Гильдия принимает заказы от населения, но только в том случае, если эти заказы не противоречат воле Хисса. Услуги Г. оплачиваются сразу двумя способами: золотом лично Мастеру Ткачу и вниманием Хисса к судьбе заказчика. Так как второго люди не видят и пощупать не могут, то совершенно зря не придают этому значения. Тем не менее, Хисс всегда берет соразмерную плату: удачей, здоровьем и т. п. Следует также помнить, что как человек может использовать слуг Хисса в своих целях, так и Хисс может использовать пришедшего к нему в своих, и далеко не всегда человек получает то, чего хочет, а не то, что Хисс полагает правильным для него.

Большая Имперская Энциклопедия

25 день ласточек. Риль Суардис

Рональд шер Бастерхази

— Что произошло, вы знаете, темный шер? — встретил его вопросом капитан Герашан.

— Вообще-то я хотел спросить то же самое у вас. Почему вы здесь, а не с ее высочеством?

— Вас это не касается, — прошипела рыжая ире.

— Бален, — укоризненно покачал головой капитан. — Шер Бастерхази здесь ни при чем.

Рыжая не поверила, но спорить с мужем не стала. А тот, против всех своих правил, подошел к Роне на шаг ближе и…

— Благодарю вас, темный шер. Ваше предупреждение оказалось весьма своевременным.

— Я рад, что оказался вам полезен.

— Весьма. Этот год нельзя назвать удачным для гильдии ткачей. Впрочем, Хиссу виднее.

— Ему виднее, — кивнул Роне и осенил себя малым треугольником. — Не знаете ли, мой светлый шер, те два висельника, которых ее высочество купила вчера — уже отработанный материал?

— Вас это не касается, — снова заявила ире.

Роне еле удержался, чтобы не поморщиться. Все же дикая лесная тварь — она останется дикой лесной тварью, даже если назвать ее фрейлиной и обрядить в наимоднейшее платье.

— Зато это напрямую касается МБ, моя светлая шера. Конечно, если безопасность ее высочества волнует вас больше, чем необходимость быть вежливой с этим ужасным, ужасным темным шером.

— Что не так с висельниками? Это как-то связано с возмущением эфира? — проигнорировав начинающуюся ссору, ухватился за суть капитан Герашан. — Бален, ты же их видела, было что-то необычное?

— Было. Но я не собираюсь обсуждать это с кем ни попадя.

Роне чуть не выругался вслух. Упрямство и ненависть этой дикой кошки иногда были совершенно неуместны. Не говоря уж о том, что явно свидетельствовали об отсутствии у нее даже зачатков разума.

— Мое дело, как полпреда Конвента — поставить Магбезопасность в известность о подозрительных обстоятельствах.

— Магбезопасность вам безмерно признательна. А теперь — идите, куда шли.

— Благодарю за соизволение, светлая шера. — Роне изящно поклонился. — Если вы не желаете меня видеть, отвернитесь.

— Не поможет, — сморщила нос ире и демонстративно помахала ладонью перед лицом, словно отгоняя запах.

— Что ж, сочувствую. Нелегко вам приходится вдали от родного леса, кругом сплошные люди.

— Если вы желали получить аудиенцию у ее высочества, то сейчас не самый подходящий момент, — попробовал перевести тему капитан. — А я буду рад выслушать ваши соображения по поводу произошедшего.

— Для начала все же ответьте: ее высочество поступила с висельниками как обычно, и они оба лишены ненужных воспоминаний?

— Нет. Один отправлен на конюшни, второго ее высочество оставила при себе.

— Как при себе? Второго — это грабителя-северянина?! Капитан, вы должны немедленно удалить его от ее высочества! Сейчас же! Если… если он еще жив.

— В чем дело, темный шер?

— А вы не поняли, светлый шер? Помолвка его величества с шерой Ландеха, покушение на вас… кто еще застит свет ее высочеству Ристане?

Роне бы насладился вытаращенными глазами капитана МБ, но дело было слишком серьезно. Если его подозрения верны — то Шуалейда в куда большей опасности, чем ее коронованный братец.

— Вы официально заявляете о покушении, темный шер?

— Ну если вы видите у меня ослиные уши, светлый шер…

— То есть это — тайное предательство вашей обожаемой Ристаны. Прелестно. Но не очень понятно, какие цели вы преследуете.

— Злые боги, почему вы дали полковнику Дюбрайну таких тупых подчиненных?! Герашан, подумайте головой. Я — полпред Конвента, я не могу предать ее высочество регентшу, потому что приносил клятву верности не ей. А Кон-вен-ту! И мой долг состоит в том, чтобы блюсти закон и порядок в королевстве. В тесном сотрудничестве с Магбезопасностью. Пункт параграфа могу напомнить.

— Премного признателен, но Устав я прекрасно помню и без ваших… напоминаний.

— А раз помните — ступайте и займитесь делом. Начните с допроса бие Убеды. Доказать участие ее высочества все равно не сможете, но уберечь Шуалейду — обязаны! Вы головой за нее отвечаете!

— С ума сойти, какая забота! — опять вмешалась рыжая ире. — От большой заботы вы запытали Мануэля почти насмерть?! Убирайтесь, темный шер, и хватит нести чушь. Мы вам не верим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы? — Роне перевел взгляд на капитана, насмешливо поднял бровь.

— Мы проведем расследование и все выясним.

— А также напишете отчет на восьмидесяти листах, в котором шис хвосты сломает, — кивнул Роне. — Просто помните, капитан. Если Шуалейда пострадает, я лично позабочусь о том, чтобы ваша смерть была долгой и весьма неприятной.

— Не понимаю, как полковнику Дюбрайну хватает терпения общаться с вами, темный шер. Наверное, он святой.

— Несомненно, святой. Иначе бы давно поубивал настолько некомпетентных и скудоумных подчиненных. Умертвия, и те разумнее.

— Без сомнения, в нежити и прочей дряни вы большой специалист. Вам есть что еще сообщить Магбезопасности? Если нет, уверен, вас ждут дела.

Отвечать Роне не стал. Лишь смерил обоих Герашанов презрительным взглядом, развернулся на каблуках — и удалился, взмахнув полами черно-алого плаща.

Идиоты. Неблагодарные идиоты. Не верят они ему! Безмозглые моллюски!

К Ристане, заканчивающей ужинать в гордом одиночестве, если не считать ее верного секретаря с толстой папкой какой-то ерунды, Роне зашел, пылая от бешенства.

Разумеется, без стука. И, разумеется, жестом велел секретарю исчезнуть.

Жестом же подозвал второй стул и сел напротив Ристаны, подчеркнуто его не заметившей.

— Милая моя, драгоценная Тайна. Как же я рад видеть твой прекрасный аппетит!

Разумеется, после этих слов Ристана едва не подавилась и благоразумно отложила вилку.

— Я тоже рада тебя видеть, Роне. Выпей ардо и расскажи мне, отчего ты так взволнован. Твои эксперименты дали не тот результат?

— Как мило с твоей стороны интересоваться моими экспериментами, прекрасная моя Тайна. Я тронут. До самой глубины моего черного сердца тронут. Ты помнишь о моей научной работе!

— Разумеется, помню, Роне. Ты гениальный ученый, я никогда в этом не сомневалась и всегда тебя поддерживаю. Так расскажи мне, что тебя так встревожило?

— Для начала — что полтора часа назад Риль Суардис чуть не обвалился нам всем на головы. Ты ничего странного не ощутила? Может, зачесалось что? Или голова закружилась? Так вот, дело было не в слишком жирных пирожных, ненаглядная моя.

— А в чем же, дорогой мой темный шер?

— В том, что какие-то безмозглые моллюски решили, что Темный Брат — это сказка для маленьких глупых деток, и если на первый раз нарушение закона сошло им с рук, то уж второй-то раз точно все получится идеально!

— Ты явно переутомился, Роне. Попробуй фрикасе из индейки, в нем содержатся какие-то безумно полезные для твоих гениальных нервов вещества. И вообще мне кажется, ты забыл поужинать. Возможно, и пообедать. Вот и злишься на пустом месте.

— О боги. Ты заботишься о моем здоровье?

— Конечно, забочусь. Я люблю тебя, хоть ты иногда бываешь совершенно несносен.

— О да. Я бываю несносен. Как назойливый мальчишка, ни шиса не понимающий в твоих высоких политических материях.

— Фрикасе, мой милый. Скушай фрикасе. Ну вот, ты опять распугал всех слуг!

— Лучше бы я распугал всех интриганов. Но тогда бы этот дворец остался пуст, не так ли, милая моя? Вот скажи мне, какого шиса ты заказала убийство Шуалейды? И как тебе вообще это удалось?

— Убийство? Роне, ну что ты такое говоришь! Никакого убийства я не заказывала, упаси Светлая. Я вообще не имею дел с гильдией. Это так грубо, фи.

— Фи — это творить ерунду за моей спиной. Покушение на Герашанов, покушение на Шуалейду… Тайна, это уже слишком. Ты теряешь чувство реальности.

— Это ты теряешь чувство реальности, Роне. Пользуешься моей к тебе любовью, грубишь, обвиняешь в какой-то ерунде.

— Тайна, Тайна… — Роне покачал головой и, позаимствовав у Ристаны вилочку, закинул в рот кусочек индейки в соусе. — Да, весьма вкусно. В отличие от твоей интриги. Ведь говорил же, не надо. Не надо ничего делать, не посоветовавшись со мной.

— Мне не хотелось тебя отвлекать от научной работы, мой прекрасный темный шер. Тем более что ты сам говорил — Герашаны здесь совершенно лишние.

— Герашаны здесь давным-давно, и мы оба отлично понимаем, на что они способны. А вот кого МБ пришлет им на замену, да еще после двойного убийства? А кто будет расследовать их смерть и до чего докопается, одному Темному известно! Милая, хоть и ты Суардис, хоть и регент королевства — это тебя не спасет.

— Меня спасешь ты, Роне, — светло улыбнулась Ристана. — Потому что мы с тобой связаны крепче, чем связывают клятвы перед ликом Двуединых.

— Не спасу, Тайна. Ты заходишь слишком далеко. И ты прекрасно знаешь, мне плевать на судьбу мальчишки и Герашана с его бешеной лесной тварью, но Шуалейда… Какого шиса ты заказала ее?! Ты хоть понимаешь, что это такое — сумрачная шера?! Думаешь, Двуединым плевать, что какая-то бездарная немочь вмешивается в их планы?

— Ну перестань, Роне, — поморщилась Ристана. — Планы Двуединых, скажешь тоже. Ты слишком увлекаешься глобальными идеями. Все намного проще. Она — всего лишь моя младшая сестренка. Без меры одаренная, совершенно безмозглая и неуправляемая, к тому же источник массы неприятностей. Да ты должен быть благодарен любому, кто избавит тебя от нее.

— Я буду благодарен любому, кто вернет тебе разум. Шуалейду нельзя трогать. Нельзя, ты понимаешь или нет? Я не знаю, что произошло сегодня, но дворец устоял лишь чудом. Если бы не мои эксперименты, если бы не активированный алтарь Хисса, здесь бы все взлетело на воздух. У нее Линза, Тайна, Линза! Пойми ты наконец, ты заказала не ее смерть, а свою. Отмени заказ, пока не поздно. Вот прямо сейчас ступай в Безымянный тупик и отмени заказ.

— Нет, — тихо и спокойно сказала Ристана.

Роне даже не сразу осознал, что именно услышал.

— Тайна, это единственный шанс решить дело миром.

— Нет, Роне. Я не стану ничего отменять.

— Станешь. Ты просто не понимаешь. Так я тебе покажу, Тайна, к чему…

— Нет. Я не отменю заказ, Роне. Не могу, понимаешь? Я не делала заказа в гильдии, а значит — я не могу его отменить.

— А… да неважно, скажи своему Сильво, пусть бегом бежит!

— Не могу. Понятия не имею, где он. Но точно не в Суарде, кажется, на севере… или на юге…

— О боги. Злые, злые боги. Тайна, имей в виду — если гильдия убьет Шуалейду, на этом твое регентство закончится.

— Ты мне угрожаешь, Роне?

— Ну что ты, милая. Я всего лишь обрисовываю ситуацию. Реальную ситуацию. Убийство Шуалейды повлечет за собой, во-первых, дестабилизацию Линзы и как следствие разрушение Риль Суардиса, а возможно и всего Суарда. Во-вторых, даже если тебе повезет выжить в катаклизме, за ее смерть будет мстить полковник Дюбрайн. А это, поверь мне, будет похуже взорвавшейся Линзы. Ну а в-третьих для тебя уже не будет иметь никакого значения.

— Я ужасно испугана, Роне. Видишь, я вся дрожу и совершенно потеряла аппетит. Надеюсь, ты доволен.

— Нет. Я не доволен. И я ставлю тебя в известность, Тайна: больше на меня в своих интригах не рассчитывай. Хватит.

— А я на тебя и не рассчитываю, Роне. Я тебе без сомнения благодарна за помощь с помолвкой, но неужели ты думаешь, что я бы не справилась сама? Вы, великие и могучие маги, как-то совершенно не принимаете всерьез нас, нормальных людей. Зря, милый мой Роне. Совершенно зря. Магия уходит, нам нужно учиться жить без нее. Я — умею. Со мной Валанта переживет этот кризис и станет только сильнее. А если продолжать рассчитывать на волшебство, то мы вымрем вместе с вами. Понимаешь, прекрасный мой Роне, я не хочу оставаться в прошлом, я хочу, чтобы моя страна жила в будущем. Моя страна и я сама. Даже если я люблю тебя, осколок ты замшелой древности.

— Я — осколок древности? Тайна… — Роне лишь покачал головой. То, что говорила Ристана, было совершенно диким и глупым. — Никто не вымирает. Этот мир существует только за счет магии. Магия — кровь мира, угаснет она, умрет и мир. Это же очевидно.

— Чушь это все, Роне. Ты и твой Конвент цепляетесь за прошлое, когда мир неуклонно меняется. И таким как Шуалейда в нем не место.

— Тогда уж и мне не место, Тайна. И еще сотням, тысячам истинных шеров.

— Именно, Роне. Сотням истинных шеров против сотен тысяч нормальных людей.

— Ты несешь чушь, Тайна. Просто чушь. Потому что вам, бездарным, не понять.

— Ну и ладно. Нам не понять ваших высоких материй, а вам — наших низких. Предлагаю закончить на этом нашу познавательную дискуссию и перейти к более насущным вопросам. Как поживают твои исследования, мой темный шер?

— Изумительно.

— Я рада. Ты останешься откушать десерт, мой дорогой?

— Нет. Мне совершенно не хочется сладкого.

— Какая жалость. Тогда уж будь добр, верни слуг на место.

— Как тебе будет угодно. Приятного аппетита.

Щелчком пальцев уничтожив стул, на котором только что сидел, и выстроив всех слуг Риль Суариса перед столом Ристаны, — всех, включая конюхов и посудомоек, — Роне поклонился и шагнул в портал. Как ему удалось его открыть и как удалось через него пройти целым — он даже не думал. Он вообще не мог думать. Только кипеть и жаждать убийства. Эта дура! Эта устрица безмозглая! Да как она посмела!..

И только упав в собственное кресло, Роне сумел выдохнуть и задаться вопросом: так что же делать? Кто виноват — уже понятно, но делать-то что?!