мне представляется, ставит точку в восьмидесятилетнем споре об авторстве великого романа.

Уникальные параллели (не менее десяти) ниже помечены мной звездочкой.

СПУСК В БАЛКУ

« Вот казаки спустились в балку …» ( Крюков .  «Гулебщики»).

«… спускаясь за перевал  в балку » ТД: 3, VIII, 82).

СОЛНЦЕ И ЗЕЛЕНЬ

« Утреннее солнце ярко блестело на молодой зелени » ( Крюков . «Гулебщики»).

« Ласковым телком притулялось к оттаявшему бугру рыжее потеплевшее солнце , и земля набухала, на меловых мысах, залысинами стекавших с обдонского бугра, малахитом зеленела ранняя  трава » (ТД: 3, I, 236).